43 «Колиивщина» – восстание населения киевского, брацлавского и волынского воеводств в польском королевстве против польской шляхты, униатства и еврейских торговцев

43

«Колиивщина» – восстание населения киевского, брацлавского и волынского воеводств в польском королевстве против польской шляхты, униатства и еврейских торговцев

«Колиивщина» – к этому восстанию примкнули гайдамаки. Оно происходило в 1768 году на территории польских воеводств Киевского, Брацлавского, Волынского, а также в польских Подолии и Галиции.

«Колиивщина» – так назвали восстание в народе, связав его со старорусским словом «колоть» или украинско-польским словом «колій».

Название «гайдама?ки» произошло от турецкого слова «hajdamak», то есть «разбойник». Так называли участников повстанческих вооруженных отрядов (иногда просто разбойников) на принадлежавшей Речи Посполитой Правобережной Украине в XVIII веке.

Поводом к восстанию в польских Киевском, Брацлавском и Волынском воеводствах местного населения против поляков послужили жестокие религиозные притеснения, практиковавшиеся польскими панами над малороссийскими крестьянами. Польская шляхта понуждала их принять католичество или перейти в унию.

Притеснения достигли высшей степени, когда на польский сейм надавил российский советник при польском короле Станиславе Августе Понятовском князь Репнин. Станислав Август был посажен на польский королевский трон императрицей Екатериной II. Давление заключалось в том, чтобы сейм принял требование Екатерины II – признать равноправие в Польше религиозных диссидентов (православных) с католиками. И даже предоставить православным право занимать государственные должности. Сейм послушно принял соответствующий закон.

Но против этого закона выступила фанатично настроенная польская шляхта. Она собралась в крепости Бар на польской Подолии и образовала Барскую конфедерацию. Отряды конфедерации рассыпались по окраинным воеводствам, совершая страшные зверства над православными. Последовали массовые казни не только православных священников, но и униатских, так как православных было мало и они прятались и отыскать их было невозможно. Разорялись конфедератами православные храмы и монастыри, не говоря уже об издевательствах над русскими. Все это стало во время мятежа Барской конфедерации массовым явлением. В результате народ не выдержал подобных жестокостей. Ответом на все стало народное гайдамацкое восстание.

Главной силой восстания были местные крестьяне. В движении также участвовали отдельные отряды запорожских казаков, ремесленники, беглые крестьяне и солдаты из России. Восставшие надеялись на помощь русского правительства, заинтересованного в ослаблении Польши и в воссоединении польской Правобережной Украины с Россией.

К восстанию примкнул запорожский казак Максим Железняк («Максим Железняк», В.А. Голобуцкий, Москва, 1960 год). Перед восстанием он хотел оставить Запорожское войско, готовился к принятию иноческого чина и был послушником в Мотронинском монастыре. Но когда насилия барских конфедератов над православными вызвали сильное волнение населения Киевского воеводства, Железняк примкнул к восставшим.

Распустив слух, что у него имеется указ российской императрицы Екатерины II («Золотая грамота»), предписывающий восстать против конфедератов за притеснение православия и избивать их, Железняк собрал целый отряд. Он объявил Железняка гетманом. По указанию вновь «испеченного» гетмана отряд взял местечко Жаботин, потом местечко Лисянку, перебил спасавшихся здесь шляхтичей и евреев и направился к замку Потоцких в Умани.

В городе Умани укрывалось свыше десяти тысяч поляков и евреев. Узнав о приближении к городу гайдамаков, польский губернатор Умани выслал против гайдамаков свои войска под руководством Голоты. Но Голота и его подчиненные перешли на сторону восставших. Общими усилиями отряда Железняка и уманского войска были вырезаны поляки и евреи. Случилось это 10 июня 1768 года.

После этой резни гетман Максим Железняк направил отряд на польско-турецкую границу, к Юзефграду. В отряде насчитывалось до 200 человек и 4 пушки. По имевшимся у повстанцев данным, в Юзефграде было сосредоточено до 500 конфедератов. Они ожидали к себе на помощь крымских татар.

Железняк, предъявив местным жителям «золотую грамоту», пополнил свой отряд местными крестьянами. 16?18 июня 1768 года отряд атаковал Юзефград и выбил конфедератов из местечка.

Отходящие в панике конфедераты перешли по мосту через речку Кодыму. Та речка в то время была пограничной. Конфедераты укрылись за турецкой границей в городке Балта. Командир отряда гайдамаков Шило потребовал у турецкого коменданта Якуба-аги выдачи конфедератов, но получил отказ.

Произошел бой. По утверждению турецкого правительства и хана Крыма гайдамаками был совершен погром нерусского населения Балты. Как свидетельствовали очевидцы тех событий со стороны гайдамаков, те не имели намерений воевать с турецким гарнизоном, предложили Якуб-аге примирение и даже возместили понесённый населением Балты ущерб. Всего в этом бою погибло около 15 турецких солдат. Погром мирного населения гайдамаки отрицали.

В это время к Балте подоспел отряд крымской конницы численностью до тысячи всадников. Крымские татары попытался атаковать гайдамаков, но были с потерями отбиты. Вот так бой местного значения смог перерасти в конфликт между Турцией и Россией, под влиянием которой находилась Польша.

Но в то время в планы императрицы Екатерины II не входила война с Турцией. Нападение польских гайдамаков на турецкий город Балту было не своевременен тем более, что польский король Станислав Август Понятовский – ставленник Еватерины II обратился к российской императрице с просьбой отдать приказ российским войскам об усмирении восстания.

По приказу императрицы генерал Кречетников отправил к Железняку малороссийских казаков совместо с регулярными войсками. Они сумели хитростью после совместного пира с большим количеством спиртного захватить самого Железняка, Гонту и многих других гайдамаков. Подданный Польши, перешедший на сторону гайдамаков, Гонта был выдан полякам. Те содрали с него кожу, а потом четвертовали. Российские подданные запорожец Железняк и его товарищи гайдамаковцы после телесного наказания были сосланы в Заволжье, на Урал и в Сибирь.

Польское правительство учредило особый суд над своими гайдамаками, жестокость которого вошла в пословицу у украинского народа.

Долго я искал в исторических книгах эту украинскую пословицу. Нашел ее в книге Лидии Чуковской «История одного восстания» (Издательство детской литературы, Москва, 1940 год). В ней рассказано о зверствах польских палачей над восставшим населением Киевского воеводства. То, что учинил над колиивщиной особый польский суд, уму не постижимо!

Судить и наказывать польско – украинских гайдамаковцев король Станислав Август поручил своим вассалам – коронному гетману Браницкому, житомирскому судье Дубровскому и коронному полевому обозному, комиссару военного совета, региментарю Стемпковскому. Этим трем панам даровано было королем «право меча» – убивать гайдамаковцев по своему выбору и усмотрению. Но судили, пытали, казнили не только эти трое, но также их подчиненные. А также все польское панство приняло деятельное участие в дикой расправе над польско – украинскими повстанцами. Коронный гетман Браницкий вынес восставшим около семисот смертных приговоров, но даже он удивлялся свирепости панов и шляхты. «Все соседи, – жаловался он королю Станиславу Августу, – обыватели, паны, шляхтичи приезжают ко мне: один советует четвертовать, другой – жечь, сажать на кол, вешать без милосердия…»

Не ограничиваясь советами, паны и шляхтичи сами взялись за кровавое дело. Каждый пан в своем поместье под надежной защитой жолнеров Стемпковского принялся расстреливать и вешать крестьян, виновных в непокорности и не виновных, участвовавших в восстании и не участвовавших в нем. А те паны, кому лень было самим заниматься судом и расправой, те съезжались в резиденцию Стемпковского или Дубровского и, веселясь и пируя, наслаждались зрелищем казней.

Самым жестоким, самым злобным, тупым и мстительным из карателей был коронный обозный Стемпковсковский (Лидия Чуковская, «История одного восстания», Москва, Детгиз, 1940 год). Прежде чем стать знаменитым палачом в Киевском воеводстве, он был знаменитым наушником, интриганом и взяточником при королевском дворе в Варшаве.

Свою деятельность на Правобережной Украине пан Стемпковский начал с того, что обнародовал манифест к украинскому народу:

«Посмотри, дикое и проклятое крестьянство, на этот некогда счастливый край! Сколько разрушено великолепных дворцов, строений, городов, местечек, сел, не говоря уже о церквах и костелах! Сколько убытков наделали вы своим панам, у которых вы должны быть в вечном послушании и рабстве!..

… Мы, шляхта, благодарим бога за своего короля, а вы, дураки, уверяете, что вы не подданные этого короля и не принадлежите к этому краю.

… Бог, творец мира, разделив людей по состоянию, от короля до последнего человека, всякому назначил свое место, а вам, хлопы, он повелел быть рабами… Скажите же теперь сами, чего вы достойны за все это?»

По мнению польского панства, восставшие украинские крестьяне, были безусловно достойны поголовного истребления. Стемпковский обосновался в местечке Кодне, близ Житомира, и туда под крепким караулом приводили пойманных гайдамаков. В Кодне была вырыта широкая, глубокая яма. Осужденных расставляли на краю этой ямы, и палачи наотмашь рубили им головы. Неподалеку в удобном кресле сидел пан Стемпковский, покуривая трубочку, подсчитывал головы. В Кодне были обезглавлены, повешены, замучены четыре тысячи человек.

Уважаемые читатели, неужели вам не напоминает этот польско-королевский беспредел современный фашизм?

Отрубили голову крестьянину, который пел песни ватаге восставших. Повесили крестьянина, который помог гайдамаку поймать убегавшего коня.

А тем, кого не убивали, тем отрубали левую руку и правую ногу или правую руку и левую ногу или обертывали руки соломой и поджигали солому.

В каждом селе торчали на колах гниющие головы казненных. По городам и селам бродили люди без руки и без ноги, не люди – обрубки.

Изредка, наскучив однообразием, Стемпковский покидал Кодню и отправлялся на прогулку – усмирять местечки и села. В селах он казнил каждого десятого, расправлялся с родными казненных. Путь свой он держал по южной части Киевского воеводства, разгромил, залил кровью Ставище, Лысянку, Блошинец, Звенигородку.

«…Где кого можно было… повелел ловить, – рассказывали жители села Блошинец, – и девять человек, а именно: Семена Мельника, которому от роду девять десятков, сынов его двух, Стефана и Данила, Ивана и Афанасия Довгих, Вакулу Иваненка, Стефана Батурина, Илию Иваненка и Димитрия Скалозуба, изловленных, нагих и босых, в местечке Рокитну, безо всякого суда и декрету приказал на груше повесить… И повешены».

Долго бытовало на Украине ругательство: «Щоб тебе тая Кодня не минула».

Что было, то было. Дорого обошлось православным жителям польской Украины их пребывание под под властью шляхты и католических священников.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.



Поделитесь на страничке

Следующая глава >