Глава 19

Глава 19

Во время атаки «С-13» находилась в позиционном положении, то есть из воды была видна лишь рубка. Опасаясь ответной атаки со стороны кораблей конвоя, Маринеско покинул рубку, как только увидел, что «Вильгельм Густлоф» стал тонуть. Он приказал начать срочное погружение и оказался в сомнительной безопасности на мелководье. Страх распространился по лодке. Каждое мгновение моряки ожидали разрыва глубинных бомб. Экипаж знал, что у них очень ограниченные возможности для маневрирования. Подводникам было также известно, что торпеда с надписью «За Сталина» зависла во втором торпедном аппарате и при любом сотрясении могла взорваться. В то время как «С-13» уходила в глубину, акустик Шнапцев через наушники стал свидетелем агонии «Густлофа». Со звуком, напоминающим стон, прогибались и разрывались переборки, не выдерживавшие напора воды.

Но не эти звуки интересовали его. Он прислушивался к шуму, приближавшихся винтов кораблей. Опасность, возникшую в торпедном аппарате, заметил старшина 1-й статьи Владимир Курочкин. Статный, бородатый командир отделения торпедистов славился своей необычайной силой и несметным запасом ругательств. Он рассказал Геманову, как он удивился, когда из аппаратов вышли лишь три торпеды. «Я дернул за рукоятку второго аппарата. Разумеется, я знал, как торпеды приводятся в действие. Мне стало ясно, что торпеда готова к взрыву. Ее мотор заработал, пропеллеры начали вращаться. Мне вдруг стало жарко, так как я понял, что при малейшем сотрясении сработает детонатор. К счастью, автомат-коробка не сработала и мотор остановился». Ему удалось закрыть внешние створки торпедного аппарата, поставив его на предохранитель.

«С-13» неслыханно повезло. Так как единственный корабль сопровождения миноносец «Леве» был занят спасением пассажиров лайнера, прошло достаточно много времени, прежде чем были сброшены первые глубинные бомбы. К тому времени торпеда «За Сталина» была уже обезврежена.