Глава 7. УНИКАЛЬНЫЙ ТИП ПОЛИТИЧЕСКОГО РЕЖИМА

Глава 7.

УНИКАЛЬНЫЙ ТИП ПОЛИТИЧЕСКОГО РЕЖИМА

Роскошь жевать сталинизм

Среди полутора тысяч исторических деятелей России ушедшего XX столетия по числу посвященных им публикаций Сталин — абсолютный рекордсмен{150}. Количество книг, статей, документальных сборников, воспоминаний современников об этой личности в последние 20 лет превышает издания о В.И. Ленине. Как заявил в годы перестройки один из известных советских дипломатических деятелей В.М. Фалин, «если позволим себе роскошь жевать сталинизм продолжительное время, то окажем сами себе скверную услугу». Несмотря на эти призывы, поток литературы, посвященной Сталину, продолжает неудержимо расти. Следовательно, у современного российского общества имеется настоятельная потребность в том, чтобы глубже разобраться в проблемах сталинской эпохи.

Известно, что в ходе становления и развития СССР все достижения и победы связывались идеологией с именем Сталина. Выступив на XX съезде партии с критикой культа личности Сталина, Н.С. Хрущев положил начало развенчанию «вождя всех времен и народов». Хотя критика сталинизма «сверху» активно велась Хрущевым на всем протяжении его руководства страной и партией, он не использовал термин «сталинизм» в уничижительном смысле. Для него историческая роль Сталина в целом была положительной, ибо вождь, по мнению Хрущева, «оставался марксистом в основных подходах к истории», все делал «для победы дела рабочего класса». Хрущев признавал сталинские преступления против партии и народа, но для него Сталин оставался «в принципе верен идеям социализма», будучи по характеру «диктатором»{151}.

В брежневские времена произошла частичная реабилитация Сталина, что нашло свое отражение и в исторических трудах. Прежняя партийная установка сохранялась и на начальном этапе перестройки. Далеко не случайно в 1986 г. М.С. Горбачев заявил в ответах французской «Юманите», что «сталинизм — понятие, придуманное противниками коммунизма, и широко используется для того, чтобы очернить Советский Союз и социализм в целом»{152}.

Итоговой для первых лет перестройки стала книга «Историки спорят». По мнению профессора Ю.С. Борисова, Сталин и сталинизм — не тождественные понятия. Содержательную сторону советской эпохи составила «борьба за социализм», а личный вклад Сталина определялся тем, что «к нему сошлись решающие пути управления этим процессом». Борисов утверждал, что со Сталиным был связан отход от ленинизма «в теории и на практике», что с его приходом в ЦК произошла «монополизация положения партийного аппарата», которая и стала характерной особенностью командно-бюрократической системы. Таким образом, заключал Борисов, создание советской политической системы, являющейся фундаментальным завоеванием Октября и призванной «вовлекать массы в непосредственное управление делами общества», было деформировано Сталиным{153}. Критика сталинизма ведется здесь еще с позиций незыблемости социалистических ценностей, а потому само явление рассматривается как «отход от ленинизма», а не как самостоятельное политико-социальное явление.

В современной исторической науке подходы к изучению и оценке Сталина претерпели серьезную трансформацию. Так, академик В.В. Алексеев пишет, что при характеристике сталинского наследия важнее всего «правильно оценить победу сталинского курса на ускоренную модернизацию страны», поскольку при всей своей жестокости он «объективно отвечал интересам государства в ту эпоху». Немало современных российских историков разделяют данную точку зрения. Другие, например историк Д.А. Волкогонов, считали «неверной и безнравственной» оценку прошлого с позиций арифметических: чего больше было у Сталина — заслуг или преступлений, поскольку «никакие заслуги не оправдывают бесчеловечности». Волкогонов определял сталинизм как «тоталитарную форму отчуждения человека труда от власти, от участия в управлении государством, производством, другими общественными процессами». По его мнению, за время правления Сталина, вопреки заявлениям, наше общество не построило никакого «полного социализма», а продолжало создавать казарменно-тоталитарный режим. Победителем в стране являлась бюрократия и ее главный жрец — «великий Сталин», ставший олицетворением тотальной бюрократии коммунистической системы. По мнению других историков, Сталин не только практически создал «новое общество» и пытался распространить его влияние по всему миру, но и после своей смерти «сохранил это влияние через свое наследие — советскую систему и мировую систему социализма». Помимо перечисленного, к реальным достижениям Сталина эти историки относят: форсированную «индустриальную модернизацию страны», предотвращение формирования единого фронта западных держав против СССР, обеспечение условий для победы во второй мировой войне, закладку фундамента по «превращению СССР в сверхдержаву». К достоинствам Сталина-политика причисляют также его умение «адаптировать и идеологию, и политику, и социально-экономическую систему к требованиям времени и текущим задачам СССР»{154}. Для многих людей и сегодня сталинизм — «это прежде всего сильное государство, способное навести порядок»{155}.

Ряд современных историков полагает, что усилившаяся за последние годы в российском обществе тенденция «к оправданию и даже прославлению сталинизма» связана с «ответной реакцией» на разрушительный характер постсоветских реформ. По мнению В.П. Данилова, «все достижения» советского общества явились «следствием мощного социалистического импульса», полученного в результате революции. Эти достижения стали реальностью «не благодаря сталинизму», а вопреки ему. По мнению Данилова, были и иные — альтернативные сталинскому и менее кровавые — варианты социально-экономических преобразований в СССР. Существование сталинского политического режима «обеспечивалось беспощадностью и массовостью репрессий», однако созданная им система управления на деле «превратилась в тормоз» социально-экономического и культурного развития страны в целом{156}.

Известный историк А.Н. Сахаров рассматривает сталинизм в контексте всей истории нашей страны и ее народа, утверждая, что он был порожден не только революцией 1917 г., но и «миром русских традиций». В этой связи Сахаров определяет сталинизм как коллективизм «низов», вознесенных на вершину общества, который был направлен на подавление всего, что выходило за рамки этого «среднего коллективистского уровня». Сталинская система, по мнению Сахарова, «до конца не исчезла и сегодня» именно потому, что она давала простому маленькому человеку «некое эксклюзивное положение, делая его “белой костью” общества». Одновременно сталинизм — это насилие и террор, выросшие из «революционной вседозволенности»{157}.