М. Ф. Никитин Незабываемое прошлое

М. Ф. Никитин

Незабываемое прошлое

М. Ф. НИКИТИН — член КПСС с 1917 г. Член Совдепа, секретарь отдела труда в Новониколаевске в 1917–1918 гг. В годы гражданской войны участвовал в работе подпольных большевистских организаций в Сибири.

В настоящее время персональный пенсионер.

После февральской революции в Новониколаевске, как и в ряде других городов Сибири, на гребне революционной волны оказались прихвостни буржуазии — эсеры. Их лозунг «земля и воля» в то время имел благоприятную почву среди солдат, в большинстве своем состоящих из крестьян. Крестьянская масса еще не понимала, что эсеры и меньшевики, не признававшие пролетарской революции, не верившие в творческие силы рабочего класса, прямо и косвенно поддерживали капиталистов, особенно по вопросу о продолжении империалистической войны.

В силу этих обстоятельств выборы в новониколаевский городской Совет рабочих и солдатских депутатов, проходившие в первых числах марта 1917 года, дали большинство голосов эсерам. От рабочих в Совет были избраны большевики Дронин, Романов, Серебренников, Кидяев, Черепанов, Канатчиков, Никитин, Якушев, Каширцев, Мирошниченко, Шамшин, Неборский, Кошелев, Жиляков, Горбань, от воинской части большевик Клеппер и другие. Председателем исполнительного комитета Совета избрали меньшевика Германа Каменского, которого вскоре сменил эсер Омельков. В состав исполнительного комитета вошло несколько большевиков — Кидяев, Горбань, Дронин, Черепанов.

Новониколаевский Совет рабочих и солдатских депутатов сконструировался 4 (17) марта.

В марте 1917 года в Новониколаевске организуются профессиональные союзы: металлистов, деревообделочников, рабочих мельниц, железнодорожников, кожевников, торгово-промышленных служащих, избирается городской совет профсоюзов, председателем которого стал большевик Дронин, а затем А. Клеппер, руководивший горпрофсоветом по день чехословацкого белогвардейского мятежа.

Совет профсоюзов выступил за введение восьмичасового рабочего дня, создал конфликтную комиссию для разбора трудовых конфликтов с предпринимателями, для установления новых ставок зарплаты.

После февральской революции в Новониколаевске образовалось двоевластие. С одной стороны — Комитет общественной безопасности, созданный из представителей от городской думы, товарной биржи, кооперации, предприятий, торгово-промышленных и других организаций. С другой стороны — Совет рабочих и солдатских депутатов. Городская организация РСДРП также послала своих делегатов в Комитет общественной безопасности. От заводов и торгово-промышленных предприятий в Комитет были избраны большевики. Комитет общественной безопасности на первом заседании вынес решение о роспуске в городе царской полиции и охранки, об аресте начальника охранки и уездного исправника. Но замену полиции народной милицией и арест жандармов провел Совет рабочих и солдатских депутатов.

По решению Совета рабочих и солдатских депутатов 3 (16) апреля 1917 г. проводились выборы в Новониколаевское Городское народное собрание на основе всеобщего, равного и тайного голосования, списками (бюллетенями). Большинство в народном собрании получили эсеры — 67 мест, меньшевики — 3, кадеты — 3, большевики — 9 мест.

Фракцию большевиков в народном собрании возглавлял А. И. Петухов — энергичный и твердый большевик.

Большевики, несмотря на свою малочисленность в народном собрании, проявляли инициативу и ставили на разрешение городского собрания вопросы о введении восьмичасового рабочего дня, о повышении заработной платы рабочим, о борьбе с дороговизной и спекуляцией. Но эсеры и меньшевики урезывали или отвергали эти предложения.

Руководствуясь «Апрельскими тезисами» В. И. Ленина и решениями седьмой Всероссийской конференции

^{А. И. Петухов}

РСДРП(б), новониколаевские большевики решительно разоблачали соглашательскую политику меньшевиков и эсеров. 14(27) сентября 1917 года на собрании Новониколаевской городской организации РСДРП произошел окончательный разрыв с меньшевиками. Мы создали самостоятельную организацию РСДРП (большевиков). Это повысило наш авторитет в массах.

Городская организация большевиков Новониколаевска повела агитационную работу среди солдат гарнизона и рабочих на предприятиях за переход власти к Советам. К октябрю 1917 года в воинских частях города произошли изменения, численность гарнизона значительно уменьшилась.

В ночь на 14 (27) декабря 1917 года пленум новониколаевского Совета рабочих и солдатских депутатов по предложению большевиков принял резолюцию о переходе власти в городе к Совету и избрал исполнительный комитет в составе большевиков В. Р. Романова, А. И. Петухова, Ф. П. Серебренникова, А. Клеппера, Ф. И. Горбаня, А. А. Черепанова, П. Коваленко, В. С. Кидяева, В. И. Шамшина и других. В исполком вошло несколько левых эсеров. Председателем Совета был избран Василий Романович Романов, его заместителем и председателем ревтрибунала — А. И. Петухов. Исполнительный комитет распределил обязанности среди членов президиума: Серебренников — заведующий продовольственным отделом; Черепанов — председатель совета коммунального хозяйства, Клеппер — председатель горпрофсовета, Горбань — заведующий отделом труда, я (Никитин) — секретарь отдела труда.

^{Ф. П. Серебренников}

Исполнительный комитет Совета вынес постановление о роспуске эсеровского городского народного собрания. Выполнение постановления поручили заместителю председателя Совета А. И. Петухову и члену президиума исполкома А. А. Черепанову. Они с отрядом Красной гвардии прибыли в помещение городской управы. В кабинете городского головы Скворцова, в присутствии члена народного собрания Хламова, тов. Петухов объявил решение Совета о роспуске городского народного собрания и предложил сдать все дела и ценности. Скворцов и Хламов заявили, что дела сдавать не будут, но, подчиняясь силе, покидают помещение управы.

В зале заседания городской управы тт. Петухов и Черепанов созвали общее собрание служащих управы и сообщили им о переходе власти в городе к Совету, о роспуске народного собрания и призвали служащих к добросовестной работе под руководством Совета. Врач Станкевич пытался протестовать против решения Совета депутатов, но его никто не поддержал. На другой день шел прием дел в отделах.

Рабочие активно помогали в налаживании работы Совету.

Местная буржуазия — торговцы и промышленники на роспуск городского народного собрания ответили саботажем: прекратили уплату городских налогов, арендную плату за землю и торговые помещения.

Президиум Совета депутатов постановил обложить неплательщиков единовременным налогом в размере двух миллионов рублей, поручив членам президиума тт. Серебренникову и Черепанову составить список лиц, подлежащих обложению налогом, определить сумму взносов и послать извещение торговцам и промышленникам. Всю сумму обложения передали в кассу коммунального хозяйства. В дальнейшем налоги и сборы стали поступать аккуратно.

В конце декабря 1917 г. Новониколаевский городской Совет провел большую работу по организации Советской власти в уезде, по созданию волостных и сельских Советов, по выборам делегатов на уездный съезд Советов крестьянских депутатов. С этой целью в деревню были посланы агитаторы. В результате проведения агитмассовой работы в уезде избрали сельские и волостные Советы и делегатов на уездный съезд Советов. В первой половине января 1918 года открылся уездный съезд крестьянских депутатов. Работой съезда руководили тт. Романов и Коваленко. Председателем Совета крестьянских депутатов был Шаргородский — левый эсер, солдат. На съезде правые эсеры пытались выступать против Советской власти, но успеха не имели. Съезд вынес решение о переходе власти в уезде в руки Советов и тут же постановил слить Совет крестьянских депутатов с Новониколаевским городским Советом рабочих и солдатских депутатов в единый орган Советской власти города и уезда.

20 января 1918 года состоялось слияние обоих Советов, которое укрепило Советскую власть в городе и уезде. Советы возглавили борьбу с продовольственными затруднениями, оказывали помощь инвалидам войны и семьям мобилизованных солдат.

В первых числах мая 1918 года меня избрали делегатом на Всероссийский съезд комиссаров труда от Новониколаевского Совета рабочих и солдатских депутатов.

Съезд состоялся 18–25 мая в Москве на Солянке, в здании, ныне занимаемом Академией медицинских наук СССР.

<Страница пропущена>

пись, полученную мною на родине для сына 1912 года рождения. Очевидно, старая форма метрической выписки с церковными печатями возымела соответствующее действие. Но в Новониколаевске ночью 21 июня 1918 года меня арестовали. Обыск и арест производили белогвардейские офицеры коменданта города (чехословацкий офицер и эсеры местной организации), допрос вели в здании реального училища, где в то время помещалась канцелярия контрразведки Временного правительства. После допроса перевели в тюрьму.

Возникло подозрение, что меня кто-то выдал, так как белогвардейцы точно знали подробности пути, по которому я добирался до Новониколаевска. Только после выхода из тюрьмы удалось узнать причину ареста. При освобождении из тюрьмы мне выдали отобранные при аресте документы; среди них находился рапорт коменданта военного городка г. Новониколаевска, который доносил, что по заявлению Татьяны Богомоловой из Москвы возвратился Никитин Михаил Филиппович, ездивший в Центр по профсоюзным делам. В Томске несколько человек было задержано правительственными войсками, а ему удалось бежать. Необходимо задержать, сообщалось дальше, Никитина, как вредного элемента.

Татьяна Богомолова, жена подрядчика Осипова, у которого я до революции работал арматурщиком, оказалась агентом контрразведки. Она и донесла о том, что я возвращаюсь в Новониколаевск, узнав об этом от моей жены.

Богомолова скрылась из города до прихода советских войск.

После выхода из тюрьмы я уехал на Алтай, где прожил до мая 1919 г. В тюрьме и на Алтае я все узнал подробно о чехословацком мятеже в Новониколаевске, об участии в нем эсеров, меньшевиков и о зверском убийстве членов местного исполкома Совета депутатов.

В мае 1918 года англо-французские и американские империалисты в Челябинске, Новониколаевске и других городах на Сибирской железнодорожной магистрали организовали мятеж солдат чехословацкого корпуса, состоящего из военнопленных, которым было разрешено Советским правительством выехать к себе на родину через Сибирь и Дальний Восток.

24 мая из Омска по прямому проводу передали Новониколаевскому Совету депутатов, что в Челябинске чехословацкие войска подняли восстание против Советской власти, предлагали немедленно принять меры к разоружению чехословацких воинских частей, находящихся в эшелонах на станции Новониколаевск.

В это время председатель исполкома Совета т. Романов находился на совещании в г. Иркутске.

Командир чехословацких воинских частей Гайда заверил членов исполкома, что они не собираются выступать против Советов и что оружия в их эшелонах нет, но к осмотру вагонов не допустили. Таким образом Гайда обманул представителей Совета.

Тов. Петухов и Ботко на заседании исполкома сообщили членам Совета о результатах переговоров с Гайдой. Члены Новониколаевского Совета допустили роковую ошибку, доверившись заверениям Гайды, и не приняли необходимых мер к защите советских организаций в Новониколаевске.

В распоряжении Новониколаевского Совета находился отряд Красной гвардии из 70 человек. Основная часть Красной гвардии в количестве 300 человек месяц тому назад была отправлена в г. Читу для участия в подавлении восстания атамана Семенова.

Для Новониколаевского Совета было непосильным разоружить три эшелона чехословаков. Около 12 часов ночи 25 мая чехословацкие отряды, окружив здание Дома революции, ворвались в помещение Совета, арестовали членов исполкома во время их заседания. Только двум товарищам удалось скрыться. Одновременно чехословаки пытались окружить и уничтожить отряд Красной гвардии у станции железной дороги, но отряд отступил в военный городок. Все красногвардейцы из военного городка и вообще из города стали отходить в направлении к Бердску и далее — к Барнаулу.

В Новониколаевске эсеры и меньшевики активно участвовали в контрреволюционном перевороте. Вместе с белогвардейскими офицерами и черносотенцами они разыскивали, арестовывали и избивали большевиков.

В аресте и зверском убийстве выдающихся большевиков, членов исполнительного комитета Совета депутатов А. И. Петухова, Ф. И. Горбаня, А. Ф. Клеппера, Ф. П. Серебренникова, В. И. Шамшина, а позднее В. Р. Романова, В. С. Кидяева и многих других, целиком повинны эсеры. Именно их руки обагрены кровью лучших представителей рабочего класса, преданных большевиков.

После контрреволюционного переворота в Новониколаевске буржуазия и ее свора — эсеры и меньшевики, при помощи обнаглевшей белогвардейщины организовали Временное сибирское правительство, а в ноябре 1918 года вся власть в Сибири была передана ими ярому монархисту, ставленнику англо-французских империалистов Колчаку, который чинил зверские расправы над трудящимися Сибири до конца декабря 1919 года.

Память о погибших верных партии большевиках и выдающихся борцах за создание власти Советов будет вечно храниться в сердцах всех людей нашей Советской страны.

* * *

В мае 1919 года, работая на постройке мыловаренного завода кооперативной организации «Закупсбыт» в Новониколаевске, я поддерживал регулярную связь с подпольной организацией РКП (б) и вел политическую работу среди рабочих завода.

15 августа в числе пяти товарищей, работавших на заводе, я был арестован. Дело передали на рассмотрение военно-полевого суда и перевели нас в тюрьму на Александровской улице. Военно-полевому суду подлежали тт. Бобылев, я, Никулин, Дунаев и Нефедов. Судить, по полученным сведениям, должен был адъютант Колчака — Степанищев. От него можно было ждать только смертной казни. Но ввиду срочного выезда Степанищева, как мы после узнали, на восток наше дело повел офицер — юрист Кощеев. В связи с тем, что улик в противоправительственной политической работе у них не оказалось, нас обвиняли только в уклонении от военной службы. 4 октября Кощеев за недоказанностью преступления вынес оправдательный приговор, и нам удалось выйти из тюрьмы. Я немедленно уехал на Алтай и возвратился в Новониколаевск только перед вступлением Красной Армии в город.

В декабре 1919 года войска Красной Армии с боями подходили к Новониколаевску. Армия Колчака в беспорядке отступала на восток по железной дороге, на крестьянских подводах, пешком, кто как смог спасался от народного возмездия.

За несколько дней до прихода Красной Армии я пробрался в Новониколаевск. Город был забит отступающими частями колчаковской армии. Войска их, деморализованные, не знали никакой дисциплины. Большая часть солдат не имела орудия. По Иркутской улице разместилась какая-то артиллерийская часть, от всего снаряжения которой остались одни походные кухни да тесаки, последними солдаты разрубали мясо и разрезали хлеб.

За день до вступления передовых частей Красной Армии в Новониколаевск командование отступающей белой армии, для задержки советских войск, взорвало береговые фермы железнодорожного моста через реку Обь. Взрыв моста вызвал еще большую панику среди находившихся в городе частей колчаковской армии. Они в течение всего дня и ночи бежали в страхе по всем улицам города в разные стороны.

В ночь на 14 декабря 1919 года передовые части Красной Армии с двух сторон вошли в город. Кучка офицеров пыталась оказать сопротивление, в отдельных местах города открывали беспорядочную стрельбу по проходящим передовым частям Красной Армии, а с колокольни церкви у вокзала открыли стрельбу из пулемета, но Красная Армия быстро навела в городе порядок.

Утром по улицам города уже ходили военные патрули Красной Армии. Жители города свободно вздохнули и возвращались к нормальной жизни.

Немедленно были созданы революционный комитет и городской комитет Новониколаевской организации РКП (б).

За один год Колчак нанес огромный ущерб народному хозяйству страны, особенно Сибири. Банды контрреволюционеров загубили сотни, тысячи людей.

В Новониколаевске после колчаковщины остались сотни трупов замученных и зверски убитых советских работников. В казармах военного городка лежали трупы солдат колчаковской армии, умерших от тифа. Город содержался в ужасных антисанитарных условиях. Среди населения свирепствовал тиф, занесенный колчаковскими солдатами. Железнодорожные пути были забиты поврежденными вагонами и паровозами.

Не многим колчаковским извергам удалось скрыться, большинство из них подверглось аресту и суду, в том числе Колчак и его адъютант Степанищев.

20 декабря 1919 года Новониколаевский городской комитет большевиков поручил мне, тт. Степанову и Егорову организовать отдел труда. 5 января 1920 года сибревком утвердил Новониколаевский уездный комитет труда (укомтруда). В состав комитета труда вошли: Грей Владимир Павлович — председатель, я и Фугенфиров М. И. — члены коллегии.

На комитет труда возлагалась задача — организовать работу по очистке города, военного городка и привести их в хорошее санитарное состояние, а также оказать помощь железнодорожному и водному транспорту в восстановлении подвижного состава.

Для выполнения этих заданий комитетом создается трудовой полк. Трудовой полк в количестве двух тысяч человек разместился в военном городке. Для трудармейцев организовали питание, политическую и культурную работу.

Чтобы ускорить очистку города до наступления весенних дней, мобилизовали все нетрудовое население.

Проработав в Новониколаевском укомтруде более трех лет в должности члена коллегии и заместителя председателя, в августе 1923 года я выехал совсем из Сибири по путевке ЦК партии и работал в Москве в советских и партийных органах.