Решения по германскому вопросу, принятые в Ялте и Потсдаме

Решения по германскому вопросу, принятые в Ялте и Потсдаме

Крымская конференция

К началу февраля 1945 г. советские войска вышли на Одер и находились в 60 км от Берлина. Было ясно, что до конца войны в Европе остается несколько месяцев. В этих условиях была необходима новая встреча лидеров антигитлеровской коалиции. Такая встреча И. В. Сталина, У. Черчилля и Ф. Рузвельта состоялась 4-11 февраля 1945 г. в Крыму, во дворце Ливадия близ Ялты и получила название Крымской (Ялтинской) конференции.

Участники «Большой тройки» хорошо понимали, что именно эта конференция должна заложить основы послевоенного устройства. Поэтому германский вопрос стал главным вопросом для обсуждения. Более года (с декабря 1943 г.) выработкой рекомендаций по его решению занималась ЕКК в Лондоне. Комиссия работала плодотворно, она подготовила к началу Крымской конференции несколько вариантов документа о безоговорочной капитуляции Германии, Декларации о поражении Германии и взятии на себя верховной власти союзниками, Соглашения о зонах оккупации и т. д.

Главы делегаций по итогам Крымской конференции сделали небольшое публичное Заявление, объемом в 9 страниц, в котором преобладали общие фразы, составленные в нарочито обтекаемой форме. Там говорилось о планах принудительного осуществления условий безоговорочной капитуляции после полного разгромаГермании; об уничтожении германского милитаризма; о ликвидации или взятии под контроль всей промышленности, которая могла бы быть использована для военного производства; о необходимости стереть с лица земли нацизм; о взимании репараций в максимально возможной мере; о существенном приращении территории Польши за счет немецких земель; наконец, о готовности принять совместно также другие меры (выделено нами. — Авт.) в Германии, которые могут оказаться необходимыми для будущего мира.

Такую информацию получила мировая общественность о Крымской конференции сразу после ее окончания. Именно эта информация (с соответствующими комментариями и искажениями нацистской пропаганды) стала также достоянием немцев. Хотя в Заявлении и говорилось о том, что в цели союзников не входит уничтожение германского народа, ведомство доктора Геббельса, делая акцент на угрожающих словах (уничтожить, ликвидировать, стереть с лица земли и т. д.), на недосказанностях («и другие меры») этого документа, постаралось убедить солдат, офицеров и рядовых бюргеров в том, что враги Германии в Ялте придумали нечто такое страшное, что боятся об этом сказать прямо, и что немцам остается только сражаться до конца и надеяться на гений фюрера.

Много времени на Крымской конференции заняло обсуждение репарационной проблемы. Было решено создать специальную репарационную комиссию, но в принципе договорились о том, что Германия обязана возместить ущерб, причиненный ею в ходе войны другим государствам. За основу для расчета была взята сумма в 20 млрд долларов и договоренность, что 50 % этой суммы пойдет Советскому Союзу.

Проблему расчленения Германии первым в Ялте поднял Сталин, и это до сегодняшнего дня предмет спора историков: почему именно советский руководитель был в феврале 1945 г. наиболее настойчив в вопросе о расчленении? Ни один из лидеров «Большой тройки» не высказывался против расчленения Германии, дальнейшая дискуссия в принципе свелась к тому, чтобы, как сказал Рузвельт: «...уже здесь, в Крыму, следует договориться о том, скажем ли мы немцам, что Германия будет расчленена». Немцам об этом не сказали, но в итоге дискуссии для изучения процедуры расчленения Германии была создана специальная комиссия из трех человек: министра иностранных дел Великобритании А. Идена (председатель), послов США и СССР в Лондоне Дж. Вайнанта и Ф. Т. Гусева.

Союзники согласовали планы окончательного разгрома Германии и утвердили Соглашение о зонах оккупации. Им предусматривалось, что американские войска займут юго-запад Германии, английские — северо-запад, советские — восток. Было также решено, что за счет английской и американской зон небольшую зону оккупации в Германии получит Франция. Новым в оккупационной проблеме стал и вопрос о «Большом Берлине», который должен был войти в советскую зону. Но поскольку он был избран местом пребывания Контрольного Совета по Германии, было решено, что Берлин будет управляться межсоюзнической комендатурой, и будет занят войсками всех оккупирующих Германию держав.

Таким образом, за 3 месяца до окончания войны в Европе и капитуляции Германии союзники по антигитлеровской коалиции были полностью готовы применить для решения германского вопроса самые суровые меры, вплоть до лишения Германии значительных территории, до насильственного переселения миллионов немцев, и даже до расчленения страны.

Но когда комиссия по расчленению начала в марте 1945 г. свою работу, советский представитель, посол СССР в Великобритании Ф. Т. Гусев, фактически отказался от идеи расчленения, на которой так настаивали Сталин и Молотов в Ялте. Гусев передал председателю комиссии Идену письмо, где говорилось, что советское правительство понимает решение Крымской конференции о расчленении Германии «не как обязательный план расчленения», а как возможное средство «для нажима» на нее, «если другие средства окажутся недостаточными».

Член комиссии от США Вайнант срочно телеграфировал в Вашингтон о столь радикальном изменении позиции СССР и получил указание также уклоняться от принятия окончательных решений. Таким образом, вопрос о расчленении Германии был фактически снят с повестки дня комиссии. Потом, в апреле — начале мая 1945 г., именно советские представители в ЕКК выступили и за то, чтобы изъять положение о расчленении из документа о безоговорочной капитуляции Германии и из Декларации о поражении Германии. Таким образом, термин «расчленение» исчез и из этих документов. Подобные «маневры» советской дипломатии до сих пор не получили однозначного объяснения.

Официальная же точка зрения советского правительства по поводу расчленения Германии была высказана Сталиным 9 мая 1945 г. В обращении к советскому народу по случаю дня Победы он заявил: «Германия разбита наголову. Германские войска капитулируют. Советский Союз торжествует победу, хотя он и не собирается ни расчленять, ни уничтожать Германию».

7 мая в Реймсе, а 8 мая в восточной части Берлина — Карлсхорсте — были подписаны акты о безоговорочной капитуляции германской армии. Вторая мировая война, которая была начата Германией, которая велась с жестокостью, не знающей примеров, а на Востоке была вообще «войной на уничтожение», закончилась для Германии полным крахом.

Третий рейх перестал существовать. Победа далась ценой страшных, невиданных ранее жертв и разрушений. Преступления, совершенные нацистами (и которым народы Европы вели счет), были настолько ужасны, что решения, которые должны были принять победители по отношению к Германии, должны были быть адекватны этим жертвам и преступлениям.

Первая из задач по разрешению германской проблемы — военный разгром Германии — была решена. Для решения остальных задач, которые были сформулированы в документах антигитлеровской коалиции, нужны были иные методы. Все точки над i должна была расставить новая конференция, подготовка к которой осуществлялась с середины мая.

Берлинская (Потсдамская) конференция

Берлинская (Потсдамская) конференция проходила с 17 июля по 2 августа 1945 г. В третий раз за одним столом переговоров встретились И. В. Сталин и У. Черчилль. Американскую делегацию возглавлял новый президент США Гарри Трумэн (1884-1972). Но в Англии 5 июля состоялись парламентские выборы, победу одержала лейбористская партия, и с 28 июля английскую делегацию возглавил в качестве премьер-министра лидер лейбористов Клемент Эттли (1883-1967).

Ситуация середины июля 1945 г. существенно отличалась от ситуации середины февраля, когда принимались ялтинские решения. Военные действия в Европе окончились. Начался период оккупации Германии и ее бывших сателлитов. Ф. Рузвельта, который надеялся на установление долгого и прочного мира, базирующегося на послевоенном сотрудничестве великих держав — участников антигитлеровской коалиции, на посту президента США сменил лидер правого крыла демократической партии, ярый антисоветчик Г. Трумэн.

И Трумэн, и Черчилль на исходе Второй мировой войны рассматривали СССР как потенциального противника. Примерно так же смотрел на союзников по антигитлеровской коалиции и Сталин. Поэтому лидеры «Большой тройки» ехали в Потсдам с другими настроениями, нежели в Ялту. Причем Трумэн находился в преддверии испытания атомной бомбы (оно было произведено 16 июля 1945 г.), на которую возлагались очень большие надежды. Все это прямо повлияло и на ход конференции, и на ее решения.

Потсдамская конференция, в отличие от Версальской, не была «мирной». На ней не предполагалось выработки условий мирного договора с Германией и ее союзниками, она должна была или подтвердить и конкретизировать ялтинские договоренности, или отвергнуть их. И дискуссия по германскому вопросу, которая развернулась в Потсдаме, отличалась от той, которая проходила в Ялте. Ее главное отличие заключалось в том, что основные политические, территориальные, административные, экономические проблемы были уже обговорены и отчасти согласованы в Крыму. В Потсдаме должны были быть выработаны общие принципы проведения координированной политики союзников и механизм их реализации. Решения Потсдамской конференции (в отличие от решений, принятых в Ялте) должны были быть доведены до населения Германии.

Единственным документом, принятым по итогам двухнедельных дебатов, был «Протокол Берлинской конференции трех великих держав». Он был подписан 1 августа, но был обнародован позднее. Достоянием же мировой общественности стало «Сообщение о Берлинской конференции трех держав», опубликованное уже 3 августа 1945 г. Миллионы немцев внимательно, со страхом и надеждой, еще и еще раз читали раздел III этого Сообщения, названный «О Германии»: «...Германский народ начал искупать ужасные преступления, совершенные под руководством тех, кому, во время их успехов, он открыто выражал свое одобрение и слепо повиновался...

Германский милитаризм и нацизм будут искоренены, и союзники, в согласии друг с другом, сейчас и в будущем, примут и другие меры, необходимые для того, чтобы Германия никогда больше не угрожала своим соседям или сохранению мира во всем мире...».

Далее в Сообщении о конференции был полностью приведен текст Соглашения «Политические и экономические принципы, которыми необходимо руководствоваться при обращении с Германией в начальный контрольный период»; разделы Протокола конференции «Репарации с Германии», «Город Кенигсберг и прилегающий к нему район», «О военных преступниках», «Упорядоченное перемещение германского населения» и др.

Таким образом, немцы уже 3 августа 1945 г. получили возможность изучить и оценить главные решения, принятые в Потсдаме, причем оценки изначально были диаметрально противоположными. Принципиальные решения конференции относительно будущего Германии касались сути оккупационной политики, проблем границ и репараций.

Оккупация была признана необходимой мерой, носящей временный (но не оговоренный конкретными сроками) характер. Ее главными целями провозглашались: полное разоружение и демилитаризация Германии; уничтожение нацистской партии, ее филиалов и подконтрольных организаций, отмена нацистских законов, запрет пропаганды нацизма и милитаризма; подготовка реконструкции германской политической жизни на демократической основе (разрешение деятельности демократических партий и профсоюзов, создание органов местного самоуправления, разрешение свободы слова, печати и деятельности религиозных учреждений); децентрализация экономики.

То есть были сформулированы принципы и задачи, которые позже получили название политики «четырех Д»: «демилитаризация», «денацификация», «демократизация» и «декартелизация». Это были колоссальные задачи, которые никогда не ставили перед собой победители всех предыдущих войн. Само понятие «оккупация» приобрело качественно новое содержание.

Верховная власть в Германии должна была осуществляться главнокомандующими вооруженных сил СССР, США, Англии и Франции. Причем в своей зоне оккупации каждый главнокомандующий действовал по инструкциям своего правительства. Вопросы, затрагивающие Германию в целом, должны были обсуждаться совместно. Для этого было предусмотрено создание из 4 главнокомандующих специального органа — Союзного Контрольного Совета (СКС).

Надо подчеркнуть, что советская делегация внесла проект о создании центральной германской администрации, которая должна была действовать под руководством СКС. Но после дискуссии по этому вопросу было решено: «Пока не будет учреждено никакого центрального германского правительства». Некоторые историки считают такое решение «роковым» с точки зрения дальнейшего развития событий, полагая, что именно оно во многом предопределило раскол Германии.

Однако союзники прекрасно понимали, что, опираясь только на оккупационные войска, без помощи самих немцев, они не смогут решить ни одну из задач политики «четырех Д». Поэтому в ряде пунктов Протокола Потсдамской конференции говорилось о том, что будет «создан германский административный аппарат... будут учреждены некоторые существенно важные центральные германские административные департаменты... в частности, в областях финансов, транспорта, коммуникаций, внешней торговли и промышленности». То есть в Протоколе был, в общем-то, обозначен путь формирования центрального, демократического по своей сути, германского правительства, с которым можно будет подписать мирный договор.

В Потсдаме с новой остротой встал вопрос о Польше и ее границах, а стало быть, и о границах Германии. По восточной границе дискуссий больше не было. Но Ялтинская формула о «существенном приращении территории Польши на севере и на западе» была весьма расплывчатой. Поэтому 20 июля 1945 г. В. М. Молотов вручил своим коллегам А. Идену и Джеймсу Френсису Бирнсу (1879-1972) «Предложение делегации СССР о западной границе Польши», в котором предлагалась следующая линия границы (с севера на юг): «западнее Свинемюнде до реки Одер с оставлением г. Штеттина на стороне Польши, далее вверх по течению реки Одер до устья реки Зап. Нейсе и отсюда по реке Зап. Нейсе до чехословацкой границы».

Это предложение вызвало бурную дискуссию. У. Черчилль и Г. Трумэн не хотели соглашаться с такими границами, когда Германия должна была потерять четверть всех обрабатываемых сельхозугодий (в границах 1937 г.), и где жило до войны около 8 млн немцев; когда Германия теряла, а Польша получала исторические немецкие территории, включая старинный город Бреслау.

Однако с 28 июля английскую делегацию возглавил новый премьер-министр Англии — К. Эттли, и на заседании глав правительств 31 июля западные союзники уступили нажиму Сталина, они фактически согласились с точкой зрения советской стороны о западных границах Польши. У. Черчилль потом говорил, что это была непростительная уступка, и что если бы он остался в Потсдаме, он устроил бы Сталину «скандал», но не допустил бы такой формулировки Протокола конференции.

Границы Германии серьезно менялись и в результате передачи Советскому Союзу г. Кенигсберга с прилегающим районом (ныне это г. Калининград и Калининградская область РФ). Это также было одним из «спорных» решений конференции. СССР получал территорию площадью 15,1 тыс. кв. кмв. Притязания Сталина на то, что это исконно русские земли, звучали малоубедительно: в любом довоенном советском географическом словаре писалось о Кенигсберге, как о «старинном немецком городе, основанном в 1255 г.».

В историографии и в политике было много споров о том, справедливы или нет решения о границах, принятые в Потсдаме. Споры ушли в прошлое, ибо Договорами 1970 и 1990 гг. границы признаны нерушимыми. Но тогда, в 1945 г., Германия теряла (по сравнению с границами 1937 г.) примерно 25 % сельскохозяйственных угодий, 17 % каменноугольных месторождений и 6,4 % промышленных сооружений. Причем было решено, что старинная земля Пруссия должна быть ликвидирована «как источник войн и агрессии в прошлом».

Вопрос о границах был тесно связан с вопросом о насильственном выселении немцев. Согласно Протоколу Потсдамской конференции они подлежали выселению из Польши, Венгрии и Чехословакии. Судьба немцев в отдаваемом Советскому Союзу Кенигсберге и прилегающем районе вообще официально не оговаривалась. Но было очевидно, что и их ждет депортация. Западные союзники не могли не понимать, что с территорий, оккупированных Советской Армией, депортация будет осуществлена самым безжалостным способом, но, тем не менее, дали свое согласие. Правда, были сделаны оговорки о том, что выселение немцев должно осуществляться как можно более «гуманно». Но именно эти жестоко изгнанные немцы (точного, общепризнанного числа нет, данные колеблются от 7,8 млн до 12 млн человек, причем из Кенигсберга многие поехали не на Запад, а в Сибирь) стали первыми жертвами одного из «спорных» решений Потсдамской конференции.

Проблема репараций оказалась в Потсдаме самой дискуссионной. Казалось бы, в Ялте было согласовано почти все, была создана специальная союзническая комиссия для разработки конкретного плана взимания репараций. Однако в Потсдаме западные делегации совершают поворот на 180 градусов, убеждая Сталина в том, что сумма в 20 млрд долларов чрезмерна, так как Германия теряет большие земли, а разрушения германской промышленности слишком велики.

Советская делегация выказала готовность к снижению общей суммы репараций, выдвигались различные компромиссные варианты. В конечном счете, была принята формула, предложенная госсекретарем США Дж. Бирнсом: общая сумма репараций не оговаривается; изъятия производятся из собственных зон оккупации; СССР в дополнение получит из западных зон примерно 25 % демонтированного там оборудования; репарации же для Англии, США, Франции и др. стран, которые имели на это право, будут взиматься из западных зон и соответствующих германских вложений за границей.

Оценивая решения, принятые в Потсдаме по проблеме репараций, их выгодность или невыгодность для победителей и побежденных, надо учесть тот факт, что Сталин за столом переговоров в Потсдаме после всех претензий и дебатов о суммах, формах и сроках репараций, вдруг заявил о том, что отказывается от золота, от германских инвестиций по всему миру и согласен на репарационные изъятия только из Восточной Германии.

Этому факту долго не было внятного объяснения. Лишь в начале 1990-х г. российскому исследователю П. Н. Кнышевскому удалось найти и опубликовать ранее строго засекреченные документы, из которых стало очевидно, что пока «Большая тройка» заседала в Потсдаме, репарационные поставки из Восточной Германии уже шли в СССР полным ходом. И если в первые месяцы оккупации царила большая неразбериха и преобладала стихия, то на второе полугодие 1945 г. уже был установлен жесткий план по вывозу немецкого оборудования и материалов: не менее 3 млн 600 тыс. т по железной дороге, и не менее 1 млн 200 тыс. т морским путем.

В многолетнем споре историков об оценке выгодности для Советского Союза взимания репараций так, как это было решено в Потсдаме, видимо, более прав П. Н. Кнышевский, который считает, что для сталинского режима бесконтрольный вывоз из своей зоны оккупации был наиболее приемлемым вариантом. Ведь трофейные команды, созданные еще в 1941 г., в апреле 1943 г. были преобразованы в Трофейные войска. Их численность в 1945 г. составляла 34 тыс. человек, было создано еще 5 специальных эвакопоездов с командами по тысяче человек. Таким образом, это была целая правительственная армия.

Что касается немцев, то они, при всех больших потерях от репараций, благодаря такому способу их взимания (демонтаж), смогли через несколько лет после войны модернизировать свою промышленность и сельское хозяйство, а вывезенное в СССР оборудование еще долго работало, будучи давно морально устаревшим.

Проблема мирного договора с Германией детально в Потсдаме не обсуждалась. Она была возложена на Совет министров иностранных дел (СМИД), который учреждался по настоянию американской стороны вместо Европейской консультативной комиссии для подготовки мирных договоров с бывшими вражескими европейскими государствами. В состав СМИД должны были войти представители пяти великих держав — постоянных членов Совета Безопасности ООН: США, Англии, Франции, СССР и Китая.

Много споров вызвала проблема контроля над Руром. Он был средоточием германской угольной и металлургической промышленности (до войны там добывалось 82 % немецкого угля, производилось около 70 % чугуна и стали). Рур оказался в английской зоне оккупации, а его роль, с учетом того, что Силезия переходила к Польше, возрастала многократно. Но советское предложение о передаче Рура под совместный контроль США, Великобритании, СССР и Франции натолкнулось на упорное сопротивление министра иностранных дел Англии Эрнеста Бевина (1881-1951). В конечном итоге Сталин и Трумэн согласились передать вопрос на рассмотрение в Совет министров иностранных дел. Это была одна из немногих позиций, по которым Сталин уступил своим западным партнерам. Не удалось добиться установления четырехстороннего контроля над Руром и впоследствии.

На протяжении всей конференции обсуждался вопрос о судьбе германского флота, поскольку в его решении были заинтересованы все, и прежде всего — СССР, который потерял очень много военных и других кораблей. Относительно флота, как и относительно контроля над Руром, западные державы в Потсдаме «переиграли» Сталина: все конкретные вопросы должна была подготовить специальная военно-морская комиссия из представителей трех держав, причем из своей доли СССР должен был выделить часть судов для Польши. Но в целом вопрос был решен в духе представлений союзников о демилитаризации Германии: у нее оставались только суда, плавающие внутри страны и суда берегового плавания. Германский флот впоследствии был разделен следующим образом. Военные надводные корабли: Англии — 148, США — 149, СССР — 155. Из сохранившихся 195 подлодок 165 были уничтожены союзниками, а 30 разделены поровну. Из сохранившихся 1339 вспомогательных судов Англии было передано 397, США — 441 и СССР — 501.

Вопрос о главных военных преступниках в принципе был для союзников ясен: они должны предстать перед судом народов. В Лондоне с 28 июня 1945 г. шли переговоры между представителями Англии, США, СССР и Франции о преследовании и наказании главных военных преступников. В итоге переговоров 8 августа 1945 г. было подписано соглашение, в соответствии с которым учреждался Международный военный трибунал.

Таковы были основные решения Потсдамской конференции по германскому вопросу. Сразу после окончания конференции, ее основные решения были направлены в Париж, совместно с предложением к Франции присоединиться к ним. Французское правительство 7 августа 1945 г. дало на эти решения свое принципиальное согласие, с рядом оговорок. Но уже 28 июля 1946 г. премьер-министр Франции Жорж Бидо (1899-1983) заявил о том, что Франция якобы не присоединялась к решениям, принятым в Потсдаме, а лишь согласилась с положениями об основных целях оккупации.

Однако суть германского вопроса победителями не была сформулирована; его четкой, общепризнанной дефиниции так никогда и не возникло. В Потсдаме победители договорились лишь о принципах, которыми они должны были руководствоваться в отношении Германии в начальный период оккупации. Предполагалось, что эти принципы лягут в основу мирного договора или будут заменены новыми четырехсторонними соглашениями.

Здесь трудно не согласиться с мнением выдающегося американского политолога и историка, бывшего госсекретаря США Г. Киссинджера, который писал в книге «Дипломатия» о том, что «Потсдам почти ничего не решил... Многое осталось недоделанным и в подвешенном состоянии, и, как это часто бывает, когда главы государств неспособны договориться, наиболее жгучие проблемы были переданы министрам иностранных дел для дальнейшего обсуждения».

С 1945 г. в историографии идет спор о справедливости решений, принятых по отношению к Германии в Ялте и Потсдаме. Но, прежде чем спорить о справедливости, надо помнить о том, что развязанная нацистами война длилась 6 лет и унесла около 60 млн жизней. В концлагерях и других местах массового уничтожения было уничтожено около 12 млн человек, из них в ходе Холокоста — б млн евреев (треть всего еврейского народа). Около 14 млн граждан европейских стран (в том числе — более 4 млн советских) были насильственно угнаны в Германию, где они занимались принудительным, по сути рабским, трудом.

Беспрецедентный размах преступлений (для которых не было тогда — нет и сегодня — ни оправданий, ни рациональных объяснений), в которых было замешано большинство взрослых немцев, требовал беспрецедентных решений от победителей. Они и были приняты в Потсдаме. Надо подчеркнуть, что по отношению к главным союзникам Германии — Италии и Японии — характер принятых решений был совершенно иным.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Сговор в Ялте

Из книги Великая Гражданская война 1939-1945 автора Буровский Андрей Михайлович

Сговор в Ялте Назовем вещи своими именами: три победителя во Второй мировой войне откровенно делили добычу. Народы воевали и строили, люди надеялись и верили, что приближают «этот день победы» и что после Дня победы они смогут хоть как-то влиять на устройство своей жизни.


Глава XXXVIII О капитуляции в Ялте

Из книги Почему Сталин проиграл Вторую мировую войну? автора Винтер Дмитрий Францович

Глава XXXVIII О капитуляции в Ялте Выиграв кампанию, можно проиграть баталию. (Наполеон) А теперь поговорим о Ялте. А что, собственно, Рузвельт уступил? Восточную Европу? Так она и так была у Сталина в руках. И мы уже видели, что он это победой в войне не считал. Западные области


К СОВЕТСКО-ГЕРМАНСКОМУ ТОРГОВО-КРЕДИТНОМУ СОГЛАШЕНИЮ

Из книги Оглашению подлежит. СССР-Германия, 1939-1941. Документы и материалы автора Фельштинский Юрий Георгиевич

К СОВЕТСКО-ГЕРМАНСКОМУ ТОРГОВО-КРЕДИТНОМУ СОГЛАШЕНИЮ Еще несколько лет тому назад Германия занимала самое видное место в торговом обороте СССР. Особенно больших размеров германо-советская торговля достигла в 1931 году, составив около 1100 миллионов марок.Однако за


145. РИББЕНТРОП — ГЕРМАНСКОМУ ПОСЛУ В ЯПОНИИ

Из книги Оглашению подлежит. СССР-Германия, 1939-1941. Документы и материалы автора Фельштинский Юрий Георгиевич

145. РИББЕНТРОП — ГЕРМАНСКОМУ ПОСЛУ В ЯПОНИИ ТелеграммаБерлин, 7 января 1941 г. Токио № 19 Секретная заметка для высших чиновниковЯ прошу Вас информировать японского министра иностранных дел 1 лично и конфиденциально о том, что в настоящее время в Румынию переправляются


176. РИББЕНТРОП — ГЕРМАНСКОМУ ПОСЛУ В ВЕНГРИИ

Из книги Оглашению подлежит. СССР-Германия, 1939-1941. Документы и материалы автора Фельштинский Юрий Георгиевич

176. РИББЕНТРОП — ГЕРМАНСКОМУ ПОСЛУ В ВЕНГРИИ ТелеграммаВенеция, 15 июня 1941-21.40Получена в Берлине 15 июня 1941-22.15Передана в Будапешт 15 июня, за № 1021Шифровальный отдел Министерства иностранных делБудапешт№ 552 от 15 июняГосударственная тайна!Посланнику[171] лично!Прошу Вас


Воззвание Фюрера к германскому народу

Из книги Черный пиар Адольфа Гитлера автора Гогун Александр

Воззвание Фюрера к германскому народу Германский народ! Национал-социалисты!Обремененный тяжкими заботами, принужденный молчать месяцами, я дождался часа, когда, наконец, могу говорить открыто.Когда 3 сентября 1939 г. Англия объявила войну Германии, снова повторилась


Встреча в Ялте

Из книги Сталинизм. Народная монархия автора Дорофеев Владлен Эдуардович

Встреча в Ялте В Лондоне и Вашингтоне забили тревогу в связи со стремительным наступлением Красной Армии. Боязнь того, что страны Восточной Европы окажутся под влиянием Советского Союза, заставила политиков Запада искать выход из создавшейся ситуации. Черчилль и


Избы в Потсдаме

Из книги Русские на чужбине, X–XX вв. [Неизвестные страницы истории жизни русских людей за пределами Отечества] автора Соловьев Владимир Михайлович

Избы в Потсдаме Еще одна линия русского присутствия в Германии прослеживается в традиции устройства православных приходов для русских великих княгинь, выходивших замуж за немецких монархов. Достаточно себе представить, что каждое из 38 немецких государств того времени


Решения «Кунтреса»[125] по языковому вопросу

Из книги Язык в революционное время автора Харшав Бенджамин

Решения «Кунтреса»[125] по языковому вопросу Перевод с иврита Любови ЧернинойОчевидно, что исполнительный комитет Ахдут ха-Авода сделал со свей стороны все требуемое, чтобы объяснить дружественным нам иностранным профсоюзам нашу позицию, актуальное положение языкового


Глава X В Потсдаме и после него

Из книги Тайное становится явным автора Волков Федор Дмитриевич

Глава X В Потсдаме и после него «Младенцы благополучно родились»…Во вторник 17 июля 1945 г., в день открытия Берлинской (Потсдамской) конференции руководителей трех держав, новый президент Соединенных Штатов Гарри Трумэн получил в Берлине короткую шифротелеграмму,


В КРЫМУ И ПОТСДАМЕ

Из книги Дивизия имени Дзержинского автора Артюхов Евгений

В КРЫМУ И ПОТСДАМЕ Дзержинцам выпала честь принимать участие в охране Крымской конференции союзных держав – СССР, США, Великобритании – и Берлинской (Потсдамской) конференции глав правительств этих же стран.С поставленными ответственными задачами воины справились


Глава 4 Англо-американское соглашение в Ялте

Из книги Жертвы Ялты автора Толстой-Милославский Николай Дмитриевич

Глава 4 Англо-американское соглашение в Ялте Уинстон Черчилль, тогда еще только вступавший на политическое поприще, 6 марта 1931 года призвал почтенное собрание в Ройял-Альберт-Холле «протестовать против жестокостей в советских лагерях и требовать запрета на ввоз в Англию


IX. РУССКИЙ УГОЛОК В ПОТСДАМЕ

Из книги Русский Берлин автора Попов Александр Николаевич

IX. РУССКИЙ УГОЛОК В ПОТСДАМЕ Недалеко от знаменитого «шпионского» моста Глиникер-Брюкке на границе между Берлином и Потсдамом, где во время «холодной войны» противоборствующие спецслужбы обменивали их «шпионов» на своих «разведчиков», стоит неожиданное для Германии по


«Большая тройка» за столом переговоров в Потсдаме

Из книги Памятное. Книга 1. Новые горизонты автора Громыко Андрей Андреевич

«Большая тройка» за столом переговоров в Потсдаме В моей памяти как бы зафиксировался снимок «Большой тройки» за столом переговоров в Потсдаме. Это – снимок с особым свойством, которое не присуще обычным фотографиям. Видимо, тому способствовала общая обстановка


Глава 5 Гостиница ЦИК СССР «Ореанда» в Ялте

Из книги Госдачи Крыма. История создания правительственных резиденций и домов отдыха в Крыму. Правда и вымысел автора Артамонов Андрей Евгеньевич

Глава 5 Гостиница ЦИК СССР «Ореанда» в Ялте Имеет ли отношение гостиница Центрального исполнительного комитета СССР к теме правительственных резиденций, исследуемой в данной книге? Имеет, и самое прямое. Я напомню читателям, что в конце марта 1918 года, сразу же после


К вопросу о политике министерства народного просвещения{64} (дополнения к вопросу о народном просвещении)

Из книги Полное собрание сочинений. Том 23. Март-сентябрь 1913 автора Ленин Владимир Ильич

К вопросу о политике министерства народного просвещения{64} (дополнения к вопросу о народном просвещении) Наше министерство народного, извините за выражение, «просвещения» чрезвычайно похваляется тем, что расходы его растут особенно быстро. В объяснительной записке