«НАША ВЛАСТЬ ДОЛЖНА БЫТЬ СТРАШНОЙ!»

«НАША ВЛАСТЬ ДОЛЖНА БЫТЬ СТРАШНОЙ!»

Интервью с профессором, доктором исторических наук Анатолием Степановичем Чайковским в связи с 50-летием со дня смерти и 100-летием со дня рождения лидера Украинского националистического движения Степана Бандеры

Беседу вела Любовь Хазан, январь 2010 г.

Времена не выбирают. 2005–2012,

«Бульвар Гордона».

«…Бандера и Шухевич были агентами гитлеровских спецслужб, и этим все сказано!»

Среди исторических дат 2009-го одна из самых незабываемых — 70-летие начала Второй мировой войны. В Украине вспоминали, наверное, и 80-летие основания Организации украинских националистов, а также имена тесно связанных с ОУН Романа Шухевича и его начальника Степана Бандеры, на чью долю в ушедшем году пришлось два памятных дня: 1 января — 100-летие со дня рождения и в октябре — 50-летие со дня смерти. Уже с минувшей осени в западных областях Украины две последние даты начали отмечать сооружением монументов. Значит, война еще не закончилась.

…Шухевич придумал себе странную кличку — Ксавера Брудас. В тот день он сидел дома, корпел над чертежом. На огонек заглянул приятель. Мама позвала обедать. Сели за стол и за сытным ужином заговорили о предстоящем теракте. Тогда-то он и назвал себя Брудасом — Грязным. За маминым угощением обсуждали идею Степана Бандеры убить советского дипломата. Хотели убить посла, но он сидит в Варшаве, во Львов наезжает редко. Бандера решил: пусть тогда будет консул, тоже шишка. Разведчики уже постарались: составили его устный и письменный портрет, нарисовали план консульства. Один из них принес Степан

Шухевич, родной дядя Романа. Теперь надо разослать надежным людям приглашение в киллеры.

С историком Анатолием Чайковским мы перечитываем мрачные страницы украинской истории. Легче было бы ничего этого не знать вовсе, но знать и помнить надо.

«ЧТОБЫ ПОСЫЛАТЬ ЛЮДЕЙ НА ВЕРНУЮ СМЕРТЬ, НАДО ВЛАДЕТЬ ОСОБЫМИ ПРИЕМАМИ ВНУШЕНИЯ»

— Анатолий Степанович, эпизод подготовки убийства советского дипломата, описанный в одном из эмигрантских изданий, поражает будничностью: убийство обсуждается между дипломным чертежом и маминой стряпней, а организаторы выглядят слишком уж хладнокровными для своего возраста. Шухевичу на тот момент всего 26 лет, Бандере и того меньше — 24. Вам не кажется, что присутствует некая психологическая неадекватность?

— Нет, не кажется. По автобиографическому признанию Ярослава Стецько, он тоже был «привязан к аттентату на советского консула во Львове». А ему стукнуло тогда всего 22 года. Это были молодые старики. Ко времени теракта Бандера уже занимал пост руководителя Краевой экзекутивы ОУН, а Шухевич — ее боевого референта. Опыт террористической деятельности они получали с юных лет.

— В одной симпатизировавшей Бандере львовской газете того времени описали его невзрачную внешность: «маленького роста, худощавый, лицо мальчика». Но ему подчинялись беспрекословно. Почему?

— Дисциплину и подчинение старшему в иерархии прививали юным националистам начиная с детской скаутской организации «Пласт». Ее школу прошло почти все молодое поколение тогдашней Западной Украины, в том числе и Бандера. Хотя он с младенчества страдал ревматизмом, был болезненным, хилым, но обладал чрезвычайными лидерскими амбициями.

Впоследствии Бандера прошел выучку в подпольной УВО (Украинской военной организации) сначала в разведывательном, а потом в пропагандистском отделении. Научился не только стрельбе из револьвера, но и приемам «глашатая-главаря». Пламенная пропаганда радикального национализма стала тем коньком, с помощью которого этот тщедушный человек подчинял себе рядовых оуновцев. Чтобы посылать людей на верную смерть, необходимо владеть особыми приемами внушения…

Степан Бандера (слева) и Роман Шухевич свой первый террористический опыт получили еще в отрочестве. Бандера проходил спецподготовку в скаутской организации «Пласт», «выращивающей поколение боевиков», а Шухевич ступил на тропу борьбы за украинскую независимость, совершив первое «удачное покушение» на инспектора гимназий Яна Собинского.

— Бандера называл бойскаутский «Пласт» скавтингом. Это было что-то вроде пионерской организации?

— Спорт, танцы, кружки по интересам, походы, даже отряды- «звездочки» — это похоже. Но пионерии, если не считать героизации Павлика Морозова, было далеко до «Пласта» по технологии промывания мозгов, зомбированию. Все-таки в пионерских отрядах детям не прививали, например, шпионских замашек, не приучали к подпольным кличкам и тому подобному, а в «Пласте» это было распространенной практикой. Скорее всего, «Пласт» являлся составной частью плана Коновальца по выращиванию поколения боевиков.

Информация к размышлению: «В класі була одна, зрідка дві п’ятірки. Сходини часто відбувалися на лавці у парку. Поза сходинами дозволялося говорити "не з ким можна, а з ким треба”, звертатися один до одного лише на псевдо. Обговорювали нелегальну літературу, вивчали історію України, вели дискусії на політичні теми, вчилися працювати в умовах конспірації — передавати зашифровану інформацію, знайомилися з військовою справою» (Леся Онишко. З нагоди 90-річчя від дня народження Катерини Зарицької).

- Пройдя первую ступень в «Пласте», «Соколе» или другой подобной детско-юношеской организации, подростки поднимались на следующую ступень, вливаясь в УВО. Ее создал в Праге в 1920 году «отец украинского террора» Евгений Коновалец. Вошли в нее бежавшие из Украины петлюровцы и вояки УГА — Украинской галицкой армии.

В УВО все было по-серьезному. Только за 1923-1928-е годы Германия через свой разведывательный орган передала этой нелегальной организации два миллиона дойчмарок, 500 килограммов взрывчатки, сотни единиц огнестрельного оружия.

«СВОЮ УБОЙНУЮ КАРЬЕРУ ШУХЕВИЧ НАЧАЛ ЕЩЕ ГИМНАЗИСТОМ»

— В послужном списке Бандеры и Шухевича убийство советского дипломата было далеко не первым «аттентатом»? Так ведь они называли теракты?

— Да, по указанию Бандеры были убиты сельский кузнец Михаил Белецкий, директор Львовской государственной украинской гимназии Иван Бабий, студент университета Яков Бачинский, десятки других безоружных людей, которые не могли дать отпор.

А Шухевич свою «убойную карьеру» начал еще гимназистом. Вместе с приятелем Богданом Пидгайным по кличке «Бык» они лишили жизни инспектора гимназий Яна Собинского.

— Чем провинились все эти люди?

Одних лишили жизни за «полонизацию» украинских земель, других, наоборот, за то, что якобы «заигрывали с украинцами». В страшные 30-е годы в иезуитстве преуспели многие. НКВД шил невиновным расстрельные статьи за шпионаж против СССР, а в Западной Украине, которая тогда входила в состав Польши, изощрялась УВО.

Собинский, например, ратовал за преподавание в школах не только польского, но и украинского языка. Значит, по извращенной логике, «заигрывал».

На самом деле было не важно, «за что», важен был факт и расчет на то, что власть ужесточит наказания, а в ответ на это в обществе вырастет напряженность. Поляки то ожесточались, то объявляли амнистию, но террор УВО все усиливался.

А предтечей «вывихнутого», можно сказать, обоснования убийств был Евгений Коновалец. Он расправился с молодым украинским поэтом Сидором Твердохлебом всего лишь за его лояльность по отношению к полякам.

Но Коновалец был скользкий, как угорь, и всегда ухитрялся уйти от правосудия.

— А за убийство советского дипломата и школьного инспектора кто-то понес наказание?

— На клич Бандеры исполнить убийство откликнулось две трети всего состава боевиков. Но он лично отобрал среди всех кандидатов 18-летнего студента политехники, красавчика Николая Лемыка, перед которым была поставлена задача совершить убийство и сдаться властям, чтобы предстать перед судом, и теракт таким образом получил бы широкую огласку. А биография и привлекательная внешность молодого убийцы должны были вызывать сочувствие.

Типичная листовка оуновцев, активно распространявшаяся ими в начале Великой Отечественной войны. «Прививку германолюбия галичанам сделал Евгений Коновалец, ставший агентом немецкой разведки задолго до прихода к власти Гитлера и считавший, что украинским националистам следует сплотиться в организацию по типу средневекового ордена, а понятие власти должно превалировать над понятием человечности»

Однако случилось так, что Лемык убил не самого консула, а секретаря консульства Алексея Майлова и курьера Ивана Джугая. Ошибка вышла из-за того, что специально засланный в консульство разведчик Роман Сенькив, который под видом оформления документов для выезда в советскую Украину составил план учреждения и описал внешность жертвы, перепутал комнаты и принял секретаря Алексея Майлова за консула, а его кабинет — за консульский.

— Чем Лемык мотивировал преступление?

— В соответствии с инструкцией Бандеры на суде он утверждал, что совершил акт мести за «голодомор». Между тем убийство советских дипломатов планировалось еще на 22 апреля 1930-го, к 60-летию Ленина, но тогда теракт по каким-то причинам не состоялся. Спустя три года Бандера привел план в действие. Как говорится, было бы желание, а повод найдется.

Лемыку повезло дважды — сначала казнь заменили пожизненным заключением. И еще раз повезло, когда всего после шести лет его отсидки началась Вторая мировая война и оккупация Польши гитлеровцами. Нацисты распахнули двери тюремных камер, где сидели враги польской и советской власти. Война нуждалась в подготовленных диверсантах.

А за расправу над инспектором Собинским вообще осудили не тех, кто ее совершил: Василия Атаманчука — к 10 годам тюрьмы, Ивана Вербицкого — к смертной казни. Истинные преступники Шухевич и Пидгайный сделали вид, что это их не касается.

«ПОЛИТИКА — ЭТО ДАРВИНОВСКАЯ БОРЬБА НАРОДОВ ЗА ВЫЖИВАНИЕ»

— Галиция отошла к Польше в результате поражения в Первой мировой войне и Версальского мира. Сегодняшняя практика передела мира показывает, что в ее основе лежит не столько местный сепаратизм, сколько геополитические интересы более сильных стран. Кто подогревал ситуацию в Галиции?

— Очевидно, что патриотические чувства оуновцев и соответственно их мстительность заканчивались там, где начинались интересы гитлеровской Германии. Когда в 1939 году немцы передали Карпатскую Украину Венгрии и многие украинцы бежали в СССР, оуновцы даже пальцем не пошевелили, чтобы развернуть борьбу против венгерских фашистов, и уж тем более не бросили ни слова упрека своим немецким хозяевам.

После поражения Австро-Венгрии в Первой мировой войне галичане переориентировались на любовь к Германии, которая тоже проиграла войну, но быстро начала наращивать реваншистские мускулы. Во Львове просто-таки культивировалось все немецкое… В свою очередь в Германии о галичанах говорили: «Это наши тирольцы».

Начальную прививку германолюбия галичанам сделали Евгений Коновалец и его ближайшее окружение, в первую очередь приглашенный им в качестве журналиста и редактора Дмитрий Донцов. Он утверждал, что националистам следует сплотиться в организацию по типу средневекового ордена, а понятие власти должно превалировать над понятием человечности. «Поскольку политика — это, по сути, дарвиновская борьба народов за выживание, то конфликты между ними неминуемы», — писал Донцов.

Евгений Коновалец стал агентом немецкой разведки задолго до прихода к власти Гитлера, еще в 1922 году. Спустя девять лет после создания УВО влилась в новосозданную опять-таки Коновальцем ОУН (Организацию украинских националистов) как ее боевое крыло. Соответственно, выросли денежные вливания: в 1936–1937 годах общий бюджет ОУН равнялся 126 тысячам долларов, из них 50 тысяч выделила гитлеровская Германия, а 30 тысяч — Литва, где Коновалец был своим человеком. С литовским паспортом он свободно разъезжал по Европе, жил в столицах, где вел переговоры и добывал средства «на развитие».

Гитлеровцам, которые вынашивали планы вторжения в Польшу, сначала было необходимо как можно сильнее натравить украинцев на поляков. Когда же они захватили Польшу, то переключили ОУН на подрыв стабильности СССР.

Информация к размышлению: ««Однажды в 1937 г. я встретился с германским послом в Англии фон Риббентропом… Суть его речей сводилась к тому, что… Германии нужен лебенсраум, или жизненное пространство для ее все возрастающего населения. Поэтому она должна поглотить Польшу и Данцигский коридор. Что касается Белоруссии и Украины, то эти территории абсолютно необходимы для обеспечения будущего существования германского Рейха, насчитывающего свыше 70 миллионов душ. На меньшее согласиться нельзя» (Уинстон Черчилль).

Роман Шухевич (в центре) — командир спецбатальона Абвера «Нахтигаль». Львов, июнь 1941 года.

- И все-таки Бандера, Шухевич и Стецько оказались на польской скамье подсудимых.

- В январе 1934 года берлинскую штаб- квартиру ОУН на правах особого отдела зачислили в гестапо, на средства немцев были построены казармы, где готовили боевиков ОУН и их офицеров. Именно в этом году оуновцы совершили самые громкие заказные убийства. Среди них убийство министра внутренних дел Польши Бронислава Перацкого в 1934 году.

Теракт спланировал Бандера, а исполнил боевик Гриць Мацейко. Киллеру удалось скрыться за границей, и он дожил свой век в Аргентине, но на месте преступления он забыл «визитную карточку» — неразорвавшуюся бомбу. Ее исследовали и нашли изготовителя, студента-химика из Праги. От него ниточка потянулась к тайному архиву, который хранил у себя канцлер ОУН Емельян Сеник. Из «архива Сеника» стали известны имена организаторов и исполнителей не только убийства Перацкого, но и множества других «эксов» и «атентатов».

В результате так называемого Варшавского процесса Бандера получил смертный приговор. Впрочем, он был заменен по амнистии на пожизненное заключение. Затем прошел «львовский процесс», где на скамье подсудимых оказались более 20 оуновцев, в том числе Шухевич, Стецько, Зарицкая. Их обвиняли не только в соучастии в убийствах, но и в совершении «эксов» — нападении на почтовые дилижансы, кассы и банки. УВО использовала известный со времен революции 1917 года лозунг: «Грабь награбленное!», или иначе это называлось «экспроприация экспроприированного», сокращенно — «эксы».

— Похоже на то, как добывал деньги для другой партии семинарист Джугашвили.

— Ничего удивительного, террор и «эксы» — традиционное оружие экстремистов, которые называют себя революционерами. К ним себя относил и Бандера.

— Официальный историк Орест Субтельный говорит о 60 терактах и «эксах», совершенных оуновцами. В основном речь идет о грабежах и убийствах на территории Галиции. Но в перечне «подвигов» ОУН нет самого сенсационного. Советский агент Павел Судоплатов написал, что в том же 1934 году Организация украинских националистов участвовала в убийстве югославского короля Александра I и министра иностранных дел Франции Луи Барту в Марселе. А ведь не случись этого, не было бы, возможно, и Второй мировой войны.

— Украинские националисты этого никогда не признают. А если говорить о Луи Барту, то это был образованнейший человек своего времени, член Французской академии, автор исследований о Дидро, Ламартине, Мирабо, Бодлере, Гюго. Барту одним из первых понял весь ужас, который несут с собой итальянский фашизм и немецкий нацизм. Это он инициировал приглашение СССР в Лигу наций, работал над укреплением франко-советских отношений, незадолго до убийства побывал в Советском Союзе.

В противовес гитлеризму Луи Барту задумал создать блок миролюбивых европейских стран под названием «Восточный пакт». С целью укрепления своей идеи он и пригласил во Францию югославского короля. Понятно, что Гитлер не мог допустить создания такого альянса.

— По словам Судоплатова, об участии ОУН в марсельском расстреле рассказал ему сам Коновалец, к которому он, несмотря на проверки, вошел в доверие.

— Детали убийства Барту по сей день покрыты мраком. Французское правительство поручило расследование сенатору Андре Лемери, фашисту, члену организации «Боевые кресты». Следы так тщательно были запутаны, что удалось только определить личность преступника, который расстрелял министра и короля. Им оказался хорватский усташ (фашист), двойной агент итальянской и немецкой разведок. Но усташ был застрелен на месте. Более чем через 20 лет обнаружились доказательства того, что его действия направлял Абвер, но до роли в этом деле ОУН так никто и не докопался.

К непрямым доказательствам можно отнести тот факт, что усташами руководили бывшие офицеры австрийской армии. Во главе их стоял капитан австрийской службы Анте Павелич. А Евгений Коновалец, как и Рико Ярый, связной ОУН с нацистской партией Германии, тоже служили в австрийской армии и были знакомы с Павеличем. Возможно, будущие историки преуспеют больше в распутывании преступления, которое привело цивилизованный мир на грань уничтожения.

«БАНДЕРЕ В ЛЮБВИ НЕ ВЕЗЛО»

— Пока Бандера и Шухевич коротали свои дни в тюрьме, их кто-нибудь ждал дома? Жены, дети?

— Шухевич женился в 23 года, после службы в польской армии. В супруги взял 20-летнюю Наталью Березинскую. Она была сестрой боевика Юрия Березинского, который вместе с Шухевичем ходил на «эксы» и был убит во время нападения на почтовую карету. Забеременев, Наталья переехала жить к родителям в село, где и родила сына Юрия. До ареста Романа Шухевича в 1934 году супруги виделись считаные разы. После ареста она навещала его в тюрьме.

А Бандере на любовном фронте не везло. Какие-то виды он имел на активистку ОУН Анну Чемеринскую, подругу жены Коновальца. Но Анна предпочла куда более интересного и на тот момент более перспективного Ярослава Барановского. С тех пор Ярослав стал личным врагом Бандеры.

— Что за история связана с братом Ярослава Барановского Романом? Почему он, испытанный боевик, перешел на сторону полиции?

— Роман Барановский предал своих, потому что они предали его. Историк Кость Бондаренко опубликовал показательное в этом смысле исследование о судьбе братьев Барановских. Оба входили в УВО, участвовали в «эксах». На одном из них «засыпались». Их осудили, правда, на минимальные сроки.

После освобождения Ярослав переехал за границу, «под крыло» Коновальца, а Роман, заразившись в тюрьме туберкулезом, остался во Львове. Выпросить у руководителей родной организации денежную помощь на лечение ему не удалось. Емельян Сеник оскорбительно подал Роману милостыню — 10 долларов.

Степан Бандера с женой и детьми в лесу

От обиды и отчаяния оуновский боевик пошел на поклон к комиссару полиции Львова Чеховскому. Став двойным агентом, Роман одновременно и совершал теракты, и выдавал их участников польской тайной полиции за ежемесячную получку в 200 злотых.

По одной из версий, Чеховской поручил Роману Барановскому убить престарелого польского сенатора Тадеуша Голувко. Сторонник поиска взаимопонимания с украинцами, сенатор направлялся во Львов для проверки жалоб. По пути остановился в Трускавце, чтобы подлечиться. Здесь его и настигли посланные Барановским боевики. Впрочем, на мой взгляд, полицейский чиновник вряд ли решился бы на подобный шаг. Убийство Голувко — это, несомненно, «заслуга» ОУН, прежде всего Бандеры.

Чеховскому надоело вылавливать террористов УВО по одному. Он решил накрыть всю сеть сразу и потребовал полный список. Чтобы не лишиться источника доходов и не быть разоблаченным, Барановский задумал устранить Чеховского и подбил на это дело Шухевича и Березинского. Выстрелом в затылок Шухевич свалил Чеховского на дорожку парка, а Березинский сделал контрольный выстрел.

Расследуя убийство своего шефа, полиция вышла на след Романа Барановского. Он был осужден и то ли умер в тюрьме, то ли был застрелен при попытке бегства.

А брат Романа Ярослав по-прежнему пользовался доверием Коновальца, который сделал его генеральным секретарем ОУН. Но Бандера не мог простить Ярославу женитьбы на Анне и, воспользовавшись ситуацией с изобличением Романа, обвинил в предательстве и Ярослава.

— Неужели без оснований?

— В своих автобиографических записках Бандера говорит об этом так невнятно и вскользь, что, скорее всего, обвинения были голословны. Фактов измены Ярослава Барановского нет и в многочисленных мемуарах бандеровцев.

— Что дальше стало с Ярославом Барановским?

— В годы войны он рассорился с Андреем Мельником, ставленником Коновальца, считая, что надо переориентироваться с немцев на американцев и англичан. Очевидно, за это в 1943 году Барановского настигла пуля убийцы. Его отец, священник, то ли точно знал, что это совершили бандеровцы, то ли определил их «почерк». Прямо во время богослужения он их проклял. В ту же ночь несколько человек в гестаповской форме выволокли старика из дома. А через несколько дней его нашли растерзанным в лесу. Никто не знает, кто были эти истязатели, но известно, что оуновцы часто носили гестаповскую форму. После войны Бандера пытался убедить Анну Чемеринскую в своей невиновности, но она не приняла его объяснений. Наверное, она тоже что-то знала.

«В СЕКРЕТНОЙ КАРТОТЕКЕ АБВЕРА БАНДЕРА ЗНАЧИЛСЯ ПОД ПСЕВДОНИМОМ СЕРЫЙ»

— А как вышли из польских тюрем Шухевич, Бандера, Стецько? Бандера, например, описывает, как в 1939 году во время наступления немцев на Польшу тюрьму бросили охранники и его камеру отперли заключенные.

— На самом деле Бандеру освободили немцы, что подтверждают асы гитлеровских спецслужб Отто Скорцени, Вальтер Шелленберг, Эрвин Штольце и другие. Но националисты отрицают этот факт, так как он подтвердит тесное сотрудничество ОУН с нацистами. Германская разведка и ранее предпринимала попытки освободить Бандеру, который в секретной картотеке Абвера (разведка и контрразведка вооруженных сил гитлеровской Германии — Вермахта) значился под псевдонимом Серый. Оказывалось дипломатическое давление, готовился побег с участием десанта, план которого разрабатывал Шухевич.

Сам Шухевич выходом из тюрьмы был обязан дяде, адвокату, имевшему связи в польском правительстве. По отношению к Стецько, осужденному на пять лет лишения свободы, вообще было проявлено чрезвычайное благодушие: его досрочно выпустили всего через год отсидки.

Пока Бандера сидел в камере, Судоплатов ликвидировал Коновальца по личному приказу Сталина. Заметив любовь Коновальца к сладкому, при очередной встрече в 1938 году Судоплатов преподнес ему коробку шоколадных конфет, в которую вмонтировал взрывное устройство.

— Коновальца во главе ОУН сменил Андрей Мельник. Как получилось, что Бандера пошел против него?

— Сначала давайте коротко вспомним о тандеме Мельник — Коновалец. Во время Первой мировой войны оба они воевали за «родину» под австро-венгерскими знаменами, попали в русский плен. После освобождения на стороне Петлюры подняли восстание против «опереточного» гетмана Скоропадского.

Петлюра и Коновалец «прославились» тем, что приказали в течение трех дней поменять в Киеве все вывески на украинские, жестоко подавили восстание рабочих «Арсенала» и развернули террор против мирных киевлян, в том числе организовали еврейские погромы.

Известен Коновалец и проявленным «героизмом» под Крутами. Это он привез туда плохо экипированных, мало что понимавших гимназистов и бросил их на произвол судьбы, удрав на поезде от наступавших большевиков. А сейчас поклонники и последователи УВО-ОУН-УПА льют крокодиловы слезы по «героям Крут».

Роман Шухевич с сыном Юрой. Сына Шухевич назвал в честь брата своей жены Натальи — боевика Юрия Березинского, убитого во время одного из терактов.

Когда в 1920 году с петлюровщиной было покончено, Коновалец и Мельник бежали в Польшу, затем оказались в Берлине. Завербовавшись на службу в Абвер, Коновалец вовлек туда Мельника, которому была присвоена кличка Консул-1. О тесных отношениях Коновальца и Мельника говорит и то, что их жены были родными сестрами, дочерьми западноукраинского финансиста Федака. Поэтому правдоподобным выглядит предположение о том, что Коновалец якобы устно завещал в случае его смерти передать бразды правления в ОУН Мельнику. Есть свидетельства также, что в его поддержку выступал митрополит Андрей Шептицкий, у которого новоиспеченный лидер ОУН управлял имением.

Но Бандера решил оспорить устное завещание Коновальца. Он утверждал, будто Мельник окружил себя предателями, явственно намекая на Барановского. Произошел раскол, образовались ОУН-м (мельниковцев) и ОУН-б (бандеровцев). Главной причиной раскола, на мой взгляд, было неуемное, патологическое желание Бандеры получить власть.

СВОЕ КРЕДО ОУНОВЦЫ СФОРМУЛИРОВАЛИ ТАК: «ЩОБ НА ЦИХ ЗЕМЛЯХ НІКОЛИ НЕ ЗАПАНУВАВ СПОКІЙ»

— Судоплатов заметил признаки раскола в ОУН задолго до 1939–1940 годов, когда он окончательно оформился. В своей книге он написал: «Полной неожиданностью явилась для меня новость, что убийство польского министра генерала Перацкого в 1934 году украинским террористом Мацейко было проведено вопреки приказу Коновальца и стоял за этим Бандера, соперничавший с последним за власть… Коновалец рассказал мне, что к этому времени между Польшей и Германией был подписан договор о дружбе, так что немцев никоим образом не устраивали любые враждебные акции по отношению к полякам. Они были так взбешены, что выдали Бандеру, скрывавшегося в Германии».

— В своей автобиографии Бандера умалчивает и об этом факте. С моей точки зрения, не все однозначно и с «репрессиями против украинского меньшинства», в которых обвиняли Перацкого. Нужно учесть, что свое кредо оуновцы сформулировали так: «Щоб на цих землях ніколи не запанував спокій». По долгу службы министр внутренних дел принимал жесткие меры, но он понимал, что дальнейшее обострение отношений между украинцами и поляками взрывоопасно. С серьезным предостережением против такого сценария он выступил 16 января 1932 года в Сейме после встречи с представителями украинской общественности. Не думаю, что это была пустая демагогия. За то и был убит.

В своей телеграмме на имя польского премьер- министра митрополит Шептицкий по этому поводу написал: «Зворушений до глибини ганебним вчинком».

Информация к размышлению: «У нас тепер хвороба на фашизм. Молодь у фашизмі шукає спасіння, зрештою, зовсім зрозуміло. Але при цьому забуває про одне: передумовою фашизму є держава зі своїм апаратом. Фашистськї форми в недержавні нації доводять до дивовижних речей: чому він, а не я має бути диктатором? I в конкуренцiйнiй гарячці загадка неважка для розгадування: кожен студент I курсу унїверситету буде вважати не третьокурсника, а саме себе за стовідсоткового вартісного на той стілець» (из письма резиденту ОУН в Риме Евгену Онацкому от Дмитрия Палиева, впоследствии одного из организаторов дивизии СС «Галичина»).

- Анатолий Степанович, отрывок из письма Палиева опубликовал в своей книге «Горькая правда» доктор Вроцлавского университета Виктор Полищук. От себя он добавляет: «Письмо было написано 16 апреля 1932 года, то есть тогда, когда на гребень политической арены украинского национализма в Галичине начал выходить Степан Бандера. Именно в его адрес направил Дм. Палиев слова о «первокурснике», мечтающем стать вождем-диктатором». Бандера действительно был тщеславен?

— Согласен с доктором Полищуком. В борьбе за власть Бандера был беспощаден. Готовя раскол ОУН, его сторонники в ярости срывали со стен портреты Мельника и обзывали «мельниковцев» кофейными революционерами. Мельниковцы и бандеровцы поклялись уничтожить друг друга. По некоторым данным, в течение нескольких месяцев было убито около 400 мельниковцев и свыше 200 бандеровцев. Но дуэль с летальным исходом руководителей была невозможна, потому что немцы хотели иметь обоих «маленьких фюреров».

— Бандера значился в картотеке Абвера под кличкой Серый. Его сторонник Рико Ярый был офицером гестапо и агентом по кличке Консул-2. Ярослав Стецько по абверовской кличке Басмач, а по кличке итальянских фашистов — Белендис. Роман Шухевич — Тарас Чупринка, окончил немецкую офицерскую школу, затем высшие курсы и получил звание гауптштурмфюрера (капитана) СС. Мог ли раскол ОУН быть немецкой «разработкой»?

— Можно было бы в какой-то степени согласиться с мнением тех историков, которые считают, что одной из причин раскола стала борьба молодых «волков», вышедших из польских тюрем на волю, со старыми, сидевшими в эмиграции. Мельник относился к старой генерации, Бандера и Шухевич — к новой. В свое время юный Шухевич, например, пошел в ОУН под влиянием уже взрослого Коновальца, который снимал квартиру в доме бабки Шухевича. Спустя полтора десятка лет настало время пересмотра иерархии…

Впрочем, версии «конфликта волков и волчат» противоречит тот факт, что Бандеру поддержал Рико Ярый, приближенный Коновальца со времен петлюровщины. Он значился Консулом-2, а Мельник — Консулом-1, то есть для Абвера они были почти равнозначны.

Несмотря на преданность Мельника, дальновидные немцы хотели создать ему противовес и конкуренцию. С этой целью они «прикормили» Бандеру. Вот что рассказал Эрвин Штольце, начальник самого секретного подразделения Абвер-2: «После разгрома и захвата Польши Германия усиленно готовилась к войне против Советского Союза, поэтому Абвер через Мельника принимал меры для активизации подрывной деятельности в советском тылу. В этих целях был завербован Степан Бандера, один из главарей ОУН, освобожденный нами из польской тюрьмы».

Удивительным человеком был униатский митрополит Андрей Шептицкий, 65 лет назад отошедший в мир иной. Еще во времена Первой мировой войны он умудрялся признаваться в верноподданничестве одновременно двум воюющим друг с другом сторонам: австро-венгерскому цесарю и российскому царю. За «двойные стандарты» Николай II назвал Шептицкого «аспидом». В годы Второй мировой войны Шептицкий послал поздравления Гитлеру за оккупацию Киева и Сталину — за освобождение советскими войсками Львова.

Шептицкий безоговорочно поддерживал Организацию украинских националистов (ОУН) и ее военизированные формирования. Но дважды, накануне войны ив ее разгар, вдруг и сам пугался тотального растления оуновской молодежи, под влиянием своих фюреров готовой на убийства «по политическим мотивам». В послании «Не убий!» митрополит пытался вернуть паству к христианским ценностям: «Людина, що проливає кров свого ворога, полїтичного противника, є таким самим чоловковбивником, як людина, що це робить для грабунку, i так само заслуговує на кару Божу i на клятву Церкви».

Но почему же те из нацистов и их пособников, кто выжил, не каются, а, наоборот, требуют к себе уважения и получают его от нынешней власти? Ответ знал Джордж Оруэлл: «Кто владеет прошлым, владеет будущим». Чтобы снова попытаться завладеть будущим, им необходимо переписать историю.

Историк Анатолий Чайковский, посвятивший значительную часть своей научной деятельности изучению ОУН и ее детища — Украинской повстанческой армии (УПА), уверен: целый ряд его коллег фальсифицируют и конъюнктурно интерпретируют исторические факты.

«НАША ВЛАСТЬ ДОЛЖНА БЫТЬ СТРАШНОЙ!»

— Анатолий Степанович, выходит, с самого начала существования ОУН ее террористическую и диверсионную деятельность против Польши и СССР направляли из Берлина. И все-таки трудно представить, что на хладнокровные убийства решались люди, считавшие себя верующими.

— Искривление психики будущих террористов происходило с малолетства. С одной стороны, им внушали идею превосходства нации, с другой — направляли обиду за ее нереализованность в нужное русло. Люди становились орудием, на них уже не распространялись общечеловеческая мораль и религиозные заповеди.

Сельским священником был дед «террориста № 1» Евгения Коновальца, его отец управлял начальной школой и, наверное, учил детишек «доброму, вечному». Отец Бандеры — греко-католический священник. Священнический сан носил прадед Романа Шухевича. Среди родственников других террористов было много педагогов и юристов. Высокопоставленный немецкий нацист Мартин Борман говорил: «Национал-социализм и христианство несовместимы». Религиозность для многих оуновцев была лишь прикрытием.

— По-разному оценивают нынешние апологеты национализма и антифашисты день 30 июня 1941 года, когда Львов оставили войска Красной Армии и его оккупировали нацисты. Одни говорят, что это дата восстановления украинской государственности, другие — что с этого дня началась резня мирного населения.

— Конечно, куда приятнее рассказывать о том, что несколько десятков бандеровцев из батальона «Нахтигаль» (по-немецки — «Соловей», так как имел в своем составе самодеятельный хор) и немногочисленная группа местных националистов провозгласили Акт о восстановлении государства Украина, чем о том, как они перед этим лютовали, уничтожая тысячи безоружных людей.

Командирами «Нахтигаля» были немцы Герцнер и Оберлендер, их заместителем — Шухевич. Бесчинствовал и второй собранный гитлеровцами украинский батальон «Роланд», который возглавили гауптман Новак и оуновец Побигущий. Мирных львовян массово расстреливали, вешали, закапывали живьем, а перед убийством над многими издевались.

Информация к размышлению:

«Украинских солдат батальона “Нахтигаль” жители Львова называли “птичниками”, очевидно, из-за значков, которые были на их автомобилях и мотоциклах. “Птичники” ходили в немецкой форме и с немецкими воинскими знаками различия, а к рукояткам штыков привязывали сине-желтые банты… На улице Русской и Боимов застрелили несколько польских студентов, которых привезла боевка украинских националистов. Нас привели на улицу Лонцкого… Всего нас было около 500 евреев, почти всех убили…

Жена профессора Казимира Бартеля рассказала: “Я была у архиепископа Шептицкого, но он ответил, что ничем не может помочь”» (Александр Корман. Из кровавых дней Львова 1941 года, Лондон, 1991).

Бандера в гробу. 15 октября 1959 года Степан Андреевич Бандера, проживавший в Мюнхене под фамилией Поппель, был убит в подъезде своего дома агентом КГБ Богданом Сташинским, который выстрелил лидеру ОУН в лицо раствором цианистого калия.

— За месяц до нападения гитлеровцев на СССР НКВД арестовал отца Бандеры и двух его дочерей. Бандеру-старшего расстреляли, а сестер отправили по этапу. Других оуновцев, сидевших в львовской тюрьме, среди которых был и брат Шухевича, расстреляли на месте. Выходит, что у Бандеры и Шухевича были и личные причины мстить.

— Какими бы ни были личные причины для мести, в них не были повинны сотни польских интеллектуалов и тысячи граждан еврейской национальности, которых оуновцы уничтожили только в первые дни оккупации. Позже садисты провели так называемые Дни Петлюры, во время которых уничтожили еще больше львовян. И это было лишь начало.

— Сейчас вызывает сомнение тот факт, что Бандера причастен к львовским погромам. В это время он сидел в своем офисе в Кракове.

— Бандера не просто сидел в Кракове, он оттуда руководил. Весь город был заклеен плакатами: «Бейте жидов и большевиков! Да здравствует Адольф Гитлер! Да здравствует Степан Бандера!». Во Львове все делалось в полном соответствии с его лозунгом: «Наша власть должна быть страшной!». Такой она и была.

Могила Степана Бандеры на мюнхенском кладбище Вальфридгоф

Нас пытаются уверить, что в львовской трагедии повинны не «нахтигалевцы», а, например, «слепой гнев толпы». Однако это противоречит свидетельствам очевидцев об организованном характере погромов. Бывало, людей расстреливали не только из чувства расовой ненависти, но и затем, чтобы занять их квартиры и овладеть имуществом.

«ЧЕМ БОЛЬШЕ ФАКТОВ, ТЕМ ХУЖЕ ДЛЯ ФАКТОВ»

— У многих на памяти скандальное заявление Владимира Вятровича, советника главы СБУ, назначенного начальником архива этого учреждения. По возвращении из Иерусалима, где в музее «Яд Вашем» он знакомился с материалами о роли Шухевича в львовских погромах, Вятрович заявил, что таких документов якобы нет.

— «Яд Вашем» выступил с опровержением: «Заявление Владимира Вятровича грешит против правды». Я знаю, что защитники Шухевича, Бандеры и иже с ними всегда будут объявлять любые документы сфабрикованными. Для таких случаев у историков существует шутка: чем больше фактов, тем хуже для фактов. Вятрович слишком часто грешит против правды.

— А чем можно объяснить, что Нюрнбергский международный военный трибунал не рассматривал дела украинских пособников гитлеровцев?

— Да, теперь об этом трубят, но ничего не говорят о том, что Нюрнбергский трибунал признал преступными СС, СД, другие нацистские спецслужбы и организации, а оуновцы в них участвовали. Впоследствии Генассамблея ООН утвердила дополнение: «Все военные преступники Второй мировой войны подлежат розыску, аресту, суду. На них не распространяется срок давности. Им не предоставляется право убежища…». Жаль, что тогда никому не пришло в голову записать пункт о запрете присваивать соответствующим лицам звание Героя. Бандера и Шухевич были агентами гитлеровских спецслужб, и этим все сказано.

Центр Симона Визенталя, которого называли «охотником за нацистами», выступил с резким осуждением указа Виктора Ющенко о присуждении звания Героя Украины Роману Шухевичу (посмертно) и его сыну Юрию, который занимается деятельностью соответствующего направления.

— К сожалению, политика часто не дружит со справедливостью. Множество пособников нацистов расползлось по миру и целыми колониями осело в США, Канаде, Латинской Америке, Европе.

— Несколько лет назад по одному из британских каналов шел документальный фильм «СС в Британии», в котором рассказывалось, как в 1947 году правительство этой страны приютило восемь тысяч бойцов из дивизии СС «Галичина». Бывшие гитлеровцы служили даже в гэдээровской разведке «Штази», а в ФРГ 364 тысячи военных преступников занимали различные государственные должности. В их числе и Теодор Оберлендер, назначенный министром в правительстве Конрада Аденауэра. А ведь он был непосредственным командиром Романа Шухевича в «Нахтигале».

— А правда ли, что суд ФРГ оправдал Теодора Оберлендера?

— Опять все ставится с ног на голову. В 1960 году суд не ФРГ, а ГДР рассмотрел дело Оберлендера и вынес ему обвинительный приговор. Но почитатели этого преступника и теперь говорят, и тогда говорили, что восточно-германское правосудие им не указ.

За дело взялась и прокуратура ФРГ. Как утверждает историк Олег Росов, «было установлено, что Оберлендер "мог утратить контроль над ситуацией” и что "с большой вероятностью украинский взвод 2-й роты батальона "Нахтигаль” имел отношение к актам насилия в отношении согнанных в тюрьму НКВД евреев и виновен в смерти многочисленных еврейских граждан».

Роман Шухевич: «Не надо бояться, что люди проклянут нас за жестокость. Пусть из 40 миллионов украинского населения останется половина — ничего ужасного в этом нет»

— Обстановку, в которой 30 июня 1941 года принимали Акт восстановления государства, описал участник этого собрания Кость Панькивский в книге «Від держави до комітету», изданной в Нью-Йорке и Торонто в 1957 году. По его словам, около сотни приглашенных нервничали и томились в маленьких темных комнатах при свечном освещении. «Поява Ярослава Стецька в теплий, літній вечір у військовому дощовому плащі з піднесеним — згідно з модою — коміром робила некорисне враження, — пишет К. Панькивский. — Говорив тихим голосом, так, щоб у другій кімнаті його не чули і не знали, про що йдеться». Странная картина для такого важного события. Удивляет и то, что Бандера не принимал в нем участия.

— В Акте Бандера предусмотрительно записал: «Новопостаюча Українська держава буде тісно співдіяти з націонал-соціялістичною Великонімеччиною, яка під проводом свого фюрера Адольфа Гітлера творить новий лад в Европі і допомагає Україні». Но он не был уверен в благополучном исходе затеянной авантюры и на всякий случай подставил под удар Стецько, а себе обеспечил краковское алиби.

— Почему Бандера не был уверен в благополучном исходе?

— В Германии с 1938 года муссировалась идея, выдвинутая приближенным к гитлеровской верхушке Александром Сандерсом (настоящая фамилия скрывшегося под этим псевдонимом грузинского эмигранта — Никурадзе), расчленить СССР на национальные государства. Исходя из этого, за несколько лет до войны шеф Абвера Канарис обещал Мельнику что-то вроде государства под протекторатом Германии, а рейхсминистр Розенберг — то же самое Бандере, да еще и посулил присоединить к Украине Кубань и Тамбов.

Но в упоении блицкрига Гитлеру незачем было поддерживать идею украинского государства. Как сказал рейхскомиссар Украины Эрих Кох, «нам не нужны ни русские, ни украинцы, ни поляки, нам нужны плодородные земли». Бандера не знал, чье мнение возобладает, и потому занял позицию «в кустах».

«ГИТЛЕРУ НЕ ПОНРАВИЛОСЬ, ЧТО КУЧКА ГОЛОВОРЕЗОВ ОБЪЯВИЛА СЕБЯ ПРАВИТЕЛЬСТВОМ НА ЗАВОЕВАННЫХ НЕМЦАМИ ТЕРРИТОРИЯХ»

— А как Мельник отнесся к бандеровской попытке перехватить власть?

— Конечно, Мельник не смолчал. Он-то планировал стать хозяином Украины после оккупации Киева, а Бандера сделал упреждающий шаг, чтобы, продвигаясь вместе с вермахтом, устанавливать свой контроль в занимаемых населенных пунктах. Поэтому Мельник немедленно послал Гитлеру «телегу», в которой обвинил бандеровцев в узурпации власти. Конечно, и Гитлеру не понравилось, что кучка головорезов объявила себя правительством на завоеванных немцами территориях.

— На Бандеру хотя и гневались, но все-таки с ним обходились как с хрустальной вазой. Это наводит на мысль, что он владел какой-то сверхсекретной информацией.

— Осталось подкрепить эту версию и документами. Но действительно немцы прощали Бандере то, чего не простили бы никому другому.

Наверное, предвидели, что он еще пригодится.

Бандеру и Стецько не ликвидировали, не замучили в застенках гестапо, а терпеливо уговаривали отказаться от Акта 30 июня. В ответ Стецько завалил Берлин униженными и одновременно наглыми письмами, в одном из которых настаивал на «целесообразности перенести на Украину немецкие методы экстерминации жидовства».

Могила Романа Шухевича на Лычаковском кладбище во Львове

Не выдерживают критики нынешние заклинания признать Бандеру и Стецько эдакими отчаянными спорщиками с самими гитлеровцами. Верно лишь то, что имела место авантюрная попытка создать фашизоидную Украину. Лидеры ОУН (б) надеялись, что сумеют убедить немцев в своей преданности и необходимости, и это позволит им окончательно вывести из игры Мельника. Но этого гитлеровцы наметили для использования при захвате восточных областей, а Бандера, имевший сторонников в основном в Галичине, после ее оккупации свое дело сделал.

— Поэтому Бандеру и Стецько временно изолировали?

— Методы, которыми пользовались Бандера и Стецько в достижении своих целей, не могли не вызвать у пунктуальных немцев брезгливости. Например, выяснилось, что несостоявшийся премьер-министр Стецько подделал по крайней мере одну подпись под Актом от 30 июня. В тот день на собрании присутствовал, в частности, немецкий офицер разведки и специалист по восточным вопросам Ганс Кох (однофамилец рейхскомиссара Украины), который по заданию Канариса осуществлял связь с ОУН. Кох довольно четко высказался против Стецько, но именно его факсимиле оказалось под Актом. Документ послали в Берлин на экспертизу, там выяснили, что подпись поддельная. Наверняка и это лыко вошло в строку обвинений.

А Бандера в соответствии со своим замыслом «ушел в несознанку»: мол, его даже не было во Львове и он ни при чем. Возможно, поэтому официальной причиной его ареста стал другой компромат. На Нюрнбергском процессе о нем рассказал полковник Эрвин Штольце, заместитель начальника Абвер-2, который непосредственно руководил действиями Бандеры: «Аресту послужил тот факт, что, получив в 1940 г. от Абвера большую сумму денег для финансирования оуновского подполья и организации разведывательной деятельности против СССР, он пытался присвоить их и перевел в один из швейцарских банков».

«ШУХЕВИЧ ПОХВАСТАЛСЯ МИТРОПОЛИТУ ШЕПТИЦКОМУ: “НЕМЦЫ УДОВЛЕТВОРЕНЫ НАШЕЙ РАБОТОЙ”»

— Арест Бандеры, конечно, углубил трещину в его отношениях с гитлеровцами.

— Сам по себе арест был ему не так уж страшен. Еще раз сошлюсь на показания Эрвина Штольце: «В августе 1941 года Бандера был арестован и содержался под домашним арестом на даче в пригороде Берлина». Если хотят разделаться, то на даче не держат. Тогда же из Кракова в Берлин, поближе к мужу, переехала Ярослава Опаривська-Бандера с их трехмесячной дочкой.

Значительно болезненнее Бандера воспринял присоединение Галичины к генерал-губернаторству, в то время как большая Украина перешла к рейхскомиссариату. Как представляется, Гитлера спровоцировал на это расчленение Акт от 30 июня. Бандера понял, что у него отобрали социальную базу и он остался генералом без армии.

При этом собственно «армия», несколько сот бойцов ДУН (Дружина украинских националистов) под командованием Шухевича, продвигалась вместе с немцами к Киеву. Личный состав ДУН исправно получал жалованье, довольствие, награды. Вдруг Шухевич и Бандера узнали, что в Киев гитлеровцы возьмут с собой не бандеровцев, а мельниковцев…

— И поэтому Шухевич послал в Берлин дерзкое письмо?

— Не просто дерзкое, а угрожающее неподчинением немецкому командованию. Было бы логично, если бы сразу вслед за этим угрозу привели в действие, но вместо этого ДУН оставалась на месте как ни в чем не бывало. Значит, Бандера просто попытался шантажировать Берлин…

Ответ пришел через месяц: «Нахтигаль» передислоцировали в Германию. Здесь его слили с «Роландом», образовав 201-й шуцманшафтсбатальон охранной полиции. С каждым будущим полицаем- «шуцманом» заключили контракт на добровольную годичную службу в Белоруссии. Из 600 с лишним человек контракт не подписали всего 15. Добровольцев переодели в эсэсовскую форму, их командиром назначили «роландовца», майора Побигущего, а одним из сотников — Шухевича, которому присвоили звание гауптштурмфюрера СС и удостоили железного креста. Обратите внимание — не разжаловали и не расстреляли за наглое письмо, а повысили в звании.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг:

5. Экономика должна быть…

Из книги автора

5. Экономика должна быть… Еще в 1910 г. уже тогда крупный ученый, будущий академик Тарле с сожалением писал, что в отечественной историографии экономике и промышленности XVIII столетия не повезло - ее почти не изучали, занимаясь лишь частными вопросами. (Замечу в скобках, что за


4. Экономика должна быть

Из книги автора

4. Экономика должна быть Если брать чисто количественное выражение, то полное впечатление, что российская экономика и в самом деле неслась вперед семимильными шагами: процент роста огромный, капиталовложения растут. Но тут имелись свои тонкости.Это были иностранные


4. Экономика должна быть

Из книги автора

4. Экономика должна быть Если брать чисто количественное выражение, то полное впечатление, что российская экономика и в самом деле неслась вперед семимильными шагами: процент роста огромный, капиталовложения растут. Но тут имелись свои тонкости.Это были иностранные


ПОСТАНОВКА ЗАДАЧИ, ИЛИ ПРАВДА-МАТКА ДОЛЖНА БЫТЬ ЗАРЕЗАНА

Из книги автора

ПОСТАНОВКА ЗАДАЧИ, ИЛИ ПРАВДА-МАТКА ДОЛЖНА БЫТЬ ЗАРЕЗАНА 1Однажды занесла меня нелегкая в небольшой чукотский городок-поселок. К тому времени Советский Союз давно распался, и ветер свободы почти совсем уже разрушил и сам городок, и находящийся в двухстах километрах от


14 Должна ли Москва быть городом-музеем?

Из книги автора

14 Должна ли Москва быть городом-музеем? 24 сентября 1812 года прошли первые казни «поджигателей» Москвы. Сам же знаменитый московский пожар 1812 года вспыхнул 14 сентября (2 сентября по старому стилю) во время оккупации Москвы войсками Наполеона.Вопрос о причинах пожара вот уже


Быть или не быть Черной Козой? Некоторые принципы восточной астрологии Вадим Карелин

Из книги автора

Быть или не быть Черной Козой? Некоторые принципы восточной астрологии Вадим Карелин У каждого бывают в жизни моменты, когда хочется хоть немного приоткрыть завесу будущего и узнать, что готовит нам Судьба. Как правило, это происходит, когда мы решаемся на какой-то новый


Каста должна быть разрушена. Интеллигенция в послеоктябрьских бурях

Из книги автора

Каста должна быть разрушена. Интеллигенция в послеоктябрьских бурях Среди многих мемориалов классам, нациям, сословиям, социальным группам России, так или иначе пострадавшим в революционные годы, одиноко и скорбно возвышается памятник интеллигенции. О том, какая ей


«Чтобы быть хорошим сионистом, нужно быть немного антисемитом»

Из книги автора

«Чтобы быть хорошим сионистом, нужно быть немного антисемитом» Хотя о крови то и дело говорилось в сионистской литературе до бедствия, она не была таким же главным элементом идеи, как земля. Пока берега Америки оставались открытыми, евреи Европы задавались вопросом: если


«В центре внимания должна быть только антифашистская борьба»

Из книги автора

«В центре внимания должна быть только антифашистская борьба» Американская коммунистическая партия (КП США) решила поддержать Всемирный еврейский конгресс, так как ее руководители полагали, что, оказавшись внутри движения, они без всяких трудностей убедили бы честных


Глава 29. "Она должна быть на первом съезде партии после войны!"

Из книги автора

Глава 29. "Она должна быть на первом съезде партии после войны!" Мне пришлось снова обратить внимание на "вассерфаль", большую противовоздушную ракету, с которой я был давно знаком. Со стартового стола ракета взмывала вертикально вверх – точно как "А-4". Управлялась она