ГЛАВА ВТОРАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

Фактор раскола целостности советского общества.

В 1946-47 годах ситуация в советском обществе обострилась в связи с острым квартирным вопросом: в западные города СССР возвращались из тыла эвакуированные в начале войны граждане, среди которых была значительная часть евреев, а уцелевшие дома и квартиры были заняты выжившими в оккупации и фронтовиками. В связи с этим стоит напомнить сегодня фонтанирующим ненавистью к Сталину и активно занимающимся десталинизацией евреям, в том числе и президенту России Д. Медведеву, о факте избранности и спасения Сталиным многих сотен тысяч евреев в самом начале войны, когда, казалось бы, в самый кошмарный, тяжелый начальный период войны было не до этого, приоритетом были проблемы обороны, сдерживания стремительно наступающего врага. Факт очень любопытный и неблагодарно, подло «забытый», — в почти панической ситуации 1941 года Сталин тревожился и заботился о безопасности евреев. А. Солженицын в своём большом исследовании отметил, что журнал «Еврейский мир» в 1944 году писал:

«Советские власти полностью давали себе отчёт в том, что евреи являются наиболее угрожаемой частью населения, и, несмотря на острую нужду армии в подвижном составе, тысячи поездов были предоставлены для эвакуации. Во многих городах. евреев эвакуировали в первую очередь».

По горячим событиям писал и Е.М. Кулишер (бюллетень «Хайас», 1946 г.): «Не вызывает сомнений, что советские власти принимали специальные меры для эвакуации еврейского населения или для облегчения его стихийного бегства. Советские власти предоставили тысячи поездов специально для эвакуации евреев» (Солженицын). Как не вспомнить при этом сегодняшние «благодарные» проклятия евреев в адрес Сталина.

Следует признать факт: Сталин от гитлеровских войск спасал только одну нацию из многих в СССР — евреев, как титульную нацию в СССР периода 1918-1941 гг., хотя прекрасно знал о планах Гитлера по отношению к славянам. Все остальные в то время это видели и понимали, «когда видели их с вещами и семьями в вагонах и машинах, а мы, ленинградцы, спасались от окружения пешком, бросивши всё», — вспоминал Андрей Дикий.

А. Солженицын утверждал, что занимавший высокий пост в советском руководстве Моше Каганович (брат известного Л. Кагановича) организовал тележные обозы из конфискованных у белорусских и украинских крестьян телег для вывоза евреев в глубь территории. В результате этой огромной работы было вывезено из западных областей в глубь СССР — «на ташкентский фронт» более одного миллиона евреев. Опять же — трудно не отметить отношение этих спасенных и их потомков к Сталину после его смерти.

После возвращения эвакуированных в западные области СССР стали вспыхивать массовые конфликты из-за жилья, резко поднялись в советском обществе антисемитские настроения.

«Лишенные элементарных средств для обустройства, люди (евреи) остро нуждались в поддержке властей. Однако официальные власти не только оставались безучастными к призывам о помощи, но категорически отказывались способствовать возврату незаконно захваченных местными жителями брошенных евреями имущества и квартир. Более того, они всячески саботировали передачу адресату гуманитарной помощи, поступавшей от международных еврейских организаций», — утверждают Б. Зингер и Л. Беленькая в своей книге «Сто лет сионизма. Наперекор» (Минск, 2004 г.).

То есть после войны в разрушенной стране всё население остро нуждалось во многом, но, по мнению евреев, советская власть должна была только им передавать зарубежную гуманитарную помощь от богатейших еврейских фондов и организаций. Своё понимание справедливости… Представьте себе следующую картину: очень разрушенную страну, нищий, голодный, выстрадавший множество бед многонациональный советский народ и — публичное выделение зарубежной помощи исключительно евреям. То, что не укладывалось в голове Сталина, и вообще — нормального в нравственном отношении человека, совершенно комфортно укладывалось в голове Б. Зингер и Л. Беленькой и, наверняка, ещё многих евреев.

В этом квартирном конфликте и обострившихся антисемитских отношениях в советском обществе следует обратить внимание на изменение менталитета многих советских граждан — фронтовиков: они многократно смотрели в глаза смерти, и в ходе войны многие избавились от того жуткого страха перед властью, перед комиссарами из НКВД, их внутренняя свобода, чувство собственного достоинства (ведь — Победители!) сильно возросли. Поэтому нередко после войны происходили немыслимые до войны «эксцессы», например: «В Киеве в начале сентября 1945 еврей, майор НКВД, был жестоко избит двумя военными и застрелил их, после чего произошло массовое избиение евреев, пятеро было убито», — зафиксировала внимательная Краткая Еврейская Энциклопедия.

Татьяна Грачева в своём исследовании заметила, что после войны и Победы: «Советский человек стал идентифицировать себя не с марксистским пролетарием и не с мировым интернационалом, а с великой советской империей, со сверхдержавой, сильным государством» («Невидимая Хазария», Рязань, 2008 г.).

Но еврейских погромов в СССР в послевоенный период не было, в отличие, например, от Польши, где в 1946 году в результате послевоенных разборок произошел погром евреев в городе Кельце, а в 1956 году в Познани вспыхнуло масштабное антисоветское восстание с сильным антисемитским акцентом, в результате которого в Польшу для разбирательства приезжал сам глава СССР Н. Хрущев.

Израильский писатель Исраэль Шамир отметил: «В Восточной Европе пик еврейского могущества наблюдался сразу после второй мировой войны (особенно в Польше и Венгрии — Р.К.), когда после великой победы 1945 года евреи олицетворяли власть Кремля и формировали правительства, аппараты разведки и контрразведки. Они продержались на высотах власти до 1956 года».

И сегодня многие пожилые поляки вам расскажут интересную правду — массово бежавшие из Польши от гитлеровцев в СССР евреи после войны вернулись обратно, и многие из них были уже в форме сотрудников НКВД и с соответствующими замашками; и к 1956 году терпение от репрессий и издевательств у многих венгров и поляков лопнуло, и они, рискуя жизнью, решились на отчаянные восстания.

Не только советские учебники, но и в современной России в условиях гласности и демократии вузовские учебники «почему-то» молчат, что крупные антисоветские восстания 1956 года в Венгрии и Польше носили яркий антисемитский характер.

Евреи в этот период занимались в СССР своей национальной самоорганизацией: «В поисках выхода из тяжелейшего социально-экономического положения евреи Украины, Белоруссии, Молдавии и Прибалтики стали воссоздавать религиозные общины. Развитие этой формы самоорганизации и структуризации еврейства объяснялось как ростом религиозности населения, так и временной либерализацией государственной политики по отношению к религии и церкви», — отметили Б. Зингер и Л. Беленькая.

Сразу после войны отношение Сталина к евреям было весьма теплым, в СССР функционировал «по инерции» ЕАК — Еврейский антифашистский комитет, издавалась еврейская газета «Эйникайт» («Единение»), развивался не тронутый войной Биробиджан, а председатель ЕАК режиссер С. Михоэлс в 1946 году был удостоен Сталинской премии за создание еврейского национального спектакля «Фрейлехс».

Сталин считал, что в военном котле произошло сильное сплочение всех национальностей СССР в единый советский народ. И в новом испытании — в вынужденном противостоянии с США и Англией, Сталин надеялся на этот большой симпатичный плюс, мощный ресурс, только что возникший в недавней войне. Сталин, ещё до революции будучи у большевиков специалистом по национальным вопросам, очень трепетно относился к национальному вопросу в СССР, и в том смысле, чтобы различный национализм своим выпячиванием не мешал созданию единого монолитного советского общества, и в смысле безопасности — чтобы не приключилась в СССР «оранжевая революция» с использованием национализма, именно об этом он с тревогой говорил в 1939 году в знаменитой беседе с А. Коллонтай: «Сила СССР — в дружбе народов. Острие борьбы будет направлено прежде всего на разрыв этой дружбы».

При этом Сталин самонадеянно не перестраховывался — не убрал заложенную Бланком-Лениным в Конституции национальную бомбу (о суверенитете и свободе выхода из СССР), которая рванула на всю мощь в СССР в 1990-1991 годах и разнесла сталинскую империю на кусочки. (Эту бомбу к радости Запада сознательно, услужливо достали М. Горбачев с Яковлевым и стали с нею опасно провокационно «баловаться», а безбашенный ухарь Б. Ельцин, не долго думая, поджег её фитиль.)

Радость Сталина по поводу сплоченности советского народа была недолгой, ибо неугомонный, революционный еврейский народ вскоре после окончания войны стал подвергать этот важный ресурс опасным испытаниям: вначале пожелал выделиться в отдельную автономию, вернее, ещё в одну еврейскую автономию, кроме Биробиджана, — опять в Крымскую; евреи потребовали у Сталина отдать им Крым.

Повторная история с еврейским Крымом началась ещё в ходе войны. Перед захватом немецкими войсками Крыма Сталин организовал крупномасштабную операцию по спасению из Крыма и вывозу в глубь СССР евреев, оставшихся там ещё от старого неудавшегося ленинско-бронштейнского проекта создания в Крыму Израиля, Новой Хазарии. А многие брошенные на произвол немцев крымские татары и турки-месхетинцы повели себя приспособленчески, впрочем, стоит вспомнить, что у крымских татар давняя история тёплых взаимоотношений с Германией. А после тяжёлых боёв по освобождению Крыма от гитлеровцев и последующей депортации оттуда татар, благодатный солнечный Крым фактически оказался пуст, и на него с интересом опять глянули евреи. «После освобождения Крыма Красной армией в 1943 г. "…в Москве в кругах еврейской элиты заговорили о необходимости возрождения крымского проекта 20-х годов", — отмечает А. Солженицын, цитируя Г.В. Костырченко («Тайная политика Сталина»). — Советское правительство не пресекало таких устремлений в надежде, что "американские евреи будут щедрее жертвовать доллары для нужд Красной армии"». Сталину возвращаться к этому провальному проекту 1919 года, «наступать ещё раз на старые болезненные грабли» и тратить зря большие ресурсы, не хотелось. Следует признать, что в разгар такой тяжелой войны это была неуместная, несвоевременная инициатива еврейской элиты, логичнее было эту инициативу развивать после окончания войны. Но лидеры еврейской общины решили, что они поймали самый удобный исторический момент для повторного решения этого вопроса — во время очередных настоятельных требований Сталина к США и Англии открыть со своей стороны второй фронт против Гитлера, и влиятельные американские и английские евреи увязали этот вопрос с Крымом.

Фактически это был шантаж Сталина евреями, который ему точно не нравился и сильно его раздражал. К тому же он видел, что еврейские лидеры в СССР «впали в эйфорию, — отмечает в своем исследовании страстный юдофил Г.В. Костырченко. — Им стало казаться (особенно после поездки на Запад), что при всей известной напористости с их стороны вполне возможно, подобно элите американского еврейства, оказывать влияние на правительственные круги, участвуя в формировании государственного политического курса в интересах советских евреев». Напористо нажимать на Сталина. Сталин не сразу отреагировал. Зато грубый прямодушный Хрущёв, возглавивший Украину с конца 1943 года, ляпнул антисемитски прямолинейно: «Евреи в прошлом совершили немало грехов против украинского народа. Народ ненавидит их за это. На нашей Украине нам не нужны евреи. Лучше бы они поехали в Биробиджан. Здесь Украина. И мы не заинтересованы в том, чтобы украинский народ толковал возвращение советской власти как возвращение евреев».

1943 год выдался очень тяжелым для Сталина: на грани человеческих возможностей Сталинградская битва, Курская дуга, в плену немцы расстреляли сына после отказа Сталина обменять его на маршала Паульса и 23 немецких генералов. В этом году Сталин тяжело болел, необходимость максимальной мобилизации всех возможных ресурсов для осуществления окончательного перелома в войне, подготовка к важной Тегеранской конференции; и в этом году он вынужден был перестраховаться на будущее на случай изменения ситуации на фронтах к худшему — и депортировал в дальние области СССР калмыков, карачаевцев, чеченцев, ингушей, балкарцев, крымских татар, турков-месхетинцев. Сейчас, в XXI веке, часто вспоминают эту депортацию и клянут Сталина, и при этом «почему-то» «забывают» вспомнить основания, причины, по которым эта депортация началась. Якобы это было тираническое самодурство Сталина. Нечем ему было больше заняться в 1943 году.

Пришлось Сталину прибегнуть в этом решающем году к использованию русских национальных чувств — к русскому национализму. Если Бланк-Ленин до 1917 года распалял политтехнологическими лозунгами о «праве наций на самоопределение» национализм самых крупных народов Российской империи, кроме русского, с целью развала Российской империи, то Сталин наоборот — вспомнил о нем и стал возрождать его с целью максимального поднятия боевого духа, для защиты Отечества. Поэтому он пошел на ранее немыслимые решения: ввёл в Красной армии царские погоны, заказал национальный гимн вместо интернационала, и решил наладить позитивные отношения с церковью — неожиданно встретился с патриаршим местоблюстителем митрополитом Сергием и еще двумя митрополитами, щедро дал им под «офис» в Москве трёхэтажное здание бывшего германского посольства, три автомашины и самолет для скорейшей организации Поместного Собора. В течение многих лет затюканные коммунистической властью, последние оставшиеся в живых и теперь — недоуменные и радостные от внезапно случившегося «чуда», церковные иерархи впопыхах вспомнили фундаментальную мудро-гибкую политтехнологическую заповедь Савла-Павла и в ответ благодарно назвали Сталина «Богоданным вождём».

Ко всему перечисленному в богатом на события 1943 году в семье Сталина случилась неприятная история, которая к удивлению многих не вызвала у Сталина явных антисемитских чувств и действий — старый советский ловелас режиссер А. Каплер в тяжелейший год войны — 1942 завел любовный роман с молоденькой 16-летней дочерью Сталина, и в 1943 году этот роман был в разгаре. Бывший советский еврейский историк, живущий теперь в Англии, Жорес Медведев в газете АИФ (№51, 2003 г.) по этому вопросу объяснял: «У дочери Светланы первый поклонник был известный кинорежиссёр Алексей Каплер. Как человек Каплер Сталину, несомненно, нравился. Он был одним из создателей фильмов «Ленин в Октябре», «Ленин в 1918 году», где Сталин был изображён вторым после Ленина деятелем партии. Но как отец Сталин категорически не хотел, чтобы у его дочери были близкие отношения с этим человеком.

Сорокалетний Каплер был женат, у него было много любовниц, и, прежде чем отправлять его "в места не столь отдалённые", его через работников госбезопасности не раз предупреждали, чтобы он перестал кружить голову 16-летней девушке. Каплер дружеских советов не послушал, за что и был отправлен в ссылку в Воркуту на 5 лет. Затем Светлана вышла замуж за Григория Морозова, тоже еврея».

Рис. А. Каплер.

Можно задать риторический вопрос более-менее ответственному взрослому читателю в возрасте около 40 лет — вы бы стали заводить роман с 16-летней дочерью президента страны, тем более — с дочерью Сталина. Это был дерзкий вызов, игра с судьбой, попытка «утереть нос» самому Сталину или таким образом выдвинуться — стать зятем самого Сталина.

По тому, как вёл себя Каплер с 16-летней дочерью «грозного» Генсека видно, как евреи в те годы «боялись» «людоеда» Сталина и даже как «уважали» его и его просьбы не трогать его малолетнюю дочь. Чтобы отвадить похабника от дочери, пришлось «пришить» Каплеру шпионаж с осуждением на 5 лет лишения свободы, по тем временам и нравам это меньше чем за антисоветский анекдот. При Хрущеве и Брежневе в почете и славе до 1972 года Каплер вел «Кинопанораму» на ТВ. В 1943 году одновременно со Сталинградской битвой и делами на других фронтах Сталин вынужден был заниматься и такими проблемами.

Сталин хотел получить в помощь в войне еврейские деньги, и для экономии жизней советских солдат и офицеров, в том числе и экономии существенных материальных ресурсов, хотел открытия союзниками второго фронта, поэтому обнадежил евреев по поводу Крыма. В результате чего делегация советских евреев во главе с их лидерами Михоэлсом и Фефером успешно объехала еврейские общины в США, собрала много денег; и США всё-таки открыли Второй фронт, но уже не столько с целью помочь Сталину, а после явного перелома в войне — чтобы безудержно наступающая Красная армия меньше захватила территории Европы, чтобы Сталин не распространил свой социализм на всю континентальную Европу.

В феврале 1944 года настырные еврейские лидеры из ЕАК подготовили конкретное письменное предложение по созданию в Крыму Еврейской республики. При этом подчеркивался немаловажный момент: в случае положительного разрешения Сталиным этого вопроса большую финансовую поддержку в построении Израиля в Крыму окажут США и опять многие влиятельные еврейские организации из разных стран, и речь шла об огромных по тем временам суммах денег.

«Внеся весомый вклад в общую победу над нацистской Германией, и пережив величайшую трагедию, советские евреи могли рассчитывать и рассчитывали, что власть учтет их заслуги перед страной и пойдет навстречу их чаяниям», — объясняют в своей книге Б. Зингер и Л. Беленькая обоснования требования отдать Крым евреям. Любопытная трактовка со смещением акцентов: то есть — это не СССР, не советский народ во главе со Сталиным победил Гитлера и связанную с ним коалицию европейских стран и спас евреев от полного уничтожения в Европе, а это евреи помогли СССР и Сталину победить Гитлера, за что Сталин должен их отблагодарить.

Сталин с ответом тянул. При этом просьба евреев сопровождалась необыкновенно льстивой пиар-кампанией в отношении к Сталину. «Одним из первых изъявлений подобного рода (верноподданнических чувств) стало выступление раввина Шломо (Соломона) Шлифера на митинге Еврейского Антифашистского комитета в Колонном зале Дома Союзов в Москве 2 апреля 1944 года и введение в практику чтения в синагогах молитв и провозглашения здравиц за "Вождя народов, Гения человечества" И. Сталина», — отмечают своей книге Б. Зингер и Л. Беленькая.

Обращаю внимание — вот кто очередной раз создавал пресловутый культ Сталина. А как создавали евреи в СССР культ Сталина с 1932 года я подробно описывал в книге 8 этой серии. Об этом почему-то «забыли» В. Познер, Н. Сванидзе, Л. Млечин и многие подобные ярые десталинизаторы, включая Д. Медведева. Я им рекомендую выучить елейный подобострастный стих еврейского поэта М. Исаковского, посвященный Сталину:

Спасибо Вам, что в годы испытаний

Вы помогли нам устоять в борьбе.

Мы так Вам верили, товарищ Сталин,

Как, может быть, не верили себе. (и т.п.).

После мая 1945 года ситуация была совсем другая: Сталин был победителем, триумфатором, спасителем евреев от Гитлера, и более того — гарантом безопасности от «ответа» русского народа за злодеяния еврейских комиссаров с 1917 года. И евреи это прекрасно понимали, — американская газета «Еврейский Голос» в январе 1942 года писала: «Еврейский народ никогда не забудет, что Советский Союз был первой страной — и до сих пор единственной в мире — в которой антисемитизм является преступлением» (из исследования Д. Дюка).

На этот раз, в 1945 году, Сталин мягко отклонил идею повторно строить в Крыму Израиль. «Сталин не дал согласия на крымский проект, — отметил А. Солженицын, — он не мог нравиться ему при стратегическом значении Крыма. Советские вожди, ожидавшие войны именно с Америкой, вероятно, полагали, что в случае такой войны сплошное еврейское население в Крыму могло бы отнестись к Соединённым Штатам с симпатией».

Но, чтобы смягчить впечатление от своего отказа, Сталин обнадежил евреев, что окажет им большую помощь в создании Израиля в Палестине и дал им большую свободу в национальном проявлении в СССР: «В ответ на проявленную группой раввинов во главе с С. Шлифером лояльность власти летом 1946 года приняли решение удовлетворить их ходатайство об открытии йешивы, издании молитвенника и иудейского религиозного календаря, а также учреждении единой конгрегации. Главный раввинат СССР и Совет при нем, уровняв его в правах с Русской православной церковью», — отмечают Б. Зингер и Л. Беленькая.

В июле 1946 года Сталин также удовлетворил требование бюро Объединения московских еврейских писателей об учреждении художественных альманахов на идиш, и через месяц был открыт альманах «Дер штерн». Стоит напомнить, как мы наблюдали ранее — религиозная и национальная жизни евреев в СССР бурно развивалась в подполье, а теперь с разрешения Сталина происходила легализация.

«Характерно, что из 65 общин (еврейских), состоявших на учете на 1 января 1946 года, только 5 функционировало легально», — отмечают Б. Зингер и Л. Беленькая. В докладной записке на имя В. Молотова от 10 июня 1947 года председатель СДРК (Совет по делам религии и культов) И. Полянский докладывал: «По сути дела происходит чаще всего не открытие новых молитвенных зданий, а узаконение и оформление наиболее активных остатков ранее существовавших религиозных организаций. Они теперь лишь легализуются и организуют свою деятельность, фактически никогда не прекращавшуюся» (из исследования Б. Зингер и Л. Беленькой).

На волне этой сталинской «оттепели», благодаря ей происходили и другие подпольные процессы в СССР, о которых откровенно пишут Б. Зингер и Л. Беленькая: «В конце 1945-го и в 1946-м году в различных городах независимо друг от друга стали возникать отдельные группы и организации национально настроенной молодежи. Среди них наиболее известны "Эйникайт" (Жмеринка), "Еврейский союз молодежи" (Львов), группы Виталия Овчинского—Романа Брахмана (Москва), Леонида Тарасюка (Ленинград), Фимы Спиваковского (Харьков), организации еврейских офицеров Советской армии, кружок сионистских писателей (Гершон Хановиц, Ицхак Каганов и т.д.). Именно из их рядов впоследствии вышли лидеры сионистского движения 60-70-х годов». То есть, это будущие советские диссиденты.

Любопытно отметить, что в это же время Сталин, наладивший в тяжелый период войны ради поднятия русского боевого духа, патриотизма хорошие отношения с Русской православной церковью, теперь в 1946 году за ненадобностью уже (по принципу: «мавр сделал своё дело — теперь мавр может уйти») начал опять репрессии. Можно привести и замечание наблюдательного английского историка А. Герта из его книги «Россия в войне 1941-1945 годов», который отметил, что Сталин до перелома в Сталинградской битве в своих речах делал упор в основном на русский патриотизм, а затем, когда исход войны стал ясен — стал говорить сугубо о советском патриотизме.

«В 1946 г. духовенство было обложено огромным налогом. В 1947 г. было создано "Всесоюзное общество по распространению политических и научных знаний" с целью усиления атеистического воспитания. В 1948 году в СССР запретили проведение крестных ходов и начали закрытие храмов и монастырей. С 1 января 1947 г. и по 1 июня 1948 г. было арестовано 679 священников; начались и аресты архиереев. То есть Церковь была нужна Сталину лишь как тактический союзник в годы войны. Теоретически у Сталина был шанс превратиться "из Савла в Павла", но он не был к этому готов духовно как богоотступник», — совершенно верно отметил в своём исследовании Михаил Назаров («Вождю Третьего Рима»).

В этом же 1946 году Сталин устроил жестокую расправу над выданными западными союзниками русскими белогвардейскими казаками, даже теми, которые не были связаны с атаманом Красновым. Кроме этого, 30 августа 1946 года в подвалах Лубянки был расстрелян совершенно мирный человек, философ и историк, большой патриот России, русский националист-фашист (в первоначальном негитлеровском понимании), обманным путем приглашенный в Москву — Константин Родзаевский; он был убит запросто — как инакомыслящий, идеологический враг.

Остаются до конца не выясненными причины расправы в этот период над многочисленными генералами и маршалами Советской Армии, сыгравшими большую роль в Победе: в 1946 г. были арестованы: командующий ВВС маршал авиации Новиков, маршал Г. Кулик, генерал Крюков, затем в 1947 году были возбуждены уголовные дела против знаменитого адмирала Н. Кузнецова и адмиралов Л. Галлера, В. Алафузова, Г. Степанова; были арестованы маршал Кулик и генерал Гордов. За что? — За неосторожные националистические, патриотические разговоры?

Эта ситуация дошла до того, что под наблюдением Сталина 1 июня 1946 года на заседании Высшего военного совета состоялся разбор «дела маршала Жукова». Авторитетнейшего маршала обвиняли в подготовке военного переворота в СССР. Предположительно главой заговора был объявлен Г. Жуков, а ему якобы помогали другие герои войны — Конев, Малиновский и др. Причем не было никакого конкретного компромата против Жукова.

Что это за «маневры» у Сталина? После войны, оберегая свою власть, яко зеницу ока, — он хотел поставить их «на место»? По принципу: они сделали своё дело во время войны, а в мирное время их слава может только вредить, — «мавр сделал во время войны своё дело, и в мирное должен уйти в тень».

Удивительно — всё пресмыкающееся перед Сталиным Политбюро было настроено против Жукова, якобы он в самом деле готовил заговор, но все маршалы мужественно вступились за него, включая К. Рокоссовского, с которым у Жукова, из-за Сталина, после очень затратного по жертвам взятия Берлина были не лучшие отношения. В этой щекотливой ситуации Сталин вынужден был липовое «дело Жукова» осторожно заглушить (до 1948 года), однако перестраховался — выслал Жукова из Москвы.

Сталин считал опасным два национализма, грозящих целостности советского общества, — русский и еврейский. В этот период он беспощадно расправлялся с русским и поощрял еврейский; диалектик.

Вернемся к евреям и Крыму. Да, в геополитическом плане Крым был стратегически важным местом. Но евреи, как свидетельствовал ещё в 1919 году знаменитый Генри Форд, были доминантной силой в финансовой, экономической и политической сферах США, которые обладали уже десятком атомных бомб. Поэтому Сталин, мягко отклонив второй Крымский проект, сделал мировому еврейству потрясающее предложение, от которого оно не могло отказаться. Сталин, как заправский шахматный гросс-мастер, решил затеять очень замысловатую политическую комбинацию, игру. Дело в том, что в этот период стали хуже отношения мирового еврейства с руководством США, а с руководством Англии испортились основательно. Этот замысел, эту историю мы рассмотрим в следующей главе.