ГЛАВА III ОЛЕНЕВОДЫ ЯМАЛА

ГЛАВА III

ОЛЕНЕВОДЫ ЯМАЛА

Ямальский район расположен в северо-западной части округа на полуострове Ямал, омываемом с трех сторон водами Карского моря, Байдарацкой и Обской губ. Терртиория района целиком расположена на Западно-Сибирской равнине.

Большую часть полуострова занимает Северо-Ямальская низменность, протянувшаяся от Байдарацкой губы на юге до северной оконечности полуострова. На самом юге района, вдоль побережья Надымской Оби, протянулась неширокой полосой Нижнеобская низменность. Между ними пролегает Южно-Ямальская возвышенность. Почти вся территория района находится в зоне тундры, в подзонах арктической, типичной и южной тундры, а южная часть, занимаемая Нижнеобской низменностью — в зоне лесотундры.

Ямальский район разделен на части между шестью сельскими администрациями: Ямальской (центр — с. Яр-Сале); Панаевской (п. Панаевск); Салемальской (п. Салемал); Новопортовской (п. Новый Порт); Мыскаменской (п. Мыс Каменный) и С?яхинской (п. С?Яха).

Река С?-Яха, в устье которой стоит одноименный поселок, была известна русским землепроходцам уже в конце XV в. Она была конечным пунктом волока, проходившего через весь п-ов Ямал из Карского моря в Обскую губу. Отсюда поморские промышленники направлялись в Тазовскую губу, к «златокипящей» Мангазее. После того, как в XVII в. морской ход в Мангазею был закрыт, эта местность теряет свое значение [61].

История строительства поселка С?-Яха начинается с конца 1920-х гг. В 1927 г. в рамках кампании по советизации отсталых туземных окраин на Тамбее и С?-Яхе были организованы первые туземные советы. В 1930 г. на северной части п-ова Ямал был создан в Северо-Ямальский тузсовет, вошедший одной из составных частей в Ямальский (ненецкий) тузрайон. В начале 1930-х гг. На Тамбее, С?-Яхе и на Мысе Дровяном были основаны торговые фактории Уралгосторга. В 1936 г. согласно постановлению бюро Ямальского (Ненецкого) окружкома ВКП(б) «О новом районировании округа» фактория Тамбей становится центром Северо-Ямальского района. На балансе сельского совета в то время находились два здания школы, здание фактории, баня, жилой барак.

С 1934 г. на ямальском Севере началось колхозное строительство. К 1939 г. на территории всего Ямальского района существовало 30 колхозов и одна артель. Коллективизацией было охвачено 603 ненецких хозяйства, что составило более 60 % всех хозяйств. В 1939 г. на фактории С?-Яха был организован оленеводческий колхоз «Красный Ямал».

Название Мыс Каменный закрепилось на географических картах с первой половины XIX в. Штурман И.Н. Иванов записал его в 1828 г. как Пэ Саля — «Каменный Мыс», хотя ненцы называют его Пай Саля — «Кривой Мыс», за характерную форму (ненецкие слова пэ — «камень» и пай — «кривой» звучат очень близко друг к другу).

Название расположенного севернее поселка Яптик-Сале в переводе с ненецкого означает — «Мыс рода Яптик» [62].

Как и большинство поселков района, Мыс Каменный и Яптик-Сале были построены в 1930-40-е годы. До конца 1940-х годов на Мысе Каменном силами спецпереселенцев велось строительство военно-морской базы Северного флота. По указу «сверху» стройка была законсервирована. В 1950-60-е годы, когда началась разведка ямальских месторождений нефти и газа, здесь развернула работу Ямальская нефтегазоразведочная экспедиция.

Поселок Новый Порт был основан в 1920-е гг., после того как Обская гидрографическая экспедиция обнаружила здесь более удобную бухту для строительства порта, чем на старой якорной стоянке у бухты Находка.

Рыболовный песок Салей-Мал на рубеже XIX–XX вв. принадлежал самоедам рода Езынги, а арендатором его был Семен Иванович Бронников [63]. Село Салемал было основано в 1942 году как один из рыбоучастков Пуйковского рыбозавода (с. Пуйко). Рыболовством здесь занимались в основном местные ханты и ненцы, а с 1940-х годов и спецпереселенцы из Ленинграда и Астрахани. С 1952 года выросшее за счет механического прироста население стали записывать в похозяйственные книги. В это время в поселке, кроме русскоязычного населения, оседло жили несколько семей ненцев и хантов. В середине 1960-х годов производственные мощности Пуйковского рыбозавода перевели из Пуйко в Салемал. В 1967-68 годах студенты стройотрядов построили новые дома для переселенцев.

Село Панаевск, по сведениям местных краеведов, было основано на месте фактории купца Панаева помощника Тобольского рыбопромышленника Туполева. В 1937 году здесь было создано первое объединение рыбаков — колхоз им. Шмидта. После великой отечественной войны стало развиваться оленеводство. В панаевской тундре выпасала оленей одна из шести бригад Пуйковского рыбозавода. В 1991 году произошло разделение хозяйства, рыболовство полностью отдали в Салемал, а оленеводство — в Панаевск.

Центр Ямальского района — село Яр-Сале было основано на берегу Малой Юмбы в 1927 г. До 1917 г. здесь хозяйствовал купец Трофимов, а в начале 1920-х гг. располагалась лавка кооператоров. Сельский совет был образован в 1933 г. К 1938 г. в районе было более 20 простейших производственных товариществ, а в 1940 — 28. они объединяли свыше 500 хозяйств оленеводов и рыбаков. Основными хозяйственными структурами были колхозы «Харп» и им. Ворошилова. В 1952 г. они были объединены в колхоз им. Молотова, переименованный затем в колхоз им. Ленина. [64].

В начале 1960-х гг. на Ямале на базе колхозов были созданы совхозы. До начала XXI в. на территории Ямальского района вели хозяйство три совхоза: «Ямальский», «Ярсалинский» и «Россия».

На сегодняшний день хозяйственной деятельностью в Ямальском районе занимаются три муниципальных оленеводческих предприятия: «Ярсалинское», «Панаевское», «Ямальское»; два муниципальных рыбозавода — Новопортовский и Салемальский; одно крестьянско-фермерскиое хозяйство; 11 общин коренных малочисленных народов Севера и более 1000 оленеводческих семей, самостоятельно выпасающих оленей.

Более 60 % территории района составляют оленьи пастбища. Небольшую часть используют под выпас оленеводы совхоза «Байдарацкий» Приуральского района ЯНАО. В свою очередь Ямальские оленеводы используют пастбища в Надымском и Приуральском районах.

Пастбища предприятия «Ямальское» расположены в арктической и типичной тундре, а предприятий «Ярсалинское» и «Панаевское» — типичной и кустарниковой тундре, а также в лесотундре и северной тайге.

Зимой оленеводы предприятия «Ямальское» используют для выпаса лишайниковые арктические и равнинные субарктические тундры, а также осоково-моховые тундры с запасом ветошных кормов. Лишайниковый покров здесь большей частью был потравлен, высота ягеля не превышала в середине 1990-х гг. 2 см. Пастбища удобно расположены, но обеспечены кормами недостаточно.

Зимние пастбища предприятий «Ярсалинское» и «Панаевское» расположены примерно в равных условиях. Тип пастбищ — лесотундровой и северотаежный. Пастбища расположены на правобережье р. Надымская Обь, в тундрово-болотном лесу и редколесье.

На пастбищах предприятия «Ярсалинское» лишайники встречаются лишь в отдельных местах. Пастбища доступны на протяжении всей зимы, так как там чередуются лесные и редколесные массивы с открытыми участками болот и тундр. Состояние кормов хорошее.

Пастбища ранней весны и поздней осени находятся на левобережье Оби. В предприятия «Ярсалинское» эти пастбища совмещены. Выпас оленей ведут в тундрах, на болотах, в кустарниках и редколесьях. Обеспеченность кормами в этот период в целом удовлетворительная. Зимние пастбища обеспечены кормами полностью.

Летние пастбища предприятия «Ямальское» имеют выход к морю. В предприятиях «Ярсалинское» и «Панаевское» выход к морю имеет северная группа стад. Прохладная погода, ветры, обилие зеленых кормов, поение животных морской водой создают благоприятные условия выпаса. Выпас оленеводы ведут по долинам рек и ручьев, склонам холмов, приозерным понижениям по берегу моря. Запасы зеленых кормов весьма значительны.

Пастбища переходных сезонов (поздняя весна, ранняя осень) находятся близко от летних пастбищ. Поздней весной кормом для оленей служат молодые побеги пушицы, осок, разнотравье, листва ерников.

Стойбища оленеводов Северного Ямала располагаются в долинах рек на плоских тундровых равнинах, покрытых скудной буро-зеленой растительностью — мелкими кустарниками и травой. На стойбище оленеводов-частников, или, как их называют сами ненцы, «личников», стоит обычно один чум, покрытый в один слой брезентом. Недалеко, из поставленных полукругом нарт, сделан временный загон для оленей. Возле чума стоят нарты с хозяйственными принадлежностями, частями упряжи и т. д., к каждой из которой привязаны тундровые лайки-оленегонки. Справа от входа в чум, на земле, разложен для просушки мох (нен. нярсо), используемый ненецкими женщинами в качестве ветоши для вытирания посуды и столика для еды, а также прокладки в детских люльках. Рядом сложен в кучу мелкий кустарник, употребляемый в качестве топлива для костра. За чумом лежат оструганные заготовки для изготовления нарт.

Оленеводческие семьи здесь в большинстве своем небогатые — в хозяйствах всего по 150–200 голов оленей, новых нарт нет, старые нарты много раз ремонтированы. Внутри чума с левой стороны постелены старые оленьи шкуры для сидения на них днем и спанья ночью.

Сезонные перекочевки с севера на юг и обратно ненцы совершают вдоль рек, обходя их по кругу с левой или с правой стороны. Окарауливание оленей местными пастухами ведется круглосуточно, посменно. Оленеводы пригоняют стадо к чуму два-три раза в сутки для смены оленей в дежурной упряжке. В июле месяце в тундровых ложбинах и оврагах еще лежит снег, поэтому олени, приходя на стойбище, спускаются туда и ложатся, спасаясь в прохладе от жары и назойливых комаров. Чтобы олени не разбежались, пока пастухи пьют в чуме чай, одна из женщин берет собаку на привязи и следит за оленями, отдыхающими на снегу. В июле у оленей происходит линька, и шерсть свисает у них с боков клочьями. При потряхивании мордой и боками олени сбрасывают клочья шерсти, которая тут же разлетается, разносимая ветром.

После чая хозяйка прибирает чайные принадлежности и занимается выделкой оленьих шкур, выскабливая их специальным скребком. Хозяин с сыном в это время за чумом делают заготовки для новых нарт. Древесина для хозяйственных нужд привозится ненцам северного Ямала только зимой из С?-Яхи по «зимнику».

Редко нарты и другие хозяйственные изделия делаются ненцами из плавного леса, подобранного на берегу Обской губы.

Рыбной ловлей местные ненцы занимаются в основном летом. Ближе к п. Сабетта-Яха много проточных озер, таких как Халето, Нарендо, Лимбяндо и др., в которых водится щекур, осетр, хариус, сырок, нельма, налим. Кроме налима вся рыба считается пригодной в пищу. У налима ненцы едят только печень, все остальное идет обычно на приманку для песцов. Ловят рыбу сетями и неводами.

Осенью на реках ловят сетями омуля. У каждой семьи есть свои рыболовные угодья, часто расположенные в границах территории кочевания. Выловленную рыбу едят сырой и вареной. Кроме того, рыбу солят, вялят и коптят, а затем весной обменивают у газовиков на продукты питания и топливо для снегоходов. Для установки сетей и неводов на реках и озерах ненцы используют болотные сапоги и водонепроницаемые куртки, выдаваемые им в совхозе в обмен на продукцию традиционного хозяйства.

Из-за нехватки привозного топлива для снегоходов из поселка ненцы вынуждены заправлять их выменянным у газовиков газовым конденсатом, что очень часто приводит к поломкам моторов.

Охотничьи угодья североямальских ненцев также расположены в границах кочевий. Для охоты в каждом хозяйстве обычно имеется около 30 капканов, 40 петель и, как минимум, одно дробовое ружье-двустволка. Охотятся ненцы капканами на песца, шкурки которого сдают на приемные пункты предприятия «Ямальское», национальной общины «Илебцъ» или, опять же, выменивают на продукты у газовиков. Раньше существовала загонная охота, когда несколько человек на оленьих упряжках загоняли песца и стреляли его из ружей. Мясо песца иногда употребляется в пищу. Кроме песца на этой территории встречается волк, лиса, заяц, росомаха, горностай. В конце мая проходит охота на перелетную птицу — гусей, уток, гаг, казарок. Мясо птицы идет в пищу, а пух на изготовление подушек. На диких оленей охотятся тогда, когда они подходят слишком близко к домашним и возникает угроза увода ими домашних оленей.

В июле на Севере Ямала производится резка пантов у оленей. При очередном приходе пастуха со стадом к чуму оленей загоняют в загон, отбирают подходящих и привязывают к нартам. Неокостеневшие оленьи рога-панты различаются по качеству. Самыми лучшими считаются маленькие по размеру. Чем рога больше, тем меньше в них полезных веществ, подходящих для изготовления лекарственных средств.

Всем привязанным к нартам оленям, по очереди, отрезается по одному или по два рога. Тонкой капроновой веревкой от старой сети каждый рог перевязывается у основания, а затем отпиливается пилой-ножовкой быстрыми движениями, чтобы не доставлять оленю много страданий.

Солнце в середине июля еще не заходит, поэтому обычный режим дня несколько сбивается. Горячий ужин для всей семьи, состоящий из ухи и выложенной отдельно вареной рыбы, готовится уже после полуночи, когда закончены основные хозяйственные дела.

Определенную опасность для оленеводческих хозяйств в этой местности представляют падающие с неба отработанные ступени ракет, запускаемых с космодрома «Плесецк» в Архангельской области. Весной 2005 г., незадолго до очередного запуска, к местным пастухам прилетали на вертолете представители МЧС России и просили отвести своих оленей подальше от возможного места падения ракетной ступени.

Осматривая каждый день свое стадо, пастухи примечают ослабленных оленей, которых можно без ущерба для последующего воспроизводства забить на мясо. Оленя забивают удушением. Двое мужчин, затягивают веревку на шее оленя мертвой петлей. Перед этим оленя поворачивают головой на юг, один пастух срывает несколько пучков травы, и трижды обводит ими вокруг шеи оленя.

Олень умирает в течение пяти-десяти минут. После этого один пастух поворачивает тушу на спину и, острым ножом, делает надрез на шкуре оленя от шеи до паховой области. Затем начинается аккуратное отделение шкуры от туши. На ногах шкуру снимают до копыт и отрезают ее вместе с ногой у колена. Шкуры с ног — лапы — идут на пошив обуви. Голову также отрезают и откладывают в сторону.

Тушу без шкуры кладут на большой кусок целлофана, аккуратно вспарывают живот, вынимают и выбрасывают желчный и мочевой пузыри и кишки с остатками пищи. В желудок, заполненный кровью, кладут мелко порезанные кусочки печени, почек и жирного мяса. Начинают трапезу мужчины, затем к ним присоединяются женщины. Каждый выпивает по половине кружки (125 грамм) свежей оленьей крови и съедает в первую очередь печень и почки, обмакивая их в соль и горчицу. Дальнейшую разделку производят женщины, при этом отдельные косточки, хрящи и кусочки мяса достаются собакам. Оставшуюся часть туши семья съедает в течение нескольких дней в сыром и вареном виде. Кровь в желудке сохраняют на нарте в эмалированном тазике. После свежего мяса и крови ненцы обязательно пьют много горячего чая с сахаром, хлебом и маслом.

Вечером вся семья собирается в чуме, где в большом котле варится мясной бульон. Сваренное мясо выкладывают на столик, а бульон заправляют мукой или макаронными изделиями и магазинной борщевой заправкой. Готовый суп разливают по чайным чашкам. После супа каждую чашку женщины протирают насухо кусочком мха-нярсо. В эти же чашки разливается чай.

Лакомством считается вареный олений язык. Его подают только почетному гостю. Прежде чем его съесть, надо, по ненецкому обычаю, отрезать кончик языка и бросить его в огонь, чтобы о тебе не болтали лишнего.

На стойбище, где стоит несколько, чумов устанавливают достаточно большой загон из нарт, обтянутый капроновыми сетями.

На нартах лежат свернутые арканы. Аркан для отлова оленей ненцы изготавливают из тонко нарезанных полос выделанной оленьей шкуры (ровдуги). Полосы сплетаются в тонкую веревку длиной до 20 м. Блок для петли делается из кости оленя. Для отлова оленя петлю растягивают, а затем наматывают аккуратными кольцами на руку (7–8 колец, одно больше другого) и зажимают их в кулаке. Остаток аркана собирают кольцами в другую руку. Пастух выискивает в стаде нужного оленя, на шею которого старается набросить аркан. Правильно смотанный аркан в полете разматывается в ровную петлю и попадает прямо на рога или шею оленя. Многие ненцы бросают аркан левой рукой. За неимением аркана из ровдуги некоторые ненцы используют подходящую для этого обыкновенную веревку.

В оленеводческих бригадах предприятия «Ямальское» работает до 8 пастухов. Их жены числятся чумработницами. Из С?-Яхи к оленеводам периодически приезжают бригадные зоотехники. В августе, в период копытки и оводов, они кочуют вместе с пастухами постоянно, проводя лечебные мероприятия.

Система выпаса оленей у североямальских пастухов несколько отличается от аналогичной у ненцев других районов ЯНАО. Днем и ночью пастухи окарауливают стадо по два человека, объезжая его с двух сторон и не давая оленям далеко разбегаться. Свободная от дежурства смена занимается хозяйственными делами: заготавливает дрова, чинит или изготавливает нарты и упряжь.

Для воспроизводства здорового поголовья оленей до недавнего времени оленеводы совхоза «Ямальский» обменивались быками производителями с оленеводами Тазовского района. Сейчас обмен практикуется только пастухами личных стад между собой.

Лето 2005 г. выдалось прохладным, поэтому местные олени почти не болели. В жаркое лето олени на севере Ямала иногда заболевают некробактериозом (копыткой). Чаще ей подвержены олени южного Ямала. Копытка возникает от повреждения оленями копыт о кустарники и разные предметы промышленного производства, брошенные газовиками. Через несколько дней после заражения животное начинает хромать, в местах поражения образуются гнойные язвы. Одними из самых эффективных лекарственных средств являются бициллин, который вводят внутримышечно и марганцовка, которой обрабатывают рану после выдавливания из нее гноя. Больного оленя заваливают на землю два человека. Один берет его за рога и поворачивает голову, склоняя ее к земле, а второй опирается на круп оленя и, ногой подсекает ему задние ноги. Поваленному оленю крепко связывают тряпкой или веревкой здоровые ноги, чтобы он не вырывался и не поранил кого-либо из пастухов. Один пастух держит голову оленя, наступая ногой на рога. Другой — садится на оленя верхом и руками старается выдавить из раны гной. Иногда ножом срезается наросшая сухая корка, и гной вычищается из раны. Очищенную от гноя рану заливают марганцовкой. После этого оленю вкалывают в бедро укол бициллина. Если через некоторое время рана снова начинает гноиться, операцию повторяют. Лечением оленей занимаются не только бригадные зоотехники, но и обученные ими пастухи. Некоторые из пастухов имеют к тому же незаконченное зоотехническое образование. Животных, у которых болезнь запущена, забивают и снимают с них шкуру. Их мясо в пищу не используется.

Более серьезной болезнью является бруцеллез, которому больше всего подвержены взрослые самки. Болезнью поражаются обычно лимфатические узлы и внутренние органы половой сферы. В стадах, зараженных бруцеллезом, повышается количество абортов. Лечение этой болезни не разработано. Зараженные стада обычно отделяют от здоровых. Не допускается перемещение, продажа и обмен больных оленей.

Заболевания оленей бруцеллезом отмечены сейчас только в Тазовском районе ЯНАО, что является одной из причин отказа от обмена быками-производителями с тазовскими оленеводами. Благодаря проводимым на п-ове Ямал профилактическим и лечебным мероприятиям здесь давно не отмечалось случаев бешенства, ящура и сибирской язвы.

Летом ямальские олени часто страдают от подкожного овода.

В августе он не дает оленю спокойно пастись и нагуливать жир. Особенно достается оленям светлой масти. Их шкуры после забоя похожи на решето, и уже не годятся для пошива одежды. Они используются в основном как подстилки на нарты. Прививки от овода делают осенью, а в августе пастухи применяют довольно трудоемкий традиционный способ его уничтожения. Олени, спасаясь от овода, сбиваются в кучу и вертятся на одном месте. Пастухи подгоняют стадо ближе к стойбищу и расстилают вокруг него тричетыре белых или светлых шкуры для приманки оводов. Когда овод садится на шкуру, пастух бьет его палкой, а затем отворачивает ему голову. Это необходимо потому, что овод очень живуч и от удара не всегда сразу погибает. В то время как пастухи бьют овода на приманочных шкурах, их дети ходят с палками внутри кучи сгрудившихся оленей и убивают оводов прямо на них.

После прививок от овода оленье мясо на время становится не пригодным в пищу. Должно пройти не мене 56 дней, прежде чем привитого оленя можно будет вести на забой.

Большой проблемой для совхозных и частных оленеводов является реализация оленьих шкур после массового забоя оленей на мясо. Малая часть из них обрабатывается для пошива покрышек для чумов, большая — просто сжигается. Раньше шкуры подсаливали и отправляли на перерабатывающие предприятия на «большой земле. Они пригодны для изготовления ремней, сумочек, перчаток».

Зимой ямальские пастухи охотятся на песцов, устанавливая капканы с приманкой. Капканы делают сами, переделывая покупные. По словам ненцев, зимой 2005–2006 гг. должно быть много песца, так как в тундре встречается много леминга, его основной пищи. Раньше загоняли песца на нартах, иногда на снегоходах.

Особой выгоды охота на песца не приносит, в С?-Яхе шкурки принимают по 15 руб. за штуку.

Иногда на севере Ямала появляется много волков, которые мигрируют с территории Тазовского района. Волков специально не отстреливают, если только они не представляют реальной опасности для стада.

Южнее с?-яхинских оленеводов пасут оленей несколько бригад предприятия «Ярсалинское». Они кочуют в бассейне р. НурмаЯха, которая впадает в Обскую губу севернее п. Мыс каменный.

Территория бассейна р. Нурма-яха используется в качестве летне-осенних пастбищ. Оленеводы являются штатными работниками предприятия «Ярсалинское». Одновременно с совхозным здесь выпасается и поголовье личных оленей членов бригад. Оленеводы имеют стабильный заработок и начисление трудового стажа. На первое июля 2001 года в совхозе «Ярсалинский» имелась 21 оленеводческая бригада. В совхозе официально числились оленеводами 362 человека, около 50 % из которых чумработницы. Общее поголовье оленей в этих бригадах составляло тогда около 15000 голов.

На этих же пастбищах пасут оленей и оленеводы-частники, которые не являются работниками совхозов. К ним относятся и пенсионеры, самостоятельно кочующие в тундре. Нередко пенсионеры кочуют некоторое время с родственниками, работниками совхозов, и их олени выпасаются совместно с совхозным стадом. Частники не имеют стабильного заработка, живут на дотации. Пенсионеры получают пенсию. Северо-восточнее Юрибея в районе озера Ярро-То кочуют охотники-частники, поголовье оленей которых составляет от 50–70 до 1500 оленей. Точное количество личных оленей не известно, так как ненцы убеждены, если назовешь точную цифру, то олени погибнут (это относится и к числу детей в семье). Несмотря на все попытки администрации учесть личное поголовье, о его массе можно говорить только приблизительно (среднее количество оленей на человека у Ярсалинских ненцев — 200 голов; у Мыскаменских — 130).

В зимнее время оленеводы-частники подгоняют свои стада ближе к факториям и поселкам, расположенным на юге полуострова Ямал (Яр-Сале, Сюнай-Сале, Мыс Каменный и др.). Там они сдают продукцию традиционных промыслов и закупают необходимые им продукты и товары.

Оленеводческий цикл оленеводов предприятия «Ярсалинское» основан на бригадном выпасе и подчинен множеству внешних, административных, факторов, которые регламентируют сроки и маршруты каслания (сезонных перекочевок). Перекочевки на места летних пастбищ начинаются в конце марта, маршрут перехода — через Надымскую Обь, озеро Наречи, мимо Яр-Сале, возле р. Ядаяхадыяха, возле р. Порсыяха, мимо оз. Тэтанто, и между реками Юрибей и Нурмаяха к восточному побережью. Дорога занимает около 200 касланий в год, одно каслание достигает 8-10, иногда — 25 км. Отел происходит в дороге, обычно это май — начало июня. Для отела выбирают участок маршрута, где меньше рек. Зимние вещи и чумы оставляют в определенном месте, часто там же оставляют и сложенные летние чумы. На местах летних пастбищ бригады обычно находятся с середины июня до начала августа. С августа отправляются в обратную дорогу. Новый год встречают обязательно на конечном маршруте, на местах зимних пастбищ.

Южноямальская тундра используется и в качестве охотничьих угодий для добычи полевой пушнины. Охотниками в совхозе «Ярсалинский» в 2001 г. числилось 333 человека. В действительности охотой занимались около 200 мужчин, остальные — это жены охотников, выполнявшие такие же обязанности как чумработницы в оленеводстве.

В районе п. Салемал оленеводство развито слабо. До 1991 года в ведении Пуйковского рыбозавода находилось 6 оленеводческих бригад. Они выпасали оленей в тундре у п. Сюнай-Сале и Панаевск (Ярсалинская и Панаевская с/а Ямальского района), п. Кутопъюган и Ныда (Кутопъюганская и Ныдинская с/а Надымского района), на реках Вануйто и Хадата.

В 2004 г. на территории Салемальской с/а выпасали оленей 27 хозяйств оленеводов-частников. Основные пастбища здесь расположены на реках Вануйто и Хадата. В разных хозяйствах имеется от 10 до 188 оленей. Всего, по данным сельской администрации на первое января 2004 года, у салемальских оленеводов насчитывалось 1650 голов оленей.

После разделения совхозного хозяйства доходы Пуйковского рыбозавода стали резко сокращаться. Рыболовство, часто зависящее от капризов погоды, менее рентабельно, чем оленеводство. В 2004 г. рыбозавод был объявлен банкротом. Денег работники практически не видели. В совхозном магазине отоваривались под запись.

Более защищенными могли чувствовать себя только поселковые работники бюджетной сферы (учителя, врачи, воспитатели детского сада и др.) и пенсионеры, которые получают стабильную зарплату или пенсию.

Ханты и ненцы, которые числятся рыбаками Салемальского рыбозавода, в качестве плавательного средства используют бударки. Это большие, уютные рыбачьи лодки с высокими бортами и дощатыми перекрытиями. В них можно ночевать, перевозить маленьких детей, хранить еду. Расположенный на корме мотор может тянуть бударку, как с людьми, так и с большим уловом. Один из мастеров лова Пуйковского рыбозавода сообщил, что эти бударки были изготовлены спецпереселенцами из Астрахани в 1940-е годы. Постепенно нововведение оценили и местные жители. Сейчас пуйковские бударки внесены в Государственный реестр судов России.

В панаевской тундре, по данным похозяйственных книг сельской администрации на первое июля 2004 года, выпасалось 16813 голов оленей с минимальным количеством оленей в одном хозяйстве 9 голов и максимальным — 627 голов.

Оленеводческий совхоз «Панаевский», также как другие совхозы на Ямале и на Гыдане до недавнего времени был нерентабельным. Совхозные оленеводы не получая зарплату на руки, как и в старые времена занимались меновой торговлей. Оленину, пушнину и рыбу, а в летом оленьи панты они сдавали совхозным приемщикам и частным заготовителям, получая за это муку, сахар, консервы, ткань, брезент, рыболовные снасти и др.

Демографическая ситуация у Ямальских ненцев в целом стабильная, несмотря на то, что некоторые процессы существенно отличаются у тундровой и поселковой групп.

Тундровая группировка ненцев практически мононациоанальна. Все люди в ней заняты традиционными промыслами: оленеводством, рыболовством, охотой. Среднего или неполного среднего, а старикам и начального образования вполне достаточно для жизни в тундре. В больших неразделенных семьях не прерывается связь между поколениями, бережно сохраняются и передаются традиционные обряды и обычаи, хозяйственные навыки. Традиционный образ жизни, связанный с оленеводством, помогает тундровикам сохранять и развивать свою самобытную культуру.

Поселковые ненцы более подвержены, разлагающему традиционные устои, влиянию цивилизации. Далеко не все из них приспосабливаются к жизни в поселках, многие спиваются и деградируют. Те, кто получил специальное образование и нашел хорошую работу, все равно не могут влиться в поселковое сообщество, где ведущую роль играют люди некоренной национальности. Дети, получившие образование в школе-интернате, зачастую не желают возвращаться в тундру, к «трудной» и «однообразной» кочевой жизни, где заботиться о себе и своей семье приходится самому. В поселках заключаются межнациональные браки, которые в большинстве случаев быстро распадаются, сказывается разница в культуре, воспитании, мироощущении. Дети от этих браков становятся маргиналами, не воспринявшими должным образом культуру ни одного из родителей.

В целом, группировка поселковых ненцев представляет собой обособленное сообщество людей, почти полностью утративших традиционную культуру и получивших взамен суррогатную поселковую. Этнические процессы, происходящие в поселках, ведут к постепенной деградации, люмпенизации и деэтнизации коренного населения.

Можно сказать, что демографические процессы у ямальских ненцев имеют положительную направленность в большей мере благодаря тундровой группе.

Комплекс традиционной культуры ямальских ненцев в настоящее время претерпевает ряд значительных изменений, связанных с техногенными изменениями, происходящими на Ямале в связи с промышленным освоением тундры. Сохранение культурных традиций ямальских ненцев связано, прежде всего, с занятием традиционными видами хозяйства — оленеводством, охотой, рыболовством. В оленеводческом хозяйстве, регламентирующем весь жизненный уклад тундрового населения, традиционно осуществляется разделения труда, при котором женщина несет ответственность за дом, семью, детей, а мужчина следит за обеспечением семьи необходимыми продуктами. Относительно замкнутый уклад тундровой жизни позволяет сохранять традиционные верования и обычаи, связанные с бытовой стороной жизни и с семьей.

Развернувшееся в настоящее время промышленное освоение Ямала и связанное с этим строительство индустриальных объектов и транспортных магистралей приводит к ограничению пастбищных угодий, что ведет в свою очередь к сокращению оленеводческих бригад и поголовья оленьих стад. Тундровые ненцы, переселившиеся в поселки, становятся не только безработными, но и вынуждены проходить длительный период адаптации. Отрыв от традиционного образа жизни, нередко — неспособность к переквалифика ции, усугубленные общим нестабильным положением в стране, приводят к массовому алкоголизму и люмпенизации.

Наметившиеся в последнее время тенденции к подъему ямальского оленеводства, связанные с налаживанием переработки продукции, развития звероводческих комплексов, созданием пошивочных цехов, а также сбора пантов, не только расширяют сферу занятости коренного населения, но и способствуют сохранению и интенсивному развитию оленеводческого хозяйства.

Безусловно, большое значение для коренного населения Ямала имеет поддержка различных административных структур. Организация и проведение Дня оленевода, вывоз детей школьного возраста на каникулы в тундру, обеспечение оленеводов продуктами питания, дровами, тканями для пошива одежды. Все эти меры являются необходимыми условиями существования оленеводческих хозяйств на Ямале и способствуют сохранению культурных традиций.