Иммигранты

Иммигранты

Итак, древний Рим был настоящим мегаполисом-магнитом. Перенаселенность, как мы видим, была чисто эндемической, местной проблемой, и римляне как могли все-таки пытались с ней бороться. «Свободные работники» шли только к тем, у кого был постоянный адрес (т.е. свое жилье или мастерская), но обман (подчас с обеих сторон) был явлением таким же частым, как и сейчас. Цицерон жаловался, что люди, работавшие на его вилле в 12 милях от города, сбежали оттуда в город в поисках бесплатного зерна. Безработных отправляли в малонаселенные италийские провинции заниматься тяжелым, но, по понятиям римлян, честным и благородным сельским трудом. Гай Юлий Цезарь, например, считал, что для незанятых лучшая работа в порту Коринфа, где можно было прилично заработать. Нынешние наши тори и лейбористы одновременно считают, что наиглавнейшие современные проблемы — сокрытие налогов и трудоустройство незанятых — необходимо срочно решать, и делают многое, помимо решения других политических вопросов.

Римляне не препятствовали притоку иностранцев, особенно зажиточных. Когда сенаторы в эпоху императора Клавдия подняли крик о том, что галлы рвутся даже в Сенат, император ответил им, что приезд чужеземцев только усилит Рим. Вновь прибывшие уже доказали свою ценность тем, что «впитывают нашу культуру и обычаи и создают семьи с гражданами Рима». Именно так — женятся и ассимилируются.

Древние афиняне также не видели в иммиграции ничего плохого; они только требовали, чтобы у каждого приезжего был местный спонсор. Интересная деталь. Прославленный оратор Лисий (известный «логограф», зарабатывавший тем, что писал речи для других) высказывал ту же мысль; его отец Цефал, сиракузец по рождению, разбогател в Афинах на изготовлении оружия, а Платон начал свой знаменитый диалог «Республика», проживая в его доме. В Элладу приезжали на заработки так же охотно, как и в Рим.

А теперь Лондон. Несмотря ни на какие трудности — от транспортных проблем до высокой преступности, — город по-прежнему остается привлекательным для приезжих. Именно поэтому в нем ожидается прирост населения до 8,15 млн. жителей к 2016 г. В случае же с древним Римом, каким бы привлекательным этот город ни был для пришлой элиты, уровень притягательности для всех остальных не идет ни в какое сравнение с современным Лондоном. Все-таки великая империя не была государством благоденствия в современном понимании.

Так мы подошли к великой (неправильно переведенной) фразе Ювенала «panem at circenses» -«хлеба и зрелищ». Этот феномен мы осветим в следующей главе и покажем, в чем его отличие от грядущих современных событий в области зрелищ, например приближающихся Олимпийских игр в Лондоне.