ПОСЛЕ КАТАСТРОФЫ

ПОСЛЕ КАТАСТРОФЫ

Время вернулось к тиши, царившей

до сотворения человека: ни голоса

в полях, ни свиста пастуха…

Павел Дьякон.

Через сто лет после катастрофы, когда пожары утихли и смерть, наконец, сделала передышку, взору немногих летописцев открылся новый, непохожий на прежний мир. Европа, казалось, вернулась к началу времён. Там, где когда-то были многолюдные селения и колосились поля, теперь простирались леса, полные диких зверей. Среди этих лесов изредка встречались маленькие деревни из бревенчатых полуземлянок; в некоторых местах люди, как в первобытную эпоху, жили в пещерах. Кое-где виднелись развалины городов: увитые плющом обвалившиеся стены и лежащие на земле колонны, полуразрушенные акведуки. В домах вокруг заросшего травой форума иногда ещё жили люди, в разграбленной церкви священник изредка вёл службу для окрестных крестьян, крестил, отпевал и просил у Господа спасения от бед.

Страной, простиравшейся от берегов Рейна до Пиренеев правили вожди из племени франков. Франки, называвшие себя "свободными", жили на нижнем Рейне; в конце V века их вождь Хлодвиг из рода Меровингов разбил последнего римского наместника и, одержав верх в схватке с другими германскими племенами, овладел Галлией. Часть франков переселилась на берега Сены и Луары; они строили деревни из рубленых домов и заставляли захваченных в походах рабов пахать для них землю. Отличившимся дружинникам Хлодвиг дарил поместья бежавших римских аристократов вместе с уцелевшими арендаторами и рабами; у варваров не было никаких грамот, и, даря поместье, вождь протягивал дружиннику пучок соломы.

Как в прежние времена, франки предпочитали проводить время в походах; каждую весну они собирались на "мартовском поле" и решали, с кем воевать в этом году. Хлодвигу стоило немалых трудов заставить их подчиняться; однажды после разграбления церкви он хотел взять себе серебряную чашу – но один из воинов воспротивился этому и разрубил чашу секирой. Лишь через год Хлодвиг нашел случай для мести и во время смотра убил воина, заявив, что его оружие никуда не годится. Позднее он сумел под разными предлогами истребить всех своих родственников и остался единственным предводителем франков; он стал назначать своих людей на сохранившиеся с римских времен должности окружных начальников – раньше их звали комитами, а теперь – графами.

Впрочем, графы были властью для римского населения, но не для франков: франки неохотно подчинялись новым властям. Варвары не хотели знать никаких налогов и судились по старым обычаям – спорщики рубились на мечах, или по приговору сходки подвергались испытанию: держали в руках раскаленную полосу железа. Если ожоги выступали не сразу, то обвиняемого оправдывали – это называлось Суд Божий. Часто дело решалось без суда, по праву кровной мести; как в давние времена, один род мог долгие годы вести войну с другим родом, не обращая внимания на уговоры графа. Остановить вражду мог лишь выкуп, "вертгельд"; Хлодвиг поручил латинским грамотеям записать обычные нормы выкупа в случае разных преступлений; этот сборник назывался "Салическая Правда" – салии были одним из франкских племён. Согласно этой "правде" выкуп за убийство франка был втрое больше выкупа за убийство римлянина, а жизнь римлянина оценивалась, как пара коров.

Франки исповедовали право сильного и единственной силой, способной сдержать их, был Господь Бог. После одной одержанной чудом победы, Хлодвиг уверовал в могущество христианского бога и решил "вступить в его дружину", принести клятву верности. Вместе со своими воинами он принял крещение и выслушал рассказ о страданиях Христа. "Будь я тогда со своими франками, я бы отомстил за него!" – воскликнул храбрый вождь, потрясая мечом.

Вера в бога смягчила нрав варваров, они стали меньше грабить и убивать, не трогали церкви и почитали священников. Епископы стали защитниками римского населения, во время смут они укрывали в церквях местных жителей и выходили с крестом навстречу варварам. Чтобы спасти от разграбления свои поместья, уцелевшие римские аристократы отдавали их церкви и становились священниками, монастыри стали местом прибежища для образованных людей, и монахи были писцами у варварских вождей и графов. В конце VI века епископ Григорий Турский написал "Историю франков"; он с грустью признавал, что недостаточно грамотен, что путает падежи и предлоги – но теперь не сыскать по-настоящему культурного человека. Когда старится всё на свете, писал Григорий, нечего сравнивать своё время с прошлым, себя – с прежними людьми. Знатные римляне стали подражать варварам, стали одеваться как варвары и принимать варварские имена. Последний поэт Рима, Венанций Фортунат, во время пиров сидел с краю дощатого стола и по знаку франкского вождя выкрикивал стихотворные восхваления. В те времена совершалось множество преступлений, писал Григорий, и каждый видел справедливость в своей собственной воле. Так много зла и неправды кругом, что видимое дело – близится конец мира.