Золотой дом

Золотой дом

В 64 году, после пожара в Вечном городе, римляне увидели новый императорский дворец, который отныне заменит старый, — Золотой дом. Нерон сменил стратегию, он должен изменить и жилье.

Перед вестибюлем дома, — свидетельствует Светоний, оставивший нам это описание, — была установлена колоссальная статуя Нерона, высотой около 35 метров, между частями дворца тянулись портики по три ряда колонн длиной в римскую милю (около полутора километров): внутри был огромный пруд с домами, построенными по берегам, а дальше простирались пашни, пастбища, леса и виноградники, на них множество домашних животных и диких зверей. В основном здании все было покрыто золотом, украшено драгоценными камнями и жемчужными раковинами, в обеденных залах потолки были произведением искусства, с поворотными плитами из слоновой кости и отверстиями, чтобы рассыпать цветы и окуривать благовониями. Главный зал для пиршеств был круглый и вращался днем и ночью, отражая движения небосвода. В термах текла морская и серная вода. Гигантские работы по возведению огромного архитектурного [132] ансамбля, занявшего большую часть города, должны были начаться сразу же после пожара, в 64 году. Это строительство никогда не было окончено. Архитекторы Север и Целор, скорее всего, римляне по происхождению, использовали все свое воображение и возможности относительно технологии того времени. Классическая гармония коснулась изогнутых и угловых линий. Изящные фрески, покрывающие стены зданий, были выполнены под руководством художника большого таланта, знаменитого Фабула, или Фамула. Возможно, впрочем, что кто-то еще из художников участвовал в создании этих фресок. Чудеса, описанные Светонием, не оставляют никакого сомнения о находчивости, с которой зарекомендовали себя их конструкторы; сложные механизмы, новая структура, своды в виде арок, незнакомые материалы — определенный сорт бетона, скрепленного прочным, неразрушаемым раствором, используемым для облицовки туфа или кирпичей, — это строительство было вызовом природе.

Архитектурный комплекс представляет топографическое самостоятельное единство в центре Рима: Палантин, часть Эсквилина и Целий, долина, которая разделяет три холма и где позднее появится амфитеатр Флавиев — Колизей. Общая площадь ансамбля в три раза больше, чем площадь садов Ватикана и собора святого Петра. Городская роскошь и сельская природа гармонично дополняли друг друга. [133]

Дворец обязан названием «Золотой дом» использованию для отделки большого количества ценных металлов и правителю, который соорудил сцену из этого дворца-рая. В долине за дворцовым атрием и холмами простиралось искусственное озеро, упомянутое Светонием: на его месте ныне возвышается Колизей. Среди большого количества строений, перечисленных Светонием, выделяется центральное здание. Никогда оно не было в таком ужасном состоянии, как сейчас. Уже через полстолетия после смерти Нерона входы заколотили, перекрыв приток воздуха и солнца в два крыла на трех этажах. Ротонда, о которой говорил Светоний, главный зал не сохранились. Мы не знаем, какой в точности механизм, скорее всего, гидравлический, осуществлял поворот купола. Сенека упоминает о существовании в то время подвижного потолка. Термы и вестибюль, большой двор с колоннами всегда впечатляли посетителя. Здесь возвышалась бронзовая статуя, «смотрящая» в сторону Форума: впоследствии Веспасиан заменит ее голову Нерона на голову Бога Солнца. Повсюду можно было видеть работы знаменитых скульпторов. Среди них Пракситель. Господствовали живые и яркие краски, интересный факт — белое было основным цветом Золотого дома, в то время как в Помпеи преобладал красный цвет. Пейзажи, персонажи, животные, трофеи, сцены из мифов оживляли большие поверхности, украшенные точными линиями. Золото, ценные камни, [134] мрамор и мозаика придавали зданию ослепительный вид. Символика кажется проще, чем задумывалось. Оранжевый цвет подчеркнул религиозный или политический символ, господствующий в помещении Золотого дома, в нем находят черты восточных и эллинских культур. Дворец был задуман как загородный дом.

Построенный в честь императора, чью славу укрепило поражение армянского царя Тиридата, комплекс соединил в себе римские традиции аристократических владений, дворцы и парки эллинских монархов, «райские сады» иранских царей. На открытии дворца Нерон сказал только: «Наконец-то я начну жить по-человечески». Сенаторская оппозиция ненавидела дворец, построенный за счет ограбленных граждан. А что ныне осталось от дворца, парка, садов, павильонов, колонн в райском стиле, иранских правителей и восточных гаремов, самих наследников, парфянских и вавилонских памятников? Что осталось от Нерона? Чего добился он, воспитанный в духе «нового солнца»?

Единственно, Отон действительно постарался продолжить строительство гигантского парка — дворца-рая. Его последователи поступали не так. Веспасиан отдал часть парка для посещения публики. Флавий построил Колизей, там, где раньше возвышался колосс и простиралось озеро. Тит перестроил бани, находившиеся на территории архитектурного ансамбля. Траян закрыл входы в нероновские здания и сам построил [135] бани. Однако в помещении морского театра есть странный зал с зонтиком под куполом, напоминающим вращающийся потолок в Золотом доме.

Эта связь не кажется нам случайной. Золотой дом открывает дорогу для изменения менталитета старого римского города в сторону к социально-культурному пласту империи, играющей главную роль во всемирной истории. В итоге, обе личности — Нерон и Адриан несут в себе восточные составляющие. Неронизм, по мнению его вдохновителя, должен заполнить пустоту, оставшуюся после представителя старого мира. Он ошибся. Но его неведением было вызвано к жизни удивительное творение, храм Солнца, Золотой дом.