1. Песни Болгар-помаков о Боге Коляде

1. Песни Болгар-помаков о Боге Коляде

Культ Коляды в средние века был очень распространён [35]. Ещё в XIX–XX веках его остатки существовали на Балканах, в России и в других местах. В частности, всем известны КОЛЯДКИ на Рождество Христово. Уже одно это обстоятельство указывает на прямую связь Коляды с Христом. «В половине XVII века (1649 г.) среди русского населения Сибири существовали языческие обычаи: в навечерии Рождества Христова, Васильева дня и Богоявления Господня (то есть Крещения — Авт.) кликали Коледу, Таусень, и плуту (плугу?)» [35], т. 1, с. 130. Итак, наряду с Колядой русскими сибиряками в XVII веке призывался, оказывается, некий Таусень. Это слово напоминает греческое слово Теос = Бог. Другими словами, русские люди, христиане, призывали Коляду и Бога.

Историки упорно пытаются убедить нас, будто бы поклонение Коляде — «древнейший языческий» культ, существовавший якобы задолго до Христа [35], [125]. Это не так. Как мы сейчас покажем, под именем КОЛЯДА в народных верованиях действительно выступал Христос. Важно, что предания и песни о Коляде сохранили многие существенные моменты истории Христа, отсутствующие в Новом Завете.

Воспользуемся обрядовыми песнями болгар-помаков, собранными и записанными в XIX веке сербским учёным Стефаном Ильичем Верковичем, см. рис. 6.1. Он опубликовал несколько книг болгарских народных песен на болгарском языке [28], [29]. См. рис. 6.2. Часть из них была издана А.И. Асовым в 2003 году [125]. А.И. Асов даёт приблизительный перевод на русский язык. Надо сказать, что язык песен болгар-помаков достаточно сложен, а перевод А.И. Асова неточен. Поэтому мы будем пользоваться существенно более точным переводом этих песен, сделанным Н.Д. Гостевым.

Рис. 6.1. Портрет С.И. Верковича. Взято из [125], с. 3.

Рис. 6.2. Титульный лист второго тома книги Верковича «Веда Славян», изданной в Санкт-Петербурге в 1881 году. Взято из [125], с. 5.

Среди песен, записанных Верковичем, около полутора десятков относится к Колядову Дню и Коляде. Они весьма интересны. Из них можно извлечь следующие сведения о Коляде.

Всевышний Бог («Бог Вишну») разгневался на людей за их грехи.

Он захотел погубить их громом и молнией. Бог Коляда возразил и предложил спуститься на землю, родиться от Золотой Матери и научить людей вести себя правильно. Всевышний Бог обращается к Золотой Матери и спрашивает её согласия родить Бога Коляду.

«Коляда же Бог не согласился,

Но ему молвит и говорит:

„Боже Вишну! А Я, Боже, не согласен,

Чтоб ты погубил молодых юнаков,

Молодых юнаков, малых девушек.

Можно ли, Боже, нельзя ли,

Чтобы спустилась Золотая Матерь,

Чтобы спустилась на белую гору,

Чтобы меня родила, малое дитя“»

[29], Песня 12, строки 31–40.

Золотая Матерь соглашается и спускается на землю, на гору, садится у ручья, где и беременеет Колядой Богом. Через девять месяцев она спускается с горы на поле, чтобы родить Коляду Бога. Но в город (в столицу, в Стамбул) она войти не может, так как там сидит царь «Чёрный Харапин», то есть Чёрный Арап. Впрочем, цвет волос у него РУСЫЙ [29], Песня 12, строка 400. Чёрный Арап хочет убить Коляду, «посечь» Его. Дабы уберечь Бога Коляду от Чёрного царя, ангел ведёт Золотую Матерь в пещеру. Там она рожает Коляду.

«И родила малое дитя,

Малое дитя, молодого Бога,

Молодого Бога Коляду.

Чудное дитя нишенлие (неясное слово — Авт.):

На лице у него ясное солнце,

В руке у него золотая книга»

[29], Песня 12, строки 142–147 (перевод Н.Д. Гостева). См. также [125], с. 98.

Затем следует рассказ о Вифлеемской звезде и трёх Волхвах. На небе восходит ясная звезда, какая раньше никогда не всходила. По ней, почитав звёздную книгу, три царя, они же три больших боярина («трима царе баш биляре») догадались о рождении Бога Коляды. Они сели на коней и отправились искать Царя. С помощью «звёздной Юды самовилы» Волхвы находят пещеру, где Золотая Матерь сидит с новорождённым Колядой. Они открывают сундуки и дарят Младенцу подарки.

«Молодого Бога даром одарили,

Ибо Он — молодой Бог на небе,

На земле — молодой царь»

[29], Песня 12, строки 296–298 (перевод Н.Д. Гостева).

Потом Волхвы садятся на коней и отправляются «в арабский город», во дворец, к Чёрному царю-Арапу («Чёрному Харапину»). Волхвы рассказывают царю-Арапу о рождении молодого Царя. Тот разгневался и приказал убить маленьких детей. В одной песне говорится, что их было десять тысяч. В других песнях называются другие цифры. Но убить Коляду не удаётся. Пещеру закрыло облако и Чёрный Харапин её не увидел.

Перед нами, очевидно, евангельский рассказ. Единственное отличие в том, что вместо Христа здесь выступает Коляда. Совершенно очевидно, что Колядой здесь назван Христос. Поразительно, с каким упорством комментаторы относят эти песни к «языческим, дохристианским» временам, закрывая глаза на абсолютно ясное соответствие с Евангелиями.

Дальше следует довольно подробный рассказ про царя Ирода («Чёрного Харапина»). Дело кончается тем, что Чёрный царь заболел и умер (или был застрелен).

Узнав о смерти Ирода, Золотая Матерь возвращается в пещеру и говорит Коляде, чтобы он шёл в столицу.

«Услыхала Золотая Матерь,

Возвратилась в пещеру,

Богу молвит и говорит:

„Айда, Божий милый Сын! Ныне [Ты] уже возрос,

А иди в Харапский город, и возьми золотую книгу

……………………………………….

Походишь, Сын, по земле

Нимало, ни много — три года,

……………………………………….

И вскочишь на небо и сядешь во дворце,

Во дворец при Матери“

……………………………………….

Молодой Бог вышел,

Вышел из пещеры,

И вошёл в Харапский город,

В Харапский город, во дворец»

[29], Песня 12, строки 516–573.

История кончается Вознесением Коляды. «Вскочил Бог на небо, на небо к ручью. И сел во дворце, во дворец при Матери. Вишну Бог его похвалил» [29], Песня 12, строки 600–604. Ни Страсти Христа, ни распятие в песнях болгар-помаков о Коляде не описываются.

Совершенно очевидно, что в песнях о Коляде речь идёт о Христе.

Даже как-то странно это доказывать. Хотя комментаторы всячески стараются внушить нам, будто песни — языческие и не христианские. Идея историков понятна. Христианство песен болгар-помаков достаточно необычно. В песнях есть много такого, что в современном христианстве уже забыто и отсутствует. Потому и хочется комментаторам подальше отодвинуть эти песни от христианства в какую-нибудь смутную языческую область. Ведь «язычеством» при желании можно назвать всё необычное.

Отметим некоторые бросающиеся в глаза соответствия между песнями о Коляде и историей Андроника-Христа по Никите Хониату.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.