МАВРИТАНСКИЙ ЗАМОК НА ВОЗДВИЖЕНКЕ

МАВРИТАНСКИЙ ЗАМОК НА ВОЗДВИЖЕНКЕ

Мой дом будет вечно стоять в Москве…

Арсений Морозов

В канун уходящего 1899 г., когда лиловые сумерки рано спускались на город и золотые маковки церквей тонули в снежной метели, на старой Воздвиженке ярко засветились готические окна особняка необычной архитектуры.

Изумлению москвичей не было предела: на фоне московских дворов этот мавританский замок казался сказочным.

Действительно, архитектура дома необычна: фасад скопирован с центральной части древнего португальского замка Синтра, что под Лиссабоном, а интерьер — блестящая эклектика, где барокко и ампир соседствуют со строгой готикой и мавританским стилем.

Архитектор В. Мазырин с будущим хозяином Арсением Морозовым в 1887 г. отправились в далекое путешествие, сначала в Испанию, затем в Португалию.

Их воображение совершенно потряс ансамбль замка Синтра — бывшего дворца королей Португалии. Он стоит на горе, к нему примыкает замок XVI в., где сохранились даже залы XIII столетия. А старинная королевская резиденция и сегодня в прекрасном состоянии. Каждый год здесь проводятся европейские музыкальные фестивали.

До последнего времени в замке Синтра жила маркиза Ольга Кадавале, урожденная Кутузова. В 1992 г. правнучатый племянник великого русского полководца фельдмаршала Кутузова Илларион Ильич Голенищев-Кутузов во время встречи в Московском мавританском замке, где ныне размещается Дом дружбы, поведал мне эту удивительную историю.

Итак, фасад Дома дружбы — это почти точная копия центральной части замка Синтра. «Только замок в Португалии густо обвит вьющимся виноградом», — сказал Илларион Кутузов. Я попросила 194 уважаемого гостя выйти на улицу и посмотреть на восточную ротонду здания, украшенную изящной резьбы каменной ветвью винограда. «Да. Север. Россия… — задумчиво продолжал Илларион Ильич. — Но как прелестно, как изящно, какая выдумка!»

Я спросила еще, почему все здание украшено раковинами, на что он не смог ответить. Но когда я стала собирать материал об архитекторе Мазырине, его внук Сергей Иванович Савченков, ученый-востоковед, поведал мне дивную легенду. Когда-то в древние времена на Пиренеи прибыл Сант-Яго. За время длительного путешествия днище его корабля обросло огромными ракушками. Монахи разнесли эти святые ракушки по замкам и монастырям Испании. И знатные гранды украшали ими свои великолепные поместья. В Испании в городе Саламанке есть и сегодня знаменитый замок ракушек — Каса де Кон-час. Эту легенду внуку В. Мазырина рассказал во время дипломатического приема в 1970-х гг. консул Испании Эугенио Брегалат. Ажурные каменные плетения выполнены Мазыриным в стиле мануэлино — в честь короля Португалии Мануэля.

Итак, особняк на Воздвиженке построен в испано-мавританском стиле с наличием португальского мотива. Интерьер особняка — блестящая эклектика: парадная гостиная вводит нас в Рыцарский зал, декорированный в романском стиле. В Рыцарском зале хозяин устраивал пиры, в Золотом зале проходили балы, а будуар супруги Веры Сергеевны был выдержан в лучших образцах стиля модерн. Помимо бесчисленных гостей, по дому бродила ручная рысь, а укромные уголки «населяли» чучела кабанов, лисиц и волков. И повсюду медвежьи шкуры: хозяин охотник убил за свою жизнь восемьдесят два огромных зверя. Большой Белый зал — стиль барокко — украшен росписью, скульптурами, символизирующими муз. Золотой зал, выполненный в стиле ампир, изукрашен позолоченной лепниной, оттеняемой белым цветом лепного потолка. Мраморный зал спроектирован в римском стиле. И только спальня-кабинет хозяина был отделан в мавританском стиле.

По словам архитектора Ю.Ф. Дидерихса, строителя Рижского вокзала, Морозов приказал архитектору: «Ты мне, Мазырин, сделай так, чтобы все залы были сделаны в разных стилях». Мазырин с блеском справился с заданием, и в 1899 г. дом был полностью построен и оборудован. Новый XX в. хозяева встречали в своем прекрасном особняке…

Москвичи дивились невиданной архитектуре, в прессе печатались злые шутки в адрес Арсения Морозова, по мнению которой хозяин хотел продемонстрировать свою мощь и богатство. Лев Толстой в романе «Воскресение» писал: «Дом строится огромный и в каком-то сложном, необыкновенном стиле».

Когда в конце 90-х гг. Мазырин закончил строительство, внешний вид особняка потряс воображение москвичей. Мнения были самые разноречивые, на что Арсений Морозов сказал братьям: «Мой дом вечно будет стоять в Москве, а с вашими коллекциями неизвестно еще что будет!» Слова его оказались пророческими. Коллекция западноевропейской живописи, которую всю жизнь собирал Иван Абрамович Морозов, в 1941 г. легла в основу Музея новой западной живописи, а позднее, в 1947 г., коллекция была поделена между Эрмитажем и Музеем изобразительных искусств имени А.С. Пушкина. Владельцу мавританского замка удалось перещеголять своих братьев, известных коллекционеров западноевропейской живописи.

Но судьба Арсения Морозова сложилась не менее трагично, чем судьба богатых коллекций его братьев.

Арсений Морозов серьезно верил в талисманы. Кто бывал в Доме дружбы, бывшем особняке владельца, вероятно, обратил внимание на то, что на камине, под окном красуется каменный узел в виде канатов — восточный символ долголетия и благополучия. К сожалению, талисман не помог — Арсений Морозов погиб в возрасте 35 лет в 1908 г. Дело было в Твери во время застолья, когда хозяин заключил нелепое пари — проверку силы воли. Прострелив себе ногу и не показав гостям недомогания, он сидел за столом до позднего вечера. Через двое суток Арсений Морозов, племянник Саввы Морозова, умер, в чем-то повторив судьбу дяди. Ненадолго пережил хозяина особняка его создатель Виктор Александрович Мазырин.

До постройки морозовского особняка Маэырин проектировал павильоны на Всемирной выставке в Париже (1889) и павильоны Среднеазиатской выставки в Москве (1891). Он построил также русский павильон на Всемирной выставке в Антверпене в 1894 г. В1912 г. В. Мазырин построил еще два доходных дома в Москве, которые сохранились по сей день: первый — в Подсосенском переулке, второй — в Фурманном, экстерьер дома № 22, сохранившегося до наших дней, облицован красно-желтым кафелем. Наконец, Виктор Александрович строил дачу для Федора Ивановича Шаляпина.

Это весьма интересная история. В то лето Федор Шаляпин и Виктор Мазырин гостили на даче у Константина Коровина, которая стояла на живописной речке Нерль. Константин Коровин пишет в своих воспоминаниях так: «В это лето (1903 г. — Авт.) Шаляпин долго гостил у меня. Он затеял строить дом поблизости. Проект даже он попросил сделать меня. Архитектором пригласил Мазырина». В августе Федор Шаляпин каждое утро ходил купаться на речку, с ним непременно шел Мазырин, видимо, они все обсуждали по дороге проект новой дачи Шаляпина. Коровин вспоминал: «…Мазырин был маленького роста, тщедушным. Приходя в купальню, он быстро раздевался, бросался в воду и нырял. Шаляпин говорил мне: «Черт его знает. Анчутка[34] прямо морской конек. А я не могу…»

Вскоре Федор Шаляпин купил огромное лесное имение на реке Нерль и заторопился со строительством. Константин Коровин сделал проект дома-терема. Место, где строился дом для Ф.И. Шаляпина, называлось Ратухино. В первые годы после революции этот прелестный дом-терем со всеми пристройками сожгли… Сожгли имение Александра Блока в Шахматове, сожгли и разграбили имение Сергея Рахманинова. Композитор очень печалился, увидев свой рояль валяющимся разбитым на земле… Федор Иванович, видя, как переживает Рахманинов, и заметив слезы в его глазах, весело сказал: «Не тужи, не горюй. Анчутка тебе новый дом отстроит…»

Но ни строить, ни творить Виктору Мазырину больше не довелось. Он умер в Москве вскоре после революции, похоронен на Пятницком кладбище.

А мавританский замок, как драгоценная жемчужина, украшает Воздвиженку, когда-то в древности носившую имя Орбат — от арабского слова, обозначающего «предместье». Улица известна уже с XIII в., она являлась началом дороги из Московского Кремля и вела на запад, в Великий Новгород и Смоленск. С XVII в. улица стала называться Смоленской, с начала века — Воздвиженкой.

В середине XVI в. участок, на котором стоит ныне здание Дома дружбы, был заселен слободжанами, обслуживавшими двор Ивана Грозного, в XVI в. здесь был двор боярина царя Алексея Михайловича — Бориса Морозова. В XVIII в. этот участок земли принадлежал обер-егермейстеру Петра I — Семену Кирилловичу Нарышкину, здесь красовались его обширные каменные палаты. Со второй половины XVIII в. эти владения переходят в руки князей Долгоруковых.

Сегодня эта жемчужина архитектурного искусства, венчающая улицу Воздвиженку, — Дом приемов Правительства РФ.

…Летят машины по Воздвиженке, спешат пешеходы, но взгляд каждого невольно задерживается на старинном замке, приплывшим к нам из серебряного века поэтической России. И сто лет тому назад, в конце XIX в., мчались по Воздвиженке экипажи, торопились прохожие, а навстречу им выступал из снежной круговерти, блистая освещенными высокими окнами, странный необычный замок, подобного которому нет в Москве.