Воскресенье, 26 октября 1941 г

Воскресенье, 26 октября 1941 г

Риттер фон Лееб

Личные пометки Лееба в записной книжке: У фюрера. Разрешено по своему усмотрению проводить операцию в направлении Тихвина. Запрещены наступательные действия в Кронштадтском районе (Ораниенбаумский плацдарм. — Ю. Л.).

Примечание составителя Георга Майера со ссылкой на барона фон Грисенбека: Сегодня в 07.00 командующий вылетел в Ставку фюрера.

Абрам Буров

Выходной день, но люди трудятся не жалея сил. Работница судостроительного завода имени А. А. Жданова Ирина Соловьева при норме в 80 деталей изготовила за смену 220.

В театрах города программа воскресная. Театр имени Ленинского комсомола показал зрителям спектакль по комедии Гольдони «Забавный случай». Главную роль в нем исполнил артист Юрий Толубе-ев. Но зал уже не так наряден, как прежде, не топлен. Приходится сидеть в пальто.

Примечание: Видя сегодня на экране или в БДТ Андрея Толубеева, ловлю себя на мысли, что это сын того блокадного артиста. Если бы тот не выжил, не было бы его послевоенных знаменитых ролей в театре и в кино, не было бы и сегодняшнего Толубеева. — Ю. Л.

Елена Скрябина

Сегодня день рождения Димы. Людмила, работающая в столовой, принесла ему в подарок немного дичи. Вот это было пиршество!

Вольфганг Буфф

Сегодня воскресенье. С нашей и с русской стороны активно велась артиллерийская стрельба. В прошедшие дни русские вновь пытались атаковать, но без большого успеха. В минувшую ночь также шли ожесточенные бои. Со всех направлений непрерывно велась стрельба. На рассвете на огневой позиции появился полковник Ф., выразивший капитану и батарее большую признательность за успехи. Меня, как командира отделения вычислителей, также отметили. После обеда, за исключением нескольких выстрелов из наших орудий и появления вражеских самолетов, все было спокойно. Пришлось много работать над расчетами вместе с моими верными товарищами Маршталлером и Линденом. Завтра утром капитан и унтер-офицер Штегберг вновь отправляются на передовую. Сегодня оба были награждены железными крестами за участие в недавних боях.

Опять слякоть и идет дождь. Хотя мы и промокли, но зато не страдаем от холода. Мы уже привыкли к жизни в землянках, которые с уютом оборудовали. Когда, тесно прижавшись друг к другу, вместе с Зигбергом и обоими вычислителями мы сидим у окна, то переживаем чудесные часы. Это такие товарищи, которых только может желать сердце. К нам присоединились и маленькие зверьки. Это полевые мыши, которым с нами уютнее, чем снаружи. Они шуршат и пищат вокруг нас, но мы их не трогаем, так как радуемся любому живому существу в этой огромной глуши, в которой, кажется, ничего нет, кроме безжалостной войны. Сегодняшний вечер был спокойнее вчерашнего. Лишь изредка слышен стрекот пулемета или пушечный выстрел. А так — глубокий покой. Когда после работы я сижу один в землянке вычислителей, это маленькое жилище представляется мне нарядной кельей, где я могу молиться.