7

7

Сложившаяся в 1936–1938 годах обстановка всеобщей подозрительности и террора не могла не затронуть научную и техническую интеллигенцию. Погибли тысячи ученых, инженеров, хозяйственников. Споры и обсуждения, начинавшиеся на конференциях или на страницах печати, заканчивались нередко пытками и расстрелами в застенках НКВД.

Трагически завершилась, например, дискуссия в исторической науке, длившаяся несколько лет. Критика отдельных ошибок М. Н. Покровского и его школы переросла в погромную кампанию. Многие последователи и ученики Покровского были арестованы.

Жертвой террора стал Ю. М. Стеклов, видный историк и революционер, один из первых редакторов газеты «Известия». Погиб известный историк В. Г. Сорин, автор биографии Ленина, редактор первых Собраний сочинений Ленина, заместитель директора Института Маркса — Энгельса — Ленина. Был расстрелян член ЦК ВКП(б), деятель международного рабочего движения, директор Института красной профессуры В. Г. Кнорин. Еще в 1936 году был арестован и погиб директор Института истории АН СССР академик Н. М. Лукин. Погибли академик М. А. Савельев, активный участник революционного движения, редактор журнала «Пролетарская революция», председатель президиума Коммунистической академии, историки Н. Н. Попов (секретарь ЦК КП(б) Украины), Н. Н. Ванаг, С. А. Пионтковский, С. Бантке, Г. С. Фридлянд, Э. Вейс, В. М. Далин, Ю. Т. Тевосян, С. П. Коршунов. Умер в заключении историк М. Келдыш, брат будущего президенте АН СССР. Были арестованы, но дожили до реабилитации историки С. Лотте, С. М, Дубровский, П. Ф. Преображенский.

Крайне уродливые формы приняла борьба на философском фронте. Основные дискуссии между различными группами и течениями в философии закончились еще в 1931–1932 годах. Тогда победу одержала группа сравнительно молодых, весьма активных философов-сталинистов, которые оттеснили на второй план другие течения, демагогически обозначенные как группы «меньшевиствующих идеалистов» и «механицистов», или «вульгарных механистов». В 1936–1937 годах «победители», занявшие ведущие места в философской печати и в научных учреждениях, решили использовать обстановку в стране для физического уничтожения своих недавних оппонентов. Обвинения в тех или иных философских ошибках сменились на страницах журнала «Под знаменем марксизма» обвинениями во вредительстве и даже террористической деятельности. Погромная кампания, активными организаторами которой были М. Б. Мятин, П. Ф. Юдин, Ф. В. Константинов, Б. А. Чагин, привела к тому, что в тюремном заключений оказались А. И. Варьяш, И. К. Луппол, В. Милютин, И. Разумовский, Н. Карев, В. Рудаш, С. Пичугнн, Г. Тымялский, М. Фурщик, Г. Дмитриев и многие другие философы. Большинство их погибло, в том числе и мой отец А. Р. Медведев.

Не миновала горькая участь философа и партийного работника Яна Стэна. В своих воспоминаниях его друг Е. Н. Фролов писал: «Вряд ли кто знал Сталина лучше, чем Стэн. Известно, что Сталин не получил никакого систематического образования. Очень плохо разбирался Сталин и в философских вопросах. И вот он призвал в 1925 году Яна Стэна, крупнейшего марксистского философа того времени, руководить его занятиями по гегелевской диалектике. Стэн составил программу занятий и добросовестнейшим образом два раза в неделю втолковывал своему сиятельному ученику гегелевские премудрости… Встречи со Сталиным, беседы с ним во время занятий на философские темы, в которых Ян всегда касался и политических проблем современности, все больше раскрывали ему глаза на истинное лицо Сталина, на его стремление к единовластию, на его коварные замыслы… Еще в 1928 году в узком кругу своих личных друзей Стэн сказал: «Коба будет устраивать такие вещи, что процессы Дрейфуса и Бейлиса поблекнут». Это был его ответ на просьбу товарищей дать прогноз развитию сталинского руководства на 10 лет. Таким образом, Стэн не ошибся ни в характеристике правления Сталина, ни в сроках осуществления им кровавых замыслов». В 1937 году Стэн был арестован по прямому указанию Сталина и расстрелян в Лефортовской тюрьме.

Драматическая обстановка сложилась в педагогической науке и в области народного образования. После ареста Бубнова погибли многие его заместители и члены коллегии, в том числе М. С. Эпштейн и М. А. Алексинский, крупные методисты, ученые и организаторы народного образования А. П. Пинкевич, С. М. Каменев, А. П. Шохин, М. М. Пистрак, С. А. Гайсинович, М. В. Крупенина.

В 1937–1938 годах были разгромлены наркомпросы во всех почти союзных и автономных республиках. Арестовывали не только работников наркоматов, но и десятки тысяч рядовых учителей.

Был арестован и погиб Алексей Капитонович Гастев — профессиональный революционер, поэт, ученый. После революции он занялся организацией новой в России отрасли знаний — педагогики профессионального образования и научной организации труда. После ареста Гастева и его ближайших помощников созданный им Институт труда (ЦИТ) был закрыт и сколько-нибудь серьезная научная работа в этой области приостановлена.

Большие потери понесли лингвистика и филология. Погиб директор Лингвистического института в Киеве Н. М. Сияк, за которого в 1919 году при вступлении его в партию поручился В. И. Ленин. Арестованы выдающийся ученые Е. Д. Поливанов и крупный лингвист и востоковед Н. А. Невский, расшифровавший тунгусские иероглифы. (Его монография, посвященная этой теме, была издана посмертно в 1960 году и удостоена Ленинской премии.)

Многих талантливых ученых недосчитались другие науки. Были арестованы секретарь Академии наук СССР академик Н. П. Горбунов, в прошлом личный секретарь Ленина, управляющий делами СНК и СТО; президент АН БССР И. З. Сурта; ученый секретарь Всесоюзного географического общества Н. Ф. Богданов; один из редакторов БСЭ, экономист Г. И. Крумин; экономист И. Н. Барханов; крупный химик Н. Ф. Юшкевич; организатор Всесоюзного арктического института Р. Л. Самойлович. Погибли видный ученый-аграрник, староста Общества ссыльных и политкаторжан И. А. Теодорович; экономист и государственный деятель А. В. Одинцов; экономист-международник А. Я. Канторович; специалист по НОТу О. А. Ерманский. Был закрыт Аграрный институт, а его руководителя репрессированы. Печальный список можно продолжить.

Репрессии, или, как писал журнал «Советская наука», «обостренные классовые бои», затронули все науки о природе. Многие физики, в том числе будущие академики А. И. Берг, Л. Д. Ландау, П. И. Лукирский и В. А. Фок, были арестованы (правда, они провели в заключении сравнительно недолгое время). В 32 года погиб выдающийся физик-теоретик М. П. Бронштейн. Арестован академик А. И. Некрасов, специалист по механике. Не вернулись к своим семьям и к своей работе крупные физики В. К. Фредерикс, Ю. А. Прутков, С. П. Шубин. А. А. Витт, И. П. Шпильрейн.

Выдающиеся химики А. Е. Чичибабин и Н. Н. Ипатьев, генетик Н. В. Тимофеев-Ресовский и другие, опасаясь репрессий, отказались вернуться в СССР из заграничных командировок.

В особенно тяжелом положении оказались в годы террора биологическая и агрономическая науки. Еще в 1936 году по ложному обвинению в шпионаже и вредительстве был арестован известный генетик И. И. Агол, академик-секретарь АН УССР. Погиб крупнейший специалист по медицинской генетике С. Г. Левит, а руководимый им Медико-генетический институт был закрыт. Был арестован известный дарвинист Я. М. Урановский. Выдвинувшийся в это время молодой агроном Т. Д. Лысенко развернул шумную клеветническую кампанию против многих деятелей биологической и сельскохозяйственной наук. Репрессии приняли широкий размах. Был расстрелян президент ВАСХНИЛ академик А. И. Муралов. Погиб академик Г. К. Мейстер, лишь недавно награжденный за заслуги в науке орденом Ленина. Был ошельмован, отстранен от работы и вскоре умер академик Н. К. Кольцов. Разгромлено как «вредительское» руководство институтов хлопководства, животноводства, агрохимии, защиты растений и других.

В 1940 году был арестован и в 1943 году умер в заключении один из наиболее крупных советских ученых, селекционер, генетик и географ, организатор сельскохозяйственной науки в стране, академик Н. И. Вавилов. Это была тяжелая потеря не только для советской, но и для мировой науки. Одновременно были арестованы и в большинстве погибли ученики Вавилова — Г. Д. Карпеченко, Г. А. Левитский, Л. И. Говоров, Н. В. Ковалев и другие.

Такую же погромную кампанию организовали в агрономической науке В. Р. Вильямс и его последователи. Это привело к аресту противников системы Вильямса в Наркомате земледелия, Госплане СССР, Всесоюзном институте удобрений. За выступления против травопольной системы Вильямса был арестовав и умер в лагере академик Н. М. Тулайков. Погиб агрохимик Ш. Р. Цинцадзе.

Арестовали микробиолога академика П. Ф. Здродовского и его коллег В. А. Барыкина, О. О. Гартоха, И. Л. Кричевского, М. И. Шустера, Л. А. Зильбера, А. Д. Шеболдаеву, Г. И. Сафронову. Почти все они погибли. Погибли 73-летний академик-микробиолог Г. А. Надсон, директор Института океанографии и рыбного хозяйства К. А. Мехоношин, активный участник гражданской войны, биологи И. Н. Филипьев, А. В. Знаменский, Н. Н. Троицкий. На Колыме охрана до смерти избила известного ботаника А. А. Михеева.

Не избежали общей судьбы и ученые-медики. Погиб директор Центрального института по проблемам туберкулеза В. С. Хольцман. На Колыме за невыполнение плана добычи золота расстрелян известный хирург К. X. Кох. Конечно, далеко не все арестованные медики работали на золотых приисках. В некоторых больницах Колымы, Воркуты и других крупных «островов» Гулага именитых врачей было не меньше, чем в лучших больницах Москвы.

Тяжелые репрессии обрушились и на техническую интеллигенцию. В отличие от начала 30-х годов органы НКВД наносили теперь главный удар не по «буржуазным» спецам, а по наиболее видным представителям новой советской интеллигенции, во всяком случае, большинство арестованных были членами партии; их научно-техническая или хозяйственная карьера сложилась уже после революции.

Арестовали, например, большую группу работников ЦАГИ во главе с одним из руководителей этого института Н. М. Харламовым. По клеветническим обвинениям были брошены в тюрьму авиаконструкторы А. Н. Туполев, В. М. Петляков, В. М. Мясищев, Д. Л. Томашевич, Р. Бартини, К. Сциллард, И. Г. Неман — тогда цвет советской авиационной мысли. Чтобы как-то продолжать производство новых самолетов, в рамках НКВД была создана специальная тюрьма-институт (ЦКБ-29), где работали и другие известные инженеры и авиаконструкторы — В. Л. Александров, Б. С. Вахмистров, А. А. Енгибарян, А. М. Изаксон, М. М. Качкарян, Д. С. Марков, С. М. Марков. С. М. Меерсон, А. В. Надашкевич, А. И. Путилов, В. А. Чижевский, А. М. Черемухин, а также специалисты смежных дисциплин — А. С. Файнштейн, Н. Н. Базенков, Б. А. Саукке, Н. Г. Нуров, А. Р. Бонин, Ю. В. Корнев, Г. А. Озеров, Ю. В. Калганов. Часть этих инженеров и ученых освободили в 1940–1942 годах, других — вскоре после войны, но многих реабилитировали лишь посмертно — в 1956 году.

Были арестованы известные градостроители И. Тер-Аствацатрян, В. Чичинадзе, крупный специалист по мостостроению А. Джорджавадзе. Погибли в заключении многие ракетчики, в том числе руководители немногочисленной еще группы энтузиастов ракетного дела, создатели первых ракетных двигателей — начальник Реактивного НИИ И. Т. Клейменов и его заместитель Г. Э. Лангемак, один из действительных изобретателей знаменитой «Катюши». Был арестован и будущий Главный конструктор советских ракет С. П. Королев. «Нашей стране вся ваша пиротехника и фейерверки не нужны и даже опасны», — заявил Королеву следователь. Вначале Королев попал на Колыму на общие работы, и лишь позднее его перевели в ЦКБ-29. Он был освобожден только в конце войны, когда его «пиротехника» стала крайне важной для страны.

Репрессии затронули и конструкторов оружия — погибли создатель его новых видов В. И. Бекаури, конструктор танков В. И. Заславский, создатель безоткатной пушки Л. Курчевский. В СССР теоретическая и практическая работа по радиолокации началась ранее, чем в США и Англии. В 1937 году были арестованы создатель первых радиолокационных устройств П. К. Ощепков и руководитель работ в этой области Н. Смирнов, а также многие их сотрудники, и наша армия встретила Отечественную войну без радиолокаторов, их пришлось закупать в США и Англии. Был арестован основатель общества межпланетных путешествий при Военно-воздушной инженерной академии М. Лейтензен.

Были разгромлены кадры всех отраслей промышленности. Погибли тысячи директоров, главных инженеров, ведущих специалистов заводов, комбинатов, строек, начальников железных дорог. Среди них начальник Кузнецкстроя С. М. Франкфурт, руководитель строительства Днепрогэса В. М. Михайлов, начальник строительства Магнитогорского комбината Чингиз Ильдрым, директор Соликамского треста В. Б. Цифринович, директор Запорожского металлургического комбината М. Лурье, директор Макеевского металлургического завода Г. В. Гвахария, директор Горьковского автозавода С. С. Дьяконов, директор Кировского завода К. М. Отс, директор Ростсельмаша Н. П. Глебов-Авилов, директор Кузнецкого комбината Г. П. Бутенко, директор Азовстали Я. С. Гугель, директор Краматорского металлургического завода И. П. Хренов, директор Сормовского автозавода M. А. Сурков, директора Харьковского тракторного завода И. П. Бондаренко и П. И. Свистун, директора крупных химических предприятий П. Г. Арутюнянц, Л.Т. Стреж, начальники железных дорог Г. К. Кавтарадзе, З. Я. Прокофьев, Л. Р. Милх.

В годы первой и второй пятилеток кадры руководителей промышленности были в основном стабильны. Так, в системе Наркомтяжпрома за весь 1935 год были перемещены всего 6 директоров и главных инженеров. В 1940 году только Управлению металлургической промышленности Наркомтяжпрома из 151 директора основных предприятий 62 работали меньше года, 55 — от одного года до двух лет.

В 1935 году журнал «Большевик» с гордостью писал о кадрах Наркомтяжпрома: «Из 200 директоров крупнейших машиностроительных заводов, персонально учитываемых НКТП, 198 — члены партии, из них 11 % с партстажем до 1917 года, 62 % со стажем от 1917 до 1920 года. В своем подавляющем большинстве эти высшие руководители машиностроительной промышленности — пролетарии, лично испытавшие труд шахтеров, станочников и т. д. А теперь они осуществляют руководство гигантами, стоящими на аванпостах мировой техники». В 1939 году большинство этих капитанов советской индустрии были арестованы, многие из них были расстреляны или умерли во время пыток, на этапах и в лагерях.