Холмогоры

Холмогоры… Название это звучит особенно странно, когда попадаешь в здешние места и ни холмов, ни гор не встречаешь, а, напротив, видишь вокруг низменные места и, только вглядевшись вдаль, замечаешь возвышения коренных берегов. И само нынешнее село, а в прошлом город, расположено вовсе не в примечательном месте, не на высокой горе или холме, а на ровном невысоком берегу вдоль затянутой песком обмелевшей двинской протоки — речки Курополки. Холмогоры не раз страдали в половодье, и теперь по всей набережной набиты сваи, укрепляющие берег. Единственное возвышенное место в селе, где находилась некогда резиденция холмогорских архиереев и стоит огромный полуразрушенный собор, по преданию, насыпное и встарь называлось Городище.

Сами Холмогоры — небольшое село-городок в зелени, с несколькими прямыми улицами, вытянувшимися вдоль Курополки. И все-таки, будучи одним из старейших северных поселений, они не похожи на другие, уже виденные мною северные городки и села. Жизнь тех мест так или иначе связана с лесной промышленностью; в холмогорских окрестностях не увидим мы ни штабелей бревен, ни складов пиловочника, ни запаней и других примет лесного края. Осмотревшись вокруг, не увидим мы темной стены хвойного леса, замыкающего окрестности больших и малых северных селений. Здесь совсем иные картины. За селом к западу и югу тянется сырая болотистая равнина, в дальнем отдалении замыкаемая светло-зеленой полосой лиственного леса и кустарника. С противоположной стороны — низменные острова с лугами и деревнями на возвышениях. Непохожесть здешних мест на привычный северный пейзаж отмечали многие путешественники. Это словно бы оазис лугов и полей среди необъятного лесного моря. И этот простор, открытость пейзажа свидетельствуют о давней обжитости этих мест, столь давней, что и память потеряна…

История Холмогор восходит к временам загадочной «заволоцкой чуди». Известно, что здесь было одно из крупнейших чудских поселений и место торга древней Биармии, как называют северную страну скандинавские сказания. Саги повествуют о торговом городе Голмгард и о неслыханных богатствах его — драгоценностях и мехах. К этому городу плавали викинги для торговли и для разбоя. По преданию, в то легендарное время на нынешнем Курострове стоял чудской идол Йомала. Идол был сделан из матёрой лесины и держал в руках золотую чашу, полную драгоценностей, принесенных ему поклонниками. Эту чашу ночью похитили разбойные викинги, чудь бросилась вдогонку, произошла битва, в которой воинственные скандинавы одолели невоинственную чудь. До сих пор близ Холмогор существует деревня Побоище, но какое побоище произошло на этом месте, определить трудно: то ли за сокровища Йомалы, то ли битва новгородцев с чудью, то ли одна из битв новгородцев и москвичей за обладание Заволочьем…

Новгородцы, как известно, пришли на Север в X–XI веках, утвердили свою власть, окрестив чудь и поставив своих наместников, которые жили на Матигорах и на Ухтострове. Холмогоры в ранних новгородских грамотах не упоминаются, первое упоминание встречается в документах XIV века, где они названы Колмогорами — это написание сохраняется во всех древнерусских грамотах и в «Книге Большому Чертежу».

По одной из топонимических версий, слово «Колмогоры» производится от финского слова «колм» — «три», поскольку прежде Холмогоры состояли из трех посадов: Курцево, Качковка и Падрокурье. По другой версии, название Холмогор происходит от легендарного города Голмгард, составленного из двух слов: «голм» — остров и «гардия» — правление. Против этой версии, выдвинутой сторонниками норманнской теории, выступил сам великий холмогорец М. В. Ломоносов, говоря, что название Холмогор «соответствует весьма положению места, для того что на островах около его лежат холмы, а на матёрой земли горы, по которым и деревни близ оного называются, например Матигоры, Верхние и Нижние, Каскова Гора, Загорье и пр.». Но, к сожалению, окрестный пейзаж не дает оснований для столь торжественного заявления, которое сделал в согласии с мнением М. В. Ломоносова историк Холмогор Василий Крестинин в XVIII веке: «Толь прекрасные виды естества без сумнения подали причину назвать описуемое здесь селение Холмогорами, речением сложным из гор и холмов».

Оставим название Холмогор топонимической загадкой, которых много на Севере. Смешная местная легенда по-своему персонифицирует названия холмогорских окрестностей. Будто бы в незапамятные времена жило здесь семейство великанов: на Матигорах жила мать, на Курострове — Кур отец, в Курье — Курья дочь, на Ухтострове — Ухт сын, в Чухченеме — другой сын Чух. Они выходили из своих великанских домов и перекликались зычными голосами, договариваясь прийти в гости или сообща истопить баню… Быть может, в этой легенде, которую усмешливо рассказывают старики, сохранились отзвуки каких-то более древних сказаний?

Несмотря на расположение поселения у мелководных, затягиваемых песком проток, географическое положение его было необычайно удачным. Двина была дорогой в устюжские и вологодские земли и через волоки в новгородскую, к северу лежало Поморье, богатое рыбой и солью, к востоку через Пинегу шел путь в лесной край, богатый дичью и пушниной, и далее через Кулой на Мезень и с Мезени на Печору и в Югру. Новгородские купцы торговали здесь широко. Закупались меха полунощных стран, сало морских зверей, соленая беломорская рыба (семга), соленая мурманская рыба (треска, палтус). Особое значение в холмогорской торговле имела соль. Соль вываривали в поморских селениях Уне и Неноксе и возили для продажи в Холмогоры. Никто из жителей других мест не имел права ездить за солью ниже Холмогор, кроме важан и подвинцев. Такое предпочтение им объяснялось тем, что в те давние времена Подвинье выше реки Емцы и считавшаяся хлебородной Важская сторона снабжали сравнительно немногочисленное население Заволочья и Поморья хлебом.

О событиях в истории Холмогор кратко и бесстрастно сообщает нам Двинская летопись, ведшаяся с 1397 по 1750 год. Из нее узнаем мы, что в 1553 году «приехал в Холмогоры англинский корабельщик, Рыцарт». Рыцарт — это английский мореплаватель Ричард Ченслер, чьи корабли буря занесла в Карельское русло Двины, где стоял Николо-Карельский монастырь, оттуда корабельщики были направлены в административный центр края — Холмогоры, а затем в Москву, к царскому двору.

Значение Двины в торговле с западными странами было оценено московским правительством: англичанам были даны торговые льготы. Английские торговые суда все чаще приходят на Двину, английские купцы устраивают в Холмогорах свои конторы и живут здесь. В то время устье Двины становится единственным для Русского государства «окном в Европу». Но Холмогоры не годились для торгового порта. Они стояли в стоверстном удалении от моря, и в их мелководные протоки не могли войти крупные суда. Поэтому в семидесяти верстах ниже на мысу Пур-Наволок был сооружен Новохолмогорский городок, имевший поначалу подчиненное значение перевалочного пункта. В народе городок стали звать Архангельским по имени стоявшего там Михайло-Архангельского монастыря. Было это почти четыреста лет назад (1584 год). Значение Севера в экономике древней Руси возрастает.

До начала XVII века Холмогоры именовались посадом, крепостного строения в них не было, хотя в прошлом «свейские немцы» (шведы), как и новгородские ушкуйники, не раз нападали на посад и беспощадно выжигали его. Только в 1613 году построен был острог «поспешными трудами народа, по причине наступающего бедствия от неприятелей поляков и русских изменников». Холмогорцы встретили неприятелей вылазкой, после чего отступили в крепость, зажгли посад, дабы осаждающим негде было укрыться (дело было зимой). Простояв несколько дней, «воры» отступили.

В XVII веке Холмогоры по-прежнему являются административным центром Северного края, но экономическое и стратегическое значение все больше переходит к небольшому пока Архангельскому городку. Холмогорские купцы имеют там дома, где живут в период навигации, возвращаясь к себе на зиму. Но традиционное значение Холмогор, столицы Севера, все еще высоко. В конце XVII века учреждается Холмогоро-Важская епархия и прибывает первый архиерей Афанасий. Афанасий, человек умный, властный, поборник петровских преобразований, оставил след в истории Севера. При нем в Холмогорах возводятся грандиозный каменный собор, «огромностью и великолепием первая церковь на Двине», и архиерейские палаты, сохранившиеся до нашего времени.

Наступает петровское время. Двинский летописец сообщает, что 1693 года июля 28 Петр прибыл в Холмогоры по Ровдогорскому протоку на судах. Холмогорцы сверх хлеба и соли подарили царю двух великорослых быков. В 1702 году административное управление Двинским краем переносится в Архангельск, где все оживленнее становится жизнь, приходят иностранные суда, идет бойкая торговля. Туда же переселяются богатые холмогорские купцы, в особенности после страшного пожара 1698 года, способствовавшего запустению городка. В Холмогорах остается только церковное управление краем, которое существовало здесь почти до середины XVIII века. В 1744 году внезапно именным указом холмогорский архиерей был выселен из своих каменных палат, а в его дом привезены секретные арестанты. Дом был окружен глухим забором и строго охранялся. Только много лет спустя раскрылась тайна: здесь содержались в заключении бывшая правительница России Анна Леопольдовна с мужем Антоном-Ульрихом и детьми. После смерти родителей повелением Екатерины II дети были отправлены в Данию. В опустевшем здании архиерейских палат было учреждено мореходное училище, просуществовавшее здесь недолго. Герб Холмогор — астролябия — дан городу в связи с учреждением этого училища.

Много мест на нашем Севере, прославленных стариной и преданием, но нет, пожалуй, места знаменитее Холмогор. Имя этого скромного районного центра знают люди не только в нашей стране, но и далеко за ее пределами — во всем мире знают великого Ломоносова. Родина его — здесь.

Холмогоры, как говорилось, страна островная, почти все поселения разбросаны по местам низменным, и само село окружено со всех сторон, куда ни направишься, речками и старицами. Невысоки места, но просторны. Здесь луговой край, и в сенокос пахучий воздух овевает сельские улицы.

Давняя обжитость холмогорской земли ощущается и тогда, когда переедешь речку Курополку, столь мелкую, что перевозной катерок царапает днищем песок, и вступишь на землю Курострова. Перед нами ровная луговая гладь с раскинутыми на отлогих возвышениях деревнями, с еловой рощей на старом кладбище, где, может быть, в еще более отдаленные времена было чудское капище. Все здесь — деревни, луга, пастбища — напоминает хорошо заведенное хозяйство, которое продолжалось трудами поколений. Луг окультуренный, разделенный на загоны, где пасутся знаменитые холмогорские стада. По пересекающим остров дорогам, оставляя пыльный шлейф, проносятся грузовики с алюминиевыми флягами в кузовах: здесь хозяйство Ломоносовского молочного совхоза.

На Курострове, в деревеньке Мишанинской, позже объединившейся с Денисовкой, родился в 1711 году Михайло Васильевич Ломоносов.

Нынешнее село Ломоносово — современное село по своему облику. Ничего старинного или напоминающего старину в нем не сохранилось: дома новые, везде телеантенны — много подобных сел на Двине. В центре села — обелиск с именами погибших земляков в Великую Отечественную войну. Перед зданием школы имени Ломоносова установлен памятник великому земляку. Первая школа в деревне была построена в 1868 году в связи с отмечавшейся столетней годовщиной со дня смерти Ломоносова и названа Ломоносовским училищем. Поставлена была школа на том месте, где, по преданию, стоял дом Ломоносовых. Ныне в бывшем здании училища размещается мемориальный музей. Возле музея — маленький прудик, садок, где, по преданию, Василий Дорофеевич, отец Ломоносова, держал отловленных рыб. Единственный памятник ломоносовского времени в селе — каменная церковь, построенная при жизни Михайло Васильевича в родном доме.

Велика русская земля и щедра дарованиями, и все-таки Ломоносовых у нас много, а Ломоносов один. Говорят, что гений возникает независимо от времени и места, вряд ли это так. Не случайным представляется, что на Севере, в древнем его центре, возникла столь исключительная фигура: невероятная широта деятельности Ломоносова под стать северным просторам, его бурный неукротимый характер под стать северному морю. И не с пустого места шел к вершинам знания «архангельский мужик», а из хранилища древних культурных традиций, края, богатого книжностью и народной поэзией.

Если можно сравнить ломоносовский дар с редким самородком, то будем помнить, что самородок не находится там, где нет золотых россыпей. К месту привести слова самого Ломоносова: «Немало имеем мы свидетельств, что в России толь великой тьмы невежества не было, какую представляют многие внешние писатели». Ломоносов вышел из талантливой среды крестьян-поморов. Жажда знания всегда велика в простом человеке, и если назывались северные крестьяне черносошными, то темными они никогда не были, были грамотны и толковы, знавали и Архангельск с иноземными гостями, и Белое море с Соловками, и Мурман, и ходили с рыбными обозами в саму белокаменную Москву.

Василий Дорофеевич был на Холмогорах человек заметный — имел свои суда, промышлял в море. И не против учения был отец, а хотел он, чтобы сын унаследовал заведенное им дело — других наследников у него не было. Но сын предпочел учиться на медные деньги и не помышлял об отцовском наследстве.

Едва ли нужно перечислять все сделанное Ломоносовым — это знает каждый школьник. То, что достигнуто им, кажется невместимым в одну человеческую жизнь. По размаху, по широте и многосторонности его можно сравнить только с титанами эпохи Возрождения. Представители разных наук вправе считать Ломоносова своим: физики и химики, астрономы и геологи, историки и географы. История русской литературы немыслима без Ломоносова. Даже в изобразительном искусстве оставил он след мозаичным портретом Петра Первого и мозаикой Полтавской битвы.

Среди многих начинаний велик вклад Ломоносова в географию Севера России. Хотя Ломоносов, уйдя из Холмогор, не бывал больше на родине, мысль его часто устремлялась к Северному краю, которому он предсказывал великое будущее. Всем известны строки из оды 1752 года про Великий Северный морской путь: «Напрасно строгая природа от нас скрывает место входа…» Или в поэме «Петр Великий»:

Колумбы росские, презрев угрюмый рок,

Меж льдами новый путь отворят на восток.

Значение Северного морского пути Ломоносов научно обосновал в работе «Краткое описание разных путешествий по северным морям и показание возможного проходу Сибирским океаном в Восточную Индию» (1763 год). В этой работе содержатся не только теоретические обоснования нового пути, но и сообщения о путешествиях северных кормщиков, среди которых были и земляки великого ученого. С 1758 года Ломоносов руководил Географическим департаментом Академии наук. Под его руководством создавался новый атлас России. Он принимал также участие в научной подготовке полярной экспедиции В. Я. Чичагова (1765–1766 годы). Ныне сбылись пророческие предсказания Ломоносова о природных богатствах Севера: «По многим доказательствам заключаю, что в северных земных недрах пространно и богато царствует натура…»

Наконец, в своих поэтических произведениях Ломоносов оставил прекрасные, величественные картины родного Севера.

Не порывалась связь Ломоносова со своими земляками. Так оказал он поддержку Федоту Шубину, как некогда сам Ломоносов ушедшему в столицу с рыбным обозом. Племянник Ломоносова Михаил Евсеевич Головин был взят им в Петербург и определен учиться. И скульптор Шубин, и математик Головин, оба достигшие звания академиков, подтверждают высокую талантливость той народной среды, из которой вышел их великий земляк.

Нам остается сказать о местном музее М. В. Ломоносова (в нашей стране два мемориальных музея великого ученого — на его родине и в Ленинграде, в здании бывшей петровской Кунсткамеры). Экспозиция размещается в просторных и светлых залах и рассказывает как о жизненном пути великого холмогорца, так и о его времени. Это — любовно организованный, настоящий народный музей. Правда, в нем нет подлинных вещей Ломоносова и его рукописей — они представлены копиями, но и в копиях, в предметах быта времен Ломоносова, в гравюрах и книгах, макетах и картах рассказ о жизненном пути великого земляка обретает наглядность. Заключается экспозиция залом о сегодняшнем дне людей, живущих в селе Ломоносове. Здесь изделия холмогорских косторезов, грамоты с международных выставок, на которых они участвовали, награды, полученные колхозом на Выставке достижений народного хозяйства. Стоит упомянуть и небольшую галерею картин, посвященных Северу, составленную из даров ряда художников.

Нельзя, посетив Холмогоры, не побывать в этом музее, снова и снова задумываясь над удивительным явлением в русской земле, носящим звучное имя — Ломоносов!

Мы упомянули имя Федота Шубина, замечательного русского скульптора екатерининского и павловского времен. Также не случайно появление его таланта в Холмогорах. Вышел он из среды народных умельцев — холмогорских косторезов.

Косторезный промысел распространился в Холмогорах с XVII века. Резали, в основном, гребни и шахматные фигурки. Материалом служил «рыбий зуб» — моржовые клыки, привозимые поморами, широко использовалась и мамонтовая кость, которую находили в тундре, для дешевых поделок шла «скотская кость» — говяжья кость и рога. С развитием заморской торговли через Архангельск стала поступать в значительных количествах слоновая кость. Царские указы вызывали на Москву «гребенщиков да шахматников, что на Двине сыщутся». Известны имена братьев Семена и Евдокима Шешениных, работавших в мастерских Оружейной палаты. По сохранившимся документам можно проследить династии холмогорских косторезов XVII века.

Так и скульптор Федот Шубин вышел из династии косторезов XVIII века Шубных. Род Шубных широко распространился в бывшей Денисовке, нынешнем Ломоносове, эту фамилию носят ныне многие из земляков великого скульптора (а род Ломоносовых по мужской линии пресекся).

В XIX веке холмогорский косторезный промысел упал, хотя мастера этого дела не переводились и при случае могли удивить оригинальными поделками. Возрождение косторезного искусства произошло в советское время. В 1921 году в Ломоносове были организованы курсы резьбы по кости и мастерская. Теперь здесь существуют школа художественной резьбы и фабрика косторезных изделий.

Полное название этого художественно-промышленного предприятия — фабрика художественной резьбы по кости имени Ломоносова. По виду двухэтажное здание мало похоже на фабричный цех, но, войдя на первый этаж, слышишь гул моторов и жужжание фрез. На первом этаже обрабатывают сырье — режут говяжью кость, приготовляют заготовки в виде пластин, трубочек. На втором этаже кажется, что попал в зубоврачебную поликлинику: здесь тонко гудят бормашины — основной инструмент в современном косторезном деле. В ассортименте фабрики свыше семидесяти изделий: шкатулки, бумагорезные ножи, броши и прочее. Работает на фабрике более ста человек (с надомниками). Продукция идет в крупнейшие фирменные магазины столичных городов, идет и за границу.

Вхожу в одну из мастерских. В комнате работают три мастера. Один готовит коробочки, которые потом обложит пластинами с тонкой ажурной резьбой. Другой вытачивает сверлом бормашины фигурки охотника с собакой, нанесенные по трафарету на черенке ножа. Третий вырезает фигурки оленей, которые составят композицию.

— Расскажи, Виктор, товарищу, что в Японии видел, — говорит один из мастеров.

— Да ничего не видел, сидел и работал, — смущается Виктор.

Виктор Кузнецов побывал в Японии, ездил с выставкой «Советская Сибирь», демонстрировал посетителям искусство костореза. Он не первый холмогорец, которого видели японцы, до него ездил на выставку ЭКСПО-70 Александр Степанович Гурьев. Работы холмогорских косторезов экспонировались на многих зарубежных выставках, в том числе на самых знаменитых всемирных: в Париже — 1937 год, в Брюсселе — 1957 год, в Монреале — 1967 год, ЭКСПО (Осака) — 1970 год, и везде удостаивались почетных наград.

То, что выпускает фабрика в селе Ломоносове, в отличие от продукции других фабрик, не принадлежит к утилитарным вещам. Это украшения либо небольшие вещички, которые радуют в быту, которые люди дарят друг другу. Это не ширпотреб, это произведения мелкой пластики, которые могут быть и в музее, и у вас дома, сувенир, памятка с ломоносовской земли.

И еще одно предприятие в селе носит имя великого земляка — Ломоносовский племенной совхоз.

В Холмогорском районе, как и в других придвинских районах, важное значение имеет лесная промышленность, а здесь, в холмогорских окрестностях, в низменном крае, богатом лугами и пастбищами, — центр северного племенного животноводства. Журналист В. Е. Страхов в своей книге о Двине верно заметил, что не астролябия в память недолго просуществовавшей мореходной школы должна была бы стать гербом Холмогор, а корова-холмогорка. Другие северные городки имели в прошлом более точные гербы: Пинега — двух рябчиков, Онега — семгу, Кемь — жемчуг, Мезень — красную лисицу, Шенкурск — барсука, Вельск — бочку с дегтем… Иначе говоря, на всех гербах изображались изобильные дары природы каждого уезда, и, конечно, не лесным промыслом и смолокурением, не рыбной ловлей и охотой, а животноводством исстари прославились Холмогоры.

Вспомним, что некогда холмогорцы подарили царю Петру двух рослых быков. Значит, и в конце XVII века холмогорский скот отличался своими размерами и породностью. Это сообщение опровергает легенды о том, что холмогорский скот повелся от выписанных Петром I голландских коров, а по другим источникам — Екатериной II. Ныне документально установлено, что до 1765 года голландский скот на Двину не завозился, а завезенный после этого времени был признан малорослым и для улучшения породы ненадежным.

Было, да и есть: не в Холмогоры ввозился скот, а из Холмогор вывозился и вывозится скот для улучшения племенного животноводства в других районах страны. Рассказывают, что в прежние времена, когда не было железной дороги, для тысячеверстных перегонов коровам шились на копыта кожаные башмаки…

В советское время начались научные работы над улучшением племенного поголовья. Ныне селекционную работу возглавляет Племобъединение. Каждое породистое животное имеет подробную родословную. Спрос на породистый скот столь высок, что племзавод не может сразу удовлетворить все заявки даже в своей области. Ежегодно до пяти тысяч голов молодняка холмогорской породы вывозится в двадцать семь областей, краев и республик страны.

Чтобы повидать знаменитую «холмогорку» на холмогорской земле, не обязательно посещать заводы и выставки, достаточно пройти по Курострову, по веками обжитой ломоносовской земле. Куростров как бы в миниатюре вобрал в себя весь северный ландшафт. Тут всхолмья и низины, луга и кустарники, озерки и болотца и даже небольшой лесок и, конечно, окружающее многоводье. На пригорках стоят деревни, иные совсем небольшие, в два-три дома. Такой вот маленькой деревенькой была когда-то Мишанинская…

И конечно, трудно представить мирный сельский пейзаж без пасущегося стада. Разве что здесь не одно стадо, а несколько, в сотни голов крупных черно-белых коров. На взгляд несведущего человека ничем не отличаются они от других стад, виденных нами на северодвинских лугах, да и на деле различаются разве что классом породы, поскольку в двинских колхозных и совхозных стадах процент «холмогорки» высок. Так, в целом по области чистопородный холмогорский скот в общем составе всего стада составляет семьдесят четыре процента. Сейчас перед животноводами двинских районов ставится задача добиться повышения доли скота первого класса и класса «элита». Уже в настоящее время в Приморском районе сто процентов чистопородного скота, в Котласском — девяносто три, Виноградовском — семьдесят шесть, Красноборском — шестьдесят восемь процентов. В ближайшие годы во всех районах Подвинья все стада должны стать чистопородными.

Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О мерах по дальнейшему развитию сельского хозяйства Нечерноземной зоны РСФСР», принятое в марте 1974 года, предусматривает преимущественное развитие молочно-мясного животноводства как главной отрасли сельского хозяйства областей и автономных республик зоны.

В Архангельской области, и в частности в Подвинье, наличие больших площадей сенокосов и пастбищ, широкое проведение луго-мелиоративных работ наряду с прочими факторами, среди которых важное значение имеет распространение холмогорской племенной породы, дают возможность увеличить в ближайшее пятилетие, как предусмотрено в постановлении, валовую продукцию по молоку и мясу в 1,6–1,8 раза.

Среди других районов Подвинья значение Холмогорского с его высокоразвитым молочным производством в том, что он, находясь вблизи крупного промышленного центра, обеспечивает население Архангельска цельным молоком и свежими молочными продуктами.

Пройдя Куростров поперек, выходим к деревне Залыва, близ которой на судоходном русле стоит пристань «Ломоносово». Отсюда в Архангельск прямой путь на «ракете» — семьдесят километров, по расстоянию — загородная прогулка. Многие архангелогородцы приезжают в свободное время на родину Ломоносова.

А мне что-то грустно уезжать: ведь кончается путь по Двине, кончаются деревеньки, луговые запахи, путевые разговоры. Вот и сейчас последним приветом деревенской страны звучит мне речь бабушки-попутчицы:

— Место наше хорошее, веселое. В старину-то народ здесь жил скотом. Всё на пастбища было поделено, все острова. Наше-то пастбище было на Чухченемском острову, какая трава — один песок! Лесу-то не было, плавнику-то, кусты рубили да возили на лошадях, а хуже залывской дороги не было…

На высоком берегу над пристанью стоит старый дом, видимо, ровесник бабушки. Стоит утвердительно, прочно и не красотой удивляет, а могутностью своей. Почернел сруб от времени, посуровел. Так же сурово, кряжисто стоял, наверное, когда-то дом Василия Дорофеевича… Нет, не забыть на этом месте Ломоносова, напоминают о нем просторы окрестные, великая река, широко разбежавшаяся, берега крутые, дома статные — край холмогорский, северный.