Государство, родившееся из Гражданской войны

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Государство, родившееся из Гражданской войны

Мировоззрение и традиции русского народа не могли измениться от того, что в стране пришла к власти партия большевиков. Русский народный характер, традиции и представления о жизни русских проявлялись и в эпоху СССР: в самых разных областях жизни общества и государства. Но это — этнография, а не история.

Многие общественные учреждения фактически продолжали свою историю после Гражданской войны: почта, телеграф, библиотеки и высшие учебные заведения. Но это история отдельных элементов системы.

А вот вся политическая система в целом, СОВЕТСКОЕ ГОСУДАРСТВО, изначально не имеет ничего общего с государством Российской империи. Это государство родилось в ходе Гражданской войны.

Границы Советской России определялись как места, до которых смогла дойти Красная Армия. Во время советско— польской войны коммунистические газеты пестрят лозунгами: «На Варшаву!», «На Берлин!». Если бы не поражение от поляков, Западный фронт мог катиться дальше на запад, вплоть до Берлина. Там бы и провели границу СССР.

К осени 1919 года войска Туркестанского фронта под командованием Фрунзе проделали путь от оренбургских степей до Памира. К весне 1920 года Фрунзе завоевал весь Туркестан. К осени 1920–го присоединил к Советской России Бухарский эмират и Хивинское ханство.

На границе с Афганистаном и Персией фронт остановился… Не потому, что так хотели большевики. Еще в августе 1919 года Л.Б. Троцкий подал в ЦК секретную записку. Он предлагал создать кавалерийский кулак численностью в 30–40 тысяч сабель и бросить его через Афганистан на Индию. Реализовать эту идею помешало наступление войск Деникина. Теперь, в 1920 году, большевики остановились, не в силах двигаться дальше.

Наступая на юге Азербайджана, в мае 1920 года большевики непринужденно входят на территорию Персии. 5 июня 1920 года Красная Армия и отряды местных «зеленых» партизан — дженгелийцев создали новое государство. Это была Гилянская республика с Кучек—Ханом во главе Временного правительства и революционного военного комитета. Гилянская республика просуществовала до осени 1921 года, когда ее уничтожили персидские и русские казаки Реза—Шаха Пехлеви.

Если бы в 1920–1921 годах коммунисты могли двигаться дальше на запад, восток или на юг, присоединить к Совдепии Персию, страны Европы или Турцию, они сделали бы это сразу и с удовольствием. Но сил для этого у них не было. Не по своей воле они должны были останавливаться. А остановившись, они вынуждены были устраивать какую—то жизнь внутри пространства, которое завоевали.

Формально на развалинах Российской империи под за шитой Красной Армии возникло несколько независимых государств. Государства с самого начала хотели объединиться. В декабре 1922 года Первый съезд Советов СССР утвердил Декларацию и Договор об образовании СССР. Договор подписали четыре республики: Советская Россия, Советская Украина, Советская Белоруссия и Закавказская Советская Федеративная Социалистическая Республика (ЗСФСР), в состав которой входили Грузия, Армения и Азербайджан (причем у каждой из этих стран сохранялся свой политический строй и у власти стояли другие партии).

Государство должно иметь основной закон — Конституцию. Каждая из республик уже имела свою конституцию. Первый Съезд Советов СССР принял решение о разработке общесоюзной конституции. Конституция СССР была принята Вторым съездом Советов в январе 1924 года.

«Декларация об образовании СССР» не просто утверждала образование нового государства — Советского Союза. Она задавала ему цель — превратиться в Земшарную республику Советов. Приведу полностью эту декларацию: «Со времени образования советских республик государства мира раскололись на два лагеря: лагерь капитализма и лагерь социализма. Там, в лагере капитализма, национальная вражда и неравенство, колониальное рабство и шовинизм, национальное угнетение и погромы, империалистические зверства и войны. Здесь, в лагере социализма, взаимное доверие и мир, национальная свобода и равенство, мирное сожительство и братское сотрудничество народов.

Попытки капиталистического мира на протяжении десятков лет разрешить вопрос о национальности путем совмещения свободного развития народов с системой эксплуатации человека человеком оказались бесплодными. Наоборот, клубок национальных противоречий все более запутывается, угрожая самому существованию капитализма. Буржуазия оказалась бессильной наладить сотрудничество народов.

Только в лагере Советов, только в условиях диктатуры пролетариата, сплотившей вокруг себя большинство населения, оказалось возможным уничтожить в корне национальный гнет, создать обстановку взаимного доверия и заложить основы братского сотрудничества народов.

Только благодаря этим обстоятельствам удалось советским республикам отбить нападение империалистов всего мира, внутренних и внешних; только благодаря этим обстоятельствам удалось им успешно ликвидировать Гражданскую войну, обеспечить свое существование и приступить к мирному хозяйственному строительству.

Но годы войны не прошли бесследно. Разоренные поля, остановившиеся заводы, разрушенные производительные силы и истощенные хозяйственные ресурсы, оставшиеся в наследство от войны, делают недостаточными отдельные усилия отдельных республик по хозяйственному строительству. Восстановление народного хозяйства оказалось невозможным при раздельном существовании республик.

С другой стороны, неустойчивость международного положения и опасность новых нападений делают неизбежным создание единого фронта советских республик перед лицом капиталистического окружения.

Наконец, само строение советской власти, интернациональной по своей классовой природе, толкает трудящиеся массы советских республик на путь объединения в одну социалистическую семью.

Все эти обстоятельства повелительно требуют объединения советских республик в одно союзное государство, способное обеспечить и внешнюю безопасность, и внутренние хозяйственные преуспеяния, и свободу национального развития народов.

Воля народов советских республик, собравшихся недавно на съезды своих Советов и единодушно принявших решение об образовании Союза Советских Социалистических Республик, служит надежной порукой в том, что Союз этот является добровольным объединением равноправных народов, что за каждой республикой обеспечено право свободного выхода из Союза, что доступ в Союз открыт всем социалистическим советским республикам, как существующим, так и могущим возникнуть в будущем, что новое союзное государство явится достойным увенчанием заложенных еще в октябре 1917 года основ мирного сожительства и братского сотрудничества народов, что оно послужит верным оплотом против мирового капитализма и новым решительным шагом по пути объединения трудящихся всех стран в Мировую Социалистическую Советскую Республику» [1].

По сравнению с Конституцией 1924 года Конституция 1936 года менее агрессивна. Но и после ее принятия ждали Мировую революцию.

В газете «Комсомольская правда» в 1926 году напечатано стихотворение Михаила Светлова «Гренада».

Мы ехали шагом,

Мы мчались в боях

И «Яблочко» — песню

Держали в зубах.

Ах, песенку эту

Доныне хранит

Трава молодая —

Степной малахит.

Но песню иную

О дальней земле

Возил мой приятель

С собою в седле.

Он пел, озирая

Родные края:

«Гренада, Гренада,

Гренада моя!»

Он песенку эту

Твердил наизусть…

Откуда у хлопца

Испанская грусть?

Ответь, Александровск,

И Харьков, ответь:

Давно ль по—испански

Вы начали петь?

Скажи мне, Украина,

Не в этой ли ржи

Тараса Шевченко

Папаха лежит?

Откуда ж, приятель.

Песня твоя:

«Гренада, Гренада,

Гренада моя»?

Он медлит с ответом,

Мечтатель—хохол:

— Братишка! Гренаду

Я в книге нашел.

Красивое имя,

Высокая честь —

Гренадская волость

В Испании есть!

Я хату покинул,

Пошел воевать,

Чтоб землю в Гренаде

Крестьянам отдать.

Прощайте, родные!

Прощайте, семья!.

«Гренада, Гренада,

Гренада моя!»

Мы мчались, мечтая

Постичь поскорей

Грамматику боя —

Я зык батарей.

Восход поднимался

И падал опять,

И лошадь устала

Степями скакать.

Но «Яблочко» — песню

Играл эскадрон

Смычками страданий

На скрипках времен…

Где же, приятель,

Песня твоя:

«Гренада, Гренада,

Гренада моя»?

Пробитое тело

Наземь сползло,

Товарищ впервые

Оставил седло.

Я видел: над трупом

Склонилась луна,

И мёртвые губы

Шепнули: «Грена…»

Да. В дальнюю область,

В заоблачный плес

Ушел мой приятель

И песню унес.

С тех пор не слыхали

Родные края:

«Гренада, Гренада,

Гренада моя!»

Отряд не заметил

Потери бойца

И «Яблочко» — песню

Допел до конца.

Лишь по небу тихо

Сползла погодя

На бархат заката

Слезинка дождя…

Новые песни

Придумала жизнь…

Не надо, ребята,

О песне тужить,

Не надо, не надо,

Не надо, друзья…

Гренада, Гренада,

Гренада моя!

Стихи сделали имя Михаила Светлова знаменитым. Песня «Гренада» на десятки лет сделалась частью репертуара многих ансамблей.

Во время Гражданской войны в Испании (1936–1939) ехали, чтобы продолжать Гражданскую войну 1918–1922 годов. Песня «Гренада» пришлась, что называется, «в жилу»! И все события истории после 1920 года СССР виделись как продолжение событий Гражданской войны, только в международном масштабе [2].

Мировой войны коммунисты в СССР ждали чуть ли не как вожделенной Мировой революции. Те, кто начинали войну 1941 года, хорошо помнили попытки перевоспитывать первых военнопленных на основе пролетарского интернационализма. Как вот у Гранина: «А следующим был пленный унтер. Шофер. Мы взяли его в конце июля сорок первого года. Меня позвали, чтобы я помог переводить….

Он был шофер, то есть рабочий класс, пролетарий. Я не медленно сказал ему хорошо выученную по—немецки фразу — «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». Со всех сторон мне подсказывали про социализм, классовую солидарность, ребята по слогам втолковывали немцу — Маркс, Энгельс, Тельман, Клара Цеткин, Либкнехт, даже Бетховена называли. От этих имен мы смягчились и были готовы к прощению, к братанию. Мы недавно видели сцены братания в звуковом фильме «Снайпер». Согласно фильму и учебникам обществоведения, и нынешний немец, наверное, должен бы покраснеть, опустить свои светлые ресницы и сказать с чувством примерно следующее:

— Буржуазия, то есть гитлеровская клика, направила меня на моих братьев по классу. Надо повернуть штык, то есть автомат, против собственных эксплуататоров, — что—то в этом роде.

Нас этому учили. Мы верили, что пролетариат Германии не станет воевать со Страной Советов. Мы честно пытались пробудить классовое сознание этого первого нашего немца» [3].

Жизнь вносила свои коррективы, но готовились — к Мировой революции. Ждали — Мировой гражданской войны.

Остается поражаться или слепоте, или чудовищному лицемерию тех, кто отрицает, что СССР готовился к войне. Конечно, готовился. И не только в конце 1930–х годов. СССР ВСЕГДА готовился к войне. СССР ВСЕГДА вёл войны, всю свою историю. Он и был создан как временный военный лагерь на пути к Земшарной республике Советов.

Вот Виктор Суворов судорожно доказывает исходную агрессивность СССР в конце 1930–х годов… И это вызывает улыбку у историка: ну что ломится в открытую дверь?! СССР и создавался как плацдарм для завоевания мирового господства. Суворов приводит только отдельные, поздние примеры, не более.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.