Редкое везенье

Редкое везенье

Еще Польша не погибла,

Коль живем мы сами.

«Мазурка Домбровского»

Несмотря на недостаточную огневую поддержку со стороны артиллерийских и танковых частей, и, не будучи в состоянии использовать свои автотранспортные средства из-за постоянной нехватки горючего, эсэсовцы полка Дойчланд (фактически превратившиеся из моторизованной в «классическую» пехоту — «царицу полей»), тем не менее, неплохо показали себя в боях за Млаву. Находясь под постоянным огнем польских снайперов и артиллерийских батарей, они значительно продвинулись в направлении высоты 192, приблизившись на расстояние менее ста пятидесяти метров к первой линии польских бункеров. Однако старшие офицеры в конце дня приказали им отступить. В первый день боев это формирование СС оказалось одной из немногих германских частей, действовавших так, как от них этого ожидало командование, невзирая на сложности обстановки.

На следующий день танковая дивизия Кемпфа, отказавшись от дальнейших попыток прорвать Млавскую оборонительную линию, двинулась в направлении на Хоржеле, городок, расположенный в сорока километрах восточнее, в районе, где военная обстановка складывалась для немцев удачнее. После того, как другой германский армейский корпус мощным ударом пробил большую брешь в польской линии обороны, соединенные силы полка Дойчланд, подразделения из состава 7-й танковой дивизии и другие боевые группы ворвались в эту брешь, расширяя ее, громя и обращая в бегство неприятельские силы. В неудержимом наступательном порыве немцы преследовали отступавшую в направлении реки Нарев польскую группировку, равную по численности корпусу. На расстоянии около сорока восьми километров к юго-востоку от города Хоржеле, в районе города Рожань, поляки остановились и изготовились к обороне, используя комплекс фортификационных сооружений, включавший в себя четыре старых русских форта, построенных еще в царское время, до начала Первой мировой войны.

Укрепившись в этих старинных фортификационных сооружениях, поляки усилили сопротивление. В кровопролитном бою, сравнимым по ожесточенности с боем за Млаву сутками ранее, обороняющиеся поляки нанесли тяжелые потери атаковавшим их батальонам «зелёных» СС и другим германским частям, неизменно отбивая атаки немцев фронтальным огнем. При этом польская артиллерия встретила наступающую германскую пехоту «огневым налетом»— сконцентрированным, четко скоординированным огнем нескольких батарей, открывавших стрельбу в разное время, но так, чтобы все снаряды накрывали цель в один и тот же момент. Когда дым рассеялся, волна штурмующих исчезла — от нее остались только убитые и раненые. Кроме потерь, нанесенных живой силе противника, поляки в этот день подбили одиннадцать немецких танков, а двадцать других танков вышли из строя вследствие различных технических неполадок. Хотя в этом бою тяжелые потери понесли обе стороны, потери немцев значительно превосходили польские. Мало того — обескровленным батальонам СС так и не удалось выбить поляков с занимаемых теми позиций. Отбив все германские атаки, обороняющиеся, имевшие в своем составе конницу, в свою очередь, провели целый ряд успешных кавалерийских атак и вынудили немцев отступить.

Вообще следует заметить, что в ходе кампании 1939 года поляки не раз, и притом не без успеха, использовали свою сильную, маневренную, хорошо обученную и имевшую превосходный личный состав кавалерию. Широко распространенные байки о том, что вот-де «глупые»(в подаче геббельсовской пропаганды, стремившейся лишний раз подчеркнуть «природную дикость и отсталость» поляков, не понимавших, якобы, что невозможно столь архаичными методами бороться с могучей машиной — «творением военно-технического гения великого германского народа»!) или, наоборот «доблестные»(в более лестном для поляков, но, тем не менее, явно проникнутом духом ностальгии варианте, распространяемом противниками Германии в войне), но «безрассудные» польские кавалеристы, «по-рыцарски» атаковали «бронированные армады танковых частей вермахта» с пиками наперевес и саблями наголо, «погибая, но не сдаваясь», нуждаются в значительной корректировке. В действительности польская кавалерия совершила в ходе кампании 1939 года не менее шести атак в конном строю, однако только две из них — в присутствии на поле боя немецких механизированных частей: первый раз — бронеавтомобилей (1 сентября под Кроянтами), а второй раз танков (19 сентября при Вульке Венгловой). Причем ни в первом, ни во втором случае целью атакующей польской конницы не являлась непосредственно германская бронетехника. Хотя даже бывший «фрейкоровец» (сражавшийся в Прибалтике в 1919 году в составе добровольческой «Железной дивизии» майора Йозефа Бишофа) и «отец германских танковых сил» генерал Хайнц Гудериан писал в своих «Воспоминаниях солдата»: «Польская Поморская кавалерийская бригада из-за незнания конструктивных данных и способов действия наших танков атаковала ихс холодным оружием и понесла чудовищные потери» он явно попал под влияние собственной пропаганды или же слукавил. Польские кавалеристы в обоих упомянутых выше боях атаковали германскую пехоту, которой на выручку пришли в первом случае — немецкие бронемашины, а во втором — танки, действительно, нанесшие полякам ощутимые потери. Но никто из последних не был настолько «диким», чтобы кидаться на танки (а не на немецкую пехоту! — как сказал бы А.С. Пушкин, «дьявольская разница»!) с саблями наголо, а тем более с пиками (польские уланы, о которых шла речь в обоих случаях, в 1939 году вообще применяли в бою лишь сабли и карабины, но не пики!). И вообще, к чему ссылаться на польскую и вообще славянскую «дикость», коль скоро французы, которых уж никак не повернулся бы язык назвать «диким народом» даже у самого что ни на есть завзятого «германского сверхчеловека», всего через полгода после покорения Гитлером Польши, а мае 1940 года (!) тоже, оказывается, пытались использовать во Второй мировой войне кавалерию против наступающих германских танковыхчастей! И пишет об этом не кто иной, как очевидец и активный участник событий — генерал-майор танковых войск германского вермахта Фридрих-Вильгельм фон Меллентинв своем капитальном труде «Танковые сражения 1939–1945 гг.», на стр. 32 московского издания 1957 года: «Танковая группа Клейста в Люксембурге не встретила никакого сопротивления, а в Арденнах противодействие французской кавалерии и бельгийских стрелков было быстро сломлено». Сохранились также многочисленные свидетельства о боях французской кавалерии, высланной с «линии Мажино» для захвата люксембургского г. Диффердингена, с германскими танковыми частями и парашютистами (см., напр. Edwin Muller. Das Todesurteil von Differdingen. Geheime Kommandosache, Bd. 1, S. 84, Stuttgart-Zuerich-Wien, 1965).

Столь же неосновательным является утверждение о незнании поляками, якобы, конструктивных данных и способа действия танков. Как уже было сказано выше, на вооружении польской армии имелось как-никак девятьсот собственных танков, в ходе кампании 1939 года нередко успешно применявшихся поляками в боях. Так, например, 1 сентября 1939 года под Новой Церковью близ города Черска эскадрон польских танков ТК (тринадцать боевых машин) из состава 81-го польского бронедивизиона атаковал и разгромил моторизованную колонну германской пехоты. Попавшие под пулеметный обстрел польских танков германские пехотинцы, побросав свои грузовики и понеся большие потери, скрылись в соседнем лесу. Наткнувшись на непреодолимый для танков ТК ров, польский танковый эскадрон был вынужден прекратить преследование и вернулся в Черск, не потеряв ни одной боевой машины. Если сравнить этот успех польских танкистов с описанными выше действиями и, главное, потерями немецких танкистов в боях за Млаву, сравнение будет явно не в пользу последних.

В заключение этого сюжета сообщим нашим любознательным читателям и следующий не слишком известный факт. Не только первую, но и последнюю кавалерийскую атаку в истории Второй мировой войны также совершили поляки. 1 марта 1945 года два эскадрона улан Войска Польского (из состава 2-го и 3-го уланских полков 1-й Варшавской кавалерийской бригады) в конном строю захватили Шенфельд (Боруйско) — один из германских опорных пунктов «Померанского вала». Любопытно, что эта последняя кавалерийская атака была произведена в том же районе, что и первая. И опять-таки, никаких попыток поляков рубить танки саблями при этом не отмечалось.