Глава 3 «АНТОНОВЩИНА»

Глава 3

«АНТОНОВЩИНА»

Гражданская война вскрыла одну из самых тяжелых и самых трудных проблем России: «…социально-культурный разрыв между народом и интеллигенцией, который возник после реформ Петра Великого и в течение двух столетий был самым большим социальным злом русской жизни. «Народ», т. е. крестьянство, смотрел на дворянство, чиновничество и интеллигенцию почти как на иностранцев или, во всяком случае, как на «начальство». Разрыв этот был не только бытовым и психологическим, но и юридическим».[240]

Уже в ходе Великой войны вскрылись коренные различия между «народом» и «интеллигенцией». Народ не хотел Великой войны, не понимал ее смысла. Крестьяне дезертировали толпами. А потом они не хотели воевать ни у белых, ни у красных. Красные намного последовательнее белых заставляли крестьян воевать на их стороне, формируя из них тело своей военной машины.

Армия дезертиров

За 7 месяцев — с октября 1918 года по апрель 1919 года — 2,7 млн человек было призвано в Красную Армию, а около 0,9 млн уклонилось от призыва. Кроме того, в 1919-м ежемесячно дезертировало в среднем 173 тысячи. Эта цифра дает 1,2 млн дезертиров за 7 месяцев и означает, что 45 % призванных в армию из нее разбегались.

В отличие от крестьян-повстанцев, дезертиры избегали активных действий, старались прятаться в лесах и привлекать к себе поменьше внимания. Число их было огромно. Особые отряды ловили дезертиров по деревням, возвращали в части, некоторых для устрашения расстреливали.

В каждой из губерний Центральной России в 1919 году коммунисты ежемесячно отлавливали по 2–5 тысяч дезертиров. Уже к августу 1919 года их было поймано 0,5 млн. Число непойманных было выше. Конечно, и из Белой армии бежали мобилизованные солдаты. Но, во-первых, масштабы явления совершенно не сопоставимы. Во-вторых, дезертиры белых армий вовсе не стремились попасть в красную. Оказавшись в красном тылу, они становились дезертирами двух армий.

Начало войны с крестьянством

Война с крестьянством началась еще с «похода в деревню», весной 1918 года. Волнения в селах Европейской России начались в мае 1918 года и никогда не прекращались. Чекист М.И. Лацис пишет, что только за 15 месяцев 1918–1919 годов было 344 крестьянских восстания, где погибло 1150 советских работников.

В конце 1918 года крупные восстания полыхали в Тверской, Тульской, Калужской, Ярославской, Костромской, Владимирской, Витебской, Смоленской, Казанской, Воронежской, Рязанской и Тамбовской губерниях.

Ничего не изменилось и в 1919-м, и в начале 1920-х годов. «Большевики, добиваясь военными методами выполнения продразверстки, утратили доверие большей части населения страны. Их власть, поначалу поддерживаемая частью населения, теперь находилась в глубоком кризисе».[241]

Официальная версия в СССР: мол, крестьянские восстания 1920–1921 годов начались потому, что крестьянство мирилось с продразверсткой, пока шла война с белыми. Когда же война закончилась, крестьяне не хотели больше терпеть продразверстки.

Есть и другая причина: крестьяне вовсе не хотели подчиняться «их благородиям» и воевать под их началом. Но большинство из них вовсе не хотело поражения Белой армии. И когда белые проиграли, крестьяне с кряхтением сами взялись за оружие. Пришлось…

Тем более красные им все равно ведь не дали бы покоя. Пока шла война с белыми, красным было попросту не до крестьян. Теперь до них тоже дошли руки.

Начало восстания Антонова

Армия Врангеля успешно наступала в Северной Таврии, когда 14 июня 1920 года 33 белых офицера встретились с 67 вожаками крестьян-повстанцев в деревне Синие Кусты Борисоглебского уезда Тамбовской губернии. На «совещании ста» было решено создать две четко организованные партизанские армии. Фактически создали три армии:

1- я Повстанческая армия со штабом в селе Каменка Тамбовского уезда. В армии — 17 полков, названных по местам формирования: Каменский, Совальский, Козловский, Борисоглебский и так далее. Командующий — полковник А.В. Богуславский, потом капитан И.А. Губарев. В армии было до 10 тысяч человек.

2- я Повстанческая армия из 8 полков со штабом в селе Кибяки Кирсановского уезда. Командующий — поручик П.М. Токмаков, потом штабс-капитан Митрофанович. До 8 тысяч человек.

3-я армия — Конно-подвижная со штабом в Каменке. Командующий — вахмистр И.С. Колесников. 4 полка: 1-й Богучарский, Казачий, Хоперский, 2-й Богучарский.

В конную армию вошли 5 тысяч казаков, отставшие во время отступления белых. Их привел с Дона хорунжий П.И. Матыркин. Столько же казаков привел с Хопра вахмистр И.С. Колесников. Были и 2 тысячи повстанцев на конях.

Кроме трех армий, были подразделения местной самообороны, охранные и милицейские — фактически все мужское население Тамбовщины.

К повстанцам прибилось много офицеров белых армий — до 200 человек. Среди них были ветераны Ледовых походов.

Оружия хватало — и принесенного с фронта, и отнятого у карателей с 1918 года. Еще много оружия захватил на советских складах и раздал крестьянам Мамантов в 1919 году.

И в 1920 году крестьяне не пошли вместе с белыми армиями Врангеля. Они воевали самостоятельно.

Два месяца ушло на формирование армий. Летом 1920 года продотряды, в точности как в 1918-м, отбирали у крестьян не только «излишки» хлеба, но и «проднорму», обрекая их на голод. Непокорных избивали, отбирали последнюю корову, а то и домашнее имущество. Отряды по борьбе с дезертирством угоняли единственных кормильцев многодетных семей.

19 августа 1920 года крестьяне разоружили красный продотряд и разогнали Совет в селе Каменка. Так началось Тамбовское восстание.

К октябрю восстание охватило пять уездов, где были упразднены органы Советской власти, перекинулось в Воронежскую губернию, перерезало важные железнодорожные линии и охватило территорию с 3,3 млн населения.

14 ноября 1920 года на совещании командиров воинских соединений и Союза трудового крестьянства (СТК) командующим Объединенной партизанской армией был избран поручик П.М. Токмаков, из местных крестьян. От 20 до 50 тысяч человек стояло под его командой. Начальником штаба второй армии был А.С. Антонов.

Путаница вокруг эсеров

Антоновых вообще-то было несколько. Два брата Антоновых у повстанцев: Александр Степанович (1888–1922) и Дмитрий Степанович (1893–1922).

Еще два Антоновых у красных: В. А. Антонов-Овсеенко, глава полномочной комиссии ВЦИК РСФСР, и начальник тамбовской ЧК М.Д. Антонов-Герман.

Долгое время Ленин имел в виду именно этих, «красных Антоновых», говоря об «антоновщине». Мол, как там руководит подавлением восстания наша «антоновщина»?

Называть «антоновщиной» само восстание стали к началу процесса над эсерами 1921 года. Коммунисты хотели изобразить восстание как эсеровское, руководимое братьями Антоновыми…

Малограмотные советские историки путают двух «белых Антоновых», и часто «Антонов» оказывается у них одновременно в двух разных местах.

Такая же путаница с Союзом трудового крестьянства. Советские авторы в одно и то же время называют председателями СТК то П.М. Токмакова, главкома Единой партизанской армии, то неких Г.Н. Плужникова и И.Е. Ишина. Откуда такая орава председателей? Оттого, что СТК было одновременно два. Главой первого Союза был Токмаков. Идеология этого СТК предельно ясно выражена в воззвании Союза трудового крестьянства:

«Долой палачей — предателей Родины коммунистов!

Да здравствует избранное всем народом страны Учредительное собрание!

Да здравствует Великая Единая и Неделимая Россия!»[242]

Обнародованная еще в мае 1920 года программа СТК требовала свержения власти Совнаркома и упразднения компартии, установления вплоть до созыва Учредительного собрания временной власти из лиц, участвовавших в борьбе с большевиками; допущения российского и иностранного капитала к восстановлению экономики, равенства сословий и классов, свободы слова, печати, совести, союзов и собраний, самоопределения народов Российской империи, обязательного начального образования.

СТК только в одном пункте расходился с белым правительством Врангеля: крестьяне хотели раздела помещичьих земель и отдачи ее общинам, а не частной собственности на землю.

Второй Союз создали эсеры… Они очень хотели возглавить восстание и создали параллельный СТК под лозунгом «Советы без коммунистов» и под красной тряп… красным знаменем. Но на Тамбовщине Советы вообще не были популярны, никто за эсерами не пошел. Крестьяне разогнали эсеров, заявив: они почти так же виноваты в российском кошмаре, как коммунисты.

В Республике Тамбовского партизанского края

20 мая в селе Карай-Салтыки Кирсановского уезда Тамбовской губернии было провозглашено создание нового государства: Республики Тамбовского партизанского края со всеми правами до проведения Учредительного собрания. Глава — местный крестьянин Шендякин.

Государство было провозглашено на митинге Единой армии, Союза трудового крестьянства и Гражданской управой — то есть остатками системы управления еще царских времен.

Это государство не было ни примитивным, ни «отсталым». Деревни и волости управлялись собой сами. Правительство, Гражданская управа, опиралось на Союз трудового крестьянства (СТК) и 900 его местных комитетов. Трехцветный флаг восстановлен как флаг государственный.

Крестьяне организовали собственные суды, прокуратуру, милицию, школы. Начальное образование было объявлено обязательным, и 1920/21 учебный год дети обоих полов отучились полностью.

Официальными лозунгами Республики Тамбовского партизанского края были: «Долой уголовно-бандитскую власть предателей русского народа — коммунистов!», «Да здравствует Великая, Единая и Неделимая Россия!», «Да здравствует Учредительное собрание!».

Разрешалась деятельность любых политических партий, кроме коммунистов.

В январе 1921 года повстанцы разгромили красные кавалерийские части у сел Сампур и Верхоценье, уничтожили бронепоезд, разобрали рельсы на участках Грязи — Поворино и Тамбов — Балашов. Они взяли станцию Токаревка и поселок городского типа Уварово.

В конце января 1921 года командующий красными войсками А.В. Павлов начинает новое наступление. Его громят во многих пунктах, а красноармейцы толпами переходят на сторону партизан. Восстание перехлестывает в Воронежскую и Саратовскую губернии.

Контрнаступление коммунистов

В конце декабря 1920 года в Москве совещаются глава ЧК Дзержинский, главнокомандующий РККА Каменев, представители Тамбовской губернии. 25–28 января коммунисты проводят новую конференцию в Тамбове. А.В. Павлов объясняет свой неуспех очень большой силой повстанцев.

27 января 1921 года создается Комиссия по борьбе с бандитизмом под руководством Дзержинского. Совнаркому каждую неделю докладывают о ходе событий. 2 февраля 1921 года вопрос о восстании рассматривается на заседании пленума политбюро ЦК РКП (б), и в Тамбовскую губернию выезжает Полномочная комиссия под руководством В.А. Антонова-Овсеенко.

Антонов-Овсеенко обещает крестьянам амнистию. 12 апреля по деревням распространяют листовки с обещанием амнистии всем сдавшимся.

В этот же день крестьяне берут поселок городского типа Рассказово, а на их сторону целиком переходит батальон Красной Армии с орудием и 11 пулеметными стволами.

Применение против крестьян авиации не дает никаких результатов.

Коммунисты ведут масштабную чистку советского аппарата в Тамбове и в губернии. Они отстраняли от власти сомневающихся и ненадежных, ставили своих людей. Ведь «в 41 волости уезда бандитами совершенно разрушен советский аппарат и убито до 250 партийно-советских работников, временами восстанавливаемый советский аппарат вновь разрушается…».[243]

В Борисоглебском исполкоме «…все честные товарищи, ранее стоявшие у власти, погибли».[244]

Кроме того, чекисты стали проникать на территорию Республики под видом повстанцев. Они пытали и убивали людей, отнимали скот и продовольствие. Чекисты не учли, что крестьяне знают друг друга если не лично, то уж наверняка через второго-третьего человека.

Устроив засады на «повстанцев», они истребляли карателей, а пленных судили в тех местах, где они совершали преступления. Трупы крестьяне свозили к позициям красных и в своих листовках подробно разъясняли, за что казнили этих чекистов.

Чекисты вели агитацию, сбрасывая с аэропланов тонны листовок. «Это вызывало неописуемую радость крестьян, так как при нехватке бумаги они охотно использовали ее на самокрутки и как туалетную бумагу».[245]

В апреле и мае 1921 года ЦК поручил Главкому Красной Армии Каменеву и командованию Орловского военного округа принять наконец «экстренные меры» для подавления восстания. Срок — месяц.

Новые подвиги Тухачевского

После этого войска Красной Армии в Тамбовской губернии сменили. Ввели свежие, не подвергавшиеся агитации повстанцев части Красной Армии. Вводились дивизии ЧК и ЧОНов, чекистские войска, курсанты и «интернационалисты». К лету 1921 года интернациональные части Красной Армии насчитывали, по, разным оценкам, от 182 до 250 тысяч человек. В Тамбовщину вошли китайские и венгерские части.

Были даже автоматчики. Два батальона, вооруженные автоматами, созданы были еще в конце 1916 года и находились в резерве Красной Армии. Теперь вот они пригодились.

Общая численность красных войск превысила 150 тысяч человек.

Прибыло 9 кавалерийских дивизий и бригад, 6 бронеотрядов, 5 автоотрядов с крупнокалиберными пулеметами, несколько бронепоездов. Два авиаотряда насчитывали больше 40 самолетов. Во главе войск поставили М.Н. Тухачевского — того самого, разбитого на Висле.

«Они не щадят себя в бою, а также своих жен и детей, бросаясь на пулеметы, как волки», — докладывал Тухачевский в ЦК. Именно тогда появилась поговорка «тамбовский волк».

12 июня Тухачевский подписал приказ об использовании ядовитых газов. После этого на Тамбовщину направили химический полк и пять химкоманд: артиллерию, стрелявшую химическими снарядами.

Много позже в своих сочинениях Тухачевский откровенно напишет, что «в районах прочно вкоренившегося восстания приходится вести не бои и не операции, а, пожалуй, целую войну, которая должна закончиться прочной оккупацией восставшего района… ликвидировать самую возможность формирования населением бандитских отрядов. Словом, борьбу приходится вести в основном не с бандами, а со всем местным населением».[246]

Большевики очень боялись агитации и разложения своей собственной армии. Они страшно торопились: боялись, что, если затянуть войну, Красная Армия начнет переходить на сторону повстанцев.

За подавление «антоновщины» коммунисты выдали больше орденов Красного Знамени, чем за всю Гражданскую войну до 1920 года. Один только бронедивизион мадьяр (в нем были еще австрийцы и немцы) получил 58 орденов Красного Знамени на 250 военнослужащих.

Тухачевский издал по меньшей мере 5 приказов о взятии заложников. Списки заложников частично сохранились: подростки от 13 до 16 лет. Большая часть из них была расстреляна: ведь партизаны и не думали сдаваться. В плен практически никто не шел, и в документах Красной Армии под «пленными» имели в виду захваченных мирных жителей. «Взято в плен 1000 человек, 1000 расстреляна», — докладывал Уборевич Тухачевскому. Подозрительно круглая цифра! Похоже, точнее никто не удосужился посчитать, тем более составить списки. Теперь и не установить, кого именно убили в этой партии. А сколько было партий, о существовании которых мы не узнали и никогда не узнаем?

Тухачевский велел сжигать дотла мятежные деревни, конфисковывать имущество и угонять скот. Стоит сравнить карту Тамбовской губернии 1913 года и современные карты: на первой отмечены населенные пункты, которых нет на второй. И не маленькие «неперспективные» деревни, а села с населением в тысячи человек. В них люди были поголовно уничтожены, а деревни сожжены.

Повстанцы ушли из деревень, базировались в лесах. Они не хотели подвергать риску свои семьи. Тогда ВЦИК издает постановление № 130, согласно которому создаются концентрационные лагеря — для членов семей повстанцев.

Общее число концлагерей неизвестно. Мы знаем о 12, но это явно далеко не все. Два концлагеря находились непосредственно в Тамбове. Все известные концлагеря были просто участками луга, огражденными колючей проволокой. Если и кормили, то сырой картошкой и сырыми овощами. Детей, которые могли ходить, сразу отделяли от матерей и гнали в другие лагеря. Уборных не было. Охрана-в основном нерусские.

Согласно приказу № 130, если партизан не выходил из лесу и не сдавался через две недели после заключения семьи в концлагерь, его семью отправляли в Северные лагеря («на переработку»). Фактически в этом не было необходимости, мерли и здесь. Двух недель обычно хватало.

Газовая атака

Операции Красной Армии не скрывались. Так же как в газетах печатались списки расстрелянных, необходимость и полезность красного террора обсуждалась в прессе, так же печаталось про восстание. Газеты выходили с заголовками: «Губерния объявлена на положении Кронштадта!», «Мы уничтожаем семьи бандитов — они должны отвечать за них!», «Травить их удушливым и отравляющим газом!».

Даже в Германии времен Гитлера не было ничего похожего.

Судя по документам самих коммунистов, с июня по сентябрь 1921 года не раз применялись отравляющие газы. У одного только села Пахотный Угол газами было убито 7000 крестьян, в том числе женщин и детей, прятавшихся в лесу.

Вскоре после газовой атаки ребятишки пошли в лес за ягодой: «После красных у нас в деревне с едой было плохо… Войдя в лес, мы заметили, что листва и трава имеют какой-то красноватый оттенок, мы никогда такого не видели… Кругом лежали трупы людей, лошадей, коров в страшных позах, некоторые висели на кустах, другие лежали на траве, с набитым землею ртом, и все в очень неестественных позах. Ни пулевых, ни колотых ран на их телах не было. Один мужчина стоял, обхватив руками дерево. Кроме взрослых, среди трупов были дети».[247]

Это — одна картинка, которую донесли до нас живые свидетели. Но, судя по многим данным, отравляющие вещества и помогли покончить с партизанами.

Месяца коммунистам не хватило, но к сентябрю 1921 года погибли почти все командиры: убит в бою П.М. Токмаков, при переправе через Хопер ранен и утонул А.В. Богуславский. Под Шендяпиным убили коня. Не желая попасть в плен, он застрелился.

К октябрю 1921 года восстание было почти полностью подавлено. Отдельные отряды уже не имели связи друг с другом. Не будучи единой армией, они сопротивлялись до осени 1922 года. Последнего повстанца поймали… в 1943 году, когда «чистили» леса от новой волны борцов с Советской властью.

Общие потери восставших трудно оценить — тем более трудно провести грань между партизанами и мирным населением. Всю 50-70-тысячную Единую армию можно смело считать покойниками. Число истребленных крестьян — порядка 100–150 тысяч человек. Потери Красной Армии — не менее 10 тысяч.

Саму Тамбовскую губернию упразднили как административную единицу и снова создали как Тамбовскую область в 1937 году — в три раза меньше прежней.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >