ГЛАВА 18

ГЛАВА 18

1

22 и 23 октября по Советскому Союзу прокатилась волна собраний партийного актива военных округов.

День начинается на Дальнем Востоке, когда Москва только ложится спать. Потому самое первое заседание — в штабе Дальневосточного военного округа в Хабаровске. В окружном Доме офицеров собраны командующий войсками округа генерал-полковник В. А. Пеньковский, его заместители, начальник штаба округа, начальники управлений штаба, командующие армиями, их заместители и начальники штабов, командиры корпусов, дивизий, бригад и полков с заместителями и начальниками штабов, военные комиссары областей и краев, военные прокуроры, члены военных советов округа и армий, замполиты корпусов, дивизий, бригад, полков, редактор окружной газеты «Суворовский натиск», другие лица, контролирующие огромную массу войск. Всего в зале сидели 880 офицеров и генералов.

Доклад сделал прибывший из Москвы член Президиума ЦК КПСС генерал-лейтенант Брежнев Леонид Ильич. Тема доклада — «Об улучшении партийно-политической работы в Советской Армии и Флоте».

С тех самых пор так и было принято считать: никакого заговора Жуков не готовил, никаких доказательств подготовки заговора предъявлено не было, сняли великого полководца просто за то, что недооценивал партийную болтовню.

Но давайте посмотрим на те же события из другого угла.

Прежде всего, в Советском Союзе вещи, тем более серьезные, своими именами не назывались.

В авиации и космонавтике у нас никогда не было катастроф. Были внештатные ситуации.

У нас не было радиоактивного облучения военнослужащих и гражданского населения. У нас было окуривание. Так в документах и писали: попал под окуривание. А лучевая болезнь именовалась каким-нибудь заумным медицинским термином — например, у членов экипажа атомной подводной лодки К-19, пострадавших в аварии ядерного реактора в 1961 году, в целях секретности официальным диагнозом была не «лучевая болезнь», а «астено-вегетативный синдром».

У нас зэки на Колыме не добывали золото. Они добывали металл. Какой именно, ни в каких документах не указывалось.

Про ракеты и ядерные заряды пресса говорила тогда, когда обличала супостата и прославляла нашу мощь. Но когда дело доходило до конкретных ракет и конкретных зарядов, то получалось, что у нас их вовсе не было. Ни в каких совершенно секретных документах они не числились. Вместо них были «изделия» и «спецзаряды».

И не было в 1979 году убийства законного руководства Афганистана и вторжения советских войск в эту страну. Было только благородное и героическое выполнение интернационального долга. И цинковые гробы из Афгана домой не возили. Возили «Груз 200». Регулярно.

Нам говорят: причиной изгнания Жукова была всего лишь какая-то дурацкая недооценка партийно-политической болтовни. С этим спорить не будем, но, не упуская из вида «окуривания», «изделия» и «инстанции», попытаемся сообразить, что же за этой странной формулировкой скрывалось на самом деле.

И давайте вместе представим: могла ли Коммунистическая партия тысячам офицеров и генералов, то есть всему миру, за две недели до 40-й годовщины Великой Октябрьской социалистической революции сообщить, что один из вождей Советского Союза чуть было не вырвал всю власть из рук этой партии. И премного в этом деле уже преуспел.

И еще. Граждане мужчины, подтвердите: если ваша жена не удовлетворена в каком-то весьма важном вопросе, будет ли она вас в этом открыто и прямо упрекать? Она, гадюка подколодная, будет ворчать и придираться по пустякам. Так неужели же вы думаете, что наша родная и мудрая Коммунистическая партия была дурнее вашей жены?

В Северо-Кавказском военном округе на заседании партийного актива присутствовало 875 офицеров и генералов. Доклад сделал прибывший из Москвы член Президиума ЦК КПСС товарищ Микоян. Он рассказал собравшимся о том, что товарищ Жуков партийно-политическую работу слегка недооценивает, да и вообще товарища Жукова последнее время крепко заносит. Присутствующие с этим дружно согласились. То, что Жукова заносит, они ощущали на собственных шкурах. В тот же день товарищ Микоян отбыл в Одесский военный округ, чтобы на следующий день выступить с докладом перед генералами и офицерами.

В Куйбышеве, в Доме офицеров Приволжского военного округа собрались 1250 офицеров и генералов. Доклад прочитал член Президиума ЦК КПСС товарищ Беляев.

В Ленинграде актив был собран в Актовом зале Смольного. С докладом выступил член Президиума ЦК КПСС товарищ Козлов.

Но главное собрание — в Большом Кремлёвском дворце. Тут был собран партийный актив Министерства обороны, Московского военного округа, Московского округа ПВО. С большим докладом выступил Первый секретарь ЦК КПСС товарищ Хрущёв Никита Сергеевич. Он в частности сообщил:

Мы узнали, что принято решение организовать школу диверсантов в 2000 с лишним человек. В эту школу брать людей со средним образованием, окончивших военную службу, на 6-7 лет. Солдатам платить 700 рублей помимо содержания, сержантам 1000 рублей. И главное — никакого решения Центральный Комитет не выносил, этот вопрос не вносился в Центральный Комитет. Назначили начальником школы генерал-лейтенанта Мамсурова. Мамсуров приступил к формированию этой школы, но у него, видимо, зародились сомнения. Он пришел в ЦК и сказал, что всегда ЦК утверждал его, а это назначение никому не известно. Только три человека должны знать, товарищи Жуков, Штеменко и Мамсуров. Нехорошо Штеменко сделал. Как коммунист он должен был нам сказать. Спокойнее так. Диверсанты. Черт его знает, что за диверсанты, какие диверсии будут делать. (Смех в зале) (Георгий Жуков. Стенограмма октябрьского (1957 г.) пленума ЦК КПСС и другие документы. с. 217-218).

Две тысячи генералов и офицеров Министерства обороны, Генерального штаба, центральных управлений Министерства обороны и главных управлений Генерального штаба, руководство Московского военного округа и Московского округа ПВО, военных академий и других учреждений прерывали доклад товарища Хрущёва бурными аплодисментами, и такими же бурными аплодисментами проводили его с трибуны.

3

В ночь с 22 на 23 октября из Москвы в Тирану ушла шифровка: директор приказал навигатору срочно сообщить гостю: состоялся актив Министерства обороны, следует немедленно вернуться в Москву[19].

4

Ночью Жукова разбудил человек в штатском — первый секретарь Посольства СССР в Албании. Человек коротко представился:

— Резидент ГРУ полковник Полищук. Товарищ Маршал Советского Союза, начальник ГРУ генерал-полковник Штеменко сообщил, что в Москве состоялось собрание партийного актива Министерства обороны. Вам следует немедленно вернуться в Москву.

5

Ранним утром 23 октября генерал для особых поручений при министре обороны генерал-лейтенант Китаев из Тираны отправил запрос в Москву в Министерство обороны: срочно шлите самолет.

Ответ пришел к вечеру: самолет прибудет завтра. 24 октября была сообщено, что самолет задерживается и прибудет 26 октября.

В тот же день генерал-лейтенант Китаев отправил в Москву приказ своему заместителю:

Генерал-майору Колобову. Маршал приказал подготовить и доложить ему по прибытии на аэродром 26.10.57 г. следующие материалы:

1. Перечень важнейших решений Президиума ЦК КПСС, касающихся Вооруженных Сил и Министерства обороны, принятых в его отсутствие.

2. Перечень и краткое содержание крупных чрезвычайных происшествий и о принятых по ним мерах.

3. Справку о проведенном партийном активе Министерства обороны с историей этого вопроса.

Кроме того, прошу подготовить ему очередные ТАСС[20] и сводку наиболее важных откликов по линии ТАСС, связанных с его поездкой.

Генерал-лейтенант Китаев. 24.10.57 (Георгий Жуков. Стенограмма октябрьского (1957 г.) пленума ЦК КПСС и другие документы. с. 658).

6

Генерал-майор Колобов, как было приказано, немедленно передал копию приказа первому заместителю министра обороны Маршалу Советского Союза Малиновскому. Малиновский рванул в Кремль доложить Хрущёву.

Хрущёв вызвал заведующего Общим отделом ЦК КПСС товарища Малина, приказал размножить приказ генерал-лейтенанта Китаева и разослать членам и кандидатам в члены Президиума ЦК КПСС.

Приказ генерал-лейтенанта Китаева содержал весьма странный третий пункт, который неизбежно вызывал вопрос: откуда Жукову известно о проведении собрания партийного актива Министерства обороны?

7

25 октября 1957 г.

Совершенно секретно.

П120/16

О созыве пленума ЦК КПСС.

Созвать пленум ЦК КПСС 28 октября с. г. в 10 часов утра.

Поставить на обсуждение пленума вопрос об улучшении партийно-политической работы в Советской Армии и Флоте.

Секретарь ЦК (Там же. с. 224.)

Ключевой момент

В Постановлении ЦК КПСС «Об улучшении партийно-политической работы в Советской Армии и Флоте» от 19 октября 1957 года можно найти много такого, что читать, а тем более пересказывать совсем не интересно. Но после множества пустых фраз в самом конце постановления содержалось главное:

В целях усиления партийного контроля за подбором и расстановкой руководящих и военных кадров расширить перечень должностей командных и политических работников, утверждаемых ЦК КПСС (там же, с. 188).

Вот это и есть обвинение Жукову. Правда, выражено обвинение так, чтобы поняли только те, кому положено понимать.

Жуков кого-то снимал и кого-то назначал, не спрашивая разрешения Центрального Комитета Коммунистической партии. Большим начальникам дали понять, что в данном вопросе будет наведен полный порядок. Партийный контроль в деле подбора и расстановки кадров будет усилен. Перечень должностей, на которые назначают только по решению Центрального Комитета, будет расширен. Кому ни попадя в деликатные вопросы подбора и расстановки кадров вмешиваться не позволят.

А тому, кто такие вольности допускал, сейчас врежут по шее. Правда, обвинив всего лишь в том, что недостаточно внимания уделял партийно-политической болтовне.