Глава III. Образование, устройство и социальная структура империи

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава III. Образование, устройство и социальная структура империи

Завоевательные походы инков

 Военно-политическая история создания инкского государства известна хуже, чем это иногда кажется. Походы, сражения, законодательные акты, вознаграждение союзников и наказание непокорных - обо всем этом в хрониках содержатся достаточно путанные и противоречивые сведения. Приблизительны также даты, особенно когда речь идет о времени правления двух первых императоров - Пачакути и Тупака Юпанки. Нельзя забывать, что от кипу-камайок (специалистов по составлению и толкованию кипу) информация дошла до нас в самом лучшем случае через вторые и третьи руки. В последние годы многие данные хроник удалось уточнить, сопоставляя их с результатами археологических исследований. Этот перспективный путь изучения истории инков когда-нибудь приведет к созданию весьма подробной и достоверной картины. Определив время основания отдельных инкских поселений за пределами долины Куско, археологи уже сейчас смогли подтвердить соответствие одних легендарных версий историческим фактам и опровергнуть другие. Однако впереди еще очень много работы.

Из тумана легенд и мифов инки выступают около 1438 г., когда они, как уже говорилось, победили соседний народ чанка. Организатор этой победы, сын правителя Куско - Виракочи Инки - принял верховную власть, а вместе с ней имя Пачакути. Слово это имеет ряд значений, среди них «эра», «эпоха», конец крупного временного цикла и начало нового. Действительно ли Пачакути назвал так себя уже при «вступлении на трон», сказать невозможно, но в целом историчность его личности сомнений не вызывает.

Самым ответственным и мудрым решением Пачакути был правильный выбор стратегии завоеваний. Они начали развертываться преимущественно в южном и юго-восточном направлениях. В середине XV века инки вмешались в борьбу между вождествами аймара и в результате сравнительно легко подчинили себе район вокруг озера Титикака. Их главным соперником здесь оказалось племенное объединение Колья, которое, однако, как раз накануне появления армии Пачакути потерпело поражение от другого аймарского протогосударства Лупака.

На берегах Титикаки инки завладели колоссальными стадами лам и альпак - по некоторым сведениям, сотнями тысяч голов. Это был выдающийся успех. Отныне армии Куско не испытывали нужды в транспортных средствах, одежде и продовольствии. Не совсем ясно, кому принадлежали стада у самих аймара: общинникам, знати, верховным вождям или все эти группы владели каждая своей частью стад. Пачакути объявил животных царской собственностью. Так был сделан первый значительный вклад в создание имперского сектора экономики, ресурсами которого распоряжалась непосредственно царская власть. (Murra, 1978. P. 94.) Для идеологического оправдания и закрепления своего верховенства на Боливийском плоскогорье инки основали богатейшие храмы на островах посреди озера Титикака. Независимо от того, действительно ли предки инков пришли из Тиауанако, соответствующая легенда пропагандировалась, превращая правителей Куско в «законных» обладателей земель древнего государства.

Пока Пачакути воевал на юго-западных берегах Титикаки, у него вырос наследник - Тупак Юпанки. Впрочем, определенного порядка престолонаследия у инков не существовало, и выбор одного из сыновей в качестве кандидата на престол зависел от многих обстоятельств. Отношения между Пачакути и Тупаком Юпанки были, по-видимому, напряженные, если не прямо враждебные, однако в большом северном походе старый и молодой военачальники действовали сообща. В ходе этого похода инкское государство окончательно утвердило свой статус империи, стремящейся к объединению всей древнеперуанской ойкумены.

Поворотным моментом в северной войне было овладение Кахамаркой - самой значительной из межгорных котловин северной части горного Перу. Население Кахампарки, как указывалось еще в первой главе, поддерживало тесные связи с побережьем. Обитатели приморских оазисов получали отсюда прежде всего металлы или руду, посылая взамен сельскохозяйственную продукцию. Поэтому если инки решались на захват Кахамарки, они должны были быть готовы и к борьбе с царством Чимор. Однако как горцы, так и обитатели низменностей старались, похоже, оттянуть начало прямой конфронтации. Те и другие испытывали трудности, когда попадали в непривычную ландшафтно-климатическую зону, расположенную на два, три, а то и четыре километра выше или ниже их собственной. Правитель царства Чимор Минчансаман при известиях об инкской экспансии на плоскогорье близ Титикаки тоже стал расширять свои владений, границы которых почти достигли нынешней Лимы, однако он не делал попыток подняться в горы. Со своей стороны Тупак Юпанки не спешил спускаться на побережье. Вместо этого его армия вторглась в горный Эквадор, где ей пришлось вести изнурительные бои с местными племенами. Там, где расположен современный город Куэнка, была основана Томебамба, ставшая чем-то вроде второй столицы империи. При внуке Пачакути Уайна Капаке она отчасти уступила свою роль расположенному еще дальше на север Кито. Инки пробовали делать вылазки на приморскую равнину Эквадора, но жаркая болотистая земля оказалась малопривлекательной для людей, привыкших к горному воздуху. К тому же ее многочисленное население тоже активно сопротивлялось. В дальнейшей прибрежные эквадорские вождества, видимо, посылали инкам нерегулярную дань, но в основном независимость сохранили. Если правители Куско и оказывали на них при этом давление, то скорее с моря, чем с суши. Следы присутствия инков отмечены на одном из прибрежных эквадорских островков, где обычно останавливались торговцы, плававшие вдоль западного побережья Южной Америки. Видимо, сюда и совершил свое знаменитое паломничество Тупак Юпанки, сообщения о котором содержатся в испанских хрониках и не раз служили основой для фантастических домыслов о путешествиях перуанских индейцев через просторы Тихого океана.

Решение о нападении на Чимор было принято в конце 60-х - начале 70-х годов XV века. Существуют разные легендарные подробности хода боевых действий, которые пока невозможно проверить. Так или иначе победа осталась за инками, имевшими очевидные преимущества перед просуществовавшим уже не одно столетие прибрежным царством. Археологические раскопки весьма наглядно показывают, как из века в век разрастался бюрократический аппарат Чимор. Сотни помещений особой формы, так называемые «аудиенсии», истолковываются в качестве присутственных мест множества чиновников, действовавших как в столице, так и в разбросанных по стране административных центрах. На способности Чимор к сопротивлению, скорее всего, отразились и стихийные бедствия, случившиеся в поздний период существования этого государства. Продолжавшиеся многие годы работы по прокладке 70-километрового канала, который должен был оросить земли близ столицы, к желаемой цели не привели. В результате тектонической подвижки местности изменился ее наклон и готовую трассу не удалось наполнить водой. События такого рода могли оказать деморализующее воздействие на население, ибо наверняка воспринимались как гнев богов. Это предположение справедливо и в том случае, если строительство большого канала изначально преследовало не экономические, а чисто пропагандистские цели. (Chan Chan, 1982. P. 25-66; Ancient South Americans, 1983. , P. 226-235; Kus, 1984; Moseley, 1983.)

Война с инками завершилась относительно почетным для Чимор миром, но после разразившегося восстания прибрежное царство было окончательно разгромлено. (La frontera del estado inca, 1988. P. 105-129.) Минчансамана, а вместе с ним и квалифицированных ремесленников увели в Куско. Все же авторитет Чимор оставался высок, поэтому инки сочли для себя выгодным символически сохранить местную династию, отстранив ту ее ветвь, которая связала себя с восставшими. Чимор лишилось всех владений за пределами Моче, да и в самой этой долине обосновались инкские военные посты. Номинальные владетели Чан-Чана продолжали жить в опустевшем городе. Окрестные крестьяне не опасались разбирать деревянные столбы колоннад для собственных надобностей и разбивать огороды во дворах дворцовых комплексов, куда они прежде и не мечтали проникнуть.

В результате покорения царства Чимор в руки инков должны были попасть неслыханные богатства. После конкисты испанцы нигде больше в Америке не обнаружили таких сокровищ, как в разграбленных ими гробницах царей и знати Чимор. Общая ценность подобных кладов оценивалась на сумму около одного миллиона золотых кастельяно. Можно подозревать, что большая часть того золота, которое индейцы собрали в качестве выкупа за плененного в Кахамарке Атауальпу, было либо шестьюдесятью годами раньше самими инками награблено на побережье, либо по крайней мере обработано руками мастеров, угнанных из Чан-Чана в Куско.

Хотя инки систематически ущемляли экономические интересы жителей многих районов перуанского побережья, в культурном отношении эта область продолжала соперничать с внутриконтинентальной частью империи. После ликвидации прежних политических границ влияние культуры чиму распространяется далеко на юг за пределы территории, находившейся ранее под властью Чан-Чана. В XVII веке индейцы побережья растворились в испаноязычной среде, но передали новым поселенцам многие хозяйственные навыки. Древнее противостояние побережья и гор в преображенном виде сохраняется в Перу и сейчас.