59. Абсолютная монархия

59. Абсолютная монархия

Принято считать, что во времена Педру II в Португалии была установлена абсолютная монархия, поскольку именно в период его правления португальские кортесы созывались в последний раз.

Тенденция к безграничной власти монарха, власти, которой приписывалось божественное происхождение и которая занимала доминирующую позицию по отношению к другим источникам политической власти, получила развитие в Португалии со времен Жуана II и уже преобладала в эпоху короля Себаштиана, которого можно назвать абсолютным монархом. Однако испанское правление нарушило эту тенденцию. На заседании кортесов в Томаре Филипп II согласился уважать статут, гарантирующий административную и финансовую автономию Португалии. Этот факт породил сильные ограничения королевской власти в вопросах, касавшихся Португалии. В течение десятилетий король выполнял данное обещание. Когда, во время правления Филиппа IV, испанское правительство, сталкивавшееся с серьезными экономическими проблемами, нарушило обещания, данные в 1581 г., по стране прокатилась волна яростного сопротивления, приведшего к революции 1640 г.

На момент восстановления монархии институциональная эволюция, итогом которой должен был стать абсолютизм, была таким образом прервана. Также отсутствовали необходимые политические, социальные и экономические условия, составляющие формулу абсолютной монархии. Новый король являлся выходцем из знати, он был первым фидалгу Португалии, но представители высшего дворянства видели в нем равного, человека своего класса. Некоторые, к примеру герцог Авейру, даже оспаривали с королем первенство среди дворян. Известно, что заговорщики 1640 г. даже угрожали королю созданием республики дворян, если он откажется принять корону. Сразу же после революции представители знати вновь взяли на себя роль доминирующего политического класса. Они выбрали такую модель, которая позволяла бы иметь на своей стороне поддержку населения. Денежное участие народа было необходимым условием для ведения войны и обеспечения независимости. Само восхождение короля на трон обосновывалось теорией, несовместимой с идеей абсолютизма. Теория гласила, что право выбора короля имеет народ. Народ мог также и свергнуть суверена, если последний правил как тиран (Филипп III был обвинен в тирании). Такие принципы были обозначены в самом акте, провозглашавшем королем Жуана IV. Позже они появились и в литературе в качестве оправдания Реставрации.

Теоретически эти особые условия могли привести к созданию особого политического режима, основанного на господстве классов, представленных в кортесах. Но, несмотря на существовавшую возможность, отсутствовали социальные силы, которые смогли бы ее реализовать. В 1640 г. экономическая власть была сосредоточена главным образом в руках духовенства и дворянства, то есть в руках классов, не заинтересованных в смене общественных институтов. Деловые люди, обладавшие большими состояниями, практически все являлись «новыми христианами», что отдаляло их от любого участия в политике. Некоторые капиталисты, оказавшие экономическую помощь Жуану IV, были арестованы инквизицией. Таким образом, монархия, которая была реставрирована, являлась традиционной монархией, монархией дворян, в которую внес пертурбации кризис 1580 г.

В течение шестнадцати лет правления Жуан IV собирал кортесы четыре раза. В ходе всех этих заседаний было принято решение о введении новых государственных налогов, а также обсуждались общие общественные вопросы. Тем не менее всегда внимательно соблюдалось соответствие традициям: созыв кортесов милостью монарха, исключительно консультативная роль, свобода решения короля в отношении проголосованных предложений, отдельные заседания в различных зданиях представителей каждого из трех сословий (духовенство, дворяне и третье сословие). Именно в ходе правления Жуана IV начала проявляться борьба между английским королем и английским парламентом, борьба, которая привела к казни монарха. Этот пример лишь усилил внимание к политической роли кортесов.

Роль представителей третьего сословия также стала менее значительной, хотя многие из них одновременно были членами духовенства и дворянства. Городское простонародье не имело никакого представительства в кортесах, и даже купцы каждый раз сталкивались с возрастающей трудностью для выражения своих взглядов. В 1674 г. в кортесы поступили жалобы по поводу больших налогов. Бремя налогов не было облегчено, несмотря на то что война закончилась еще в 1668 г. Также обсуждался закон о способе решения королем вопроса о «новых христианах» (представители народа обвиняли его в тайном сговоре с потомками иудеев, что на самом деле соответствовало действительности). Один из писателей той эпохи назвал подобную критику «практически всеобщим восстанием». Суверен обвинил кортесы во вмешательстве в дела, которые их не касались, и распустил их.

Процесс сокращения политической роли кортесов закончился в 1698 г. В этом году кортесы собрались в последний раз, и уже с одной целью: изменить законодательство о преемственности трона таким образом, чтобы преемник Педру II, будущий Жуан V, мог наследовать трон без участия кортесов (мнение последних было необходимо вследствие того, что Педру наследовал трон как брат, а не как потомок предыдущего короля). После этого кортесы собрались вновь лишь после либеральной революции, но слово «кортесы», которое пришло из ранних времен монархии, уже означало совершенно другую реальность.

Тот факт, что после 1698 г. короли осуществляли правление без участия кортесов, тем не менее не означает, что королевская власть стала абсолютной. Такой абсолютизм проявлялся в отношении третьего сословия, поскольку лишь к мнению этого класса перестали прислушиваться. Однако продолжали существовать другие силы, которые ограничивали королевскую власть — власть дворянства и власть духовенства.

В течение долгого времени инквизиция не учитывала пожеланий королевской власти. Педру в течение многих лет вел политическую борьбу за изменение режима конфискации благ «новых христиан», осужденных церковью, но так и не смог улучшить положение, поскольку инквизиторы непреклонно выступали против желания монарха. Жуан V продолжил усилия в этом же направлении, и поскольку он обладал огромными финансовыми ресурсами, которые он использовал в Риме, то добился частичной победы. Этот же король в начале правления вынашивал план, который его сильно занимал: он хотел посетить инкогнито многие европейские страны, чтобы познать мир, в котором он живет. Однако министры и представители высшей знати находили проект безрассудным, и именно по причине такой оппозиции король так и не смог реализовать задуманное. В других случаях Великодушный король[114] вынужден был сталкиваться с противодействием со стороны знати и духовенства, с которыми не мог справиться. Слабость монархической силы проявлялась и в других ситуациях: Жуан V так и не смог запустить административную машину, которая бы поддерживала королевскую власть, и, несмотря на огромные ресурсы короны, жил в постоянных финансовых затруднениях, поскольку деньги, по словам одного французского дипломата того времени, проходили через множество каналов до того, как попасть в королевский сундук. В течение многих лет Педру II жил во дворце, конфискованном у одного дворянина, которого преследовало кастильское правосудие. Этот дворец считался более роскошным, нежели королевские покои. Жуан V жил в высокой башне времен испанского правления во дворце Рибейра. По причине перестройки города после землетрясения 1755 г. королевский дворец так и не был построен.

Ситуация изменилась лишь во второй половине XVIII в. при правлении маркиза Помбала. Жестокое уничтожение дворян, изгнание иезуитов, трансформация инквизиции в государственный инструмент, жестокое подавление народных выступлений привели в итоге к настоящим ограничениям со стороны абсолютной власти короля. Политическая философия, которая служила основой таких действий, была философией абсолютизма, однако энергия, породившая действия, исходила непосредственно от личности Помбала. В этой ситуации более правильно говорить о личном, очень авторизованном правлении, нежели о принятии португальскими институтами европейской модели абсолютизма.

Именно поэтому после отстранения Помбала от власти абсолютизм перестал существовать. Некоторые из прежних политических сил были восстановлены, и они вновь ограничили монархическую власть.