ИСТОРИЯ ОКРАИННЫХ ЦАРСТВ

ИСТОРИЯ ОКРАИННЫХ ЦАРСТВ

В дальней, как небесный свод,

В стороне глухой велел

Управлять страною мне

Наш великий государь.

Отомо Якамоти.

В представлении древних китайцев Поднебесная была окружена с четырех сторон горами, пустыней и морем. Посреди нее располагалось Серединное Государство – Китай, а на окраинах жили варвары, платившие императору дань и время от времени присылавшие посольства с дарами – шкурами невиданных зверей, тропическими плодами и смуглыми рабынями. Смуглый цвет кожи живших на побережье варваров был унаследован от древних предков, аустронезийцев, – народа рыболовов и моряков, когда-то заселившего все земли по берегам восточных морей. Аустронезийцы строили дома на сваях и выращивали рис, они поклонялись крокодилу-дракону и украшали свои большие каноэ вырезанными из дерева головами драконов. Рисовые поля давали хорошие урожаи, а моря и реки были богаты рыбой – поэтому в маленьких свайных поселках царило изобилие, «весна была приветливой и солнечным было лето».

Однако потом началось время невзгод: из глубины Великой Степи пришли воинственные и жестокие племена кочевников. Воины, сражавшиеся на конях и колесницах, обратили туземцев в рабов, а остальных заставили платить дань. В разные районы Восточной Азии завоеватели пришли в разное время и с разными волнами нашествий, граничившая со Степью долина Желтой реки была завоевана ими еще во II тысячелетии до нашей эры. Земли на берегах Хуанхэ были необычайно плодородны, поэтому население обширной долины быстро умножилось, и в середине I тысячелетия здесь началось Сжатие, появились города, ремесла, искусство и родилась великая китайская цивилизация. На берегах Вьетнама и Кореи в то время текла еще первобытная, не потревоженная цивилизацией жизнь, роды завоевателей-степняков воевали друг с другом; совершали на могилах своих вождей человеческие жертвоприношения и насыпали в их честь большие курганы. Во II веке до н. э., во времена китайской Империи Хань, северный Вьетнам и западная Корея были оккупированы китайскими войсками, в новые провинции были назначены чиновники и варварские народы познакомились с достижениями китайской цивилизации – с иероглифической письменностью, ремёслами и искусствами. В эпоху Великого Переселения Народов на северный Китай и Корею обрушилось новое нашествие кочевников, кочевые орды достигли оконечности Корейского полуострова и переправились в Японию – здесь тоже началась эпоха больших курганов и человеческих жертвоприношений.

В VII веке Китай вновь достиг вершины могущества, и расцвет Империи Тан вызвал попытки подражания в Корее и Японии. Здесь тоже утвердились просвещенные монархии, крестьяне получили одинаковые наделы земли, а чиновников стали выдвигать на должности через систему экзаменов. Аристократы соседних царств посылали своих детей учиться в Чанъань, и в знаменитых столичных университетах слушали лекции около десяти тысяч иностранных студентов. По образцу Чанъани были воздвигнуты великолепные столицы, Ванген в Корее и Хэйян (Киото) в Японии; придворное общество усвоило китайскую культуру, сановники строили дворцы в китайском стиле и рассуждали об учении Конфуция, а поэты писали стихи – сначала на китайском, а потом и на родном языке. Наиболее распространенной религией в Корее, Японии и Вьетнаме был буддизм и так же, как в Китае, там возводилось множество пагод и буддийских монастырей. Северный Вьетнам вплоть до начала X века оставался китайской провинцией – и лишь после распада Империи Тан на "десять царств" здесь образовалось независимое государство Дайковьет -"Великий древний Вьет".

История Вьета и Корё была похожа на историю Китая и протекала в ритме демографических циклов. Первый из этих циклов пришелся на VII-IX века, второй – на XI-XII века и завершился Сжатием в середине XII века. Как всегда, Сжатие привело к разорению крестьян и скоплению земель в руках "сильных домов", многие из которых принадлежали к старинной знати и вели происхождение от древних завоевателей. В конце концов, голод вызвал крестьянские восстания и внутренние войны, которые привели к власти военных диктаторов, сумевших на какое-то время восстановить в разоренной стране порядок.

В отличие от Вьета и Корё, "Страна Восходящего Солнца", "Ниппон", Япония, в середине I тысячелетия ещё только вступала на арену истории; здесь было много свободных земель и "эпоха Хэйян" – "эпоха мира и покоя" – продолжалась здесь до конца XII века. Это было удивительное время, воспетое поэтами, как эпоха счастья и любви; при дворе проводились праздники цветов, и ночами полнолуния аристократы собирались в ажурных беседках и любовались на ночное светило, под звуки музыки сочиняя стихи:

Ночью весенней

Луна в призрачной дымке -

Что может сравниться с нею?

Япония была страной на краю света, сохранившей многие традиции древних аустронезийцев, уже забытые на континенте. Как тысячи лет назад, в эпоху, когда миром правили женщины, мужья приходили к жёнам лишь на ночь, но не жили вместе с ними; дети оставались в роду у матери и лишь изредка видели своих отцов. У аристократов существовал настоящий культ женщины и любви, доходивший до того, что жених не мог взглянуть на невесту; между ними ставили расписанную цветами ширму, и он мог слышать лишь звуки её голоса и шуршание шёлковых одежд – остальное дорисовывало воображение. Впрочем, говорить много не полагалось, влюблённые писали друг другу записки с изящными стихами знаменитых поэтов, а иногда сами сочиняли стихи – и огромные сборники, оставшиеся от того времени, наполнены чарующими любовными посланиями. Искусство прекрасного, которому обучали девушек, заключалось не только в поэзии, но и в игре на цитре, в умении составлять ароматы и подбирать цвета одежды – женщины царили в том мире удовольствий, каким был Хэйян – сказочный город дворцов и парков, усыпанных лепестками цветущей вишни. Это был единственный город в Японии – особый мир, где жили аристократы, учёные-чиновники, закончившие китайские университеты и говорившие по-китайски: они хранили в себе дух золотого века Танской Империи – а вокруг была чуждая им страна, деревни из тростниковых домов на сваях и крестьяне в соломенных плащах и юбках из древесной коры.

Крестьяне жили родовыми общинами, регулярно переделяли между собой рисовые поля, и отдавали небольшую часть урожая приезжавшим из Хэйяна чиновникам. Владения императоров Ниппона простирались до района современного Токио – севернее жили варварские племена айнов и эдзо – потомки туземцев, которым когда-то принадлежала вся Япония. На границе продолжались непрерывные войны, и здешние наместники содержали дружины из воинов-"самураев", обладавших привилегией носить два меча. Как в давние времена, пограничные князья-наместники были вождями воинственных кланов, на их могилах насыпали большие курганы и, если вождь погиб в бою, то самые верные ему самураи совершали харакири – вспарывали кинжалом себе живот. Глава пограничных князей одновременно был командующим войсками на северо-востоке страны и носил почетный титул сёгуна – "великого полководца, побеждающего варваров".

Самураи с двумя мечами, крестьяне в соломенных накидках и изысканные столичные аристократы мирно сосуществовали, пока на японских островах не началось Сжатие. Когда обнаружилась нехватка земли, система переделов перестала функционировать; спасаясь от голода, крестьяне стали продавать свои поля, и в деревне вновь выросли поместья знатных кланов, содержавших дружины из самураев. Знатные кланы оттеснили от власти императоров и столкнулись между собой в борьбе за власть. В 1180-85 годах разразилась ожесточённая война между могущественными кланами Тайра и Минамото. Одержавший победу сёгун Минамото-но Еритомо стал новым властелином страны; он отстранил от власти императорских чиновников и управлял с помощью самураев из своей "полевой ставки" – "бакуфу". Императоры по-прежнему жили в своём дворце, но им запрещалось выходить из него, а единственным занятием учёных-чиновников стали проведение придворных церемоний и поэтических конкурсов. Страна была поделена между вассальными сёгуну знатными кланами, которые принялись закабалять крестьян, а потом построили замки и развязали частные войны – после шестивекового господства заимствованного из Китая абсолютизма Япония вернулась к далёкому прошлому, в эпоху "больших курганов", и господином жизни и смерти снова стал самурайский меч.

Конец XII века был временем Сжатия, революций и внутренних войн во всех соседних с Китаем государствах. Во Вьетнаме и в Корее к власти также пришли военные диктаторы из числа глав "сильных домов", но они не раздавали деревни своим воинам, а наоборот, отбирали земли у знати и восстанавливали имперский порядок: китайское влияние в этих странах было сильнее, чем в Японии. Позже, в XIII веке, на Дальний Восток обрушилась волна монгольского нашествия, жестокие завоеватели опустошили Корею, прошли через Китайскую равнину и вторглись во Вьетнам – но непобедимая конница кочевников не смогла проявить себя в стране непроходимых джунглей и многоводных рек; в конце концов, завоевателям пришлось отступить на север.

Завершив покорение Китая, монголы согнали сотни тысяч китайских крестьян и, построив огромный флот, дважды пытались высадиться в Японии. Во второй экспедиции, предпринятой в 1281 году, участвовало больше 3 тысяч кораблей и 100 тысяч солдат, однако знаменитые монгольские полководцы оказались плохими адмиралами: флотилия попала в страшный ураган, который японцы назвали "божественным ветром" – "камикадзе". Тысячи судов разбились в щепки о скалы, и десятки тысяч солдат нашли могилу в морской пучине – с этих пор монголы долгое время не решались выходить в море. Япония оказалась одной из немногих стран Востока, уцелевших в монгольском смерче, и жившие в Киото императоры со страхом в сердце выслушивали известия о гибели городов и народов, об опустошившей Азию "всеобщей резне". И должно быть, они не раз читали стихи Сюйцзюня Баоци, доставленные одним из последних кораблей, пришедших с выжженного материка:

Всё погибло, пропало,

Как метлой сметено!

Правда, на крайнем юго-востоке Азии, за горами и джунглями ещё оставались земли, которых не достигли полчища завоевателей. Эта далёкая и таинственная страна называлась Ангкор – и ей посвящена следующая глава нашей истории.