ВВЕДЕНИЕ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ВВЕДЕНИЕ

Ранним утром 22 июня 1941 года свыше трех миллионов солдат войск Оси внезапно и без объявления войны устремились через границу Советского Союза, начав осуществление печально знаменитой операции «Барбаросса». Имея в первых рядах четыре мощные танковые группы, надежно прикрытые с воздуха и кажущиеся непобедимыми, войска вермахта за удивительно короткий срок — менее шести месяцев — продвинулись от западных границ Советского Союза до самых окраин Ленинграда, Москвы и Ростова.

Столкнувшись лицом к лицу с этим внезапным и безжалостным вторжением немцев, Красной Армии и Советскому государству пришлось отчаянно сражаться за само свое существование. Война, охватившая территорию площадью примерно в 600 000 квадратных миль, продолжалась почти четыре года — прежде чем Красная Армия в конце апреля 1945 года победоносно водрузила советский флаг над развалинами гитлеровской рейхсканцелярии в Берлине.

Война, называемая в Советском Союзе «Великой Отечественной», стала беспрецедентно жестокой. Это был настоящий «культуркампф» — смертельная борьба между двумя культурами, погубившая целых 35 миллионов русских солдат и мирных граждан, почти 4 миллиона немецких солдат[1] и неизвестное количество штатских немцев, причинившая невообразимый ущерб населению и экономической инфраструктуре большей части Центральной и Восточной Европы.

Когда 9 мая 1945 года этот конфликт закончился, Советский Союз и его Красная Армия оккупировали изрядную часть Центральной и Восточной Европы. Через три года после победы на Европу опустился железный занавес, на 40 с лишним лет разделив континент на противостоящие лагеря. Но что еще важнее — опаляющее воздействие этой войны на русскую душу длилось не одно поколение, определив послевоенное развитие Советского Союза и внеся свой вклад в его кончину в 1991 году.

По иронии судьбы, несмотря на громадный масштаб и глобальное воздействие Великой Отечественной войны Советского Союза, она до сих пор остается в значительной мере неизвестной и непонятной — как для жителей стран Запада, так и для русских. И что еще хуже, эти неизвестность и неверное понимание, затемняя вклад Красной Армии и Советского государства в конечную победу союзников, серьезно извратили историю Второй Мировой войны в целом.

Те на Западе, кто вообще хоть что-то знал о советско-германской войне, рассматривали ее как таинственную и жестокую четырехлетнюю борьбу между злейшими политическими врагами в Европе — и одновременно самыми могущественными ее армиями. Противники вели боевые действия на территории величина, сложность и климатические условия которой придавали конфликту вид серий никак не связанных между собой акций. Война представлялась чередой отдельных наступлений и отступлений, которые перемежались месяцами позиционных боев либо периодически разыгрывавшимися сражениями грандиозных масштабов — такими как битва за Москву, Сталинградская битва, Курская битва, Белорусская битва, битва за Берлин.

Скудость информации о советско-германской войне, доходящей до англоязычного читателя, подкрепила естественную склонность американцев (и западноевропейцев) рассматривать ее как всего лишь фон для более драматических и значительных сражений на западном театре военных действий — таких как битва при Эль-Аламейне, высадки в Салерно, Анцио и в Нормандии, сражения за Арденны.

Вполне понятно, что на Западе преобладал искаженный и дилетантский взгляд на эту войну — ведь почти все истории этого конфликта основывались на немецких источниках. А они, как и следовало ожидать, описывали его как борьбу с безликим и бесформенным противником, главными свойствами которого являлись огромность его армии и безграничный запас щедро расходуемых человеческих ресурсов. На столь бледном фоне выделялись лишь самые сенсационных событий.

Это общее неверное восприятие разделяли даже те, кто был осведомлен несколько лучше. Специалисты знали о Московской, Сталинградской и Курской битвах, о контрударе фон Манштейна в Донбассе и у Харькова, о боях в Черкасском котле и у Каменец-Подольска, о крахе группы армий «Центр» и об остановке советских войск у ворот Варшавы. Но сами термины, используемые для описания этих боев, а также настойчивое обозначение их как «войны на Восточном фронте», указывают, что даже осведомленность знатоков базировалась в первую очередь на немецких источниках. Это отсутствие достаточных знаний о советско-германской войне и полного ее понимания мешает адекватно представить важность и значение данной войны в контексте всей Второй мировой в целом.

Кто же виноват в продвижении этого несбалансированного взгляда на данную войну? Некая доля вины определенно лежит на западных историках, хотя у большинства из них не оставалось никакого иного выбора, кроме как полагаться на немецкие работы — единственные доступные достоверные источники. Помог созданию этого несбалансированного виляли па войну с обеих сторон и этноцентризм, заставляющий людей воспринимать лишь то, что касается лично их. Однако еще более важную роль тут сыграла неспособность советских — а также и российских историков снабдить западных (и российских) читателей и исследователей достоверными сведениями о войне. В данном случае идеология, политические мотивации и стойкие-предубеждения, порожденные «холодной войной», сошлись воедино, препятствуя работе и искажая восприятие многих советских и российских историков.

Хотя советские и российские историки написали много подробных, качественных и удивительно точных исследований о войне и сражениях и операциях времен войны, правительственные цензоры слишком часто вынуждали их либо обходить стороной, либо игнорировать факты и события, считавшиеся позорными для государства, его армии или же самых знаменитых генералов. Наиболее доступные для западных читателей общие работы по этой войне одновременно являлись наиболее политизированными и наименее точными, а самые научные из имеющихся работ до недавнего времени были засекречены официальными государственными органами по политическим и идеологическим причинам. Даже сейчас, по прошествии более десяти лет после падения Советского Союза, политическое давление и ограниченный доступ к архивам не позволяют российским историкам исследовать или обнародовать многие события, подвергнутые в прошлом цензуре.

Эти печальные реалии подорвали достоверность советских и российских исторических трудов, позволив преобладать в науке трактовкам и интерпретациям, основанным на немецких материалах — а заодно снизили доверие к тем немногим западным исследователям, которые включали в свои работы советские исторические материалы. Именно поэтому даже сегодня западных читателей так привлекают всяческие сенсационные, небеспристрастные и крайне неточные сведения о различных аспектах этой войны, и поэтому по-прежнему бушуют споры о ее цели, ходе и значении.

Трилогия о Красной Армии на войне, частью которой является данная работа, написана с целью способствовать установлению верного взгляда на историю. Первый ее том, «Колосс поверженный. Красная Армия в 1941 году» (1998), рассматривал Красную Армию на пороге мировой войны. Несмотря на свои колоссальные размеры и амбиции, она, как показал последующий ход боевых действий, оказалась колоссом на глиняных ногах. И все же, несмотря на беспрецедентные катастрофические поражения, понесенные в 1941 и 1942 годах, Красная Армия восстала как феникс из пепла и сумела нанести хваленому вермахту беспрецедентные поражения под Сталинградом в ноябре 1942 года и под Курском в июле 1943-го. После Курской битвы, Красная Армия начала победоносный марш, который привел ее к победе над нацистской Германией, закончившись в Берлине в апреле-мае 1945 года.

«Советское военное чудо» — второй том данной трилогии. Он подробно исследует жизненно важные аспекты «забытой войны» и анализирует Красную Армию военного времени с организационной точки зрения. Его первая часть, «Красная Армия в войне», дает оперативный обзор общего хода войны и освещает ее «забытые сражения» — то есть примерно 40 процентов всех операций этой войны, которые советские и российские историки по разным причинам умаляли, игнорировали или скрывали ради сохранения репутаций и национальной гордости. Здесь также делаются новые выводы и подводятся итоги многих крупных споров, связанных с первыми 30 месяцами войны.

Во второй части, названной «Войска», подробно изучается Красная Армия как эволюционирующее учреждение, руководимое и движимое людьми из плоти и крови. Используя богатство недавно открытых советских (российских) архивных материалов, автор анализирует все стороны Красной Армии, включая такие показатели как численность и структурная организация. Здесь же описывается эволюция боевых приемов Красной Армии, а также ее крайне сложная командная и административная, структура, системы и методы обучения и подготовки войск.

Приподымая завесу над «забытыми сражениями» Красной Армии, настоящая работа также исследует и никогда ранее не изучавшиеся элементы советских вооруженных сил. И их число входят как «теневая армия» Советского Союза, ее срочные войска НКВД, так и крайне важные, но доселе совершенно неизвестные широкой публике инженерные, железнодорожные, автотранспортные и строительные войска.

Автору остается лишь выразить благодарность нынешнему российскому правительству за обнародование и издание постоянного и все возрастающего потока относящихся к войне архивных материалов.