Восстановительный период

Восстановительный период

Советский Союз закончил войну с огромными потерями. Вот как характеризует их сборник «Народное хозяйство СССР за 70 лет»:

«Немецко-фашистские захватчики полностью или частично разрушили и сожгли 1710 городов и поселков и более 70 тыс. сёл и деревень; сожгли и разрушили свыше 6 млн зданий и лишили крова около 25 млн человек; разрушили 31850 промышленных предприятий, вывели из строя металлургические заводы, на которых до войны выплавлялось около 60 % стали, шахты, дававшие свыше 60 % добычи угля в стране; раз-

рушили 65 тыс. км железнодорожной колеи и 4100 железнодорожных станций, 36 тыс. почтово-телеграфных учреждений, телефонных станций и других предприятий связи; разорили и разграбили десятки тысяч колхозов и совхозов, зарезали, отобрали или угнали в Германию свыше 7 млн лошадей, 17 млн голов крупного рогатого скота, 20 млн свиней, 27 млн овец и коз. Кроме того, они уничтожили и разгромили 40 тыс. больниц и других лечебных учреждений, 84 тыс. школ, техникумов, высших учебных заведений, научно-исследовательских институтов, 43 тыс. библиотек общественного пользования».

Но самое тяжелое — это потеря миллионов советских людей. В январе 1940 года на территории нашей страны проживало около 194 миллионов человек, а в январе 1946 — 167 миллионов. Это значит, что за это время мы потеряли более 27 миллионов человек. Прямой ущерб, нанесенный войной, превышал 30 % национального богатства.

По данным демографа профессора Б. Хорева специально созданная комиссия по определению потерь советского народа называла безвозвратные потери армии в годы Великой Отечественной войны — 8 668 400 бойцов и командиров Красной Армии. Из них погибли на поле боя 5 226 800 человек, умерли от ран в госпиталях 1 102 800, умерли от болезней и по другим причинам 555 500, пропали без вести, не вернулись из плена 1 783 300. Если не учитывать последнюю категорию, то есть 1783 тысяч человек, судьба которых неизвестна, то эти потери примерно равны потерям гитлеровских войск. Значит, что воевали мы ничуть не хуже них.

Однако фашисты стали причиной гибели мирного населения. Только в блокадном Ленинграде умерли 800 тысяч человек. Созданная ещё в годы войны чрезвычайная государственная комиссия определяла число погибших советских людей от преднамеренного истребления в 6,3 миллиона человек, от голода и эпидемий — в 5,5 миллиона, на принудительных работах в Германии — 2,8 миллиона.

Планы относительно нашего народа можно узнать, например, из рекомендаций вождя нацистской партии Мартина Бормана: «Славяне должны работать на нас. Если мы не нуждаемся в них, они могут умереть. Система здравоохранения не нужна. Рождения у славян нежелательны. Они должны использовать контрацепцию и практиковать аборты, и чем больше, тем лучше. Образование опасно. Что касается пищи, то они не должны получать больше, чем необходимо». (Наблюдая сегодняшнюю жизнь в стране, начинаешь подозревать, что многие идеи наших реформаторов взяты именно отсюда).

После войны СССР довольно быстро восстановил благоприятную демографическую ситуацию. Вот данные (на 1 тысячу человек):

Сразу после окончания войны был упразднён Госкомитет обороны и Ставка Верховного Главнокомандования. Из армии были демобилизованы 8,5 миллиона человек, и её численность сократилась до 2,8 миллиона. В 1946 году Красная Армия была переименована в Советскую Армию.

Восстановление было продолжением «мобилизационной экономики» 1930-х годов, но настроение у людей было оптимистическим, народ-победитель восстанавливал собственную страну. Дискуссий о том, проводить ли восстановление форсированным темпом или щадящим образом, с либерализацией, не было. Энергия войны была столь велика и имела такую инерцию, что её легко удалось «переключить» на мирное строительство.

В марте 1946 года Верховный Совет СССР принял 4-й пятилетний план развития народного хозяйства. Намечалось не только восстановить его, но и превзойти довоенный уровень производства промышленной продукции на 48 %. В народное хозяйство намечалось вложить 250 миллиардов рублей (столько же, сколько за три предвоенных пятилетки).

Восстановление разрушенной промышленности шло быстрыми темпами. В 1946-м наблюдается некоторый спад, связанный с конверсией, а с 1947-го начинается устойчивый подъём. При этом страшная засуха 1946 года на значительной территории Европейской части СССР привела к голоду с гибелью людей. Такой засухи не было в нашей стране более пятидесяти лет.

В 1948 году страна достигла и превзошла довоенный уровень промышленного производства, что по нормальным меркам немыслимо. Это было достигнуто за счёт возобновления производства на территориях, освобождённых от фашистской оккупации. Восстановленные заводы оснащались оборудованием, произведённым на заводах Германии и поставленным в счёт репараций. Эти предприятия производили мирную продукцию, оборонные же предприятия остались там, куда были эвакуированы — на Урале и в Сибири.

Переход «на мирные рельсы» в общественном сознании произошёл в конце 1947 года, с отменой карточек и денежной реформой.

Во время реформы наличные деньги обменивали в соотношении 10:1, а сбережения населения — в зависимости от суммы. До 3 тысяч рублей меняли 1:1, от 3 до 10 тысяч — 3:2, от 10 до 100 тысяч — 2:1, свыше 100 тысяч —10:1, займы — 3:1. Сельские жители, хранившие деньги в «кубышках» (сберкасс в деревнях просто не было), потеряли более половины сбережений, население в целом — треть.

Можно усмотреть в этом очередную несправедливость, а можно и понять, что таким образом страна не только получила средства для дальнейшего развития, но и усилила свою финансовую систему. Для сохранения этой системы СССР пошёл на важный шаг: отказался вступить в МВФ и Международный банк реконструкции и развития, а 1 марта 1950 году вообще вышел из долларовой зоны, переведя определение курса рубля на золотую основу. В СССР были созданы крупные золотые запасы, а рубль был неконвертируемым, что позволяло поддерживать очень низкие цены и не допускать инфляции.

Сразу после войны были ликвидированы чрезвычайные нормы трудового права военного времени. Уже с 1 июля 1945 года были восстановлены очередные и дополнительные отпуска рабочим и служащим, отменённые на период военного времени. Вновь установлен 8-часовой рабочий день, прекращены трудовые мобилизации граждан. С февраля 1947 года восстановлена система коллективных договоров на предприятиях между администрацией предприятия и профсоюзами. С 1 июня 1956 года для рабочих и служащих в возрасте от 16 до 18 лет был установлен 6-часовой рабочий день и отпуск в один календарный месяц. В декабре 1956 года был запрещён прием на работу лиц моложе 16 лет.

После войны правительство СССР продолжало курс, начатый в годы первых пятилеток — на увеличение индустриальной мощи страны, являющейся основным фактором существования государства в условиях жёсткой конфронтации между социализмом и капитализмом.

Строятся промышленные гиганты: Калужский турбинный, Минский тракторный, Усть-Каменогорский свинцово-цинковый комбинаты и другие. Государственные резервы на начало 1953 года выросли по сравнению с довоенным уровнем: цветных металлов — в 10 раз; нефтепродуктов — в 3,3 раза; угля — в 5,1 раз.

Республики Прибалтики, Молдавия, западные области Украины и Белоруссии, вошедшие в состав СССР накануне войны, из аграрных становились индустриальными.

В ходе 4-й пятилетки было пущено в строй 6200 восстановленных и вновь построенных предприятий. Были восстановлены Днепрогэс, угольные шахты Донбасса и металлургические гиганты юга страны — Запорожсталь и Азовсталь. Однако восстановление промышленности происходило на основе воспроизведения устаревших по мировым стандартам технологий 1930-х годов. Таким образом, закладывалось структурное отставание промышленности от мирового уровня на 15–20 лет, особенно в области производства потребительских товаров и услуг. Приоритетное развитие оборонной промышленности поглощало средства в ущерб производству предметов потребления, социальной и культурной сферам. Лёгкая и пищевая промышленности в очередной пятилетке не выполнили плановых заданий и оставались отсталыми.

Восстановление промышленности и городов, как и индустриализация 1930-х годов, проводилось за счёт деревни, из которой до середины 1950-х годов изымали ресурсы. Колхозы сдавали половину продукции по госпоставкам, а закупочные цены оставались на уровне довоенных, а на товары для села — выросли многократно. Ещё более 1/3 урожая уходило по расчётам с МТС. Иначе говоря, половину урожая государство забирало практически бесплатно. В то же время цены на промышленную продукцию выросли в 20 раз. По трудодням колхозник получал в год меньше, чем рабочий зарабатывал в месяц.

Для укрепления руководства хозяйствами в 1949–1950 годах было проведено укрупнение колхозов, и к концу 1953 года их число сократилось почти втрое (с 255 тысяч до 93 тысяч). Одновременно шёл процесс интенсификации сельскохозяйственного производства.

Использовавшиеся в военные годы для личных посевов и выпаса скота, огородничества и садоводства колхозные земли были опять отобраны у колхозников, а урезанные личные подсобные хозяйства — обложены многочисленными налогами. Колхозники по-прежнему не имели паспортов, не могли покинуть деревню без разрешения властей, не могли получать пенсий.

Война и так на треть убавила число трудоспособных крестьян, особенно крестьян с образованием, а при таких условиях жизни, естественно, оставшиеся сельские жители стремились покинуть деревню при первой возможности — служба в армии, учёба в вузе, участие по оргнабору в «великих стройках коммунизма» давали такую возможность. За 1946–1953 годы деревню покинуло 8 миллионов человек; в 1950 году сельское население сократилось по сравнению с 1940-м вдвое.

В послевоенный период заготовительные цены на ряд важнейших продуктов сельского хозяйства настолько отошли от стоимости, что колхозы своими доходами за сданную продукцию не покрывали издержек производства. В наибольшей мере это касалось реализации зерновых, картофеля и животноводческих продуктов. На сентябрьском (1953) Пленуме ЦК КПСС отмечалось, что во многих колхозах производство картофеля обходится в 40 руб./ц, а заготовительная цена его составляет 3 руб./ц. Также производство зерна, мяса крупного рогатого скота, свинины, молока было убыточным.

В 1953 году была проведена налоговая реформа и вдвое уменьшены налоги с приусадебных участков. Налог взимался только с земли, а не со скота и деревьев. После сентябрьского (1953) года Пленума ЦК были значительно (в 3–6 раз) повышены закупочные цены на сельскохозяйственную продукцию.

Восстановленная промышленность позволила получить средства для развития сельского хозяйства, правда, от общего объёма ассигнований в 4-й пятилетке на развитие сельского хозяйства направлялось всего 7 %.

Массовая эвакуация промышленности на восток, разрушение во время оккупации и боевых действий в Европейской части десятков тысяч промышленных предприятий сильно изменили экономическую географию страны. Становилась всё более сложной проблема разделения народнохозяйственного комплекса на управляемые отрасли, поскольку и продукция, и технология промышленности усложнялись и становились всё более межотраслевыми. Поэтому после войны началась соответствующая реорганизация системы управления — в него наряду с отраслевым стали вводить территориальный принцип.

К концу 4-й пятилетки в городах наметился подъём жизненного уровня населения. К 1950 году реальная заработная плата достигла уровня 1940 года; с 1947 по 1954 год ежегодно (обычно 1 марта) объявлялось снижение розничных цен на товары массового потребления, и за семь лет розничные цены снизились в 2,2 раза. С 1946 по 1950 год хлеб подешевел втрое, а мясо в 2,5 раза. Именно тогда возникли закреплённые в государственной идеологии (и укрепляющие государство) специфические стереотипы советского массового сознания: уверенность в завтрашнем дне и убеждение, что жизнь может только улучшаться.

Однако, хотя номинальная заработная плата горожан росла, повышались нормы выработки, ежегодно проводились массовые займы в размере месячной зарплаты. Низкие объёмы производства товаров конечного потребления и услуг создавали острейший дефицит и условия для скрытого перераспределения доходов — начали появляться «теневики» и «цеховики».

Великая Отечественная война оказала сильное влияние на сознание советского человека. Прежде всего, вселила в него оптимизм, который побуждал не обращать внимания на трудности, давал уверенность в светлом будущем. Стремление участвовать в созидании коммунистического общества активизировало энтузиазм масс, развивало старые и рождало новые трудовые почины. Такой настрой давал весомые результаты. Анализируя дух советских людей в те годы, английский журналист Р. Паркер отмечал: «Для них твёрдая вера в то, что всё быстро меняется к лучшему, служит достойной компенсацией трудностей и лишений». Но трудовой энтузиазм во многом основывался на чувстве постоянной неудовлетворённости людей достигнутыми результатами. На собраниях трудовых коллективов акцент делался не на достигнутых успехах, а на недостатках.

В послевоенный период большое внимание уделялось развитию образования. Несмотря на тяжелейшее положение страны, уже в 1946 году на него было выделено 3,8 миллиарда рублей (в 1940-м — 2,3 миллиарда), а к 1950 году эта сумма выросла до 5,7 миллиарда рублей. Росло количество школ, открывались новые вузы. В городах было введено обязательное семилетнее образование, число студентов в 1950 году выросло на 50 % по сравнению с 1940 годом.

Были созданы Академии наук в союзных республиках, организована целая сеть научно-исследовательских институтов, таких, как институт точной механики и вычислительной техники, институт радиотехники и электроники, институт атомной энергии, институт прикладной физики и другие. Появился новый тип института, соединяющего науку с обучением (московский «Физтех»); был создан Государственный комитет по науке и технике (ГКНТ).

Резко возросла зарплата научных работников, и численность научных работников выросла с 98 тысяч в 1940 году до 192 тысяч в 1955 году. Это имело и свои негативные последствия: в академической и вузовской среде стал оседать слой посредственностей — появилась грустная шутка о «втором великом переломе», когда «середняк пошёл в науку». На самом деле это был закономерный результат, когда образование не успевало за поставленными перед ним целями.

В феврале—марте 1954 года была принята программа освоения целинных и залежных земель; её инициатором был Н.С. Хрущёв. В Сибирь и Казахстан для введения в оборот дополнительных земель отправились свыше 500 тысяч добровольцев, главным образом молодёжь. В восточных районах было создано свыше 400 новых совхозов, а доля сбора зерна на вновь освоенных землях составила 27 % от общесоюзного урожая.

Эту программу многие критиковали, но на деле она позволила быстро увеличить производство зерна и гарантировать продовольственную безопасность СССР. С 1947 года по 1955-й было произведено 727 миллионов тонн зерновых, а за такой же девятилетний период с 1956 года (первый урожай целины) по 1964-й произведено 1138 миллионов тонн. Хотя, действительно, освоение целинных земель — далеко не лучший в социально-экономическом отношении вариант развития; он более затратный и менее эффективный, чем интенсификация «старых» земель.

Итак, СССР в короткие сроки, используя внутренние ресурсы, смог достичь и превзойти довоенный уровень производства, отменить карточную систему и одновременно укрепить обороноспособность страны, лишив США монополии на ядерное оружие. И всё же восстановление экономики на довоенной технологической базе повлекло отставание советской промышленности от западной. Включились механизмы самоблокировки развития, основанные на структуре экономики, созданной в годы индустриализации. Со временем выявились. пределы проведённой модернизации, их неэффективность при переходе от индустриальной к постиндустриальной экономике.

XIX партийный съезд (1952 год) переименовал ВКП(б) в КПСС.

5 марта 1953 года умер И.В. Сталин.

После смерти Сталина было создано так называемое коллективное руководство страной и партией. Председателем Совета Министров стал Г.М. Маленков, его заместителями Л.П. Берия, В.М. Молотов, Н.А. Булганин, Л.М. Каганович. Председателем Президиума Верховного Совета СССР стал К.Е. Ворошилов, а ЦК КПСС возглавил Н.С. Хрущёв. Практически сразу же, 4 апреля 1953 года, прошла реабилитация по «делу врачей». Начали возвращаться люди из лагерей и ссылок.

Со смерти Сталина начался выход из мобилизационного режима экономики с помощью слома сначала его идеологической базы, а затем и организационной. Первым шагом, укрепившим позиции нового руководства, была очень популярная акция: были арестованы, осуждены и расстреляны министр внутренних дел Л.П. Берия и его подручные; по сути, на них свалили проведение массовых репрессий.

На августовской сессии Верховного Совета СССР 1953 года новый председатель Совета Министров Г.М. Маленков впервые поставил вопрос о повороте экономики к человеку, о первоочередном внимании к благосостоянию народа через ускоренное развитие производства предметов потребления. Сентябрьский Пленум ЦК КПСС, избравший Первым секретарем ЦК Н.С. Хрущёва, как мы уже упомянули, был посвящен кризисному состоянию сельского хозяйства. Хрущёв заявил, что без материального стимулирования сельское хозяйство не поднять: начать следует с резкого повышения закупочных цен.

Скажем несколько слов о послевоенных репрессиях. Они не достигли масштаба 1930-х годов, не было громких показательных процессов, но они были, и были достаточно широкими. Следует учитывать, что в годы войны только в национальных формированиях из числа народов СССР на стороне Германии воевало от 1,2 до 1,6 миллиона человек. Так что большое количество репрессированных за сотрудничество с врагом вполне объяснимо. Были репрессированы бывшие военнопленные (приказом Главкома Сталина все попавшие в плен попадали в разряд предателей Родины). Война и тяжёлая послевоенная ситуация в стране привели также к колоссальному росту уголовной преступности.

В феврале 1955 года Г.М. Маленков был освобождён с поста Председателя Совета Министров; на этот пост был назначен Н.А. Булганин. Такие перемены привели к изменению баланса сил в верхах — на первые позиции выдвинулся Н.С. Хрущёв.

После войны, а особенно после смерти Сталина контроль партии над всеми сторонами жизни стал обременительным для новой власти. В конце 1940-х — начале 1950-х слова «Политбюро», «ЦК», «Генеральный секретарь» постепенно теряли своё прежнее значение. Высказывалось мнение, что партия — это не более как политический инструмент, который не должен заниматься хозяйственными вопросами и не должен дублировать Совет Министров. Но было и другое мнение, — что партия должна присутствовать во всех сферах жизни.

В итоге победила вторая точка зрения, так как власть в стране после устранения Берии и Маленкова досталась главному партийному функционеру Н.С. Хрущёву. Скорее всего, Берия пострадал из-за попытки поставить МВД над партией. Вот против чего восстали почти все партийные функционеры высокого уровня.

Независимо от того, представитель какой точки зрения находился у власти в каждый конкретный момент, по сути, после убийства Берии страна перешла на «польский путь правления», когда твёрдой руки государя нет, народ бесправен, а решает все вопросы «боярская» элита — высшая партноменклатура. К власти пришли силы, которые хотели руководить страной в своих интересах, никак не отвечая за результаты своего правления.

В 1953 году, после убийства Берии, произошли серьёзные перемены в деятельности правоохранительных органов. Их работу регламентировали, указав, что лица, занимающие освобождённые партийные должности (партноменклатура), для них отныне недоступны. Их нельзя вербовать, за ними нельзя следить. Даже в этой мелочи элита отделила себя от народа. Совершенно очевидно, что новая власть не собиралась работать в интересах страны. Эти люди хотели хорошо жить «здесь и сейчас», и не для других, а для себя. (Менее чем через сорок лет «молодая поросль» этих деятелей развалила СССР.)

Штаты МВД сократили на 12 %, и была проведена большая чистка. 1342 бывших сотрудника органов были преданы суду и приговорены к разным мерам наказания. 2370 человек наказали в административном порядке. Было упразднено Особое совещание при министре внутренних дел СССР, которое использовалось для незаконных репрессий. За время существования ОСО, с 1934 по 1953 год, им были приговорены к смертной казне 10101 человек. Мемуарная литература о репрессиях представляет ОСО как орган, который вынес чуть ли не основную массу приговоров. А почему? Да потому, что мемуары отражают судьбу узкого круга элитарной номенклатуры, которой и занималось ОСО.

В 1954 году из МВД был выделен Комитет госбезопасности при СМ СССР (КГБ).

В это же время началась большая и кропотливая работа по пересмотру дел жертв сталинских репрессий и реабилитации невиновных. Началось восстановление прав и государственных образований депортированных народов.

В 1956 году процесс «десталинизации» повёл к радикальному разрыву с прошлым: на закрытом заседании XX съезда КПСС Н.С. Хрущёв сделал доклад с разоблачением культа личности Сталина. Это было сделано так, что нанесло мощный удар по фундаменту советского государства, стало первым принципиальным шагом к разрушению его легитимности. Был начат процесс, аналогичный тому, что привёл к краху Российскую империю в феврале 1917 года.

Тогда же возник кризис в международном коммунистическом движении, а по сути его ликвидация в западноевропейских странах.

Следует понять: доклад Хрущёва не был направлен на «исправление ошибок и восстановление истины», а был крупной акцией политической борьбы. Так, он заявил: «Когда Сталин умер, в лагерях находилось до 10 миллионов человек». В действительности на 1 января 1953 года в лагерях содержалось 2 468 543 заключённых, о чём Хрущёв прекрасно знал. Ещё в феврале 1954 года ему была представлена справка, подписанная Генеральным прокурором СССР, министром внутренних дел СССР и министром юстиции СССР, содержащая точные данные о числе осуждённых всеми видами судебных органов за период с 1921 года по 1 февраля 1954 года. Таким образом, и в докладе XX съезду КПСС, и в множестве выступлений Н.С. Хрущёв сознательно искажал истину.

С того времени тема репрессий стала главной в психологической войне против СССР, концепция которой была развита как часть «холодной войны».

Н.С. Хрущев был лишён чувства России. При нём за несколько лет разрушили больше храмов, чем за все предыдущие сорок лет, и после состоявшегося во время войны окончательного примирения государства с церковью это было совершенно лишено оснований.

Победа в Великой Отечественной войне изменила психологию советского народа. Возросло чувство собственного достоинства, патриотизма, но миллионы людей в рядах Красной Армии побывали за границей и увидели различие в быте «у нас» и «у них». Не понимая истинных причин такого различия, они начали чувствовать некую ущербность в своём существовании на Родине. Это тоже было использовано против нас в разворачивавшейся «холодной войне».