2. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ КИЕВСКОЙ РУСИ

2. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ КИЕВСКОЙ РУСИ

Сельское хозяйство. Главное место в экономике Киевской Руси занимало сельское хозяйство, имевшее древние традиции и достигшее высокого уровня развития. Особенно успешно развивалось земледелие, уровень которого определялся качеством обработки почвы и системой севооборота. Последние, в свою очередь, зависели от земледельческих орудий и культурных растений, выращиваемых в то время.

Земледельческие орудия времен Киевской Руси отличались большим разнообразием. Существовали ручные и тягловые пахотные орудия. К тягловым относились рало с узким лезвием без полоза, рало с широким лезвием с полозом, плуг, однозубая, двузубая и многозубая сохи. Отмеченные типы пахотных орудий появились у восточных славян в разное время. В период Киевской Руси они широко применялись на разных почвах и при различных процессах их обработки.

К наиболее совершенным и распространенным пахотным орудиям принадлежал плуг, появившийся в лесостепных районах восточнославянских территорий не позднее конца I тысячелетия н. э. Применение плуга не привело к исчезновению других пахотных орудий, распространенных на этой территории в прежние времена. В частности, использовались рала с узким и широким лезвием, которые часто играли роль культиваторов, а также бороны. В Киевской Руси бороны были деревянными. Рама их делалась из тесаных брусков или плелась из лозы.

В лесных районах Киевской Руси эволюция земледельческих орудий имела свои особенности. Здесь с давних пор преобладающей системой земледелия была подсечная, а древнейшими орудиями обработки земли — суковатка и соха без железного сошника.

Значительное распространение на Руси имели также ручные земледельческие орудия: заступы, мотыги, серпы и косы, которые упоминаются в письменных источниках и часто встречаются среди археологического материала. По форме и назначению они близки к современным.

Для обмолота хлеба использовался цеп. Он упоминается и литературными памятниками. Так, автор «Слова о полку Игореве» битву русских с половцами сравнивает с молотьбой цепами.

Сельскохозяйственные орудия в Киевской Руси были не только разнообразными, но и совершенными для своего времени. Все вместе они представляли собой техническую базу земледелия. К зерновым культурам, которые выращивались на Руси, принадлежали рожь, пшеница, просо, ячмень и овес. Каждое из растений культивировалось там, где были наиболее благоприятные для него климатические условия.

Пахота и строительство на Руси. Миниатюра Радзивилловской летописи

Простейшим и древнейшим способом восстановления плодородия почвы естественным путем, применяемым в лесостепных районах, была переложная система земледелия. Такая система появилась у восточных славян этого края, наверное, в первой половине I тысячелетия н. э. вместе с земледельческими орудиями, способными распахивать поросшие травой переложные земли. Переложная система была господствующей в земледелии лесостепных районов на протяжении всего I тысячелетия н. э.

Развитие агротехники, явившееся составной частью экономического прогресса страны, обусловило появление других земледельческих систем, при которых урожайность земли восстанавливал сам производитель путем усовершенствования обработки почвы, борьбы с бурьянами, подкормкой и т. д. Так возникла паровая система с двупольным и трехпольным севооборотами.

В лесных районах Руси земледелие было подсечным, или огневым. Вырубка и сжигание леса при этой системе было не только средством освобождения участков для пахоты, но и агротехническим мероприятием, обеспечивавшим уничтожение бурьянов и удобрение почвы пеплом. Такие участки засевались и эксплуатировались на протяжении двух — четырех лет, после чего их оставляли на 10–15 лет.

Земледельческие орудия труда:

1 — колун; 2 — кувалда; 3 — топор. Колодяжинское городище. Волынская область. XII — ХIII вв.

Одним из основных орудий труда для подготовки поля при подсечной системе был топор. Распушивали землю после сжигания леса с помощью деревянной сохи или так называемой суковатки — верхушки ели с обрубленными ветвями. Применение пахотных орудий с железными наконечниками на лесных участках давало возможность увеличить срок их эксплуатации. Участки с лучшими почвами обрабатывались постоянно. Так в лесных районах наряду с подсечным появилось и пахотное земледелие.

Таким образом, в Киевской Руси существовало несколько систем земледелия, что было естественным при наличии различных климатических районов и соответственно таких же различных почв. В общем земледелие в Киевской Руси достигло такого агротехнического уровня, который обеспечивал относительно высокую производительность труда и урожайность.

Природные условия страны были благоприятными для развития животноводства. Для пастбищ с весны до осени использовались поймы, луга, степные просторы, леса, переложные земли и толоки. Зимой скот кормили сеном и продуктами земледелия. Большое внимание животноводству уделяло законодательство Киевской Руси. Согласно «Русской правде» воровство домашних животных считалось преступлением, за которое налагался штраф.

Важной вспомогательной отраслью хозяйства в Киевской Руси была охота. В лесах и в степях водились дикие звери и птицы, имевшие промысловое значение. Судя по количеству костей диких животных, обнаруженных во время раскопок древнерусских поселений, охота играла немаловажную роль в обеспечении населения мясом и мехом. Хозяйственное значение охоты состояло также и в том, что она давала сырье для реализации на внутреннем и внешнем рынках. Законодательство Киевской Руси охраняло права собственности на средства охоты, принадлежавшие отдельным лицам. Существовали определенные угодья, являвшиеся собственностью сельской общины или отдельных феодалов, где посторонним лицам запрещалось охотиться.

Значительное место в хозяйстве принадлежало и, такому промыслу, как рыболовство. Письменные источники неоднократно упоминают рыбу в составе продуктов питания.

На древнерусских поселениях находят рыбьи кости в большом количестве. Среди них встречаются и кости больших сомов, вес которых достигал нескольких десятков килограммов. Основным орудием рыболовства были сети, от которых сохранились глиняные и металлические грузила. Ловили рыбу также на крючки и блесну, били ее и остями.

Место пчеловодства в Киевской Руси определялось той особой ролью, какую играл мед и воск в питании и в быту, а также во внутренней и внешней торговле. Основным видом пчеловодства было бортничество — собирание меда пчел, поселившихся в бортях — дуплах деревьев, естественных или выдолбленных человеком. Борти принадлежали отдельным владельцам, и каждый, обнаруживший в лесу борть, ставил на ней свой знак. Бывали случаи присвоения чужой борти, за что, согласно «Русской правде», предусматривалось наложение значительного штрафа на того, кто «раззнаменает» борть, т. е. уничтожит на дереве знак прежнего владельца и поставит свой. Существовали целые участки бортных деревьев, представлявших собой своеобразную пасеку. Они принадлежали разным лицам, метились определенными межевыми знаками, а также охранялись законом. За уничтожение бортной межи предусматривался штраф в таком же размере, как и за присвоение — отдельной борти. Наряду с бортничеством развивалось улейное пчеловодство. Оно известно на Руси уже с Х в., на что указывают арабские писатели.

Ремесло. Большое значение в хозяйственной жизни Киевской Руси имело высокоразвитое ремесло. Главными центрами его средоточия были древнерусские города, но отдельные отрасли развивались и в селах.

Важнейшей отраслью ремесла была черная металлургия, являвшаяся вместе с земледелием основой экономического развития страны. Железо добывалось из болотных руд, которыми богата территория Древней Руси. В ряде ее полесских районов руды имеют высокий (от 18 до 40) процент железа. Плавилось оно в специальных сыродутных горнах, остатки которых обнаружены во многих пунктах. Как правило, железоделательное производство, имевшее самую непосредственную связь с ремеслом городов, находилось за их пределами, на территории сельской округи. Выплавкой железа занимались как общинные ремесленники, так и вотчинные, проживавшие сезонно или постоянно в деревне и снабжавшие княжеские и боярские мастерские металлом.

Известны на Руси и специализированные центры железоделательного — производства. Один из них находился в Городске на Тетереве — на месте современного села с тем же названием Коростышевского района Житомирской области. Здесь на большой площади одновременно функционировала десятки сыродутных горнов. Следы железоделательного производства зафиксированы также и в Вышгороде.

Обработка железа, изготовление из него многочисленных вещей для хозяйства, военного дела и быта осуществлялись в кузнечных мастерских. Их остатки обнаружены практически во всех исследовавшихся древнерусских городах. Крупнейшими центрами по обработке черного металла являлись Киев, Новгород, Смоленск, Галич, Вышгород. Ассортимент изделий из железа насчитывал 150 наименований, в том числе 22 орудия труда, 46 ремесленных инструментов, 16 видов оружия, 37 предметов домашней утвари, 10 наборов конской сбруи и снаряжения всадника, 19 украшений.

Изделия из железа. XI–XIII вв.

Особым совершенством отличаются кузнечные инструменты: наковальни, молотки, клещи, зубила, пробойники. По форме и функциональным признакам они практически были равны аналогичным инструментам позднейших времен.

Древнерусские кузнецы владели множеством технологических приемов обработки железа: ковкой, сваркой, цементированием, обточкой, инкрустацией цветными металлами, полировкой. В ряде категорий кузнечных изделий высокое качество металла дополнялось функциональным совершенством формы, а также художественным оформлением. Примером таких изделий являются древнерусские мечи, которые, по свидетельству хорезмского ученого XI в. аль-Бируни, представляли собой вещи «дивные и исключительные». Убедительным подтверждением сказанному является меч с автографом мастера: «Коваль Людота», обнаруженный на Полтавщине у деревни Хвощево. Его рукоять украшена сложным плетением, напоминающим художественную резьбу.

Древнерусское слово «кузнец» означало также и ремесленника, работавшего с цветными металлами. «Кузнецы злату, серебру и меди» достигли исключительного мастерства и владели всеми видами обработки цветных металлов, известных в средневековье: литьем, волочением проволоки, сканью и филигранью, зернью, эмалью, техникой свинцовых и оловянных отливок. Искусство отливок в имитационных формочках явилось изобретением киевских мастеров XII в. 6 этой технике изготовлялись украшения, имитировавшие золотые и серебряные изделия и предназначавшиеся на широкий рынок. Монополией киевских литейщиков было изготовление крестов — энколпионов, расходившихся по всей Руси и попадавших даже за ее пределы.

Рукоять меча с надписью — клеймом: «Коваль Людота». Село Хвощево Полтавской области. X–XI вв.

В производстве перегородчатых эмалей древнерусские мастера были непревзойденными. Эта сложная техника, появившаяся на Руси в Х — XI вв., получила особое распространение в XII и XIII вв. Крупными центрами эмальерного производства считались Киев, Новгород, Рязань, Галич, Владимир на Клязьме. В мастерских этих городов изготовлялись диадемы и бармы, медальоны и колты, кресты и ожерелья, драгоценные переплеты книг. Вершиной русского эмальерного дела являются работы киевского мастера второй половины XII в. Лазаря Богши, лучшие среди которых — две княжеские диадемы (с деисусным чином и с изображением вознесения Александра Македонского), а также крест Ефросиньи Полоцкой. Остатки двух эмальерных мастерских XII–XIII вв. выявлены в центральной части древнего Киева.

Искусством черни древнерусские ювелиры овладели уже в Х в., но наивысшего мастерства достигли в XII — начале XIII в. В кладах этого времени неизменно обнаруживались серебряные черненые колты, медальоны, перстни, кресты — энколпионы, широкие браслеты. Встречаются подобные изделия и во время раскопок. Особый интерес представляют широкие браслеты — наручи, которые принадлежат к числу лучших произведений древнерусского художественного ремесла. Согласно сведениям, известным из литературы, в разных древнерусских центрах найдено около 20 таких браслетов. Стилистически все они близки между собой, но отличаются разнообразием декора. На створках наручей изображены жанровые сцены, фантастические звери и птицы, цветы, растительные побеги. Поражает исключительная декоративность изображений. Хвосты зверей и птиц стилизованы в виде сплетений растительных побегов, заполняющих все свободное пространство киотцев. Схематизм в трактовке сиринов и драконов, грифонов и симарглов также усиливает впечатление декоративности.

Остатки срубной постройки. Киев. X в.

Областью, тесно связанной с производством эмалей, являлось стеклоделие. Долгое время исследователи считали, что все предметы из стекла привозились на Русь из Византии. Раскопки В. В. Хвойки в 1908–1909 гг. в Киеве опровергли это ошибочное мнение. В настоящее время стекловаренные мастерские открыты во многих древнерусских центрах. В них изготовлялись: мозаичная масса (смальта), оконное стекло, посуда, стеклянные браслеты, перстни, бусы и другие вещи. Появление стеклоделия на Руси относится к XI в., время расцвета этого вида ремесла приходится на XII–XIII вв.

Наиболее массовой продукцией древнерусского ремесленного производства являются керамические изделия. Ассортимент их разнообразен. Это горшки, миски, кувшины, корчаги, амфорки киевского типа, голосники, светильники. На рубеже Х — XI вв. началось производство поливной керамики: столовой посуды и плиток, употреблявшихся в строительстве дворцов и храмов. Поливные керамические плитки украшали полы и стены храмов Киева, Новгорода, Владимира, Смоленска, Переяславля и других древнерусских городов. В XII–XIII вв. древнерусские керамисты изготовляли уже такую поливную посуду, что она могла успешно конкурировать на внутреннем рынке с привозной.

Среди материалов, которые на Руси применялись для разнообразных поделок, значительное место занимала кость. Из нее делали рукоятки ножей и кинжалов, ручки зеркал, обкладки луков и седел, наконечники стрел, гребешки, расчески, писала, пуговицы, резные иконки. В этой области работали опытные резчики, мастерские которых обнаружены в Киеве, Новгороде, Галиче, Звенигороде и других городах.

Высокого уровня развития достигли в Киевской Руси отрасли ремесла, связанные со строительным делом: дерево- и камнеобрабатывающие, изготовление кирпича, извести.

Древнейшим из этих ремесел являлось деревообрабатывающее. Из дерева строились жилые и хозяйственные сооружения, первые христианские храмы, оборонительные стены вокруг городов и феодальных замков, изготовлялись разнообразнейшие хозяйственные и бытовые вещи: телеги, сани, суда, мебель. Утилитарность большинства деревянных изделий обусловливала их художественное совершенство. Плотник или столяр одновременно был и искусным резчиком. Свидетельством этого являются прекрасные образцы художественной резьбы, обнаруженные в Новгороде, Бресте, Старой Ладоге, Киеве.

Угол сруба. Киев. X в.

Деревянное строительство обслуживали квалифицированные специалисты, так называемые «древоделы», объединявшиеся в артели. Известны объединения огородников, возводивших деревянные конструкции оборонительных сооружений, — городни, а также мостников, строивших и чинивших мосты и мостовые. Они упоминаются в летописи, «Русской правде», «Киево — Печерском патерике».

Широкое каменное строительство, развернувшееся на Руси в конце Х— начале XI в., требовало специалистов различных профилей — архитекторов, «плинфотворителей», каменщиков, мастеров по обжигу извести. Исследователями в Киеве, Суздале и некоторых других центрах обнаружены остатки мастерских по обработке камня, печей по обжигу плинфы и извести. Производственный потенциал их был значителен. Выявленные в Киеве, вблизи Софийского собора, обжиговые печи за один цикл производили около 600 бочек извести.

Существовали и такие отрасли ремесла, как портняжное дело, обработка кожи. В письменных источниках неоднократно упоминаются кожемяки и усмошвецы. Мастерские по вычинке шкур и изготовлению обуви обнаружены в Новгороде и Киеве.

Значительное распространение на Руси имели и так называемые домашние ремесла, к которым относились прядение и ткачество, переработка сельскохозяйственной продукции, приготовление продуктов питания и др. Из зерна, муки, круп, мяса, молока, рыбы в Древней Руси умела готовить широкий ассортимент блюд. Письменные источники упоминают кислые хлеба, сладкие пироги с медом и маком, караваи, коврижки, кашу, сочиво (супы), квас, кисель, сыр, пиво. В крупных городах были и специальные хлебопекарни, которые пекли хлеб для крупных хозяйств, монастырей, а также на продажу.

Прядение и ткачество в домашних условиях были женским занятием. Об этом, в частности, говорят многочисленные надписи в большинстве своем женских имен на шиферных пряслицах.

Обработка конопли и льна осуществлялась так же, как и в последующее время. Среди археологических находок известны так называемые трепала, при помощи которых удалялась кострица, гребни, остатки ткацких станков.

В целом многопрофильное ремесленное производство Древней Руси находилось на высоком уровне развития. В ряде отраслей — технике эмалевого пастилажа, золотой росписи по меди, зерни, скани и черни — древнерусские мастера занимали ведущее место в Европе.

Торговля. Развитие ремесленного производства в значительной мере зависело от степени развития связей между отдельными его отраслями, осуществлявшихся посредством обмена и торговли. Основную часть продукции ремесленники сбывали на рынке; часть ее шла на обмен, за другую, после ее продажи, покупали необходимые им вещи, которые сами они не производили, а также сырье. Важнейшими товарами, получаемыми ремесленниками за свои изделия, были сельскохозяйственные продукты.

Уровень развития торговли зависел от спроса и производительности труда ремесленников: чем больше вырабатывалось продукции, тем больше ее подпадало на рынок.

Основным видом экономических связей в Киевской Руси был обмен в пределах небольших районов между отдельными производителями. Такой обмен существовал на протяжении всего феодального периода. В. И. Ленин писал по этому поводу: «Докапиталистическая деревня представляла из себя (с экономической стороны) сеть мелких местных рынков, связывающих крохотные группы мелких производителей…»[42]. Размещение железоделательных горнов и кузниц указывает на то, что своей продукцией они обслуживали районы в радиусе от 10 до 30 километров. На такой же территории распространялись изделия сельских ювелиров, гончаров, сапожников и др.

Кроме того, активно развивалась торговля и в пределах всей страны. Она связывала между собой отдельные местные рынки. Изделия киевских мастеров — стеклянные браслеты, энколпионы, вещи с перегородчатой эмалью и другие, отличавшиеся техническим совершенством и высоким художественным уровнем исполнения, расходились по многим городам и селам.

Постоянная торговля связывала разные по природным условиям части Руси. Она обеспечивала население отдельных районов продукцией, которую на месте не производили или которой не хватало. Так, Галицкая земля вывозила в различные районы страны соль, получала оттуда нужную ей продукцию. Новгородская земля поставляла мех, а, которыми она славилась, и одновременно покупала хлеб.

Обмен имел различные формы. Там, где производитель и потребитель были территориально близкими, обмен мог осуществляться посредством заказа. В таком случае мастерская, где производился товар, служила и местом его реализации. Сюда приходил заказчик и приносил за исполненную по его просьбе вещь свой товар или деньги. Обмен между территориально отдаленными контрагентами осуществлялся на постоянных или периодически функционировавших рынках в каждом городе и во многих селах. Такие села назывались на Руси погостами, что означало место «гостьбы» — торговли.

Развитие торговли вызвало к жизни сословие купцов. Наиболее значительную их группу составляли мелкие торговцы по образцу известных позднее коробейников. Они проникали в самые отдаленные и глухие местности, разнося изделия киевских, новгородских, галицких, суздальских и других ремесленников. Крупные купцы осуществляли довольно сложные операции, реализуя значительные партии товаров. Они объединялись в торговые корпорации. Караваны, которыми владели эти корпорации, пересекали вдоль и поперек всю страну.

Из летописей известно о трех важнейших путях, которыми Русь осуществляла торговые связи с другими странами: Греческом, Соляном и Залозном. Греческий связывал Русь и северные страны с Византией; Соляной — Поднепровье с Галицкой землей; Залозный проходил с Поднепровья на юго — восток до Азовского моря и дальше на Кавказ.

Развитая торговля была невозможной без денежного обращения. Сначала эквивалентом при торговых операциях на Руси служили иностранные монеты. B VIII — Х вв. особенно распространились арабские дирхемы, которых найдено на русских землях сотни тысяч, византийские номисмы и милиаресии и западно — европейские динарии. При Владимире Святославиче началась чеканка собственных денег — сребреников и златников. В XI–XIII вв. для расчетов при больших торговых операциях применялись серебряные слитки, так называемые гривны, весом от 95 до 197 граммов. Последние составляли основную единицу денежной системы на Руси. Гривна равнялась 20 ногатам, или 25 кунам, или 50 резанам, или 100 веверицам, или 100 векшам. По весу ногата равнялась одному дирхему, а резана — динарию. Интересы внешней торговли защищали договоры Руси с греками и «Русская правда». О внешней торговле имеется много сведений в древнерусских летописях. Все это привело к тому, что некоторые дореволюционные историки преувеличивали ее роль в жизни древнерусского общества. Потребностями внешней торговли объясняли возникновение городов, которые считались. торговыми факториями и транзитными пунктами. В действительности же — такое внимание, оказываемое внешней торговле, объясняется не ее главенствующей ролью, а значением в жизни господствующих слоев Киевской Руси. Она прежде всего удовлетворяла их потребности в предметах роскоши. Не удивительно, что политика Киевской Руси во многих случаях диктовалась интересами внешней торговли.

Древнерусские монетные гривны. XI–XIII вв.

Киевская Русь торговала не только с соседями, но и с отдаленными странами Востока и Запада. Постоянные торговые связи поддерживались с Византией, Арабским Востоком, Хазарским каганатом. Волжской Болгарией, скандинавскими, центральноевропейскими и западноевропейскими странами. Чepeз земли Киевской Руси проходили пути мировой торговли, соединявшие Север с Югом и Запад с Востоком. Путь «от Грек» для своего времени был самой большой в мире торговой артерией. Киевская Русь вывозила на внешние рынки мех, мед, воск, кожу, ремесленные изделия, в частности оружие и украшения, а также рабов. Работорговля в эпоху средневековья была распространенным явлением. Питалась она феодальными войнами, во время которых победители захватывали у побежденных не только имущество, но и пленных, становившихся объектом внешней торговли. Сбывали рабов преимущественно в Византию и страны Востока.

Очень ценились на внешних рынках русские меха, которые, по высказыванию западноевропейского писателя Адама Бременского (XI в.), считались там наивысшим благом. Ремесленные изделия древнерусских мастеров находили потребителя в Польше, Чехии, Моравии, Прибалтике и в Западной Европе.

Из Византии на Русь ввозили золото, дорогие ткани, вино, овощи, масло, серебряную и стеклянную посуду, а с конца Х в. — и предметы христианского культа. Об объеме импорта из Византии свидетельствуют, например, находки большого количества амфор, которые служили тарой для вина и масла. С Арабского Востока на Русь поступала высокохудожественная дорогая посуда и другие товары. Арабские дирхемы использовались на Руси не только в их прямом назначении; из них также изготовлялись серебряные украшения. Страны Запада поставляли медь, свинец, оружие, предметы искусства, быта и культа, например, лиможские эмали и мечи, изготовлявшиеся на Рейне.

В Киевской Руси существовали объединения купцов, специализировавшихся на торговле с определенными странами и определенными видами товаров. Таким объединением, например, была Ивановская община в Новгороде, торговавшая преимущественно воском. Организационным центром общины служила церковь Ивана на Опоках. Община имела свой устав, определявший организационные принципы и методы торговли. В крупных городах постоянными гостями были иностранные купцы; в Киеве, Новгороде и Смоленске они имели свои торговые дворы.

Княжеская диадема из золота с перегородчатой эмалью. Сахновское городище. Черкасская область. XII в.

Золотые трехбусинные серьги киевского типа. XII–XIII вв.

О высоком уровне развития торговли в Киевской Руси свидетельствует практика кредитных операций. Одалживание денег для потребностей торговли было, вероятно, распространенным явлением, поскольку этому вопросу посвящено несколько статей «Русской правды». Важно отметить, что кредитные операции базировались на доверии и не нуждались в свидетелях. «Аще кто купец купцю дасть в куплю куны или в гостьбу, то… послуси ему не надобе». «Русская правда» устанавливала 20 % прибыли от кредита и определяла порядок выплаты долга в случае разорения купца-должника. Если разорение купца произошло в результате стихийного бедствия, закон предусматривал выплату долга постепенно; если же в разорении повинен был сам купец, долг надо было внести незамедлительно.

Высокий уровень развития торговли в Киевской Руси не изменил натурального в своей основе хозяйства, поскольку товарное производство занимало незначительную часть общественного производства вообще. Вместе с тем торговля являлась прогрессивным фактором в развитии страны, ибо она стимулировала рост производительности труда, способствовала укреплению экономических связей между отдельными районами страны.

Древнерусское село. Большинство древнерусских населенных пунктов являлись селами, в которых сосредоточивались земледелие, животноводство, промыслы и проживало население, занятое в этих отраслях производства, — крестьяне, известные в Киевской Руси под названием «людей», смердов, закупов, рядовичей, холопов, а также феодалы, являвшиеся владельцами значительной части земли — основного средства сельскохозяйственного производства. В селах или вблизи них размещались дворы— административные и хозяйственные центры феодальных владений.

В письменных источниках есть несколько названий, определяющих сельские поселения эпохи Киевской Руси: «село», «сельце», «деревня», «погост», «двор», «дом». Каждое из этих названий указывает в основном на определенный тип поселений. Чаще других встречается название «село», что означало поселение, где жили смерды. «Деревней» назывались новые небольшие поселения, созданные выселенцами из большого села. «Погостом» источники называют центральное поселение определенной сельской округи, возможно, сельской общины, где находились общие рынки, религиозные учреждения и т. д. Распространенными были «двор» и «дом» — усадьбы отдельных феодалов, центры феодальных владений. «Село», «деревня» и «погост» не укреплялись, а «дом» и «двор» представляли собой городки. Размещались они в пределах селений или поблизости.

Смерды делились на две категории — лично свободных членов сельской общины и феодально зависимых. С этими двумя категориями, очевидно, связываются и два типа сельских поселений — с замками и без них. Население, проживавшее вблизи феодальной вотчины, представляло собой категорию зависимых смердов. Наверное, и само появление феодального двора на территории села или вблизи него было результатом присвоения феодалом общинной земли смердов и превращения свободных общинников в феодально зависимых производителей. Жителей сел, отдаленных от феодальных дворов, следует рассматривать как лично свободных смердов, подвластных непосредственно князю как главе или представителю государства. Исторические источники, к сожалению, не содержат данных, которые дали бы возможность установить разницу между лично свободными и феодально зависимыми смердами.

Для характеристики древнерусского села используются археологические материалы, добытые на поселении вблизи с. Комаровка Переяслав Хмельницкого района Киевской области. Расположено оно на левом берегу Днепра на надпойменной террасе, окруженной со всех сторон болотами, водоемами и лесом. Его площадь составляет около 8 га. Природные условия здесь благоприятны для всех отраслей хозяйства и прежде всего для земледелия. Вблизи селища находится большой массив надпойменного чернозема. На селище выявлены остатки жилищ и хозяйственных помещений, размещенных группами, которые соответствуют отдельным крестьянским хозяйствам. Древнерусское село не имело определенной планировочной структуры: каждый крестьянский двор располагался отдельно. На исследованной площади (приблизительно 2 га) селища выявлены остатки 12 крестьянских дворов, а всего их насчитывалось (если допустить одинаковую густоту застройки селения) более 50. Значительные по площади древнерусские селения известны и в других местностях Киевской Руси. На одном из них, на правом берегу Днепра, вблизи бывшего села Кичкаса, обнаружено 57 крестьянских дворов.

На селище вблизи с. Сахновка Корсунь — Шевченковского района Черкасской области исследованы 32 крестьянских двора с жилищами и другими постройками, в которых найдены орудия труда и предметы быта. В одном из них были: наральник, коса, жернова, рыболовные крючки, грузило, ключи, медная и керамическая посуда, медные браслеты и т. п.; в другом — наральник, две косы, ключи; в третьем — наральник и плужный нож, коса, наковальня, молоток, клещи и т. п.

Житель древнерусского села — крестьянин — смерд — был самостоятельным производителем, имевшим все необходимое для ведения собственного хозяйства. Учитывая размеры крестьянских жилищ, можно предполагать, что. семья смерда состояла в среднем из шести — семи человек. Ей принадлежали кроме жилища хозяйственные постройки, скот, пахотные орудия, орудия для сбора урожая, предметы домашнего обихода и т. п.

В летописях имеются конкретные сведения о том, чем владела крестьянская семья. В 1103 г. на княжеском съезде вблизи Долобского озера (на левом берегу Днепра против Киева) обсуждались вопросы об участии смердов в походе против половцев. Поход назначался на весну, время очень неудобное для смерда по двум причинам: он не мог сделать всего необходимого на пашне и должен был участвовать в походе на собственной лошади. Дружинники киевского князя Святополка Изяславича просили его изменить время. «Негодно ныне весн? ити, — говорили они, — хочем погубити смерды и ролью ихъ». Владимир Мономах настаивал на походе, указывая на опасность половецких нападений, которые испытывали на себе и сами смерды. «Дивно ми, дружино, — отвечал он, — оже лошадий жалуете, ею же кто ореть; а сего чему не промыслите, оже то начнет орати смердъ, и при?хав половчинь ударить и стр?лою, а лошадь его поиметь, а в село его ?хавъ иметь жену его и д?ти его, и все его им?нье». В летописи под 1111 г. повторяется этот рассказ и упоминается также гумно смерда.

О наличии скота в хозяйстве смердов находим сведения в «Русской правде». Как сборник законов феодального государства «Русская правда» основное внимание уделяла охране феодальной собственности. Однако она содержит и статьи о крестьянской собственности. Одна из них говорит о неприкосновенности скота смердов.

Для крестьянского хозяйства большое значение имели промыслы, являвшиеся дополнительным источником существования. Кроме того, продуктами промыслов крестьяне в значительной мере выплачивали государству и феодалам дань.

Площадь пахотной земли смерда зависела от многих факторов: от общей площади, пригодной для обработки земли в данной местности, наличия здесь феодального хозяйства и земли, обрабатывавшейся в этом хозяйстве, от производственной возможности крестьянского хозяйства и т. п. Но основным фактором была производительность орудий, которыми пользовались смерды. При помощи рала или плуга смерд мог обработать в среднем около 8 десятин земли. Если прибавить землю, которая при трехпольном севообороте находилась под паром, то площадь пахотной земли в крестьянском хозяйстве, обеспеченном пахотным орудием, составляла примерно 12 десятин. Очевидно, эта средняя норма землепользования в крестьянском хозяйстве составляла и единицу налогового обложения, известную под названиями «рало», «плуг», и «дым». Названия пахотных орудий определяют здесь площадь земли, которую можно ими обработать, а «дым» — само хозяйство, которое тоже облагалось налогом.

Со всей пахотной земли, обрабатывавшейся отдельным крестьянским хозяйством, при тогдашней агротехнике можно было собрать ежегодно около 300 пудов зерна озимых и яровых культур. Такой урожай при условии, что значительную его часть забирали феодал или государство как феодальную ренту и подать, обеспечивал только минимальные потребности производителя и его семьи, расходы по воспроизводству хозяйства.

В лесных местностях Киевской Руси долгое время сохранялись архаические формы хозяйства. Малопригодные для развития пахотного земледелия подзолистые почвы обусловливали продолжительное существование подсечного земледелия, которое было трудоемким и требовало коллективного труда значительного количества производителей. Подсечное земледелие в лесных районах всегда совмещалось со вспомогательными отраслями хозяйства. К ним относились главным образом промыслы — охота, пчеловодство, рыболовство, собирательство. Характер сельскохозяйственного производства в Полесье не дал возможности здесь разделиться значительным производственным коллективам — семейным общинам, так называемым большим патриархальным семьям, как это было в других районах Древнерусского государства.

Семейная община представляла собой коллектив людей, основанный на родственных отношениях его членов, общем хозяйствовании, общем владении средствами производства и потреблении продуктов производства. Такая община являлась характерной формой организации общества при первобытнообщинном строе. Как пережиток местами оставалась она и в классовом обществе. У многих народов, в частности у восточных и южных славян, семейная община в пережиточных формах сохранялась почти на протяжении всего периода феодализма. В России, на Украине и в Белоруссии семейная община, известная под названием «печище», «дворище», существовала еще в XVI–XVII вв.

Внутренняя организация семейной общины сохраняла черты, характерные для первобытнообщинного строя, но в отношениях с обществом была подобна индивидуальному домохозяйству и подчинялась всем законам феодального общества. Во взаимоотношениях с феодалом семейная община отличалась от индивидуального домохозяйства лишь тем, что феодал имел дело не с отдельным производителем, а с коллективом производителей и общался с ним через лицо, стоявшее во главе общины.

Во времена Киевской Руси индивидуальные крестьянские семьи объединялись в сельские территориальные общины, называвшиеся «вервь», «мир», «люди» и «село». Под этими названиями общины известны из «Русской правды» и летописей. Согласно исследованиям советских историков, сельская территориальная община характеризует Русь как феодальное государство. «Русская правда» содержит 15 статей, в которых говорится о верви как об общественной организации сельского населения. Вервь выступает как организация территориальная, а не родовая. «Русская правда», трактуя вервь с юридической стороны, в основу ее прав и обязанностей положила территориальный принцип. Так, за преступление, содеянное на территории верви, при условии, если личность преступника не установлена, на вервь налагался штраф. Если же преступник был известен, то штраф платил он сам как юридически и экономически самостоятельная личность. Вервь платила штраф за известного преступника только в том случае, если последний укладывался в «дикую виру», т. е. выплачивал ей определенный предварительный взнос. Следовательно, члены верви находились не в одинаковом экономическом положении — одни из них платили «дикую виру», другие нет.

Экономическое значение верви состояло в том, что владение ею частью угодий — лесами, пастбищами, водоемами и т. п. — было общинным. Земельные владения верви граничили с владениями феодалов. Межи последних часто нарушались. «Русская правда» устанавливала за это ответственность верви, если был неизвестен конкретный нарушитель. Пахотные земли находились в индивидуальном владении членов верви, и они сами заботились о расширении этих земель, в том числе и за счет земель феодала. Территория верви была довольно значительной, это видно из узаконенной «Русской правдой» процедуры розысков преступника. Судя по подробному рассказу о таких розысках, и вервь входило несколько населенных пунктов, расположенных недалеко один от другого.

Как отмечалось, сельские поселения часто размещались недалеко от укрепленных феодальных дворов, а то и рядом с ними. Взаимоотношения между крестьянами и феодалами были враждебными, что зафиксировано в «Русской правде» и летописях. Попадая в зависимость от феодалов, общинники нередко выступали против неограниченной феодальной эксплуатации. По выражению Ф. Энгельса, общины «…дали угнетенному классу, крестьянам, даже в условиях жесточайших крепостнических порядков средневековья, локальную сплоченность и средство сопротивления…»[43].

Древнерусский город. В процессе складывания феодальных отношений в результате дальнейшего разделения труда, развития ремесла и торговли ремесленники и купцы выделились в отдельные общественные слои, хозяйственные и социальные, интересы деятельности которых требовали сосредоточения их в определенных местах. Так возникли города как центры ремесла и торговли. Ремесленники обеспечивали сельское население определенной округи ремесленной продукцией, без которой оно не могло существовать. В свою очередь сельское население снабжало необходимой сельскохозяйственной продукцией ремесленников и торговцев. Город стал также политическим, религиозным и культурным центром. Укрепленный валами, он структурно делился на детинец и посад. Возникновение древнейших восточно — славянских городов представляло собой длительный процесс, поскольку длительный был процесс общественного разделения труда и социальной дифференциации общества. Процесс зарождения городов на Руси начался еще в третьей четверти I тысячелетия н. э. К этому времени относятся древнейшие городки в Киеве, Зимнем в Волынской, Пастырском в Черкасской областях и др.

Оборонительный вал г. Белгорода (ныне с. Белогородка под Киевом). X в. Реконструкция Б. А. Рыбакова

Сообщения письменных источников о городах — градах на Руси появляются в IX в. О значительном количестве городов у восточных славян свидетельствует анонимный Баварский географ. «Повесть временных лет» называет на Руси IX — Х вв. более 20 городов, в том числе и Киев, Новгород, Чернигов, Переяслав, Белгород, Вышгород, Любеч, Смоленск, Псков, Ладогу и др. В XI в. летописи упоминают еще 32 города. Всего по летописным данным, на Руси в XIII в. было около 300 «градов».

Конечно, эти данные не являются полными, поскольку в летописях имеются сведения только о тех городах, которые в связи с определенными политическими или военными событиями обращали на себя внимание летописцев. О многих городах, не упомянутых в летописях, известно в результате археологического изучения их остатков.

Разумеется, не каждый населенный пункт, который древнерусские исторические источники называют «градом», и не каждое древнерусское городище можно считать городом в современном смысле этого слова. Древнерусское слово «град», или «город», происходит от слова «городить», т. е. укреплять. Оно обозначало любой укрепленный населенный пункт независимо от его социальных функций. Среди таких «городов» были и укрепленные феодальные дворы — замки, и пограничные крепости, и настоящие города.

Одним из древнейших восточнославянских городов был Киев. Его основание летопись связывает с полянским князем Кием, его братьями Щеком и Хоривом и сестрой Лыбедью, которые «створиша град во имя брата своего старейшаго и нарекоша имя ему Киев». По мнению ученых, летописный рассказ об основании Киева отражает вполне реальный исторический факт. Летописец Нестор, как известно, не смог выяснить, когда же произошло это важнейшее в истории Киева событие, а поэтому поместил известия о Кие в недатированной части летописи. Однако система четкой хронологической последовательности, в которой выдержано изложение исторических событий, а также запись киевской легенды в армянских источниках (Зеноб Глак) не позже VIII в. все же позволяет определить время жизни князя Кия.

Согласно датировке Б. А. Рыбакова, деятельность Кия (путешествие в Константинополь, переговоры с императором, основание городка на Дунае) приходится на время правления византийских императоров Анастасия I (499–518) или Юстиниана I (527–565).

Выводы, полученные на основании письменных источников, нашли подтверждение и в археологических материалах. Исследованиями, проведенными в разные годы, выявлены на Старокиевской и Замковой горах как отдельные материалы конца V–VII вв. (антропоморфные и пальчатые серебряные фибулы, браслеты с утолщенными концами, византийские монеты), так и целые комплексы: жилища с печами, хозяйственные сооружения. Керамика, находящаяся в них, принадлежит к группе корчакских древностей и датируется концом V–VII вв.

В реальности летописного рассказа о сооружении городка убеждают и обнаруженные на Старокиевской горе остатки древнейшего городища, валы и рвы которого, судя по археологическим материалам, сооружались в VI в. В центре городища находилось сложенное из камня языческое капище.

Таким образом, непрерывное развитие Киева прослеживается по археологическим материалам с конца V— начала VI в. С построением городища на Старокиевской горе и возведением каменного языческого капища Киев превратился в политико — административный и религиозный центр Полянского княжества. Видимо, уже в VII–VIII вв. за пределами укреплений происходит формирование ремесленно — торгового посада, который располагался в верхней части города и на Подоле.

Раннему возникновению и быстрому развитию Киева способствовали исключительно благоприятные микрогеографические условия территории, а также расположение его на этнографическом порубежье. Став центром Полянского княжества, Киев рос и развивался за счет притока людей из различных уголков восточнославянского мира. Население города было довольно пестрым, в его состав входили представители различных племен.

В IX–X вв. Киев был уже крупным городом. Судить об этом позволяют находки арабских и византийских монет на Старокиевской и Замковой горах, на Подоле, Печерске и в других местах, а также огромные языческие некрополи. С 882 г. Киев стал политическим центром большого государства — Киевской Руси. Летопись называет его «матерью городам русским».

Первые сведения о Чернигове находятся в договоре Руси с Византией 907 г. В то время он уже был значительным городом, центром Северского княжества. Возникновение Чернигова относится к более раннему времени. На его территории в третьей четверти I тысячелетия н. э. существовало несколько поселений, на базе которых, очевидно, и возник город. В Х — XI вв. в Чернигове сосредоточивалось уже большое население. На протяжении всей истории Киевской Руси, а также периода феодальной раздробленности Чернигов играл роль второго по значению после Киева экономического и политического центра Южной Руси.

Одновременно с Черниговом впервые упоминается и Переяслав. В начале Х в. он стал центром отдельного княжества. В конце Х в. его укрепления были обновлены и усилены, что диктовалось необходимостью защиты Руси от печенегов. Об этом повествует летопись в известном эпизоде о единоборстве киевского богатыря Кожемяки с печенежским воином.

Большинство древнерусских городов возникло не на пустом месте: им, как и Киеву, предшествовали поселения, которые в условиях развития феодальных отношений постепенно превращались в ремесленно — торговые и административно — политические центры определенной округи.

Существовали и другие пути возникновения городов. Иногда они вырастали из феодальных замков, где жил феодал, сосредоточивалась княжеская администрация и дружина, выступавшие потребителями оружия, украшений и других ремесленных изделий. Поэтому к таким феодальным замкам стекались ремесленники и селились вокруг них, а в замках, постепенно превращавшихся в города, развивалась торговля.

Наибольшая концентрация городов наблюдается в Среднем Поднепровье. Вблизи Киева — Вышгород, Белгород, Васильев, немного дальше, на Правобережье Днепра — Треполь, Витачев, Иван, Чучин, Заруб, Канев, Родень, Корсунь, Богуслав, Торческ, Юрьев и др. На Левобережье Днепра, между Десной и Сулой, находились города Переяславской и Черниговской земель и среди них древнейшие — Чернигов, Переяслав, Новгород — Северский, Путивль, Любеч, Воинь и др. Значительной концентрацией городов отличались Волынская и Галицкая земли. Между Случью, Днестром и Западным Бугом известны Владимир, Галич, Бужск, Пересопница, Червень, Белз, Звенигород, Плисненск и др.