Удар по аэродрому в Глебовщине

Удар по аэродрому в Глебовщине

План разгрома аэродрома в Глебовщине разработал начальник штаба майор И.М. Шишкин вместе с оперативным отделением. Эти наметки утвердили комбриг и комиссар. Значение аэродрома под Демянском для немцев нельзя переоценить. Сильная охрана аэродрома, болотистые подходы к нему, колючие ограждения – все это было против десантников. Да и силы парашютистов-лыжников были подорваны длительным голоданием и большими потерями.

Для осуществления задуманного было выделено около 200 бойцов и командиров, в основном из 4-го батальона. Общее руководство возлагалось на старшего лейтенанта И.С. Мосалова, который показал себя умелым организатором диверсионных налетов на тыловые немецкие объекты. Десантники, в дополнение ко всему, вооружились еще и ракетницами. Штаб бригады по радио условился с командованием военно-воздушных сил фронта о времени налета наших бомбардировщиков и о системе сигналов.

Ветер с озера пронизывал до костей. Морозец донимал всерьез. Десантники заняли позицию недалеко от взлетно-посадочной полосы, затемно укрылись в сугробах. Без движения в сырых валенках коченели ноги. Недалеко от них исправно шагал немецкий часовой в натянутой на уши суконной пилотке, похлопывая руками себя по бокам, поскуливали собаки.

В условленное время ТБ-3 Северо-Западного фронта вышли к Демянску с запада, обманным маневром запутывая немецких зенитчиков. Вспыхнули прожектора, небо раскалилось трассирующими снарядами. По команде десантные ракетчики запустили радугу ракет над взлетной полосой – вот цель. Наши летчики накрыли бомбами аэродром. Гром и молнии! Ракетчики, меняя позиции и укрываясь в елках, указывали новые важные цели. Накануне они мерзли на вершинах деревьев, визуально «рисовали» план летного поля. На аэродроме творилось невообразимое.

Отдельная группа парашютистов блокировала дорогу с аэродрома в поселок. В засаду попала автомашина с немецкими офицерами, прилетевшими из отпусков. Были взяты первые трофеи и важные документы.

Несколько самолетов пытались вырулить и подняться в воздух. Вновь вмешалась засада десантников. Из противотанковых ружей поджигали машины, бочки с горючим, убивали немецких солдат, летчиков, мотористов. Гранаты довершали дело. Когда в небо взмыли желтые ракеты, десантники начали покидать места засад и по азимуту выходили к обусловленным местам.

Чтобы сократить потери, транспортники стали прилетать под Демянск под вечер. Ночью разгружались и под утро улетали на запад. Так что днем в районе дислокации 1-й маневренной воздушно-десантной бригады почти не было перелетов. Об этом было доложено в штаб ВВС фронта и было принято решение об усилении ночных налетов.

Туго пришлось немцам в Глебовщине. Казалось, что не было ни одного живого места на аэродроме. Но транспортники по-прежнему шли в направлении Демянска. Разведчики бригады разобрались, что к чему. Немцы для прикрытия не убирали разбитые машины. Сверху – погром. А с восточной стороны возле леса проложили узкую полоску для посадки. После приземления транспортники загонялись между разбитыми машинами. С высоты было нельзя разобраться. Об этом было сообщено в штаб ВВС фронта, и летчики сделали необходимые выводы.

Отдельные батальоны и роты 1-й МВДБ вели самостоятельные операции по разгрому вражеских гарнизонов, занимались диверсионными акциями на вражеских коммуникациях. Проводили разведывательные действия, направленные на изучение подходов к Добросли, где размещался штаб окруженной немецкой группировки.

4-й отдельный парашютно-десантный батальон расположился в густом лесу на краю Белого озерка, что на юго-западе болота Невий Мох, возле отметки 60,4 крупномасштабной карты. Из штаба бригады пришла шифровка на боевую операцию. В Дедно заночевала большая группа немцев. Спешат к фронту. Приказано разгромить, но не удерживать населенный пункт.

Вероятно, немцев успокаивало, что в деревню скоро должно войти бронированное подразделение из группы войск «Арко». Вражеское командование считало, что русские десантники, обнаруженные летчиками и пешими разведчиками, блокированные отборным батальоном СС, мрут на болоте Невий Мох, пухнут от голода и уже не способны к активным действиям…

Ночная атака была такой стремительной и неожиданной, что многие немцы выбегали из домов, не успев даже одеться и попадали под пули десантников. Фронтовая часть немцев не сразу оправилась от растерянности. Ее командиры не знали сил нападавших. Запросили помощь. На звуки боя с запада подтягивались машины с новыми подразделениями. Со стороны Лычкова слышны были звуки движения моторной техники – спешила подмога! Организовались немцы и в самом Дедно. Совсем рассвело. В небе появились два немецких самолета.

Вспоминает П.М. Черепов, участник боя в Дедно:

«Мы отходили в лес, захватив с собой продукты и несколько лошадей. Со стороны немцев потери были большие: густо валялись убитые, стонали раненые… В лесу поделили продукты, зарезали лошадей и разделили мясо по ротам и взводам. За продуктами строго следил комиссар Куклин. Над лесом шныряли немецкие самолеты, разыскивая нас. Дудки, не обнаружили» [173] .

Бригада Тарасова голодала. Вопрос стоял уже просто о выживании людей, о чем красноречиво говорит текст шифрограммы:

11 марта – «дайте продовольствия, голодные»,

12 марта – «вышли в район сброса грузов, продовольствия нет»,

13 марта – «уточняю пункт выброса продовольствия… юго-западнее М. Опуево», «координаты для выброса продовольствия – лесная поляна юго-западнее М. Опуево» [174] .