Глава 8 КАТОЛИЧЕСКАЯ РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ

Глава 8

КАТОЛИЧЕСКАЯ РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ

Истории католических государств содержат в себе намного меньше катаклизмов и катастроф, меньше чреваты внутренней борьбой и смутой.

Е. Ламперт

РУСЬ, КАК ГЕРМАНИЯ

Католическую Русь XIV–XVII веков можно представить себе по аналогии с Германией: множество самостоятельных государств, при почти тождественном языке. Впрочем, только при «почти»! В армии Наполеона жители Гамбурга, призванные во французскую армию, разговаривали с баварцами… по-французски. Слишком разные у них языки.

Еще в XIX веке Пруссия, Вюртемберг, Баден, Ганновер Нассау, Бавария, Мекленбург-Шверин, Вальдек и Саксония были самостоятельными государствами… И странами, исторически сложившимися областями со своей культурой, языками (по крайней мере — диалектами), историей, политикой, государственным строем и атрибутикой.

Только во 2-й половине XIX века Отто фон Бисмарк «железом и кровью» объединил Германию. Называя вещи своими именами, Королевство Пруссия завоевало 22 других немецких государства… Почти все, какие есть на земле. Завоевать Австро-Венгерскую империю Пруссия не смогла, до крохотного Лихтенштейна руки не дошли, он до сих пор остался независимым.

Немцы прекрасно осознавали общность своего происхождения, но как-то вполне благополучно жили в разных государствах… Смертные случаи неизвестны.

Теоретически рассуждая, Галицкая Русь, Галиция, вполне могла бы дожить как самостоятельное королевство, до Нового времени — века до XVII и даже до XVIII. Как и Киевское королевство и Господин Великий Псков, и герцогство Полоцкое, и Тверское княжество. Жили бы себе и не тужили. До появления в XIX веке некоего русского Бисмарка, который «железом и кровью» сплотил бы всю громадную Русь.

Но это маловероятно, потому что аналогия между германским и славянским мирами не полная.

ОДНО ПРИНЦИПИАЛЬНОЕ ОТЛИЧИЕ

Между этими мирами есть и существенная разница — немцы не испытывали давления внешнего мира. Грубо говоря, никто не совершал набегов на территорию Германии, не уводил немецких женщин в рабство, не терроризировал перспективой нашествия.

И Москву, и Киев, и Полтаву, и даже Краков не раз брали штурмом татары из Крыма. Наивно видеть в них осколок улуса Джучи… Это отдельное и довольно зловещее явление: разбойничье государство, в котором мусульмане играют особую роль. Христиане — греки, готы, армяне, осетины — платили дань, работали на земле, были искусными ремесленниками.

А тюркоязычные мусульмане приняли название «татары» и играли в Крыму роль господствующего народа. Периферия мусульманского мира — они систематически поставляли в Турцию рабов. Меньшая часть славянских рабов шла в Персию. Этот срам начался в XIV веке, в XV веке стал системой и продолжался до начала XVIII столетия.

Историки называют разное число славянских рабов, за эти три века прошедших с веревкой на шее через узкий Перекопский перешеек, где с обеих сторон видно море. От 500 тысяч до 5 миллионов. Цифра колоссальная, если учесть — в Московии в XVII веке жило порядка 8 миллионов человек, во всей Речи Посполитой — 11–12 миллионов.

Именно в эти времена, в XV–XVI веках, складывается поговорка, что турок только с отцом и начальником говорит по-турецки. С муллой он говорит по-арабски, с матерью по-польски, а с бабушкой по-украински.

К этому стоит добавить, что людокрады не брали взрослых мужчин, особенно обученных войне. Не брали стариков и маленьких детей, которые наверняка не выдержали бы пути. И что из детей 10–12 лет, которых все же брали с собой, до невольничьих рынков добиралась хорошо если половина. От одного миллиона до десяти миллионов человек — вот цифра человеческих потерь Польши и Южной Руси от мусульманской работорговли.

В нашей реальности крымские татары регулярно занимались набегами на юг Московии, Украину и Польшу. Их отряды доходили до Тулы и Сум, а в Польше — до Сандомира и Кракова.

…Над центральной площадью Кракова, площадью Рынок, возвышается громада мориатского собора — собора Марии. Каждый час трубит трубач с высоты собора. Четыре раза, на четыре стороны света, летит хейнал — торжественная, красивая мелодия. В старину это был способ определять время для горожан. 21 мая 1539 года татары ворвались в Краков. На площади Рынок, на прилегающих к ней улицах лежал живой на мертвом и мертвый на живом, трубач тоже выполнял свой долг. Открывалось оконце на высоте 60 метров над мостовой, лился чистый, красивый хейнал.

Внизу кривоногие дикари с воем кидались на людей, рубили их саблями, стреляли в людей из луков. Если бы поляки не победили в этой резне, они бы уничтожили все население Кракова, увели бы в степи и продали в рабство уцелевших. А над этим ужасом, бессмыслицей, завалами трупов, рычанием и ревом диких татар, потоками крови на старинной каменной мостовой летели звуки трубы; трубач пел. Он успел послать хейнал на три стороны и пел в четвертую, когда стрела ударила его в горло.

В память об этом трубаче до сих пор каждую четвертую мелодию полагается прерывать. Это производит сильное впечатление.

Еще в Кракове есть обычай… Раз в году скачет по площади Рынок лаконик — такой мужик, переодетый татарином. Он размахивает во все стороны булавой, и кому прилетело — тому счастье. Это память о другом случае — когда поляки напали на лагерь татар, перебили их и возвратились в Краков, переодевшись в татарскую одежду.

Если брать Русь — на Украине татары регулярно доходили до Полтавы, отдельные отряды даже до Чернигова. Во время Украинской войны 9 июля 1678 года турецкая армия визиря султана Кара-Мустафы опять стояла под Чигирином и приступила к осадным работам. Союзники турок, крымские татары, прорвались даже в Белоруссию — некому было их остановить.

В 1570 году крымский хан Менгли-Гирей отомстил Московии за взятие Казани. Он захватил Москву. Москва сгорела дотла, а число убитых и уведенных с арканом на шее в несколько раз превышало число уцелевших. Убитых было столько, что их трудно было похоронить. Трупы просто спихивали в реку и отталкивали палками от берегов, чтобы плыли в Волгу, а там и в Каспийское море.

Хан мстил за поражение мусульман. Он осознавал себя и свое государство как часть мусульманского мира. Но это уже не было прямым продолжением войн с ханами Золотой Орлы — Мамаем и Тохтамышем. Это вышла на арену истории совсем другая и очень зловещая сила.

Даже без крупных жестоких войн набеги орд по 100, по 300 человек происходили постоянно. Трудно найти год в XVI и XVII веках, когда бы крымские татары не пересекали границу, не убивали бы и не уводили людей. Одна из податей в Московии XVII века — это «ордынская деньга» — подать на выкуп уведенных в рабство.

В Германии «ордынской деньги» собирать как-то не приходилось.

При желании мы могли бы ткнуть носом и нынешних крымских татар в преступления предков. Очень уж они хотят видеть только одну сторону вопроса — что Российская империя завоевала Крым, сделала своей территорией родину крымских татар. Все так — за XVIII век Российская империя провела с Турецкой империей восемь войн. С Прутского похода Петра в 1711 году и до войны 1787—1791-х. Но это были не только войны за выход к Черному морю и за богатую южную землю, которую русские тут же начали осваивать. Это были войны за спасение своих единоверцев — православных греков-христиан. И это были войны за безопасность своего народа, всего населения всей Южной Руси.

Долгое время Крым официально считался вассалом Турецкой империи. По Кючук-Кайнарджинскому миру 1774 года к Российской империи отошли земли между Днепром и Южным Бугом, большая часть Приазовья и Прикубанья, а Крымское ханство объявлялось «независимым».

Разумеется, долго это ханство не могло существовать «самостоятельно», и в 1783 году последний крымский хан отрекся от престола в пользу России. Хан попросту получил огромную взятку и действовал не бескорыстно. Конец хана страшен — знатные татары поймали его и влили в горло хана расплавленное золото. Казнь за продажу Крыма Российской империи.

Агрессия Российской империи — была. Колониальная политика — была. Но есть и другая сторона старого конфликта, и она еще более безобразна. Завоевав Крым, Россия положила конец похищению и угону своих подданных в рабство. И если когда-нибудь татарин кинет вам что-нибудь в духе «колонизатор», у вас есть все основания ответить ему — «работорговец». Между прочим, я совершенно не шучу.

Уже в XV веке славяне остро нуждались в сильном централизованном государстве. В этом наше отличие от немцев.

Если бы мусульмане брали штурмом Мюнхен, Вену и Франкфурт, если бы они уводили в рабство немецких крестьян из Саксонии, если бы в Гамбурге вводился бы специальный налог на выкуп захваченных мусульманами немецких рабов — уверен, задолго до XIX века Германия стала бы единым государством.

КОРОЛЕВСТВО КИЕВСКОЕ КАК СОБИРАТЕЛЬ ЗЕМЕЛЬ

Пожалеем соплеменную Польшу. Пусть не вся Русь в XV веке войдет в Речь Посполитую. В нашей католической виртуальности ей это и незачем делать. Пусть сложится Речь Посполитая из Польши, Галиции и Белой Руси, где основное государство — герцогство Полоцкое.

Такая Речь Посполитая намного эффективнее сможет противостоять мусульманской агрессии.

Но в этом случае властно встанет вопрос об объединении остальной Руси в какое-то другое государство. Назвать его королевством или империей — право же, уже не очень важно.

Российская империя родилась из завоеваний, сделанных Московией в XV–XVII веках. В 1721 году Петр I официально провозгласил это государство Российской империей. В знак того, что это государство европейское, что для него приоритетны отношения с протестантскими странами Северной Европы, он основал Петербург и официально перенес в него столицу. С того и начался императорский период нашей истории.

В католической виртуальности нам незачем было бы делать рывок — переворот Петра. Если даже Русь — периферия Европы, то чисто географически. Все, что умеет Европа, мы уже освоили, присвоили и умеем сами, ничуть не хуже. Как поляки и Скандинавы.

В ней нет места для раскола народа на два субэтноса: русских европейцев и русских туземцев. Нет нужды.

Но вот большое государство для решения «южного вопроса» — необходимо.

Русь XIV–XV веков в нашей виртуальности выглядит так: Западная Украина и Белоруссия объединяются с Польшей в Речь Посполитую. Между польской и русской частью Речи — в лучшем случае паритет.

В католической виртуальности не вырастает Московия, Северо-Восток Руси остается конгломератом незначительных, не играющих принципиальной роли княжеств. Значит, и завоевание Господина Великого Новгорода не происходит. Католические Новгород и Псков реализуют свою модель развития по скандинавскому образцу. Между Тверью и Новгородом проходит невидимая граница разных способов ведения хозяйства, образов жизни, поведения, политической ориентации.

Собирать русские земли и решать «южный вопрос» этим государствам нет нужды. Они-то как раз живут без большого давления извне, могут неопределенно долго оставаться независимыми самостоятельными государствами.

Герцогству Полоцкому тоже собирать русские земли совершенно незачем, да и войдет оно в Речь Посполитую.

«Собирание русских земель» возьмет на себя самое большое, самое богатое и самое сильное из государств Руси — королевство Киевское. Оно и станет в нашей виртуальности собирателем русских земель и основой для будущей Российской империи.

Но не сразу: до конца XV века не обозначится грозная опасность, исходящая от крымских татар. Ведь татары опасны именно как агентура турок, их агрессивный северный форпост. Судьба Крыма — прямая производная от судьбы Византийской империи.

ВАРИАНТЫ СУДЬБЫ ВИЗАНТИИ

В нашей реальности никейский император Иоанн III в 1222–1254 годах начал восстанавливать Византию, вытеснять «латинских» завоевателей из Малой Азии. В 1261 году никейский император Михаил Палеолог взял Константинополь. Началась поздняя, достаточно убогая фаза истории Византии. В самой стране купцы из Италии, особенно генуэзские и венецианские, захватывали позиции в торговле. Крестьянство разорялось, потому что уже нужны были деньги, но развитие товарно-денежных отношений сдерживалось законами Византии. По стране катились волны народных восстаний и ересей. В 1341–1355 годах от империи фактически отпали Адрианополь и Солунь — горожане хотели самоуправления по западному образцу, отказывались платить чиновникам царей-базилевсов. Горожан поддержало народное восстание зилотов. Только призвав на помощь турок, император Иоанн Кантакузин сумел подавить восстание.

Многие провинции отпадали от центральной власти, и их правители объявляли себя наследственными владыками — опять же по западному образцу.

Турки в 1352 году заняли Галлиполи, в 1362-м — Адрианополь и всю Фракию, а в 1369 году нанесли поражение войскам сербов и в 1393 году — болгар. Если Константинополь не взяли уже в конце XIV века, то только по одной причине — турки передрались между собой. 29 мая после двухмесячной осады султан Мухаммед II взял и разграбил Константинополь.

Только после этого турки обратили свои взоры на север… Где и обрели ценных союзников в лице крымских татар.

В КАТОЛИЧЕСКОЙ ВИРТУАЛЬНОСТИ

В католической виртуальности православная Византийская империя вполне могла бы и не восстановиться. Просто потому, что католики с помощью русских могли бы разнести ее в еще большей степени.

Не очевидно, что для турецкого нашествия это оказало бы только сдерживающий эффект. Ну, не стало византийцев — турки с еще большей легкостью идут сквозь Малую Азию, встречая слабые, немногочисленные разъезды латинских рыцарей… С русскими их было бы больше — но непонятно, насколько смог бы (и насколько захотел бы) западный мир противостоять туркам.

Обычно в истории действует классическая поговорка «гром не грянет, мужик не перекрестится». Европейцы не имели ничего против турок, пока в конце XV века хищная Турецкая империя не нависла над Австрией и Польшей…

В общем, принимать во внимание возможные изменения можно и нужно, но в принципе вполне можно исходить из того, что и в католической реальности турки захватили бы территорию Византии и взяли бы Константинополь.

И тогда принципиально история пошла бы так, как и в нашей реальности… С поправкой, конечно, на совершенно другую, католическую Русь.

ВАРИАНТЫ СТРОИТЕЛЬСТВА ГОСУДАРСТВА

Разумеется, и до этого могли бы прийти к власти энергичные киевские короли и начать завоевания всего, что плохо лежит. Например, соседних государств.

Еще в XIV и в начале XV века короли киевские столкнулись бы с проблемой заселения южных черноземов. До монголов степи заселяли половцы — в католической виртуальности их или крестили бы по католическому обряду, или начали бы с ними череду религиозных войн. После монголов половцев или вообще нет, или они разгромлены, полуистреблены, слабы. Тут два варианта:

1) половцы вообще не создают никакой половецкой державы. Редкое половецкое население южнорусских степей не представляет никакой самостоятельной силы;

2) возникает католическая половецкая держава.

В обоих случаях тут появляется опыт тюркоязычных католиков… Которые ведь тоже могут принимать участие в Крестовых походах и быть для других тюркских народов образцом турок-европейцев… Как поляки и чехи стали примером для славянской Европы.

И в любом случае Русь начнет колонизировать южнорусские степи.

Колонизация может идти стихийно, без государственной поддержки. Но только до конца XV века — до активизации мусульманского Крыма. С этого времени без усилий государства никак.

К концу XV века объединение русских княжеств сделалось бы не случайным стечением обстоятельств, не следствием энергичных действий одного или двух королей, а насущной необходимостью. Для достижения двух целей:

1) защиты от крымчаков;

2) для колонизации южнорусских степей.

ВЕРОЯТНАЯ ВИРТУАЛЬНОСТЬ

…К 1500 году Рязанское и Полтавское княжества войдут в состав Киевского королевства. Возникнет держава, простирающаяся от границ Киевщины с Галицией на западе и до городов Данилова и Ярославля-на-Волге. Княжества северо-востока, Владимирское, Перяславльское, Ростовское и Тверское, становятся его вассалами.

В 1520 году татары возьмут Данилов, вырежут в нем христиан, а в набегах дойдут до Тулы и Москвы. Королевство Киевское уже начало готовиться к войне, а тут при дворе киевского короля Владислава II появляется сразу два посольства: от народных собраний Тулы, Москвы и Твери — с просьбой взять их города под свою державную руку, уберечь от набегов неверных.

Одновременно появляется посольство Грузии — с просьбой помочь от нашествий турок и персов.

Первую просьбу король готов выполнить, сначала договариваясь с независимыми князьями по-хорошему, а если нет — двигая армию.

Со второй просьбой сложнее… Нужно осваивать выходы на юг, на Дон… Это трудное занятие. В нашей виртуальности юг осваивали беглые подданные московских князей — казаки. В католической виртуальности по Дону тянется цепочка крепостей. К 1560 году Азовская и Ростовская крепости достигают окрестностей Азовского моря. Ну, и уже можно брать под свою державную руку христиан Закавказья… Рождение империи, однако!

В нашей реальности Российской империи потребовалось порядка 100 лет европеизации, чтобы уверенно бить турок и выйти к Черному морю, одолеть крымских татар — с 1678 года, с участия московитской армии «нового строя» в войне с турками за Чигирин, и до 1783 года.

В католической виртуальности европеизации и модернизации Руси вообще не нужно. Никакой. Если считать, что справиться с татарами можно за сто лет, то получается — самое позднее уже в 1600 году Крым становится частью королевства Киевского. После чего король Алексей I коронуется императором и объявляет Киевщину Российской империей.

Возможна и другая, более поздняя дата.

Чигиринские походы Московии 1677–1678 годов — важный эпизод войн, которые вели с Оттоманской империей все державы Восточной и Центральной Европы: Речь Посполитая, Австрийская империя, княжества Германии. Христианский мир сплачивался против общего и грозного врага, и с 1686 года и Московия вошла в состав антитурецкой коалиции (Венеция, Австрийская империя, Речь Посполитая).

Под Чигирином турки заставили отступить армию московитского генерала Ромодановского, но идти дальше в глубь Московии сил у них не было.

В 1683 году турецкое нашествие затопило Центральную Европу — Венгрию, земли Австрийской империи Габсбургов. В 1683 году король Речи Посполитой, ведя войска своей страны, Австрийской империи, германских княжеств, под Веной разгромил турецкие армии. Этим он остановил последнее крупное мусульманское нашествие: грандиозное по масштабу, грозившее неисчислимыми бедствиями для всей Европы.

В католической виртуальности в такой битве народов непременно участвовала бы и Российская империя. Московия в конце XVII века не смогла решить для себя крымский вопрос.

Но вот самая поздняя дата, когда этот вопрос сможет решить для себя католическая Российская империя, выросшая из Киевского княжества. Ровно за сто лет до того, как последний крымский хан отрекается от престола в пользу России, русские войска входят в Крым.

РУССКИЙ ЮГ

И в этой католической виртуальности история Руси чревата южным направлением. В конце XVII века католическая Русь приобретает огромные и сказочно богатые земли, выход к теплым морям и к Балканам и Кавказу. То, что состоялось в истории государства Российского только в начале XIX века, может происходить уж в начале XVIII. И присоединение Грузии и Армении, и Кавказская война, и начало активной политики на Балканах, поддержка христиан, живущих в Турецкой империи.

В XIX веке православные опоздали на считаные годы, чтобы окрестить горцев — язычников. Католическая Русь послала бы достаточно священников уже в XVIII веке, опередив мусульман. Католическая Русь — это еще и перспектива католического Северного Кавказа.

Тогда же начинается бурное хозяйственное освоение юга. Появляются и города… Пусть они, чтобы было понятнее, даже носят те же названия, что и в нашей реальности: Одесса, Новороссийск, Мариуполь, Севастополь, Херсон.

Вот только еще одна перспектива…

Петр I перенес столицу на север, чтобы подчеркнуть важность европейского, немецко-скандинавского вектора своей политики. В нашей виртуальности Балтика и отношения с Германией ни в какой степени не актуальны для Российской империи — она не граничит с немецкими землями, Скандинавия от нее очень далеко.

Для Российской империи актуальны отношения с Речью Посполитой — в том числе и русские подданные Речи Посполитой, галичане, для нее — иностранцы. Важны отношения с Австрией, Италией, с югом Германии, уже отдаленнее — с Францией…

Для нее если и перенести столицу из Киева, то не на север, а на юг. На берега Черного моря. Подчеркнуть, что земля эта отныне и навеки российская, часть империи, и что российская история отныне протекает и здесь. Если наиболее важен западный вектор политики — наиболее вероятная столица Российской империи — Одесса. Если важнее восточный вектор, претензии на Кубань, Ставрополье и Кавказ, то Новороссийск.

НЕНУЖНАЯ СИБИРЬ

Московия нуждалась в результатах экстенсивного развития: в соболях, золоте, слюде, цветных металлах. За всем этим она шла в Сибирь, чтобы оплатить модернизацию армии, закупки вооружений за рубежом, привлечение иноземных специалистов… Много чего.

Одновременно у нее не было сил воевать на юге.

У католической Российской империи есть силы для южной политики, а Сибирь ей нужна намного меньше. Вполне возможно, русская экспансия остановилась бы на Урале…

С одной стороны, католическая Русь была бы непримиримее к миру ислама и язычников. Это чревато перспективой Крестовых походов против Булгара, Астрахани, ногаев. Честно говоря, эта перспектива мне не особенно симпатична, потому что булгары скорее нравятся… Но она очень реальна.

Зато в Сибирь не побегут беженцы из России… Из Московии народ бежал, потому что не хотел жить в этом обезумевшем государстве. Особенно лихо бежали с севера — предприимчивые новгородцы, недавно завоеванные Москвой. Четверть населения Сибирского ханства в XVII веке состояла из русских.

В нашей виртуальности Сибирь не особенно нужна и государству, и народу. Разве что приходится отбиваться от кочевников — киргиз-кайсаков (казахов). Но и тут главный вектор ответной агрессии — юго-восточный, а не северный и не восточный.

Католическая Русь — это, скорее всего, Русь без Сибири.

ПАРАМЕТРЫ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ

Бессмысленно гадать, какой могла бы состояться событийная история Российской империи. Какие войны она бы вела, какие внутренние катаклизмы могли бы сотрясать ее пределы.

До XIX века это государство вполне могло прожить без конституции — как Польша, Австрия и Пруссия в нашей реальности. Но с тем же спокойным уважением к личности человека, с той же уверенностью, что власть всегда имеет некий ограниченный диапазон, как и в этих государствах. В таком государстве мы бы и сейчас жили.

За счет понятий о чистилище католицизм утверждает представление о нейтральной части жизни. Что-то не является священным… Но не является и грешным. Значит, можно что-то изменять, переделывать, усовершенствовать, не меняя ничего принципиально, не начиная со слома всей системы. Меньше рывков, меньше кардинальных перемен и в частной жизни, и в деловой, и в государственной.

История всех православных стран — это история катаклизмов и катастроф. Читатель может, если ему так приятнее, рассердиться на меня за эти слова, но факты — вещь очень упрямая.

Вероятно, в Российской империи не сложилось бы дворянство. Продолжало бы существовать боярство с набором разнообразных титулов и многочисленное шляхетство. И постепенно обуржуазивалось бы.

Никакого раскола на русских европейцев и туземцев. И вообще не так много пертурбаций, провалов и катаклизмов.

Никакой интеллигенции. Значит, и никакой особой роли в истории культуры Европы. Так, умная профессура в университетах, художники и поэты, писатели и инженеры. Неплохая медицина, педагогика, журналистика, полиграфия, инженерная мысль. Но ни тебе мальчиков-бомбистов, ни сдавших экстерном полуучек, жаждущих принести высшее счастье всему человечеству.

Даже скучно, прямо Австрия какая-то.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >