Вместо эпилога

Вместо эпилога

В нашем повествовании названо немало имен. Расскажем о судьбах некоторых людей, о событиях, происшедших за десятилетие между 1806 и 1816 годами.

Н. Резанов, посетив Русскую Америку и Калифорнию, вернулся в Охотск и помчался в Петербург. Где-то на Алдане, ночуя на снегу, он жестоко простудился и заболел. Умирал он очень тяжело. Схоронили его в Красноярске.

И. Крузенштерн, прибыв на родину, принялся писать книгу о походе славных кораблей.

Ю. Лисянский тоже здравствовал. В 1812 году он выпустил описание плавания «Невы».

Жив был в то время и легендарный правитель Русской Америки Александр Андреевич Баранов. Он успел подружиться с королем Тамеамеа, и тот прислал русскому другу мантию, в которой ходили только гавайские короли.

Ф. Толстой по приезде в Россию угодил за все свои грехи прямо в Нейшлотскую крепость, куда его отвез фельдъегерь, встретив у петербургской заставы. Через год Толстого вернули в полк. Но он снова подрался с кем-то на дуэли и опять был посажен, но уже в Выборгскую крепость. Во время Отечественной войны в битве на Бородинском поле Толстой показал чудеса храбрости.

«Дикий француз» Кабри устроился на должность учителя плавания в Кронштадтской морской школе. Почтенный наместник короля Сандвичевых островов Юнг продолжал свою деятельность

Молодой канак с Гавайских островов Василий Моллер в 1810 году блестяще закончил штурманское училище в Кронштадте и сделал особые успехи как кораблестроитель на петербургской верфи

Печальной и глубоко назидательной была судьба Барбера. Видя, что Баранова взять не просто, Барбер прикинулся лисой. Он привел в Кадьяк корабль «Мирт» и предложил Баранову купить это судно. Ничего не подозревавший правитель Русской Америки заключил сделку с Барбером, и тот отправился на Камчатку для того, чтобы получить часть платежа за «Мирт» в Петербурге. Но на Камчатке каким-то образом выяснилось, что корабль Барбер просто где-то украл. Не из страха позора или потери чести, а из-за боязни, что его «коммерция» раз навсегда лопнет, пират покончил с собой. Так оборвалась темная, грешная, исполненная разбоями жизнь.

Но где был тогда наш герой — простой, уже преклонный годами приказчик из Тобольска? В 1816 году, спустя тридцать лет после того, как он вез шелеховскую пушнину и ост-индские товары в Тобольск и Москву, Шемелин подготовил к печати свой «Журнал первого путешествия россиян вокруг земного шара». В предисловии он писал:

«…Доверша теперь повествование мое о славном путешествии сем, поставляю себе обязанностью посвятить оное Российско-Американской Компании».

В том же году шемелинский журнал был отпечатан двумя томами. В этих книгах Шемелин просто, бесхитростно, хорошим русским языком рассказывал о походе «Невы» и «Надежды». Записки тобольского самоучки имели немалый успех. Позднее Шемелин был забыт, как забывали раньше многих русских замечательных людей. Его имя лишь мелькало кое-где в архивах. Часть бумаг Шемелина попала в личное еоб- рание документов Резанова. Как. мне удалось установить, в этом собрании хранилась рукописная копия шемелинского журнала, письма Шемелина из Бразилии, его донесения из Петропавловска-на-Камчатке.

1816 год — последняя и наиболее важная дата жизни Шемелина. Архивы последующих лет упорно молчат о человеке, нога которого ступала и на древнюю землю Тобольска, и на желтый песок Кяхты, и на коралловую твердь Полинезии… Старые историки не беспокоили себя изысканиями о жизни Шемелина. Кому интересна была судьба тобольского приказчика и надсмотрщика над поварами корабля «Надежда»? Потомки не знают, где его мотала, не знают, как и где окончил свою долгую жизнь летописец первого русского кругосветного плавания…