Мудрый учитель Сенека

Мудрый учитель Сенека

Наш список, конечно, не полон. Нерон уничтожал всех, кто ему угрожал или в ком он только чувствовал угрозу. Весьма чувствительный к любым высказываниям в адрес его собственных произведений, он старался строго не наказывать мыслителей. Он считал своей роль защитника и покровителя культуры. Почти все цезари писали в свое время, поэтому старались щадить людей умственных, мыслителей, философов, живших обычно очень скромно. Давление цензуры ощущали скорее сенаторы и всадники, любители от мыслительства, так как некоторые темы считались запретными. Процветала эпиграмма. Нерон [58] оставил авторов в покое, он постоянно следил за исполнением его указаний и требовал к ним снисходительности. Тем не менее сама его политика стала неисчерпаемым кладезем для эпиграмм. Фабриций Вьенто, автор сатирических стихов, кстати, не направленных против императора лично, был в порядке наказания лишь выслан из Италии и вернулся, надо полагать, после смерти Нерона. Создается впечатление, что Нерон был против преследования тех, кто позволял себе сарказм по поводу смерти Агриппины. Один только Дат, поэт и актер, был выслан в 59 году из Рима и Италии. Во время исполнения на сцене песенки он при словах: «Будь здоров, отец, будь здорова, мать» сделал движение — будто он пьет и плывет, имея в виду гибель Клавдия и Агриппины. После этого он весьма прозрачно намекнул сенаторам, что их ждет такая же судьба. Позднее Нерон приговорил к подобной мере наказания философа-киника Исидора, который, увидев приближающегося Нерона, громко упрекнул его в том, что тот чаще выходит на сцену как актер, нежели печется о делах государственных.

Нерон проявляет милосердие к мыслителям, посещающим политические и художественные собрания, кроме тех, разумеется, кто составляет ему оппозицию.

Заговор Пизона послужил ему поводом выслать философа-стоика Гая Музония Руфа на один из островов Эгейского моря, откуда тот [59] вернулся лишь в 69 году. К ссылке также были приговорены ритор Виргиний Флав и философ Корнут.

Итак, мы подошли к важной исторической фигуре, о ком стоит сказать особо, — это Сенека. Известный сенатор с прекрасной репутацией, в прошлом учитель Нерона, напрасно пытался направить политику своего бывшего ученика в русло пути истинного. Его устранение в 65 году необъяснимо — Сенеку приговорили к самоубийству, что было совершенно излишне — старый, больной, разочаровавшийся в жизни. Он окончательно отошел от политики, и его кружок распался. Если он и знал что-то о замыслах Пизона и его друзей, то сам не принимал в них никакого участия и не поддерживал их. Более того, в противоположность Тразее, он был слишком верен Нерону, чтобы позволить себе поддерживать оппозицию или дать повод для недовольства, что, безусловно, активизировало многочисленных противников последнего режима Юлиев-Клавдиев. Чем можно объяснить содеянное? Свою роль сыграли различные факторы: необъяснимый страх, прежде всего охвативший императора после раскрытия заговора Пизона; стремление уничтожить все, что, по его мнению, вызывало неодобрение политикой или поведением; наконец, быть может, желание освободиться от свидетеля своей юности. Тацит утверждает, что император «ненавидел Сенеку». [60]