Экономическое развитие Нидерландов в XVI в.

Экономическое развитие Нидерландов в XVI в.

К середине XVI в. в Нидерландах быстро . разлагались феодальные отношения, развертывался процесс первоначального накопления . и . зарождались капиталистические формы хозяйства., На небольшой территорий страны к этому времени насчитывалось . около 100 городов и свыше 6500 деревень с населением примерно в 3 млн. человек. Плотность населения в провинции Голландия составляла в среднем свыше 70 человек на квадратный километр, и половина ее жителей приходилась на города. Примерно также обстояло дело во Фландрии. Нидерланды часто называли «страной городов».

—Не все 17 провинций Нидерландов экономически былиразвиты одинаково. Условно их можно разделить на три группы: центральный промышленный район – Фландрия и Брабант —северо-западная торгово-промышленная группа, состоявшая в основном из Голландии и Зиландии; окраинные, отсталые, по преимуществу сельскохозяйственные провинции – Артуа, Люксембург, Намюр, Гелдерн, Оверэйссел.

Такие провинции, как Фрисландия, Утрехт, занимали промежуточное положение.

о Фландрии и Брабанте товарное производство и товарно-денежные отношения— а также купеческий капитал, широко укоренившиеся уже с XIV в., в XVI в. стали питательной средой для развития капиталистических отношений. К этому времени цеховое ремесло в городах заметно"разложилось, Многие, особенно наиболее богатые в прошлом сукнодельческие цехи пришли в упадок, например, в Ипрев 1517 г насчитывалось 600 работающих ткацких станков, а к 1545 г . осталось 100. Богатые мастера все больше обособлялись в замкнутые— касты, а подмастерья теряли"реальные шансы стать когда-либо самостоятельными мастерами.

На смену разлагавшемуся цеховому ремеслу выдвигались капиталистические мануфактуры.

Мануфактуры Хондсхота в конце XV в. производили 15-20 тыс. куатов саржи, а в 1563 г .-уже 97795 кусков. Население города к 60-м годам XVI в достигло 20 тыс— человек. В окрестностях Ауденара ковроткачи-надомники, попавшие в кабалу к скупщикам-мануфактуристам, составляли к 1540 г . 12-14 тыс. человек. Общий объем промышленного и ремесленного производства Нидерландов в 1570 г . оценивался примерно в 50 млн. гульденов.

Антверпен крупнейший порт Нидерландов превратился в центр складывавшегося мирового капиталистического рынка. Валовой объем нидерландского экспорта к 1560 г . составлял около 16 млн., а импорта – около 20-22 млн. гульденов в год. В гаванях Антверпена порой скапливалось свыше 2 тыс. судов одновременно. На Товарнофондовые биржи ежедневно сходились тысячи купцов, финансистов и менял разных национальностей: в городе размещались также конторы всех крупных банкирских домов Европы – Фуггеров, Вельзеров, Шетцев, Гримальди, де Гарои др. В Антверпен не только стекались товары, произведенные мануфактурами и ремесленниками Фландрии и Брабанта, здесь в мануфактурах— отделывали английские сукна, вырабатывали стеклянные изделия, мыло, печатали книги и т. д.

Изменения коснулись и сферы поземельных отношений. Феодальное дворянство Фландрии и Брабанта, не умевшее приспосабливаться к новым экономическим условиям, беднело, запутывалось в долгах— а— его земли постепенно переходили в руки ростовщиков, бюргеров, монастырей. Последние владели во Фландрии почти половиной, всех земель. Феодальные отношения""разлагались. Большинство крестьян— Фландрии и Брабанта были уже лично свободными арендаторами земли феодального типа, внося ренту деньгами и натурой, согласно условиям договоров. повинности. становились редкостью.

Различные категории крестьян хозяйствовали по-разному, фермеры и богатые крестьяне нанимали батраков, совершенствовали агро-— технику, внедряли плодосменный севооборот, доходные" технические культуры, стойловый откорм цену с присущей ей дороговизной на сельскохозяйственные продукты. Фермерам и богатым крестьянам, производившим их в большем количестве.

Что— касается горожан – патрициата— бюргеров, то. они обычно сдавали свои земли в— аренду типа испольщины, а то и сохраняли феодальные формы эксплуатации селившихся на их земле людей.

Таким образом в деревнях Фландрии и Брабанта буржуазные веяния с большим трудом пробивали себе путь.

В Голландии и Зеландии также были заметны большие экономические сдвиги. Цеховые отрасли ремесла, особенно сукноделие, переживали тяжелые времена. В крупнейшем сукнодельческом центре Голландии – Лейдене – объем годовой продукции упал с 24017 полукусков сукна в 1530 г . до 5035 в 1563 г . В то же время в крупных ремеслах – в льноткачестве, судостроении возникали различные формы мануфактур. Такие же формы складывались" в "пивоварении, в производстве "Кирпича, извести, рыболовстве и мореходстве. На лов сельди во время путины выходили одновременно сотни рыбачьих судов – бойсов. Доход северных провинций отлова сельди и других сортов рыбы в 60-х годах XVI в. оценивался примерно в 6-7 млн. гульденов против 400 тыс., приходившихся на долю Фландрии. В это время Голландия располагала примерно 800 судами грузоподъёмностью от 200 до 700 тонн и еще большим числом мелких судов. Количество матросов и портового народа исчислялось десятками тысяч.

Росла торговля северных провинций, сосредоточенная в таких городах, как Амстердам, Энкхеизен (Голландия), Мидделбюрх, Флиссинген (Зеландия), Девентер, Кампен (Оверэйссел), и других, торговавших главным образом с ганзейскими городами, Англией, Русским государством. Вывозили сыр, масло, скот, рыбу, сукна; ввозили хлеб, лён, лес, железо, вина. Амстердамские купцы вели также значительную посредническую торговлю и фрахтовые операции.

Аграрный строй провинций отличался определенным своеобразием. Феодальные отношения "не получили такой завершенной формы, как во фландриии и Брабанте; в нижних провинциях,, кроме того находилась значительная прослойка свободного крестьянства— а в верхней Голландии большая часть крестьян была прикреплена к домену и пользовалась многими льготами по сравнению с дворянскими крестьянами— Особыми привилегиями обладали и крестьяне Кенланта, где они в своей массе были свободными арендаторами, либо наследственными держателями земли; последние составляли зажиточную верхушку узурпировавшую общинные земли. Дворяне владели примерно половиной лучших земель Фриландии, дворянам принадлежало лишь около 10% земель, а монастырям –до 40%. Крестьянское землевладение и товарное производство в этих провинциях держались прочно, а в землевладении преобладало.

В большинстве северных провинций большое значение имели гидротехнические плотины, шлюзы, дамбы, без которых было невозможно не только земледелие, но и проживание в этих низменных районах. Строительство и уход за дамбами требовали большого числа наемной рабочей силы, материалов, расходов, которые покрывались взимавшимся сбором с крестьян – особым «дамбовым налогом». Очень больших расходов требовало и осушение залитых водой земель – польдеров. { В Нидерландах сложилась техника этих работ. Повышенные затраты окупались лишь при условии возделывания доходных технических, садово-огородных и высокоурожайных культур или ведения интенсивного мясо-молочного животноводства. Поэтому на вновь осушенных богатых землях складывались фермерские . хозяйства. Специализация целых дистриктов на возделывании отдельных культур или на отраслевом животноводстве привела к складыванию районов земледелия, возникновению и здесь фермерских хозяйств.

Многие села стали промышленными (ловля рыбы, торфодобыча, прядение шерсти). Значительная часть населения их была потребителем хлеба, который привозился из Прибалтики. Дворянство в Голландии и Фрисландии не пользовалось особенным влиянием. Как правило, дворяне не вели собственного хозяйства. В XVI в. их материальное положение сильно пошатнулось. Несколько сильнее позиции дворянского землевладения были в Зеландии, аграрный строй которой был близок к фландрскому. Зато Гелдерн и Оверэйссел, неразвитые аграрные провинции, оставались оплотом феодального дворянства—сохранившего и свое экономическое значение, и политический вес за счет жесткой феодальной эксплуатации крестьянства.

Сходное положение было и в окраинных провинциях юга и юговостока страны –Артуа, Эно, Люксембурге. Процесс первоначального накопления и эволюции аграрных отношений одерживал некоторые успехи и в них, но шел замедленно, и крестьянство здесь испытывало наибольшие тяготы.

Несмотря на внешнюю однородность экономического развития центральной и северной торгово-промышленных групп провинций, между ними и-мелись Капиталистические мануфактуры. Фландрия подавляющую часть своей продукции с Англией: их шерстоткачество развивалось на привозной из анг– лийской шерсти и преуспеяние в значительной степени зависело от того, как складывались у Нидерландов взаимоотношения с этими странами. В Торговле Антверпена большую роль играли иноземные купцы, тогда как местное купечество болььше занималось обслуживанием торговли: транспорт, склады, маклерство и т. д. Сколько-нибудь значительным собственным флотом Антверпен не обладал. В крупных старых городах Фландрии и Брабанта средневековое бюргерство и цеховые корпорации, несмотря на их ослабление— занимали, еще достаточно прочные экономические и политические позиции. Гораздо влиятельнее, чем на Севере, особенно с учетом валлонских провинций (Эно, Артуа и др.), были здесь дворянство и духовенство.

Северная группа провинций тяготела не к Антверпену и Фландрии. Экономические связи с ними имели место, а к таким горо-. дам, как Амстердам, Энкхейзен, Флиссинген, Мидделбюрх, Девентер; их основные рынки сбыта и сырья находились в Прибалтике и были независимы от Испании. Кроме того, эти провинции располагали мощным морским флотом. Из 1400 нидерландских кораблей, Прошедших в 1500 г . пролив Зунд в Балтийском море, 1040 принадлежали голландцам. Внутренний рынок Голландии, Зеландии, Фрисландии был более емким и связанным как с внешней торговлей (хлеб, лес), так и с местным ремеслом и мануфактурами.