«КРИК БОЛИ»

«КРИК БОЛИ»

Ельцин позвонил Клинтону через два дня после избрания: поздравил и пригласил как можно скорее приехать в Москву. Советники Клинтона возражали против поспешной поездки в Россию. Они считали, что новому президенту нужно начинать с чего-то иного. Но Ельцин прислал письмо, в котором настаивал на встрече. Если Клинтону проще встретиться в третьей стране, он готов на любой вариант.

— Его письмо — как крик боли, — сказал Клинтон своему старому другу Строубу Тэлботу, специалисту по России, получившему назначение в государственный департамент. — Я просто чувствую, как он просит о помощи. Я действительно хочу ему помочь. У него так много врагов внутри страны, и ему нужны друзья за границей.

Строуб Тэлбот с юности мечтал быть корреспондентом в Советском Союзе. Он познакомился с Клинтоном еще в 1968 году в Оксфорде. Они вместе снимали жилье. Клинтон тоже интересовался Советским Союзом и даже написал работу «Политический плюрализм в СССР». Это в 1969 году!.. Тэлбот работал в государственном департаменте, пока Клинтон был президентом, а покинув государственную службу, написал толстую книгу воспоминаний.

На новогодние праздники 1993 года Тэлбот с женой были приглашены к Клинтону. Каждое утро еще не вступивший в свои обязанности президент и Тэлбот вместе бегали. Во время пробежки Клинтон заметил:

— Происходящее в России — это что-то фантастическое. Это не только конец коммунизма. Это конец «холодной войны». Начинается что-то новое. Надо понять это новое, работать с русскими, помогать им.

После инаугурации 20 января 1993 года Клинтон сам позвонил Ельцину и сказал, что намерен встретиться с ним как можно скорее.

Клинтон понимал, что больше всего Ельцину нужен успех в экономике. То есть самое главное, что можно для него сделать, — это найти для него деньги. Тогда русские смогут укрепить рубль, заплатить долги и закупить продовольствие. Лучше всего это сделать с помощью Международного валютного фонда и Всемирного банка, которые прислушиваются к американцам.

Клинтон любил поздно вечером позвонить помощникам, чтобы спокойно обсудить важные проблемы. Накануне первой встречи с президентом России он сформулировал свое видение так:

— В России депрессия, и Ельцин должен стать русским Рузвельтом. Но он не сможет это сделать без нашей помощи.

Клинтон отнесся к своей задаче очень серьезно. Когда помощники излагали ему перечень возможных мер, способных помочь России, он повторял:

— Этого мало, подумайте еще.

Помощники, отвечавшие за внутреннюю политику, пытались его ограничить. У них были свои заботы. Они думали о том, как сократить дефицит бюджета, и не хотели выделять России слишком большие деньги. Но Клинтон и слышать не хотел возражений.