6. ИБЕРИЙСКИЙ МИР И РЕКОНКИСТА

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

6. ИБЕРИЙСКИЙ МИР И РЕКОНКИСТА

Испанское общество VIII-XIII вв. было «организовано для войны»[105]. Борьба с мусульманами, война одновременно завоевательная и религиозная, сформировала социальные структуры.

После событий 711г. волна мусульман за несколько лет не только достигла Пиренеев, но и, хлынув через них, наводнила Септиманию. Однако вестготы сумели сохранить свою независимость в Астурии и Кантабрийских горах. Около 718 г. астурийская аристократия избрала королем Пелайо. В правление Альфонса I (739-757 гг.) войска мусульман вынуждены были оставить Порто, Брагу, Леон, Симанку, Осму, Саламанку, Авилу и Сеговию. Вся Галисия была отвоевана. Но из-за нехватки людей невозможно было длительное время удерживать незаселенные земли к югу от Кантабрийских гор, где постоянно шли сражения между христианами и мусульманами. В восточном направлении к югу от Пиренеев, несмотря на неудачу под Сарагосой и поражение при Ронсевале (778 г.), Карл Великий смог организовать марку, столицей которой стала Барселона, захваченная в 801 г. Границей этой марки после взятия Таррагоны в 808 г. стала р. Эбро.

После периода внутренних разделов, который длился до середины XI в., Реконкиста возобновилась в правление Альфонса II (866-911 гг.). Основывались города-крепости (Бургос). В Астурийском королевстве столицей выбрали находившийся далеко от центра Леон (начало X в). Появились новые политические образования: сформировавшаяся вокруг Бургоса Кастилия стала независимым графством к 950 г., Наварра со столицей Памплоной в 925 г. превратилась в королевство. В начале XI в. мусульманская Испания разделилась на множество эмиратов («reyes de taifas»), блиставших в культурном отношении, но неспособных противостоять единым фронтом натиску христиан. В то же время Иберийский полуостров стал открытым для христианского мира. Многочисленные паломники посещали могилу апостола Иакова в Компостеле. Тогда же появились первые франкские рыцари, желавшие схватиться врукопашную с неверными, атмосфера уже предвещала крестовый поход, об этом свидетельствуют и первые героические песни.

Инициатива перешла к графству Кастилии, которое в 1035 г. стало королевством и затем объединилось с Леоном. Изменился темп Реконкисты, она стала более быстрой и систематичной. В 1085 г. христиане достигли Тахо и захватили Толедо. Вырисовываются индивидуальные черты Португалии, ставшей графством в 1071 и королевством в 1143 г. Арагон, ставший королевством в 1035 г., столетие спустя объединился с Каталонией. В середине XII в. добрая половина полуострова к северу от линии Лиссабон-Толедо-Тортоса оказались под властью христиан. Эта освобожденная Испания была разделена на четыре королевства: Португалию, Кастилию и Леон, Наварру, Арагон.

Борьба с мусульманами поглощала отнюдь не весь военный пыл христиан. Между ними неоднократно разгорались внутренние конфликты, разногласия, распри. Между маврами и христианами никогда не заключалось общее и длительное перемирие на всей границе – только отдельные, всегда непрочные примирения и соглашения. Реконкиста представляла собой не необратимый, неотразимый и непрерывный натиск, а движение «туда-обратно», состоявшее из наступлений и отступлений, отличавшихся и дерзкими рейдами, и драматическими поражениями для той и другой стороны.

Отступление мусульман происходило в течение долгого времени, но это вовсе не свидетельствует о том, что военная система Кордовского халифата не имела достоинств и сплоченности. Вблизи христианского мира создавались военные территории (thughur), отличавшиеся от внутренних областных округов. В X в. Сарагосская марка была обращена к Пиренеям для наблюдения и блокирования Арагона и Наварры; другая марка, на западе, центром которой был Мединасели, сдерживала Леон и Кастилию.

Мусульманская армия состояла из довольно немногочисленных постоянных отрядов (главным из них была дворцовая охрана эмира или халифа, расквартированная в Кордове и пополняемая за счет рабов иноземного происхождения), воинов, обязанных служить за земельные пожалования, наемников, набираемых на время за пределами Испании, малопригодного в военном отношении андалусского ополчения; наконец, из добровольцев, которые стремились во имя священной войны, по крайней мере в течение своей жизни, выполнить канонический долг джихада (djihad). Несмотря на добычу, содержание войска требовало значительных денежных сумм: в частности, жалованье выплачивалось отрядам, регулярно вносившимся в списки «дивана» (diwan).

За исключением периодов перемирия, мусульмане ежегодно отправлялись в военные походы. Приготовления начинались в июне. Месяцем позже армия, в которой всадники явно превалировали над пехотинцами, собиралась в просторном лагере к северу от Кордовы, где присутствовал и халиф. Знамена командующих раздавались в большой мечети, куда их возвращали на обратном пути. Целью похода были грабеж, захват крепостей и пленников: крестьян, женщин для гаремов, юношей для удовлетворения гомосексуальных склонностей мавританских вождей. Часть добычи поступала государству, а дележ остального производился в зависимости от военного и социального положения воинов[106].

Что могли противопоставить северные христианские королевства, грубые и примитивные, этим объединенным силам, обладавшим поддержкой хорошо организованного государства, не испытывавшим недостатка ни в людях, ни в денежных ресурсах? Заметен разрыв между институтами эпохи вестготов и королевства Астурии в VIII в. Источники больше не упоминают о герцогах, графах, войсковых командирах (prepositi exercitus) и о воинах, которых ранее называли thiufadi и gardingi. Система снабжения деньгами и натурой исчезла. Отныне не говорят о государственных походах (publice expeditiones), но о fonsado, или fossato, это термин народного происхождения, причем есть три варианта его этимологии. Оно может происходить: а) от fossa – ров, тактический прием, который эффективно применялся в войне против мусульман в 816 и 825 гг.; б) от глагола fossare – пронзать (врага); в) от слова fosa, т. е. линия или граница. По крайней мере, ясно, что fossato обозначает крупную наступательную кампанию под командованием короля или могущественного магната. Fossatoria, fonsadera представляет собой компенсацию, выплачиваемую теми, кто не участвует в кампании, хотя юридически они обязаны это делать.

Королю надлежало созывать армию, и он как военный предводитель играл, естественно, основную роль. Опасность была настолько близка, что всем свободным людям приходилось служить в армии. Перед походом король, у которого могла быть собственная военная дружина, собирал в своем дворце магнатов. Каждый граф в сопровождении майордома (majordomi или majorini) приводил свой отряд и командовал им. В течение долгого времени важное значение имела пехота, т. е. множество крестьян, мелких свободных собственников или владельцев землей по долгосрочному договору, живших общинами, которые должны были участвовать прежде всего в оборонительных сражениях: защите городов, замков, деревень. Затем, когда опасность исчезала, основными формами боевых действий становились разрушительные рейды, стремительные вылазки. Это приводит к быстрому развитию кавалерии. Однако вооружение всадника стоит дорого: в X в. цена лошади колеблется от 4 до 10 быков, от 40 до 100 овец, от 40 до 100 мюидов зерна, стоимость кольчуги достигает 60 овец[107]. Король мог требовать такого снаряжения или такой службы только от тех, кому был пожалован фьеф (prestamo, prestimonium), или от тех, кто получал плату на содержание. Поэтому появилась тенденция к упразднению всеобщей воинской повинности. Пехота утратила свое преимущество в пользу кавалерии, которую выставляли города, а также магнаты и состоятельные люди (nobiliores, proceres, locupletes, richi homines), получившие от короля владения (honores) в полную собственность и окруженные своими верными людьми (fideles), телохранителями (satellites), вассалами (vassali) и людьми (homines). Многие всадники были легко вооружены и мобильны: в отличие от рыцарей остальной Европы, прочно сидевших в глубоком седле, они ездили верхом на маленьких лошадках (jinete), используя короткие стремена, довольно низкие седла и удила специальной формы. Эти всадники (исп. хинетес) прибегали к тактике «нападение-отступление» (torna – fuye), которая напоминает тактику мусульман (кагк-wa-farr).

К 1050 г. в Кастилии и Леоне использовались следующие воинские части:

а) инфансоны, или рыцари идальго (caballeros hidalgos), которые участвовали в крупных походах за счет своих фьефов или за плату;

б) рыцари вилланы (caballeros villanos), особенно многочисленные в долине Дуэро, – своего рода народная кавалерия, роль которой возрастает после 1080 г. Они были родом как из городов, так из сельских местностей (их можно сравнить с незнатными гражданами итальянских коммун, обязанными конной службой в силу своего экономического положения);

в) отряды городских пехотинцев (pedones), служивших в соответствии с их статутами (fueros).

В целом воинские повинности варьировались в зависимости от типа военных действий. Кажется, что guerra по преимуществу обозначала междоусобную борьбу магнатов, в отличие от bellum – войны с мусульманами. Hueste представляла собой большое наступление под командованием короля или его наместника, fonsado – ограниченные кампании, развязанные прежде всего городами, apellido – массовый сбор в случае нашествия. Наконец, практиковались набеги на вражескую территорию (cavalgada, algara, corredura, azaria). В одной хронике XII в. этот тип войны описывается следующим образом: «Каждый день из замков выезжают большие отряды рыцарей, которые на нашем языке называются альгарадами, и, рассыпаясь направо и налево, грабят окрестности Севильи, Кордовы и Кармоны, предавая всю эту землю огню»[108].