Глава 34

Глава 34

Внезапно налетевший ветерок зашелестел листвой, пробираясь сквозь густую крону дерева, среди ветвей которых укрылся Пенстивен, что показалось ему откровенным промыслом дьявола, вздумавшего привлечь внимание к его убежищу. И в самом деле, двое или трое парней вскинули головы и теперь смотрели прямо в его сторону.

Все они были молоды, и эта юношеская целеустремленность делала их похожими на диких ястребков, вылетевших на охоту.

— Слушай, Дэнни, а, пожалуй, человек мог бы спрятаться на этом дереве. Или даже двое, — сказал один из них.

— Сейчас залезу и посмотрю, — ответил второй.

Он подошел к деревьям и принялся карабкаться наверх. Пенстивен осторожно повернулся и потихоньку вынул револьвер. Но выстрелить не хватало духу; возможно, было бы лучше самому перехватить инициативу, свалиться на голову преследователям и попробовать спастись бегством. Он не мог протянуть руку и застрелить наповал кого-нибудь из этих парней, каждый из которых был примерно того же возраста, что и он сам, и к тому же твердо стоял на стороне закона.

Послышалось шуршанье, треск и глухой удар о землю, за которым последовал тихий смешок.

— Что, Дэнни, кишка тонка?

— Ничего! Я и так могу обыскать эти кущи. И забираться наверх совсем необязательно, — объявил Дэнни и в подтверждение своих слов один за другим разрядил оба ствола своей двустволки. Прогремел выстрел, и свинцовые дробинки забарабанили о сучья и зашуршали среди листвы, но по счастью ни одна из них не задела притаившегося среди ветвей Пенстивена.

— Что ж, думаю, там наверху нет ни души, — объявил голос Дэнни.

— Да, это дерево проверено. Но шуметь все-таки не следовало, — настаивал напарник. — Шериф велел быть с этими бродягами поосторожнее. Сам понимаешь, с кем дело имеем!

— Говорят, это банда Крисмаса. Что же, если это действительно так, то на этот раз им крупно не повезло. Их песенка спета.

Небольшой отряд двинулся дальше, и вскоре исчез за деревьями. Пенстивен же тем временем начал готовиться к спуску. Он дождался, пока парни совершенно скроются из виду, и не будет слышно их голосов, и затем, когда большое облако на мгновение закрыло луну, слегка приподнялся, готовый соскользнуть на землю.

Едва привстал, и тут же снова пригнулся. Из темных зарослей, за которыми скрылись шестеро молодых охотников, возник ещё один темный силуэт. Неслышно ступая, незнакомец крадучись пробирался по полянке, переходя от куста к кусту, низко пригибаясь и стараясь стать как можно незаметнее. Это был довольно рослый человек, длинноволосый и с окладистой бородой; судя по всему, он был из тех охотников, кто всю жизнь только и занимается тем, что промышляет зверя в лесах высокогорий, всего три или четыре раза в год спускаясь с гор вниз, к людям, чтобы продать шкурки и пополнить запасы провизии и патронов.

Вне всякого сомнения, один такой преследователь-следопыт, представляет гораздо большую опасность, чем целых два десятка отчаянных юнцов, типа только что прошествовавших мимо.

Итак, яснее ясного, что верзила-бородач кого-то выслеживал, но кого? А что если его самого? Ведь шел-то он теперь как раз к тому самому дереву…

При одной только мысли об этом Пенстивен содрогнулся от ужаса. Осторожно повернувшись, он лег на живот и из этого положения начал следить за передвижениями крадущегося по поляне охотника. Было видно, как тот остановился рядом с его деревом, почти под тем самым местом, где и притаился Пенстивен.

Здесь он распрямился во весь рост и не спеша вскинул винтовку.

Значит, объект преследования находиться прямо перед ним, и его должно быть хорошо видно. Поспешно взглянув в том направлении, Пенстивен увидел, как в сторону зарослей, черневших на дальнем краю, поляны неслышно движется ещё одна темная фигура. Каким образом этот довольно высокий человек умудрился незаметно для него перейти через освещенную луной поляну, для Пенстивена так и осталось неразрешимой загадкой. Но вот он оглянулся, и Пенстивен с замиранием сердца узнал лицо Крисмаса!

Джон Крисмас должен был вот-вот умереть, и, по-видимому, суждено ему было не пасть от руки сына старого Тома Пенстивена, а быть застреленным вот этим полудиким мужиком, пополнив собой коллекцию его охотничьих трофеев.

Взглянув вниз, Пенстивен увидел, как стрелок прижал к плечу винтовочный приклад и чуть склонил голову вправо, прицеливаясь. Спешить ему было некуда. Ибо Джон Крисмас, не подозревая о нависшей над ним смертельной опасности, продолжал спокойно пробираться вперед, стараясь ступать при этом как можно тише.

Но вот он обернулся и остолбенел, увидев в косых потоках лунного света человека, взявшего его на прицел. Это был конец!

Тому же, что произошло в следующий момент, сам Пенстивен впоследствии так и не смог дать более или мене вразумительного объяснения. Но только он не раздумывая покинул свое убежище и бросился вниз.

Услышав треск ветвей, стрелок инстинктивно взглянул вверх, и в то же самое мгновение получил сильнейший удар коленями от обрушившегося на него сверху Пенстивена. Они вместе повалились на землю; выстрела не последовало; а придавленный Пенстивеном бородач так и остался недвижно лежать на земле, безвольно раскинув руки.

Падая, он ударился головой о торчавший из земли узловатый корень. Волосы охотника стали липкими от крови, глаза его были закрыты, а сердце едва билось.

Он не был мертв, а просто потерял сознание, и Пенстивен, вскочив с земли, побежал в сторону зарослей, где у деревьев все ещё маячил темный силуэт.

На плечо ему легла рука Джона Крисмаса.

— Ты спас мне жизнь, Чужак, — сказал бандит. — Этот бородатый козел уже собирался спустить курок. И он не промахнулся бы; такие как он никогда не промахиваются!

— Уж это точно, — согласился Пенстивен. — Как ты думаешь, мы уже выбрались из окружения?

— Ничего подобного, — ответил бандит. — Они просто отправили несколько отрядов на разведку, чтобы те прочесали ивы. Но главный рубеж все ещё впереди.

— Возможно, нам удастся прорваться, — предположил Пенстивен.

— Возможно, — согласился Крисмас, а потом добавил: — Послушай, Чужак, а ты бы смог стрелять в тех… кто не сделал тебе ничего плохого?

— Нет, — прошептал Пенстивен. — Я так не могу!

— Я так и думал, — помрачнел Пенстивен. — А вот весь этот сброд из Ривердейла только и мечтает о том, чтобы поскорее расправиться с нами; хотя, есть ещё один путь для отступления. Шансы один против трех, но может сработать. Идем к ручью.

Они выбрались на берег и затаились у самой воды, где были слышны приглушенные голоса тихо переговаривающихся между собой людей.

— Здесь выставлен их главный кордон, — сказал Джон Крисмас. — Видишь в заводи отражение мужика с винтовкой?

— Да, — подтвердил Пенстивен.

— Можно сказать, что мы у них в руках; но один шанс у нас все-таки есть. Они уверены, что сумеют взять числом, и поэтому многие утратили бдительность. Они таращатся друг на друга, вместо того, чтобы глядеть по сторонам в ожидании опасности. Подходящее место, чтобы попробовать пробраться мимо. Видишь, как нависают над водой торчащие из земли корни и нижние ветки деревьев?

— Хочешь сказать, — задумчиво проговорил Пенстивен, — что мы могли бы проползти под корнями и свешивающимися сверху листьями?

— Именно, — шепотом ответил Крисмас. — И именно это я и собираюсь сделать.

Он хотел было ещё что-то сказать, но тут где-то в ивах у них за спиной загремели далекие выстрелы.

— Идем, — решительно сказал Джон Крисмас и тут же соскользнул в воду, начиная пробираться вдоль берега где ползком, где вплавь, временами хватаясь за спускающиеся с берега корни.

Пенстивен последовал его примеру. У него появилось ощущение, что он оказался внутри туннеля, напоминавшим грудную клетку огромного скелета, который сам по себе вряд ли мог служить надежным укрытием от нежелательных взглядов. Как правило, к воде спускались лишь корявые корни, да редкие изогнутые ветви, с виду походившие на тонкие ребра. Просто часовые никогда не додумаются до того, что люди могут примерить к себе тактику водяных крыс! И именно на это и была сделана ставка в стратегии неподражаемого Джона Крисмаса. Преодолев совсем незначительное расстояние ползком и вплавь, Пенстивен оказался до порогов, где воды ручья сомкнулись у него над головой. Конечно, он мог бы отдаться во власть течения и отплыть назад, где можно было бы высунуть голову из воды, чтобы глотнуть воздуха. Однако он продолжал упрямо пробираться вперед. Несколько раз его напряженно всматривающиеся в водную муть глаза примечали места, где можно было бы вынырнуть и сделать желанный вдох, но сплетающиеся между собой корни деревьев всякий раз препятствовали этому, вынуждая его снова и снова опускаться на дно.

Ему начало казаться, что его легкие вот-вот взорвутся; терпеть дальше становилось невозможно; в глазах потемнело; но затем он все-таки отыскал крохотную укромную заводь на берегу, лег на спину и замер, изо всех сил стараясь отдышаться и перевести дух.

Он оставался там в течение двух или трех минут, постепенно приходя в себя и медленно восстанавливая дыхание, не рискуя сразу вздохнуть во всю глубину легких.

Наконец, ему стало значительно лучше. Пенстивен отправился дальше, и теперь от ледяной проточной воды кровь стыла у него в жилах, а в сердце поселился холод. Ощущение было такое, как будто пламя его жизни догорало, и было готово вот-вот угаснуть.

Он начал огибать очередной поворот, и был уже на полпути к цели, когда что-то большое выплыло ему навстречу, и врезалось прямо в лицо, мягко обволакивая плечи. Сердце Пенстивена зашлось от ужаса. Что это ещё за водоплавающая тварь?

Однако в следующий момент он увидел, что это всего-навсего та самая седельная сума, в которую Джон Крисмас запихнул все, что было украдено из банка. Видимо, некое препятствие, преградившее путь Крисмасу оказалось настолько серьезным, что тому даже пришлось выпустить из рук сокровища! Пенстивен взял сумку и продолжал свой путь.

Внезапно он оказался прямо под носом у часовых! На высоком берегу расположилось полдюжины вооруженных мужчин. Они стояли, опираясь на длинные винтовки и о чем-то тихо беседуя между собой. К тому же там, где они стояли, с берега не свешивалось ни одного корня, ни единой веточки, за которой мог бы спрятаться беглец!