ОТГОЛОСКИ

ОТГОЛОСКИ

Пусть Сибола оказалась вовсе не той страной, какой ее описал фрай Маркос, — все равно слухи о ее пресловутых богатствах еще долго будоражили воображение европейцев. Английский торговец Генри Хоукс утверждал даже, будто испанцы не нашли пышных городов Сиболы по той причине, что индейские колдуны скрыли их от конкистадоров пеленой тумана. Несмотря на факты, несколько скромных индейских пуэбло превратились в богатую страну или крупный город, и в этом качестве Сибола прочно и надолго легла на Карты североамериканского материка. Знаменитый картограф Ортелий в 1571 г. указал в Северной Америке город Сеуола в стране Тотонеак. Даже восемьдесят лет спустя после описанных событий профессор Оксфордского университета Генри Бриггс рассказывал своим студентам о «больших государствах Сибола и Кивира, где есть крупные города с огромным количеством жителей, где дома имеют пять этажей, а внутри — колонны из бирюзы». И Бриггс обозначил Сиболу на своей карте от 1625 г.

Столь же цепким оказался миф о Великой Кивире, которая, как мы знаем, была лишь жалкой деревушкой среди бескрайних равнин. Коронадо искал эту страну в Канзасе, в глубине материка, но на своей карте от 1556 г. итальянский писатель, автор книг о путешествиях Джованни Батиста Рамузио поместил Кивиру в Верхней Калифорнии, а Меркатор (1569) — на Тихоокеанском побережье. Там она, в конечном счете, и закрепилась. В представлениях многих людей того времени это была прибрежная тихоокеанская страна с богатейшими золотыми копями. Ее столица, город Кивира, находилась на побережье, в устье крупной реки. Имелись и другие города: Тучано, Акса и Сикуик (последний, видимо, является мифическим отголоском пуэбло Сикуйе). Все эти названия фигурируют на карте Ортелия от 1571 г. Хронист Франсиско Лопес де Гомара сообщал, что «Кивира расположена на сороковых градусах северной широты; это умеренная страна, в ней очень хорошая вода и много травы, слив, шелковиц, орехов, дынь и винограда. Люди облачаются в шкуры буйволов и оленей. Исследователи видели у морского берега корабли с большими птицами из золота и серебра на носу». Монах-кармелит Антонио из Асунсьона в своих записках утверждал, будто испанский король Филипп III, просматривая бумаги отца, натолкнулся на клятвенные заверения каких-то иностранцев о том, что они посетили город Кивира — «густонаселенный и богатый, укрепленный и обнесенный стеной, где жили цивилизованные, воспитанные и грамотные люди, носившие одежды».

В 1594 г. на поиски Великой Кивиры отправился Франсиско Лейва Бонилья — экспедиция стоила ему жизни. Это не остудило исследовательского пыла другого конкистадора, Хуана де Оньяте, который семь лет спустя тоже устремился на север, в мифическую страну, и прошел по безводной пустыне двести семьдесят лиг, чтобы возвратиться с пустыми руками. Минуло семьдесят лет, а Кивира все не давала покоя людям. В 1672 г. губернатор провинции Новая Мексика дон Диего де Пеньялоса, смещенный с поста, отправился во Францию и нашел радушный прием при французском дворе. В изгнании Пеньялоса написал «Реляцию об открытии страны и города Кивира», где утверждал, будто бы посетил эту чудесную страну, и многое поведал о ее богатствах. И настолько французский король вдохновился его рассказами, что отдал приказ губернатору французской колонии в Америке искать внутренние водные пути от Миссисипи к Кивире. В результате на французских картах Америки вплоть до 1752 г. тихоокеанский район Северной Америки обозначался названием Кивира.

Сходная история произошла с «королевством Тегуайо» — порождением «страны Тригуэкс». В ней, как мы знаем, полгода стоял со своим войском Коронадо, никаких богатств там не нашел да и то, что было, порушил. Тем не менее еще долго ходили слухи о великолепном городе Тегуайо, обнесенным стеной протяженностью в несколько лиг. Ортелий на карте 1571 г. указал государство Тегуайо на Тихоокеанском побережье южнее Великой Кивиры. Диего де Пеньялоса в своей «Реляции» не забыл наплести небылиц и об этой стране. Его сообщения взбудоражили не только французский, но и испанский двор, и в 1685 г. вице-король Мексики получил приказ из Мадрида собрать все сведения относительно Тегуайо. Этим делом занялся фрай Алонсо де Посада, подготовивший мемориал о Новой Мексике, в котором поместил мифическое королевство на землях нынешнего штата Юта и уточнил, что оно также называется Копала.

Королевство Копала было известно еще первому поколению мексиканских конкистадоров. За поиски Копалы рьяно взялся богатый владелец рудников Диего де Ибарра. В 1544 г. он послал первую экспедицию во главе со своим племянником Франсиско де Ибаррой. Тот, как водится, Копалы не нашел, зато собрал у индейцев множество ошеломительных сообщений о богатствах этого государства. Насколько широко распространились эти сведения, свидетельствует тот факт, что испанский король Филипп II в письме от 1557 г. упомянул Копалу как «богатую провинцию, ждущую своего первооткрывателя». Двумя годами раньше Франсиско де Ибарра снова отправился на розыски Копалы — и с тем же успехом. Одновременно Луис Кортес, незаконнорожденный сын знаменитого конкистадора, и некий лиценциат Сорита пытались добиться от вице-короля патента на открытие и колонизацию мифического королевства, но получили отказ, поскольку губернатором Копалы уже значился Франсиско де Ибарра. Последний в 1563 г. вновь организовал экспедицию в горные районы нынешнего штата Калифорния и с невероятными трудами и лишениями добрался-таки до тех земель, которые индейцы называли Копала, а увидел он там приблизительно то же, что обнаружил Коронадо в Великой Кивире.

Но все это были уже отголоски поблекших легенд. В целом можно сказать, что золотые миражи Северной Америки развеялись довольно быстро — к середине XVI в. А в это время золотые миражи Южной Америки еще вовсю ослепляли своим блеском.