ОДЕССИТ МИШКА муз. М. Воловаца, сл. В. Дыховичного

ОДЕССИТ МИШКА

муз. М. Воловаца, сл. В. Дыховичного

В конце 1941 года, когда наши войска оставили Одессу, 30-летний поэт, участник одной из фронтовых артистических бригад Владимир Дыховичный откликнулся на это событие стихотворением «Мишка» и показал его композитору Модесту Табачникову.

Тот был тоже одессит, и строки стихотворения не могли не затронуть струн его души. Он написал мелодию, и песня сразу же вошла в репертуар многих фронтовых артистических бригад.

Но песня «Мишка» с мелодией Табачникова жила недолго, до тех пор, пока её не включил в свой репертуар Леонид Утёсов. Музыкант оркестра Михаил Воловац написал другую, более удачную мелодию, и в такой новой форме песня вошла в художественно-документальный фильм «Концерт фронту».

В фильме роль военного моряка Лёньки, который и пел «Мишку», сыграл Леонид Утёсов. А вскоре песня была записана на пластинку, вначале в виде повтора фонограммы из фильма «Концерт фронту», а затем в отдельной студийной записи оркестра Л. Утёсова.

На этикетке пластинки с фонограммой из фильма песня называлась «Одессит Мишка», а со студийной записью -просто «Мишка».

Песня получила необычайно широкое распространение, с фронта постоянно приходили требования прислать им пластинки с записью «Мишки». Л. Утёсова завалили письмами, причём от одних только самых настоящих «одесситов Мишек» пришло 243 письма. В каждом из них утверждалось, что в песне речь идёт именно о нём. Гвардеец-минёр Михаил Бондарский писал:

«Леонид Осипович! Когда я услышал слова Вашей песни «Ты одессит, Мишка, а это значит, что не страшны тебе ни горе, ни веда», у меня потекли слёзы. Мы, одесситы, люди смелые, отчаянные, смерти не боимся. Когда мы дрались один против пяти, один против десяти, двадцати -слёз не было. Но когда я услышал эту песню, я заплакал, и все вокруг сидящие обратили на меня внимание... Вы меня извините, что письмо написано нескладно, но я прошу Вас прислать слова этой песни, и с этой песней я буду ещё больше бить гадов, чем бил до сих пор. Буду мстить за нашу красавицу Одессу, за мать, за любимую, за себя, за всех нас».

А вот другое письмо:

«Музыка ещё не так заиграет, и Вы ещё сами, товарищ Леонид Утёсов, споёте что-нибудь насчёт разгрома Гитлера. О чём они думают, товарищ Утёсов? Они думают, что Одесса останется им навсегда? Этого не будет. Они заплатят за всё. И я хочу себе доставить удовольствие побывать в Берлине. Младший сержант Михаил Цыпенюк».

Вот так раньше писали песни - от души, от сердца, вот какое живое воздействие имели они на тех, для кого эти песни предназначались.

Песня «Мишка» («Одессит Мишка») был напечатана на листовках и советские лётчики сбрасывали их во время боёв за освобождение Одессы. А 10 апреля 1944 года, когда Одесса была освобождена, газета 12-й армии «На разгром врага» опубликовала текст песни с такими комментариями:

«Эту песню сложили об Одессе в конце 1941 года советские люди - песню о «Мишке-одессите». Эту песню поёт и любит наша Родина, весь народ. Одесса - наша, родная, частица нашей священной Советской Родины»...

Широкие лиманы, зелёные каштаны,

Качается шаланда на рейде голубом...

В красавице Одессе мальчишка голоштанный

С ребячьих лет считался заправским моряком.

И если горькая обида

Мальчишку станет донимать,

Мальчишка не покажет вида.

А коль покажет - скажет ему мать:

Припев:

Ты одессит, Мишка, а это значит,

Что не страшны тебе ни горе, ни беда.

Ведь ты моряк, Мишка!

Моряк не плачет,

И не теряет бодрость духа никогда.

Изрытые лиманы,

Поникшие каштаны,

Красавица Одесса под вражеским огнём.

С горячим пулемётом на вахте неустанно

Молоденький парнишка в бушлатике морском.

И эта ночь, как день вчерашний,

Несётся в крике и пальбе.

Парнишке не бывает страшно,

А станет страшно, скажет он себе:

Припев.

Изрытые лиманы, поникшие каштаны,

И тихий скорбный шёпот приспущенных знамён...

В глубокой тишине, без труб, без барабанов

Одессу оставляет последний батальон.

Хотелось лечь, прикрыть бы телом

Родные камни мостовой...

Впервые плакать захотел он,

Но комиссар обнял его рукой:

Припев.

Спокойные лиманы, зелёные каштаны,

Ещё услышат шелест развёрнутых знамён,

Когда войдёт обратно походкою чеканной

В красавицу Одессу усталый батальон.

И, уронив на землю розы,

В знак возвращенья своего,

Парнишка наш не сдержит слёзы,

Но тут никто не скажет ничего!

Припев:

Хоть одессит Мишка, а это значит,

Что не страшны ему ни горе, ни беда.

Хоть моряк Мишка, моряк не плачет,

На этот раз поплакать, право, не беда!