Перемирие

Перемирие

Худой мир лучше доброй ссоры.

Русская народная пословица

К вечеру Вейдингеру надоело ждать возвращения посредников. Он уже собирался отдать приказ своей самоходной артиллерии обстрелять партизан на мосту, но тут чешский и германский офицер возвратились, сообщив штурмбанфюреру о заключении перемирия между германским гарнизоном Праги и чешским повстанческим комитетом. Получив разрешение проследовать по мосту в центр города, полк Дер Фюрер соединился в Градчанах с частями гарнизона, военным руководством и высшими чинами местных органов СС общего назначения. Прибыл к людям Вейдингера и сам государственный министр по делам Богемии и Моравии (управлявший Протекторатом в отсутствие Имперского протектораВильгельма Фрика) доктор Карл-Герман Франк, "долго и горячо" благодаривший Вейдингера "за своевременное прибытие". К этому времени сформированный представителями немецкого населения Праги Эвакуационный комитет во главе с Ее Высочеством Ингеборг-Аликс принцессой Штефан(именно "Штефан", а не "Штефанией", как часто неправильно пишут!) цу Шаумбург-Липпе, уже успел эвакуировать из Праги в Баварию более пятисот немецких женщин и детей. Принцесса служила в административных органах Альгемайне СС Протектората Богемия и Моравия и являлась директрисой общежития службы помощниц местных СС общего назначения.

В первых числах мая 1945 года принцесса Штефан цу Шаумбург-Липпе сделала в своем дневнике следующую запись: "В Праге царит абсолютный хаос, и мы находимся в самом центре этого хаоса". Несмотря на то, что между германскими оккупационными войсками и чешскими партизанами удалось, в конце концов, заключить перемирие, снайперы, засевшие на крышах близлежащих зданий, по-прежнему держали Градчаны под обстрелом. Недостатка в патронах они, в отличие от немцев, по всей видимости, не испытывали. Как писала принцесса Штефан цу Шаумбург-Липпе в своем дневнике, "повсюду лежали убитые и раненые люди, в том числе немало женщин. Я видела собственными глазами, как женщина, осмелившаяся выйти с хозяйственной сумкой на совершенно пустую улицу в перерыве между боями, была застрелена на месте". По твердому убеждению принцессы, "пуля, убившая эту несчастную женщину, была, конечно, выпущена не из немецкой винтовки".

Солдаты полка Дер Фюрер начали грузить немецких жителей Праги на армейские грузовики. Вейдингер и другие офицеры "зелёных СС" подчеркнули, что не покинут город, если в нем останется хотя бы один немецкий беженец. Наконец автоколонна СС, состоявшая из сотен битком набитых беженцами грузовиков и сопровождаемая тысячами солдат (считая войска бывшего пражского гарнизона) медленно двинулась в направлении Пильзена. Чтобы обеспечить им возможность эвакуироваться, чехи убрали дорожные заграждения и даже установили специальные дорожные знаки, чтобы немцы как можно быстрее покинули город. В общей сложности германская колонна насчитывала более тысяч и транспортных средств различных типов, начиная от легковых автомобилей и кончая бронетранспортерами. Из радиосообщения Вейдингер и его люди узнали, что новый фюрер "тысяч елетнего Рейх а" гросс-адмирал Карл Дёниц, согласился на безоговорочную капитуляцию всех германских вооруженных сил перед державами антигитлеровской коалиции.

До того, как автоколонна покинула Прагу, эсэсовцы узнали, что на городском вокзале стоит на путях забытый всеми германский военный эшелон. "Зелёные эсэсовцы" немедленно поспешили на вокзал, пересадили всех солдат до единого из вагонов на грузовики (прежним пассажирам пришлось потесниться) — и тут к колонне присоединилась группа женщин-связисток из вспомогательных частей СС (СС — Гельфериннен). Их, разумеется, тоже взяли с собой. Наконец процессия двинулась дальше. Находясь под охраной "зелёных СС" в относительной безопасности от нападений чешских партизан (но не советских воинских частей!), многокилометровая автоколонна направилась в сторону американской оккупационной зоны.

Утром 9 мая она была, однако, остановлена на блок-посте генералом германского вермахта и чехом в мундире полковника чехословацкой армии, потребовавшими от эсэсовцев сдать все имеющееся у них огнестрельное оружие. Вейдингер без долгих колебаний выполнил требование (приказав своим гренадёрам предварительно испортить все оружие). По всей колонне полетели в кюветы затворы, вынутые из винтовок. Когда взрывали пушки, один из артиллерийских офицеров "зелёных СС" застрелился прямо на лафете своего орудия. Немало оружия было припрятано, из пистолетов вообще не был сдан ни один (кто знает, что ждало колонну в пути?). Чех и немец долго ругались, но, наконец, дали колонне Вейдингера разрешение проследовать дальше в Пильзен. Прибыв по месту назначения, он провел прощальный парад, раздал гренадёрам пайки и выдал им последнее жалование. В тот же день "зелёные эсэсовцы", добравшись до американской оккупационной зоны, высадили из своих машин всех пассажиров и проследовали дальше в Рокичаны. В этом чешском городе полк Дер Фюрер сдался в плен частям 2-й пехотной дивизии армии США и окончательно сложил оружие (кое-что у гренадёров все-таки оставалось). Тем временем часть дивизии, дислоцированная в районе уничтоженного англо-американской военной авиацией Дрездена, также сложила оружие.

Чтобы у наших читателей не возникало сомнения в важности последней, гуманитарной миссии полка Дер Фюрер, процитируем книгу воспоминаний Карла Фаста — свидетельство очевидца надругательств, которым чехи подвергали местных немцев в мае 1945 года.

"Особое удовольствие доставляло населению Чехословакии гнать пленных немецких солдат, гражданских лиц, женщин и детей босиком по асфальтированным улицам, густо усыпанным осколками битого стекла. Мучения, испытываемые этими людьми, не поддаются никакому описанию, ибо всякая попытка описать их была бы бесконечно слабым отражением того, что им пришлось перенести.

В Праге чешская милиция погнала колонну схваченных немцев по битому стеклу к городскому стадиону. Многие жертвы остались лежать на улице и были безо всякой жалости забиты до смерти дубинками, камнями и всем, что попадалось под руку. Но самые стойкие всё-таки добрели до стадиона, в том числе одна женщина, судя по её виду, лет шестидесяти. Милиционеры уже давно наблюдали за ней, с радостным нетерпением предвкушая момент, когда эта женщина, шедшая с гордо поднятой головой во главе всей колонны, наконец, "сломается" и упадёт. Наверно, на ступнях у неё уже живого места не оставалось, но она продолжала идти, как видно, из последних сил, собрав в кулак всё своё мужество. Но у ворот стадиона она упала на колени, а потом и ничком. Никому не позволили протянуть ей руку и помочь подняться на ноги. Ее оставили лежать на том же самом месте, где она упала, пока чехи не расставили колонну вдоль арены стадиона. Потом "борцы за свободу" схватили лежавшую без сознания старую женщину, раздели ее до белья и привязали ей к ногам верёвку. Обойдя ряды немцев, милиционеры приказали двум подросткам в возрасте 14–15 лет выйти из строя, привязали им к плечам концы веревки и приказали им тащить женщину за собой вокруг стадиона. Когда подростки отказались, милиционеры начали их избивать, пока дети не поволокли женщину на веревке за собой. Эта жуткая сцена продолжалась до тех пор, пока женщина, изуродованная до неузнаваемости, не обрела, наконец, вечный покой…".[347]

Мы, конечно, просим у читателей прощения за описание столь тяжёлой сцены, но всё это могло бы произойти и с женщинами и детьми, которых спасли эсэсовцы полка Дер Фюрер … если бы они их не спасли. Не надо видеть мир лишь в чёрно-белом цвете — вот что мы хотели еще раз подчеркнуть.

Итак, 2-я танковая дивизия СС Дас Рейх, разделённая на несколько отдельных боевых групп, прекратила свое существование почти одновременно со всеми остальными дивизиями Ваффен СС. Многим "зелёным эсэсовцам" ещё повезло. Избавившись от советских лагерей, они были, в течение непродолжительного времени, интернированы американцами, после чего смогли вернуться домой к своим семьям (у кого ещё остались к тому времени дома и семьи). Другим пришлось держать ответ за зверства, совершённые подчиненными Генриха Вульфа в Тулле и ротой Отто Дикмана в Орадур-сюр-Глане. А все "зелёные эсэсовцы" попавшие в руки победоносных красноармейцев, были расстреляны на месте или же отправлены в сибирские и среднеазиатские лагеря военнопленных, откуда живыми вернулись лишь немногие, да и то через лишь через много лет.

За почти шесть лет ожесточённых и кровопролитных схваток на территории большей части Европы гренадёры дивизии Дас Рейх и других дивизий войск СС по праву приобрели репутацию дисциплинированных, храбрых, хладнокровных и беспощадных солдат, имевших мало аналогов в военной истории. Как вспоминал после войны Пауль Гауссер, "все сходились во мнении, что войска СС были проникнуты столь высоким боевым духом, что подобного ему не было ни у каких других частей, даже в самом отдалённом приближении". В своей "Истории 2-й танковой дивизии СС" американский военный историк Джеймс Лукас подчеркивал, что "данное военное формирование и военнослужащие, сражавшиеся в его рядах, не нуждаются в восхвалении, ибо трезвая оценка их боеспособности сама по себе является похвалой". За годы Второй мировой гренадеры дивизии Дас Рейх оправдали эту высокую оценку от Бордо до Москвы, от Антверпена до Белграда.