Александр Дугин. Обреченный Израиль

Александр Дугин. Обреченный Израиль

Заговор против Израиля

Во время натовской агрессии против Сербии той весной в международной политике проявилась одна очень любопытная тенденция: всегда предельно лояльное США и его стратегии израильское государство восприняло натовскую операцию весьма критически, и некоторые официальные лица (министр иностранных дел Израиля Ариэль Шарон, и даже, в более мягкой форме, тогдашний премьер Нетаньяху) позволили себе резкие критические высказывания в адрес Вашингтона. Речь шла не просто о раздражении или позиции отдельных политиков — легкая напряженность возникала между США и Израилем и раньше. На этот раз о себе впервые дала знать очень глубокая и ранее тщательно скрываемая тенденция: существенное серьезное противоречие между далеко идущими цивилизационными целями иудаистического мира и мондиалистскими проектами активного «нового мирового порядка», спонсируемыми Америкой после поражения Москвы в «холодной войне».

Поднявшийся в Израиле антиамериканизм сводится к утверждению неснимаемого противоречия между космополитическим атеистическим либеральным идеалом «единого мира» («One World») без наций и религий, без государств и национальных обособленных культур, и сионистским идеалом национального религиозного израильского государства, сохраняющего самобытность и уникальность перед лицом остальных народов мира. Эта тема обсуждалась в Израиле широким общественным спектром — от умеренных и светских сионистов до крайних ортодоксов. Показательно, что весной в центр внимания попали даже такие крайние конспирологи, как Барри Хамиш, израильский публицист, утверждающий, «что США, Бильдербергский клуб, Трехсторонняя комиссия и CFR, руководимые сатанистами-иллюминатами, ставят своей задачей установить Мировое Правительство космополитических олигархов и принести в жертву своим безумным планам Израильское Государство».

Так конспирологические разоблачения Мирового Правительства, свойственные для крайне правых американских и европейских политических групп, встретили широкую поддержку в Израиле. Авторитет рабби Ательмана, весьма уважаемого в фундаменталистских кругах Израиля, поддержал достоверность конспирологических разоблачений Хамиша: тезис о том, что США под видом поддержки вынашивает планы уничтожения еврейского государства, стал набирать силу.

Показательно, что натовские ковровые бомбардировки суверенной Сербии были восприняты многими политически активными израильтянами как зловещий знак… На вопрос «кто следующий?» многие с ужасом и негодованием отвечали «Иерусалим».

Красно-коричневые корни сионизма

Напомним забывшийся сегодня факт: в основании Израильского государства стояли отнюдь не безусловные западники и приверженцы англосаксонского либерал-капиталистического уклада. Напротив, это государство было отвоевано и создано именно «красно-коричневыми», выходцами преимущественно из восточно-европейский среды. Политически сионистское движения представляло собой многообразное сочетание значительного социалистического, даже коммунистического, элемента, генетически связанного с русской революцией, с национально-фундаменталистским компонентом, в целом повторяющим структуру европейских фашистских режимов. Напомню, что даже в нацистской Германии фашизированные отряды немецкого Бейтара были запрещены только в 1937 (тогда же были разгромлены и основные национал-революционные немецкие организации и ариософские ложи), а до этого времени им разрешалось гордо маршировать по немецким городам под развивающимися флагами с магендовидами. Именно благодаря весомому социалистическому евразийскому фактору в израильском обществе это государство было признано Сталиным: он считал, что данная страна сможет выполнять функцию стратегической базы СССР в сложном ближневосточном регионе.

Но история распорядилась иначе, и в силу целого ряда обстоятельств (и не без активного и успешного участия англосаксонских спецслужб) в скором времени в новообразованном Израиле стала побеждать проамериканская, либерал-капиталистическая линия. Отношения с СССР были разорваны, и сами понятия «сионизм», «Израиль», «Моссад» стали синонимами подсобной структуры американской натовской геополитики.

Но все же и в этот период либерал-американистская и автохтонно «красно-коричневая» тенденции в Израиле сосуществовали. Этот дуализм прослеживается даже в факте существования двух эмиграционных агенств по «алие», подчас открыто конфликтующих между собой — израильским Сохнут и американским ХИАСС. Если через Сохнут эмигранты из других стран (и особенно из СССР) имплантировались в строгое, патриотическое и довольно военизированное израильское общество, становились в рискованное положение колонистов, то через ХИАСС евреи вставали на службу не своей «мистической родине», но личных эгоистических интересов, отдавая знания и силы космополитическому и светскому американскому государству.

Итак, антиамериканские, антилиберал-космополитические тенденции прослеживаются в самом основании государства Израиль.

Но какова причина их нового пробуждения?

Иерусалим: под колпаком «мирового правительства»

Эта причина в том, что тревожные предупреждения конспирологов о планах создания «мирового правительства» оказались абсолютно достоверными. После распада «Советского лагеря» предварительные формы этого нелегитимного планетарного органа, не берущего в расчет никакие обстоятельства, кроме материальных и политических интересов олигархической капиталистической элиты Запада, откровенно вышли на передний план мировой политики в форме все тех же Бильдерберга, CFR и Трехсторонней комиссии. И когда глобалистским проектам этих атлантистских групп перестал препятствовать мощный блок Варшавского договора, мондиалисты активно приступили к реализации своего планетарного «идеала». Израиль перестал быть стратегически важной точкой в поясе (в целом просоветски настроенного) арабского исламского присутствия, а значит, его безусловная поддержка более не была приоритетом. И на июньском заседании Бильдербергского клуба 1999 года мондиалистская верхушка принимает окончательное решение о признании Палестинского государства. Это необходимо США для втягивания в свою орбиту исламского пояса, для ослабления позиций фундаменталистов проиранской и антиамериканской ориентации, а также для дальнейшего давления (через умиротворенные и лояльные Западу исламские народы) на евразийскую Россию, которая в силу своего геополитического масштаба и стратегического потенциала все еще представляет для Запад значительную угрозу.

Такое решение, как и всякое решение «мирового правительства», очень серьезно, так как именно из этой инстанции исходят все важнейшие стратегические инициативы, позже претворяющиеся в акты международного права, проекты конвенций или деклараций.

Для традиционалистской части израильского общества, для ортодоксов, социалистов, одним словом, для всех «красно-коричневых» Израиля такое решение означает полный крах как религиозных, так и светских чаяний. Оказавшись одни во враждебном арабском окружении, с «проблемой Иерусалима», конфликтными зонами, исламским терроризмом и с дальнейшей перспективой полного поглощения обезличенной космополитической количественной массой «единого мира» (с его суррогатной MTV-культурой и Мак-Дональдсом) евреи, живо осознающие свою идентичность, не могли не впасть в ужас.

То, что они считали надежной поддержкой, обернулось тонкой формой оккупации и колонизации.

И взоры многих обратились ко второму полюсу, к Москве, к России-Евразии. Ожила историческая память, послышались первые ноты раскаяния за ту немалую лепту, которую евреи внесли в крушение СССР, в двусмысленный триумф натовского Запада.

Впервые эту тему поднял во время визита в Москву весной 1999 года (непосредственно накануне начала натовской агрессии против Югославии) израильский премьер Нетаньяху во время его встречи с Примаковым. Но это было лишь первым аккордом. Очень существенная деталь: именно с весны 1999 года европейская (шире — западная) пресса стала применять к израильским крайне правым, фундаменталистским движениям те же эпитеты, как и к европейским крайне правым — «фанатики», «интегристы», «экстремисты» и т. д. Бывшие доселе под строгим запретом термины «фашизм», «шовинизм», «расизм» или сравнения с «Национальным Фронтом» Ле Пена получили право на масс-медийную жизнь.

Решения «мирового правительства» не обсуждаются — они исполняются. В ходе большей геополитической стратегии мондиализма второстепенные детали рано или поздно приносятся в жертву.

«На север, на север, на север…»

Из приведенных выше фактов и рассуждений не следует делать поспешного вывода: будто весь Израиль отныне будет переориентироваться с США на Россию-Евразию, будто все евреи в российской элите в одно мгновение ока откажутся от ставшей — увы! — привычной для них подрывной и антинациональной функции, отбросят свою атлантистскую ориентацию и станут в общем строе с другими евразийскими силами строить мощное континентальное образование. Нет, речь идет лишь об определенной тенденции, которая была до определенного момента почти незаметной, невидимой, неразличимой вплоть до того, что казалась и вовсе несуществующей, настолько незыблемым представлялся американо-израильский альянс и мондиалистско-атлантистская ангажированность Израиля и ориентирующегося на него мирового (и в частности, российского) еврейства. Теперь же тенденция «еврейского евразийства» (чью генеалогию я подробно описывал в статье «Евреи и Евразия») становится более различимой, более явственной. Пока она несравнимо слабее инерциального атлантизма (как в самом Израиле, так и в иных местах), но она развивается и, по всей вероятности, будет стремительно нарастать.

Если мы примем ее в расчет, нам станут понятны некоторые неожиданные виражи в эволюции политических взглядов многих наших политиков, которые в последнее время все дальше отходят от некритического поклонения Западу и все с большим вниманием и пониманием (по меньшей мере, на уровне деклараций) относятся к национальным интересам России.

Тупиковость и двусмысленность безоглядного некритического западничества, сопряженного с русофобией, явно начинает осознаваться некоторыми серьезными, влиятельными и геополитически ответственными кругами израильских евреев и их соплеменниками, живущими в иных странах.