Глава 5. Неуловимый лев

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава 5. Неуловимый лев

Крепко сжав в руках свою палицу, Геракл, удивляясь трусливому поведению свирепого льва, побежал по его следам. Но он прекрасно помнил, что свирепость Немейского льва равна его хитрости. Поэтому он хоть и быстро следовал за львом, но все равно постоянно оглядывался, опасаясь, что лев подстерегает его где-то возле дороги. Однако животного нигде не было видно, и его следы скоро затерялись в каменистой Немейской долине. Геракл долго бродил между холмов, пока не дошел до высокой горы, поросшей жесткими кустами. Обшарив все кусты и внимательно обойдя эту гору со всех сторон, льва Геракл так и не обнаружил.

Наступала ночь. Геракл зажег костер, чтобы зверь не напал на него в темноте. Как только тьма спустилась в долину и накрыла своим покрывалом окрестности, Геракл услышал злобный рык подкравшегося к костру зверя. Дождавшись появления Луны на небосводе, Геракл тут же и увидел и льва, стоящего на горе и наблюдающего за костром и самим Гераклом. Геракл тут же схватил свою палицу и, вооружившись факелом, сделанным из ветки, побежал вверх по горе, к месту, где находился лев. Однако лев как будто испарился. Целую ночь Геракл рыскал по горе и ее окрестностям, в поисках льва, благо яркий свет луны освещал его путь.

Как только первые лучи предрассветного солнца начали согревать прохладную землю Немейской долины, Геракл снова заметил льва, неподвижно наблюдающего за ним с высоты горы. С криком Геракл снова побежал к зверю, однако лев снова как будто провалился сквозь землю. Торопясь, Геракл неожиданно увидел на вершине горы вход в львиное логово, поросшее кустарником. Раздвинув колючие сухие заросли, Геракл собирался ворваться в пещеру и расправиться со зверем, однако остановился в нерешительности и страхе…

— Это неправда! — запротестовал Молорх, впервые прервав гостя. — Геракл не знает страха!

Улыбка растянула губы Пана.

— Ты правильно сказал, добрый Молорх, — отвечал он, — И все-таки Геракл испугался. Мало того, что пещера выглядела сырой, темной и настолько тесной, что в ней невозможно было размахнуться дубинкой, вокруг пещеры валялись кости и останки тел, а в глубине он увидел светящиеся, словно два факела, глаза свирепого льва. Гераклу пришлось покинуть пещеру. Я не желаю тебе, Молорх, когда-нибудь увидеть глаза подобные этим — свирепые, светящиеся злостью и ненавистью.

— Странник, — не выдержав, обратился к нему Молорх. — Не томи меня! Скажи, жив ли добрый Геракл?

— Погоди и слушай дальше, — продолжая улыбаться, проговорил Пан. — Как только зверь заметил, что Гераклом овладел страх, он выпрыгнул из пещеры, желая напасть на него. Но Геракл уже успел сбежать к костру, который догорал после бессонной ночи, и поджечь огромную палку. Достигнув пещеры, Геракл начал, пугая зверя огнем, загонять его обратно в пещеру. Сам же он вошел в пещеру следом. Чем дальше он продвигался, тем сильнее возвышались пещерные своды. Только собрался Геракл, замахнувшись палицей, ударить свирепого противника, как косматая грива льва скрылась за выступом в пещере. Геракл бегом побежал за львом и внезапно выскочил на свет, выйдя из пещеры с противоположной стороны. Оказалось, пещера льва имела два выхода. Весь день Геракл пытался догнать зверя, гоняясь за ним, бегая от первого входа в пещере, через гору и выбегая со второй стороны. Однако догнать льва у него так и не получилось. Геракл понял, что для поимки зверя ему нужно быть хитрее.

Хорошенько поразмыслив, он сложил перед первым входом огромный костер, чтобы зверь не мог выйти из пещеры, а сам поспешил ко второму входу и всю ночь закладывал его обломками скал, пока не завалил дыру до самого верха.

На самой заре он возвратился к первому входу, и, снова размахивая зажженной веткой, смело пошел на льва. Поняв, что выхода нет, лев развернулся и с ужасным ревом, отраженным в сводах пещеры, уставился на человека…

— Странник! — в ужасе вскричал Молорх. — Скажи мне, если ты бог, жив ли мой друг?

Но гость жестом остановил его.

— Ты очень торопишься, мудрый Молорх, — спокойно произнес Пан. — Подняв свою палицу, Геракл со страшной силой опустил ее на косматую голову зверя. Ужасная сила удара переломила крепкий череп животного. Лев в судорогах упал к ногам Геракла, поскуливая и стараясь подняться на лапы. Тогда герой схватил его за горло и сжимал до тех пор, пока животное не задохнулось.

— Славный Геракл, бесстрашный герой… — с восхищением проговорил Молорх. — Но где же он сейчас?

Гость, рассмеявшись, заявил:

— Убив зверя, Геракл вернулся к старику Молорху и в подробностях рассказал, как он охотился на зверя!

Сказав это, гость схватил из очага головешку и поднес к своему лицу. Молорх вскрикнул от неожиданности: перед собой он увидел Геракла, который за тридцать дней оброс длинной бородой и космами волос, и стал удивительно похож на грозного Пана. А на голове вместо шлема, возвышалась морда Немейского льва, а тело с золотым панцирем было прикрыто львиной шкурой, которая тверже железа.

Вместе с Молорхом Геракл принес благодарственную жертву Зевсу, и тут де отправился с трофеем к Эврисфею.

Через много лет, когда Геракл освободился от рабства, оказавшись в Немее, в честь своего первого подвига он решил учредить общегреческие игры, которые стали называться Немейскими.

Проводились они через каждые два года в июне месяце в живописной долине близ города. В их программу обязательно входили гимнастические, конные и музыкальные соревнования. В этой долине также был возведен храм Зевса, а рядом на стадионе и состязались в стрельбе из лука, борьбе, метании диска и копья, беге на стадии и двойном стадии, в кулачном бою, в панкратии, где были смешаны борьба и кулачный бой, а также в пятиборье, гонках на колесницах и скачках верхом. В программе музыкальной части состязались кифареды — исполнители песен под аккомпанемент лиры.

Аргосский царь, увидев через окно приближающуюся к замку могучую фигуру, покрытую великолепной шкурой льва огромного размера, испугался и спрятался в отдаленной комнате замка. Слуги его насилу нашли его, но он далеко не сразу открыл дверь, долго разговаривая через нее. Они и объяснили царю, что это вернулся Геракл, покрыв свои плечи не гиматием, а шкурой убитого им Немейского льва.

Шкуру Немейского льва, которая оказалось ненужной Эврисфею, Геракл оставил у себя. Эта шкура, а также палица, принесенная им из Немейской долины, стали постоянными «спутниками» Геракла в его приключениях. И много раз они спасали его от верной смерти.

Эврисфей понял, какой огромной силой обладает Геракл и сердце царя наполнилось страхом, поэтому он запретил слуге приближаться к своему замку. Впредь Гераклу было приказано демонстрировать доказательства своих подвигов под высокими стенами города. Геракл не стал спорить.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.