Война судного дня (октябрьская война)

Война судного дня (октябрьская война)

На протяжении 1973 года Садат вел переговоры с Сирией о совместном нападении на оккупированные территории Синая и Голанские высоты. Целью наступления было не полное уничтожение Израиля, а ситуация, при которой сверхдержавы и мир в целом вынуждены будут пересмотреть свою ближневосточную политику и искать выход из конфликта. Еще одна война — рискованная стратегий, но арабы не сомневались, что усвоили горькие уроки прошлого; никто не ожидал, что им хватит мужества и ресурсов, чтобы начать вторжение после разгрома, который Израиль устроил в прежней войне.

Организовав целую серию провокаций в течение нескольких месяцев (Израиль дважды объявлял мобилизацию), арабы неожиданно напали на израильские позиции 6 октября 1973 года, в праздничный для иудеев день Йом Киппур (праздник Судного дня). Первые успехи были ошеломляющими. Египетские войска и танки пересекли канал и обрушились на линию Бар-Лева, израильские части отступали в беспорядке; сирийцы достигли такого же успеха на Голанских высотах.

Вероятно, пораженные столь быстрой победой, арабы замешкались, дав израильтянам время перегруппировать силы и нанести контрудары при поддержке с воздуха и с помощью предоставленных США новейших видов вооружения (именно США добивались от арабов отказа от поставок аналогичного оружия из СССР). Генерал Ариель Шарон нашел слабое место в обороне арабов, 18 октября прорвался сквозь линию фронта под прикрытием яростного огня, отрезал 3-ю египетскую армию на Синае, навел мост через Суэцкий канал и подошел к Каиру на расстояние часа езды на автомобиле. Еще одно поражение арабов казалось совершенно реальным, но остальной арабский мир — точнее, страны-члены ОПЕК (Организации стран-экспортеров нефти) — применил «нефтяное оружие». Коллективное заявление о бойкоте всех государств, поддерживающих Израиль, вынудило стороны пойти на переговоры о прекращении огня. Эмбарго США и Нидерландов, а также резкое сокращение поставок привели к тому, что Израилю пришлось уйти со всех оккупированных территорий и признать право палестинцев на самоопределение. Наступление зимы и острая нехватка нефтепродуктов вызвали рост цен на нефть в четыре раза к концу 1974 года. ЕЭС и Япония выработали совместную декларацию по ближневосточной проблеме, в которой впервые выражалась поддержка арабам. К 25 октября боевые действия прекратились, это произошло после нескольких нервных дней, когда казалось, что США и СССР перейдут к прямой конфронтации. Энергичная «челночная дипломатия» Генри Киссинджера, сновавшего между Иерусалимом и Каиром в январе 1974 года, привела к заключению соглашения об отводе армий и начале следующего этапа мирных переговоров.

Садат объявил войну победоносным триумфом, вопреки тому, что Египет едва избежал очередного сокрушительного поражения, и несмотря на колоссальные потери (погибли около 5500 египтян, что вдвое превышало число погибших израильских солдат). Впрочем, слова Садата не были голой риторикой: достижения арабов в первые дни сражений развеяли миф о непобедимости Израиля; «мертвую полосу» в арабо-израильском вопросе удалось пройти; ОПЕК потребовала оказать Египту финансовую и военную помощь; дипломатические отношения с Вашингтоном вскоре были восстановлены. Более того, в глазах арабских лидеров и египетской общественности Садат из политического легковеса превратился в «героя сражения» на Синае и настоящего президента. Ситуация позволила ему дистанцироваться от Насера и следовать собственным экономическим и политическим курсом.