САМОЛЕТ ДЛЯ АСОВ

САМОЛЕТ ДЛЯ АСОВ

«Внимание, внимание, Лa-5 в воздухе». Пилоты фашистских «юнкерсов» 6 июля 1943 года, летевшие бомбить советские войска в районе Ольховатки на Курской дуге, не обратили особого внимания на это предупреждение наземных наблюдателей, все чаще звучавшее в эфире со времени боев под Сталинградом осенью 1942 года. Ведь к ним мчался один-единственный советский истребитель Лa-5, не могущий, казалось бы, представить серьезной угрозы для целого бомбардировочного соединения. Но то, что произошло дальше, оказалось для фашистов полной неожиданностью…

«Лавочкин» атаковал вражеские самолеты в момент их разворота для захода на цель. «Ястребок» крутился среди вражеских бомбардировщиков. Он закладывал крутые виражи, свечой взмывал вверх и оттуда коршуном падал на противника. Один за другим вспыхнули, рассыпались в воздухе и рухнули на землю девять вражеских машин…

Эта цифра — количество самолетов противника, сбитых в одном бою, — не была превзойдена ни одним советским летчиком в течение всей войны. Она отлично характеризует не только мужество и искусство гвардии лейтенанта А. Горовца, посмертно удостоенного звания Героя Советского Союза, но и великолепные боевые качества его истребителя — прославленного Ла-5.

За его разработку авиаконструктор С. Лавочкин взялся еще весной 1939 года. Но одновременно с ним над созданием новых истребителей трудились многие конструкторы: Н. Поликарпов, А. Яковлев, П. Сухой, А. Микоян, В. Шевченко, В. Яценко и другие.

Раньше всех, 1 января 1940 года, появился Як-1 — легкий фронтовой истребитель, предназначенный для тесного взаимодействия с наземными войсками и могущий садиться и взлетать с полевых аэродромов. Спустя несколько недель представили свою машину МиГ-1 — высотный скоростной истребитель — А. Микоян и Г. Гуревич. А 30 марта 1940 года летчик-испытатель А. Никашин поднял в воздух истребитель-перехватчик С. Лавочкина, В. Горбунова и М. Гудкова — ЛаГГ-1. Эти машины выиграли конкурс конструкторов, объявленный в 1939 году, и после испытаний пошли в серийное производство.

А. Микоян для своей сравнительно тяжелой машины взял самый мощный в то время — 1350 л. с. — двигатель водяного охлаждения конструкции А. Микулина АМ-35. А. Яковлев и С. Лавочкин проектировали свои самолеты под мотор В. Климова М-105 мощностью 1100 л. с. Но если Яковлев и Микоян остановили свой выбор на смешанной конструкции своих самолетов, требовавшей немало дорогих, а главное, дефицитных в то время алюминиевых сплавов, то Лавочкин пошел на широкое применение так называемой дельта-древесины — листов шпона, пропитанного, спрессованного и склеенного фенольными смолами. Этот материал не боялся воды и, что еще важнее, огня: в открытом пламени он не горел, а лишь обугливался. Из толстых красноватых плит дельта-древесины, по прочности не уступавшей металлу, изготовляли тогда авиационные пропеллеры, но Лавочкин был первым, кто смело пошел на применение этого материала в силовом наборе фюзеляжа и крыльев.

Создавая свои машины под один и тот же мотор, и Яковлев и Лавочкин главное внимание уделяли аэродинамике. И хотя яковлевский истребитель был немного легче, чистота форм и тщательная полировка поверхностей, за которую техники прозвали ЛаГГи роялями, позволили лавочкинскому истребителю на испытаниях показать скорость 605 км/ч против 580 км/ч у Як-1. Более мощным было и вооружение ЛаГГ-1 — 23-мм пушка и два 12,7-мм пулемета против 20-мм пушки и двух 7,62-мм пулеметов у Як-1. Такого превосходства в вооружении Лавочкину удалось добиться потому, что дальность полета его истребителя-перехватчика была раза в полтора меньше, чем у яковлевского фронтового истребителя.

В самый разгар подготовки к серийному производству конструкторам предложили усовершенствовать самолет так, чтобы он мог выполнять функции как истребителя-перехватчика, так и истребителя сопровождения. Для этого в течение месяца нужно было найти в конструкции ЛаГГа резервы для увеличения дальности полета с 660 до 1000 км. За этот месяц конструкторы просмотрели десятки вариантов, прежде чем остановили выбор на самом, казалось бы, простом — разместить дополнительные емкости с горючим в крыльях. После того как А. Никашин на новой модификации ЛаГГа за два часа покрыл 1000 км, производство ЛаГГ-1 было прекращено (их было сделано всего 100 штук), и заводы приступили к выпуску ЛаГГ-3. И когда на рассвете 22 июня вражеские самолеты вторглись в воздушное пространство Советского Союза, их, наряду с истребителями Н. Поликарпова, А. Яковлева, А. Микояна и М. Гуревича, встретили огнем и ЛаГГ-3, созданные накануне войны конструкторским триумвиратом С. Лавочкина, В. Горбунова и М. Гудкова…

27 июля 1941 года лейтенант Е. Рыжов на ЛаГГ-3 впервые на Черном море таранил вражеский «хейнкель». А 10 августа младший лейтенант М. Борисов совершил бессмертный подвиг, произведя на своем ЛаГГ-3 два тарана в одном бою. Заметив «хейнкели», идущие бомбить Новороссийск, Борисов и его ведомый В. Холявко с высоты 5 тыс. метров ринулись на врага.

Фокке-Вульф FW 190 — основной немец кий истребитель с двигателем; воздушного охлаждения. Опытные образцы начали отрабатываться еще в 1939 году. Первая небольшая серия FW 190А была выпущена в 1941 году. Лишь весной 1943 года, накануне Курской битвы, в серию пошла модификация FW-190D. В конце 1943 года была разработана модификация истребитель-бомбардировщик FW 190F. FW 190G должен был сочетать в себе качества истребителя бомбардировщика и пикирующего бомбардировщика. Максимальная скорость «фокке-вульфов» составляла около 600 км/ч. Вооружение: 20-мм пушки, 7,92 мм пулеметы, бомбы, реактивные снаряды. Всего выпущено около 20 тысяч таких машин.

От вражеской пулеметной очереди вспыхнула машина советского летчика, но его атака была неотразимой. От страшного удара «хейнкель» буквально рассыпался в воздухе. Но под горящим израненным советским «ястребком» находился еще один вражеский бомбардировщик. Оглушенный Борисов нашел в себе силы повернуть свой ЛаГГ и пропеллером отрубить врагу хвост. Звание Героя Советского Союза М. Борисову было присвоено посмертно…

ЛаГГ-3 неплохо показали себя в первые месяцы войны. На Черном море они прикрывали с воздуха главную базу флота, корабли и аэродромы. Под Ленинградом они широко применялись в составе комбинированных штурмовых групп, наносивших удары по вражеским аэродромам. Благодаря мощному пушечно-пулеметному вооружению ЛаГГ-3 при штурмовке аэродромов с успехом применялся как в ударных, так и в прикрывающих группах.

В боях под Москвой штурмовые качества ЛаГГ-3 были усилены установкой под крыльями реактивных снарядов. Пикируя на вражеские механизированные и танковые колонны с 1800–2000 м, ЛаГГ-3 выпускали эрэсы на высоте 100–200 м, достигая тем самым необычайной точности попадания. Тогда же на ЛаГГ-3 были успешно применены эрэсы с дистанционными взрывателями, с помощью которых лейтенант В. Межуев буквально разнес в воздухе на куски вражеский «хейнкель».

И тем не менее переделка ЛаГГ-1 в ЛаГГ-3 не прошла для самолета даром. Требование увеличить дальность повлекло за собой утяжеление самолета. В фронтовых условиях у ЛаГГов стали все чаще и чаще подламываться шасси. Сделать их прочнее значило сделать и их и самолет еще тяжелее. Это повлекло за собой снижение мощи оружия: на ЛаГГ-3 начали ставить 20-мм пушку и два 7,62-мм пулемета. Все эти переделки уменьшили маневренность машины и снизили скорость до 570 км/ч. Таким образом, первоначальное различие между ЛаГГом и «яком» было сведено на нет…

Истребители С. Лавочкина — основные советские истребители с двигателями воздушного охлаждения времен Отечественной войны. Начало им положил ЛаГГ-3, запущенный в серию в 1940 году. В 1942 году двигатель водяного охлаждения заменили двигателем воздушного охлаждения — и появился Ла-5. В 1943 году на вооружение стали поступать Ла-5ФН с форсированным двигателем и Ла-7. Максимальные скорости лавочкинских истребителей составляли 560–680 км/ч. Вооружение: 20-мм пушки и 12,7-мм пулеметы. Всего было выпущено 22 281 истребитель Лавочкина (ЛаГГ-3 — 6528, Ла-5 — 10 000, Ла-7 — 5753).

В первые месяцы войны произошло распределение самолетостроительных и авиамоторных «фирм». В сущности, у авиаконструкторов выбор был не так уж богат: они могли рассчитывать на двигатели всего трех конструкторов — А. Микулина, В. Климова и А. Швецова. Накануне войны микулинский двигатель водяного охлаждения — АМ-38 — был самым мощным— 1600 л. с. Он ставился на штурмовик Ил-2, истребитель МиГ-3, четырехмоторный бомбардировщик Пе-8. М-105 — климовский мотор водяного охлаждения с V-образным расположением цилиндров — имел мощность 1100 л. с., отличался легкостью и компактностью и устанавливался на всех яковлевских истребителях, пикировщике Пе-2 и ЛаГГ-3. И когда в конце 1941 года было решено сосредоточить усилия авиапромышленности на выпуске штурмовиков, пикировщиков и фронтовых истребителей А. Яковлева, Микояну и Лавочкину было отказано в моторах водяного охлаждения.

«Почти одновременно Лавочкин и мы, — вспоминал один из соавторов МиГа М. Гуревич, — получили задание перевести наши самолеты на двигатель воздушного охлаждения. Моторы, ставившиеся на МиГ, были нужны для Ил-2. Был дан для этой работы очень короткий срок. Мы уложились в этот срок, но наша машина оказалась не из удачных. Лавочкин несколько запоздал, но выдал очень хороший самолет».

На двигателях воздушного охлаждения в нашей стране специализировалось КБ моторостроителя А. Швецова. К его моторам на протяжении многих лет питал пристрастие «король истребителей» советский авиаконструктор Н. Поликарпов. Несмотря на все веяния тогдашней авиационной моды, предписывавшей ставить на истребители остроносые двигатели воздушного охлаждения с малым поперечным сечением, Поликарпов смело ставил на свои «чайки» и «ишаки» лобастые двигатели Швецова. Под них он спроектировал и свой истребитель И-180. В 1940 году Поликарпов построил новый вариант истребителя — И-185 с мотором М-82 конструкции Швецова. Высокая мощность этого двигателя, 1600–1700 л. с., дала последнему поликарповскому истребителю иное качество: он развивал скорость 680 км/ч, имел потолок 10 тыс. м, нес мощное вооружение — сначала два 7,62-мм и два 12,7-мм пулемета, потом — три 20-мм пушки, стрелявших через винт.

По ряду причин испытания этой машины затягивались, Поликарпов, возлагавший на нее большие надежды, нервничал. Но когда он узнал, что Лавочкин решил поставить на свой истребитель швецовский мотор, он не колеблясь передал в его распоряжение «нос» И-185 с двигателем и оружием и направил на помощь группу конструкторов, хорошо знавших двигатель М-82, переименованный тогда в АШ-82. Своим же чересчур ревниво относящимся к «чести фирмы» сотрудникам Поликарпов сказал просто: «Сейчас война, никаких конкурентов нет. Мы все работаем для победы».

Это позволило уже в декабре 1941 года закончить модернизацию лавочкинской машины. Размеры и конструкция ЛаГГ-3 сохранились, понадобилась практически всего лишь одна переделка, поперечное сечение двигателя было больше поперечного сечения фюзеляжа, поэтому, чтобы не приостанавливать производства, на борта фюзеляжа надставили вторую неработающую обшивку. Было усилено и вооружение — на новой модификации стволы четырех 20-мм пушек ШВАК проходили между цилиндрами звездообразного швецовского мотора. В принципе, из теоретических соображений, от новой машины можно было ожидать многого. Спроектированный под мотор в 1100 л. с., ЛаГГ-3 был весьма совершенен с аэродинамической точки зрения, и теперь, оснащенный двигателем в полтора раза более мощным, он должен был показать высокую скорость даже несмотря на увеличение лобового сечения. И тем не менее первые полеты были не очень-то обнадеживающими: сильно нагревался мотор, выявлялись многочисленные конструктивные недоделки, не добиралась ожидаемая скорость. А тут еще пришло решение Государственного Комитета Обороны о снятии ЛаГГ-3 с производства…

Но нашлись люди, которые поверили в новую машину Лавочкина. В Комитет Обороны писали о ее перспективности.

«Да, машина была хороша! — таково было мнение летчика-испытателя А. Якимова, входившего в состав комиссии. — Удачно закапоченный мотор не казался большим. Сплюснутый с боков фюзеляж плавно сходил на нет у самого руля поворота. Никаких выступающих деталей. Воздухозаборник и крохотный маслорадиатор «зализаны» так, что их почти не видно. Укрылись под капотом и четыре пушки. Тонкие и высокие стойки шасси придавали самолету изящность и как бы подчеркивали его стремительность. По внешнему виду самолет резко отличался от всех существовавших тогда истребителей, и были основания полагать, что его летные данные будут высокими».

Но, увы, первые же полеты показали: у истребителя сильно перегревается мотор, есть и другие недостатки. Однако, учитывая сильные стороны машины, комиссия просила Государственный Комитет Обороны дать десять дней на устранение недостатков. В цеху быстро разыскали новый маслорадиатор с большей охлаждающей поверхностью, подобрали подходящую болванку для выколотки нового обтекателя, отрегулировали двигатель, устранили дефекты в системе управления.

«Быстро прошли десять дней, отведенных на доработку самолета, — пишет летчик-испытатель А. Якимов. — Все недостатки, выявленные в первых двух полетах, устранены. Самолет выведен на летное поле. Его готовят к испытанию. Внешне он выглядит таким же, как и прежде, — легким и стремительным, только под капотом мотора образовалась «бородка» обтекателя масло радиатора да сверху по капоту прошел новый воздухозаборник. Две из четырех пушек сняли, и под капотом стало просторнее. Головки цилиндров получили хороший обдув. Это прибавляло уверенности в успешном итоге испытаний».

В течение пяти летных дней в мае 1942 года в полной мере раскрылись те достоинства, которых можно было ожидать от установки 1700-сильного мотора на аэродинамически совершенный самолет, — истребитель легко развил скорость 613 км/ч! И нетрудно понять душевное состояние С. Лавочкина, когда он собрал всех участников испытаний и сказал:

— Товарищи, с радостью сообщаю вам, что правительство приняло решение принять самолет на вооружение. Отныне он будет называться Ла-5 — «Лавочкин-5».

А спустя полгода под Сталинградом уже зазвучали в эфире предупреждающие слова фашистских наземных наблюдателей: «Ахтунг, ахтунг! Ла фюнф ин дер люфт!» — «Внимание, внимание! Ла-5 в воздухе!» Именно здесь вражеские «мессеры» впервые столкнулись с легкими в управлении, быстроходными Ла-5, именно отсюда начался боевой путь этой замечательной машины, не перестававшей совершенствоваться до самых последних дней войны.

К сражению на Курской дуге готовились все. Готовились немцы, запустившие в серию отработанный еще до войны истребитель «Фокке-Вульф-190» со скоростью полета около 600 км/ч. Готовились к нему и Лавочкин со Швецовым. Одним из недостатков Ла-5, выявленным во время испытаний, был недобор мощности на боевой высоте при включении второй скорости центробежного нагнетателя. Изучив проблему, инженеры Швецова предложили отказаться от карбюратора и впрыскивать топливо непосредственно в цилиндры с помощью насосов высокого давления. Так родился двигатель АШ-82ФН — форсированный, непосредственного впрыска. Мощность его удалось повысить до 1850 л. с., и это оказалось тем последним штрихом, который был необходим для достижения совершенства. Ла-5ФН стал летать со скоростью 650 км/ч, а его потолок достиг 11 тыс. метров!

«Первый воздушный бой был 5 июля над нашим аэродромом, — писали Лавочкину летчики одной из частей о боях под Курском. Четыре «Лавочкиных» встретились над линией фронта с шестью «фокке-вульфами». Фашистские самолеты были рассеяны, два из них были загнаны на нашу территорию и оказались над аэродромом. Здесь дали им перцу. Герой Советского Союза летчик Холодов говорит, что он одного «фокке-вульфа» не выпускал из-под прицела в течение 4–5 минут. Противнику не удалось ускользнуть.

После двух воздушных боев летчики заявили, что на машинах Ла-5ФН они — «боги» на горизонталях и вертикалях, а на виражах будут всегда сидеть на хвостах «фокке-вульфов»…».

Ла-5ФН оказался замечательно маневренным истребителем. Площадь его элеронов относительно площади крыла была больше, чем у любого современного ему отечественного или зарубежного истребителя. А удачная система компенсации рулей и элеронов сделала его одним из самых легкоуправляемых самолетов в мире.

Дебют же «Фокке-Вульфа-190» на Курской дуге оказался неудачным. Успех не пришел к этому истребителю ни в 1944, ни в 1945 году. Усиливая вооружение и бронирование, немецкие конструкторы непрерывно ухудшали маневренные и взлетно-посадочные свойства этой машины, так что в конечном итоге она не давала летчикам никаких преимуществ. Иначе складывалась дальнейшая судьба лавочкинской машины. В конце 1943 года появилась новая модификация — Лa-7. В конструкции его крыльев дельта-древесина была заменена хромансилем и дюралем, что позволило увеличить емкость крыльевых баков и снизить вес планера самолета на 100 кг. Благодаря этому оказалось возможным установить еще одну 20-мм пушку. Скорость Лa-7 увеличилась до 670 км/ч.

Всего за годы войны советская авиапромышленность выпустила около 22 тыс. лавочкинских самолетов — 6528 ЛаГГ-3, 10 000 Ла-5 и 5753 Ла-7. Эти истребители пользовались заслуженной любовью таких асов, как дважды Герои Советского Союза К. Евстигнеев, Амет-Хан Султан; П. Головачев, Н. Скоморохов, В. Попков. На Ла-7 в конце войны пересел трижды Герой Советского Союза А. Покрышкин. На лавочкинских машинах сбил 62 вражеских самолета трижды Герой Советского Союза И. Кожедуб. И в числе этих шестидесяти двух побед знаменитого аса была победа над Ме-262 — первым реактивным самолетом фашистской Германии…