Глава 1

Глава 1

Мужчины, собравшиеся в «Элбоу-Рум», лучшем салуне городка Маркэм, говорили о Джоне Крисмасе. И в этом не было ничего удивительного, ибо в те времена в любом уголке Запада стоило лишь собраться компании хотя бы из трех человек, как разговор, в конце концов, почти неизбежно сворачивал на то, чего нового слышно о знаменитом бандите и его похождениях. Позже завсегдатаи вспоминали, что общий разговор привычно вертелся вокруг Джона Крисмаса и в тот день, когда Пенстивен впервые объявился в их городе, ибо все, что было связано с его появлением там, навсегда запечатлелось в памяти тогдашних посетителей салуна и произвело на них поистине неизгладимое впечатление.

Кто-то громко объявил:

— В прошлую пятницу Крисмас снова устроил перестрелку в Паркервиле.

— В пятницу или в любой другой день — не имеет значения, — охотно откликнулся бармен. — Я хочу сказать, что выходных у него не бывает.

И тут в первый раз за все время подал голос Пенстивен, до сих пор скромно стоявший в дальнем конце стойки бара. Он был рослым парнем с волевым, темным от загара лицом, с которого, однако, не сходило благодушное выражение, совершенно не вязавшееся с его внешностью, а взгляд был чист, как у наивной шестнадцатилетней девицы.

И теперь он тихо спросил извиняющимся тоном, словно стыдясь собственной неосведомленности:

— Скажите, а кто такой этот Джон Крисмас?

Присутствующие с подозрением уставились на него. Судя по говору, парень был явно нездешний.

— И он ещё спрашивает, кто такой этот Джон Крисмас, — язвительно объявил бармен, не глядя на Пенстивена.

Казалось бы, такое замечание должно было неизбежно смутить Пенстивена, и тогда Винс Картер, видимо, тоже решил покуражиться над чужаком, ибо следующая реплика принадлежала именно ему. Вообще-то Винс был неплохим парнем, однако благодаря могучему телосложению силы у него всегда было с избытком, и он не упускал случая лишний раз найти ей хоть какое-нибудь применение. При ходьбе он отчаянно размахивал руками, из-за того, что горы железных мускулов на плечах не позволяли держать руки прижатыми к туловищу. Если же ему нужно было обернуться, то тело его тоже оказывалось развенутым в ту же сторону, как будто его массивная шея слишком жестко соединяла воедино голову и плечи.

Вот и теперь Винс Картер заговорил первым, издевательски объявив:

— Джон Крисмас, как ему и полагается, приходит в конце года, под Рождество. Так что, если хочешь разыскать его, то и отправляйся прямиком туда.

Пенстивен ничего не ответил ему на это. Взгляд его был по-прежнему благожелательным, зато окружающие смотрели на него теперь с ещё большим подозрением. Разумеется, в реплике Вина Картера не было ничего оскорбительного, однако она предполагала хоть какую-то реакцию со стороны собеседника. Может быть, незнакомец просто не мог ответить по-мужски?

Тогда, с молчаливого одобрения толпы, Винс Картер продолжил развивать свою мысль, зная, что никто не станет возражать, если он ещё немного поиздевается над этим высоким чужаком. Винс часто нарывался на неприятности, однако, ему очень редко удавалось подыскать себе противника соответствующей комплекции. А этот незнакомец хоть и не мог тягаться с ним по части мускулов, но росту они были почти одинакового.

— Если хочешь разыскать Крисмаса, то дождись сперва конца года, — сказал Винс. — Хотя, обладая хорошим нюхом, его можно найти и пораньше. Но мне кажется, что твой нос для таких дел совершенно не годится.

Это было уже слишком. И все это прекрасно понимали, но, в конце концов, в обществе малообразованных людей к чужакам всегда относились с некоторым предубеждением. Разумеется, никто из присутствующих не отвернулся бы от Пенстивена и оказал бы ему посильную помощь, встретив его где-нибудь на дороге, в глуши, если бы тот вдруг попал в беду; но, с другой стороны, вряд ли во всем салуне нашелся бы такой человек, кому не доставляла бы удовольствия эта сцена.

На этот раз Пенстивен обернулся, и хотя лицо его оставалось по-прежнему невозмутимым, он все же сказал:

— Мне не нравится такой тон.

Винс Картер недоуменно уставился на него. Он не верил своим ушам. Затем, отбросив всякие формальности, направился к незнакомцу и встал рядом.

— Как тебя зовут? — спросил Картер.

— Мое имя здесь абсолютно не при чем, так что я предпочел бы не называть его, — ответил Пенстивен.

Картер растерянно заморгал. И снова он не мог поверить собственным глазам, но теперь, когда он лишний раз убедился в том, что чужак, похоже, не собирается пасовать перед ним, азарт охватил его с новой силой.

— Так ты хочешь сказать, — медленно проговорил Картер, — что не назовешь мне своего имени, да? По-твоему, я, значит, этого не достоин. Как говорится, не станешь метать бисер перед свиньями. Так прикажешь тебя понимать?

У Пенстивена была привычка в самый критический момент вскидывать левую руку и осторожно проводить кончиками пальцев по пробору в волосах. Вот и теперь он сделал то же самое, после чего вежливо улыбнулся, глядя на Винса Картера.

— Это именно то, что я имел в виду, — подтвердил он.

— Ну что же, — угрожающе взревел Винс Картер, — тогда я заставлю тебя изменить свое мнение.

— На улицу, ребята! Ступайте на улицу! — приказал хозяин заведения, всем своим видом давая понять, что он не допустит потасовки в салуне.

На что Боб Пенстивен ответил:

— Зря вы так волнуетесь. Это не займет много времени.

Говоря это, он проворно отступил на шаг в сторону, уклоняясь от мощного удара, который Винс Картер обрушил на его голову — отступил в сторону, затем чуть назад, как бы между делом заезжая кулаком Картеру в челюсть, отчего массивная голова драчуна оказалась запрокинутой назад, а на подбородке образовалась ссадина, похожая на мазок темно-алой краски. Толпа охнула от неожиданности.

Они обратили внимание, что Пенстивен не спешил закрепить свое преимущество. Он по-прежнему стоял, положив руку на верхнее ограждение стойки бара, однако выражение его лица больше уже не казалось по-мальчишески безмятежным. Теперь он был, скорее, серьезен и крайне сосредоточен, как будто ему просто выпала возможность понаблюдать за чужой дракой.

Что же касается Винса Картера, то он рассвирепел окончательно. Ему казалось невероятным, что удар кулаком мог возыметь столь плачевные последствия, и он прохрипел:

— Он меня чем-то ударил. Мошенник.

— У него в руке ничего не было, — возразил один из ковбоев. — Так что, Винс, все честно. А теперь, давай, врежь ему.

Винса не пришлось долго уговаривать. Когда туман у него в мозгу потихоньку рассеялся, он снова оценил хрупкое телосложение противника и приготовился к последнему броску, решив на сей раз отказаться от боксерских ударов и провести борцовский захват.

Бросив короткий оценивающий взгляд на надвигающуюся на него тушу, Боб Пенстивен сделал короткий шаг навстречу противнику. Если предыдущий удар он нанес правой рукой, то теперь настала очередь бить левой, и вот его кулак скользнул между огромными ручищами Винса Картера, точнехонько впечатываясь в челюсть, но уже с другой стороны.

Винс отпрянул назад, с трудом удерживаясь на ногах, делая по инерции ещё несколько шагов и с размаху влетая спиной в стену, отчего у него тут же перехватило дыхание.

— Я не хочу тебя покалечить, — сказал Пенстивен. — Было бы лучше, если бы вместо того, чтобы упражняться в остроумии, ты бы просто ответил на мой вопрос.

— Ну, я тебе сейчас устрою, — пообещал Винс Картер. — Ты у меня сейчас будешь носом по полу ездить, молокосос паршивый.

Он бросился в атаку в третий раз, но на этот раз действовал более осмотрительно. Попытался было боксировать, но Пенстивен встретил его градом ударов, два из которых благополучно достигли лица Картера. Незадачливый Винс уже начинал истекать кровью, однако ему все же удалось добиться того, на что он очень рассчитывал с самого начала. Он сумел подойти достаточно близко к чужаку, чтобы можно было провести захват.

Наблюдавшие за необычным поединком зеваки вздохнули с облегчением. А то им уже было показалось, что их чемпион начал выдыхаться и сокрушительного поражения ему не миновать. Но зато теперь, когда ему удалось навалиться на противника, дело приобретет совсем другой оборот.

— Только не заляпай своей кровью мою рубашку, — внятно произнес Пенстивен.

Затем все увидели, что на самом деле Винс Картер не мог запачкать своей кровью одежды чужака, ибо голова его была высоко поднята и запрокинута назад, что, несомненно, показалось бы весьма странным всякому мало-мальски знающему толк в борьбе человеку!

Но уже в следующий момент зрителям стало ясно, что в подобной позе Картер оказался отнюдь не по своей воле. Теперь они отчетливо видели, как незнакомец сумел закинуть свою руку за плечо Картера, впиваясь пальцами в челюстную кость Винса, по причине чего голова последнего оказалась сильно запрокинутой назад.

Он попытался колотить чужака своими огромными ручищами, но из этой затеи ничего не получилось. Затем, высвободив правую руку, он попробовал ударить кулаком Пенстивена в лицо, но тот успел провести мастерскую подсечку, нанося удар под коленки противнику, отчего тот с грохотом повалился на пол.

Чужак же опустился рядом с ним на одно колено и двумя руками ухватился за правую руку Картера. Локоть Картера находился на полу, и Пенстивену достаточно было сделать одно легкое движение, чтобы сломать плечевой сустав поверженного соперника.

— Я спрашивал о Джоне Крисмасе, — напомнил Пенстивен, — а ты сказал…

— Дай мне только подняться, — пообещал Винс Картер, — и я разорву тебя в клочья.

— Ты что-то сказал о Джоне Крисмасе? — продолжал Пенстивен.

Картер громко застонал.

— Ты сломаешь мне руку! Эй, кто-нибудь, остановите его. Он меня калечит!

— Эй, чужак! — окликнул Том Рэндал. — Отпусти Картера! Ты и так уже победил. Отпусти его, пусть себе идет!

Тяжело ступая, Том Рэндал решительно направился к небольшому пятачку, на котором разворачивались события, но Пенстивен лишь равнодушно взглянул на него.

— Пожалуйста, не мешайте нам, — вежливо попросил он, только и всего.

Но Том остановился. Он коснулся было пальцем рукоятки пистолета в кобуре у правого бедра, но хвататься за оружие не спешил.

— Так как же? — продолжал Боб Пенстивен. — Ты расскажешь мне о Джоне Крисмасе?

Он немного увеличил давление.

— Черт возьми! — вскричал Картер. — Крисмас… я не знаю, где он. Я никогда его не видел. Я не знаю. Отпусти мою руку!

Пенстивен поднялся и старательно отряхнул колено, которым до этого ему пришлось коснуться пола; он стоял, разглядывая пальцы и ладонь правой руки, запачканные кровью. Картер же вскочил на ноги, хотел было выхватить пистолет, но оружия при нем не оказалось, и тогда он опрометью бросился к выходу из салуна и выбежал на улицу.

Пенстивен подошел к рукомойнику в углу комнаты, вымыл руки, вытер их носовым платком, извлеченным им из нагрудного кармана рубашки, после чего снова занял свое место у стойки бара. Там стояла его недопитая кружка с пивом, и теперь он снова сделал небольшой глоток.

— Почему ты так обошелся с Картером? — спросил бармен, невысокий рыжеволосый человек, судя по всему, ирландец.

— Потому что он вывел меня из себя, — ответил Пенстивен. — И ещё потому, что мне хотелось известить о своем приезде Маркэм и его окрестности.