16. Повторное упоминание в Ветхом Завете об угрозе Давида царю Саулу — это повтор римского рассказа об угрозе Тита Манлия трибуну Помпонию

16. Повторное упоминание в Ветхом Завете об угрозе Давида царю Саулу — это повтор римского рассказа об угрозе Тита Манлия трибуну Помпонию

В Библию по каким-то соображениям был вставлен ещё один, повторный, рассказ о той же самой угрозе вооруженного Давида ничего не подозревавшему царю Саулу. И здесь Давид, во второй раз тайно оказавшись рядом с Саулом, мог безнаказанно убить его, однако не сделал этого. И опять царь Саул раскаялся в своих неправедных происках против Давида и обещал больше не преследовать его самого, его родственников и соратников. Оба ветхозаветных рассказа слегка разнятся по «оформлению», однако суть явно одна и та же.

Ветхий Завет говорит: «И взял Саул три тысячи отборных мужей из всего Израиля (снова, кстати, названы три тысячи воинов, как и в первом библейском рассказе — Авт.) и пошел искать Давида и людей его по горам… И пришел к загону овечьему… там была пещера, и зашел туда Саул для нужды; Давид же и люди его сидели в глубине пещеры. И говорили Давиду люди его: вот день, о котором говорил тебе Господь: „вот, Я предам врага твоего в руки твои, и сделаешь с ним, что тебе угодно“. Давид встал и тихонько отрезал край от верхней одежды Саула. Но после сего больно стало сердцу Давида… да не попустит мне Господь сделать это господину моему, помазаннику Господню, чтобы наложить руку мою на него… И удержал Давид людей своих сими словами и не дал им восстать на Саула. А Саул встал и вышел из пещеры… Встал и Давид, и вышел из пещеры, и закричал вслед Саула… Саул оглянулся назад» (1 Царств 24:3–9).

Затем начинается беседа Давида с Саулом. Она практически дословно повторяет уже знакомый нам сюжет, разобранный в предыдущем разделе. Давид укоряет Саула за то, что тот его несправедливо преследует. Говорит, что мог убить Саула, но не сделал этого. Повторяет, что уважает Саула как помазанника Божия и т. д. В ответ пристыженный Саул вновь раскаивается и вновь плачет. «И сказал Давиду: ты правее меня, ибо ты воздал мне добром, а я воздавал тебе злом… И пошел Саул в дом свой, Давид же и люди его взошли в место укрепленное» (1 Царств 24:18, 24:23).

Мы видим то же соответствие с римской историей, что и в предыдущем ветхозаветном рассказе о Сауле и Давиде.

1) В римской версии злой народный трибун Помпоний несправедливо преследует отца и, вероятно, все семейство Тита Манлия, включая его самого. Согласно Ветхому Завету, злой царь Саул неправедно преследует Давида и его родственников.

2) В римской версии Тит Манлий тайно приходит к своему врагу Помпонию и беседует с ним. Согласно Библии, Давид неожиданно оказывается в той самой пещере, куда зашел Саул. То есть их «встреча» тоже была как бы тайной.

3) В римской версии дело происходит ночью. Ветхий Завет в данном случае не уточняет, в какое время суток Давид неожиданно встретился с Саулом. Однако сказано, что Давид и его люди были В ГЛУБИНЕ ПЕЩЕРЕ, куда зашел и Саул. Поскольку Саул не разглядел людей, то, скорее всего, в пещере БЫЛО ТЕМНО. Вероятно, эта «темнота пещеры» и соответствует НОЧНОЙ обстановке встречи Тита Манлия с трибуном Помпонием.

4) В римской версии Тит Манлий угрожает трибуну мечом, однако не убивает и отпускает Помпония. То же самое мы видим и в Ветхом Завете. Давид своим мечом отрезает край одежды Саула, но не убивает его. Итак, Саул был на краю гибели и лишь сдержанность Давида спасла его.

5) В римской версии злой трибун Помпоний отменяет свое обвинение. Согласно Библии, злой Саул тоже раскаивается в своих действиях и обещает Давиду оставить в покое его самого и его родственников.

Вероятно, библейские авторы или составители Ветхого Завета не увидели тождественность этих «двух встреч» Давида с Саулом и поместили их в Библию, в одну и ту же Первую книгу Царств, причем совсем недалеко друг от друга. Впрочем, такое близкое соседство двух похожих библейских описаний одного и того же события в данном случае, возможно, находит некоторое объяснение. Мы уже показали в книге «Новая хронология Руси», что в русских летописях Куликовская битва отразилась два раза, причем оба её дубликата были поставлены хронистами рядом друг с другом. Первое описание — известный развернутый рассказ о сражении Дмитрия Донского с ханом Мамаем. Второй, существенно более краткий и глухой: это история Куликовской битвы, но описанная как борьба Дмитрия Донского с Иваном Вельяминовым (Веньяминовым). Поскольку большинство основных книг Ветхого Завета, как мы показали в книге «Библейская Русь», писалось и окончательно редактировалось в Руси-Орде XIV–XVII веков, то путаница могла частично перекочевать из русских летописей и на страницы Ветхого Завета. Впрочем, поскольку Библия и русские летописи писались в одну и ту же эпоху, то такие «одновременные повторы» в них неудивительны.