ОРДЕН СВЯТОГО ИОАННА ИЕРУСАЛИМСКОГО, РОДОСА И МАЛЬТЫ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ОРДЕН СВЯТОГО ИОАННА ИЕРУСАЛИМСКОГО, РОДОСА И МАЛЬТЫ

       Крупнейшим (но далеко не единственным!) из современных духовно-рыцарских «Орденов Святого Иоанна», возводящих свое происхождение к возникшему в начале XI в. в Святой Земле странноприимному братству госпитальеров, является

      «Суверенный Военный (Рыцарский) Орден Госпитальеров Святого Иоанна Иерусалимского, Родоса и Мальты» ( по-итальянски: “Sovrano Militare Ordine Ospedaliero di San Giovanni di Gerusalemme, di Rodi e di Malta”; по-английски: The Sovereign Military Hospitaller Order of St. John of Jerusalem of Rhodes and of Malta; по-немецки: “Der Souveraene Ritter-Orden vom Hospital des Heiligen Johannes zu Jerusalem, genannt von Rhodos, genannt von Malta”), известный также под названием «Орден иоаннитов/Мальтийский Орден» либо «Суверенный Мальтийский Рыцарский Орден» (итал. Sovrano Ordine Militare di Malta, англ. The Sovereign Military Hospitaller Order of Malta, SMOM; нем: “Der Souveraene Malteser Ritter-Orden”, SMRO). Этот религиозный Орден римской католической церкви, являющийся одновременно католическим рыцарским Орденом, несмотря на утрату собственной территории, исходит из сохранения им признаков международно-правового суверенитета и вследствие этого считает себя вправе включать упоминание о сохраненном им суверенитете в свое вышеприведенное название. Суверенный Военный (Рыцарский) Мальтийский Орден принадлежит к числу крупнейших международных гуманитарных организаций и является претендует на звание общепризнанного во всемирном масштабе субъекта международного сообщества, не зависимого от какой-либо светской власти. Резиденция орденского правительства находится в г. Риме. 78-м Великим Магистром Ордена является Князь (Принц) и Великий Магистр, Его Преимущественнейшее Высочество фра (брат) Эндрю Берти. Точный перевод его полного титула с латинского языка: «Божией милостью Священного Странноприимного Дома Святого Иоанна Иерусалимского и  военного (рыцарского) Ордена Святого Гроба Господня смиренный магистр и со убогими во Христе Иисусе Охранитель» («Dei gratia Sacrae Domus Hospitalis Sancti Johannis Hierosolimitani et militaris Ordinis Sancti Sepulchri Dominici magister humilis pauperumque Jesu Christi custos”). Упоминание Ордена Святого Гроба Господня в титуле Великого Магистра Суверенного Мальтийского Ордена является данью периоду, когда Орден Святого Гроба Господня (ныне самостоятельный) был инкорпорирован, в качестве составной части, в Орден госпитальеров.

            В разные периоды времени  административный  центр Ордена Святого Иоанна  неоднократно менял свое местонахождение, в соответствии с чем члены Ордена часто именовались  по географическому признаку («рыцари Кипра», «рыцари Родоса», «рыцари Мальты»), оставаясь в то же время на протяжении всей долгой истории Ордена  “рыцарями-иоаннитами”, “рыцарями-госпитальерами” (по-русски – «рыцарями-странноприимцами», иногда – «гостеприимцами») и  рыцарями “Ордена Святого Иоанна Иерусалимского”.

         История возникновения  Ордена Святого Иоанна  восходит еще  IV веку, когда паломники из многих христианских стран Западной Европы устремились на поклонение христианским святыням в Святую Землю. Дальность и трудность путешествия приводили к тому, что многие пилигримы прибывали в Иерусалим  усталыми, истощенными, голодными, тяжело больными, «не имея где главы преклонить», по слову св. Евангелия, а зачастую – не имея денег для оплаты лечения, еды и ночлега. Заботу о них взяли на себя члены монашеского братства, устроившие небольшой  госпиталь (странноприимный дом), неподалеку от храма Святого Гроба (Гроба Господня). В середине VI в. римский Папа Григорий  Великий  направил  в Святую Землю аббата Проба с целью восстановления старых и постройки новых странноприимных домов для паломников, поток которых в  Иерусалим постоянно возрастал.

        Сохранились глухие сведения об одном из таких предшественников Ордена госпитальеров – странноприимном братстве итальянского купца Панталеоне (Пантелеимона) Мавре из города Амальфи, в первой половине XI в. находившегося в вассальной зависимости от православной Восточно-Римской империи (Византии). О Мавре почти не сохранилось достоверных известий, однако любопытно, что символ ордена госпитальеров – характерной формы «мальтийский» восьмиконечный крест с «ласточкиными хвостами» на концах – еще задолго до основания ордена встречался на монетах города Амальфи. Возможно, первые госпитальеры избрали его своей эмблемой в память об амальфитанском основателе странноприимного братства. Впрочем, кресты аналогичной и подобной формы встречались с самых первых веков зарождения христианства (на Востоке даже раньше и чаще, чем на Западе, причем не только у православных христиан, но и в древних восточных Церквах Армении, Абиссинии, Сирии и Египта). С другой стороны, в первоначальных уставах иоаннитов говорилось только о необходимости носить на черной одежде белый крест, без упоминания формы этого креста. А с учетом того обстоятельства, что по более поздним «Правилам» Раймонда де Пюи госпитальерам предписывалось носить на красной военной одежде белые кресты простой прямой формы, и что такой же прямой белый крест украшал красное боевое знамя иоаннитов, да и по сей день украшает государственные флаг и герб Суверенного Ордена Святого Иоанна Иерусалимского, Родоса и Мальты, появление в госпитальерской символике восьмиконечного «иоаннитского» («мальтийского») креста однозначно следует отнести к более поздней эпохе.

         По одной из версий ранней истории иоаннитов их братство возникло еще раньше, в самом начале XI в., основанное купцом Мавром из Амальфи. По этой версии, у Мавра был сын Панталеоне, сменивший его в качестве главы (ректора) иерусалимских странноприимцев, до самого взятия Иерусалима участниками I крестового похода в 1099 г. находившихся в подчинении православных Патриархов Иерусалимских (владевшие Иерусалимом мусульмане не вмешивались в местные церковные отношения, сохранившиеся неизменными со времен, когда Иерусалим принадлежал православной Восточно-Римской Империи).  

         Около 1048 г. монах бенедиктинского Ордена Петр Жерар (Герард) де Дорн (именуемый, впрочем, в иных источниках также «де Торн», «Тома Токе Жерар» и  по-иному), выходец из Прованса,   вместе  с  другими подвижниками основал в Иерусалиме на месте старого странноприимного дома  времен  аббата  Проба  новый  госпиталь  для больных паломников,  освященный первоначально во имя патриарха Александрийского  первых веков христианства Святого Иоанна Элеимона (Милостынедателя). Рядом вскоре появились церковь, освященная в честь Святой Марии Латинской  и  госпиталь  при  ней, на расстоянии  всего  лишь  "одного броска  камня от Гроба Господня". В нем было два отдельных здания: для мужчин и для женщин. В церкви служили монахи-бенедиктинцы. Постепенно День рождества Иоанна Крестителя, как бы «вытеснившего» первого покровителя госпитальеров – Иоанна Милостынедателя - становится у них особо чтимым праздником, а за монахами-госпитальерами вскоре закрепляется еще одно имя —  “иоаннитов”.

            Пример Герарда и его товарищей  вдохновил  многих современников, которые с радостью приняли на себя монашеские обеты безбрачия,  нестяжания и послушания, и дали клятву “бедных братьев госпиталя Святого Иоанна”:  “служить рабами и слугами своим господам и повелителям, каковыми являются все слабые и больные”. Одеянием госпитальерам-иоаннитам служили черные рясы монахов-бенедиктинцев.

            С началом Крестовых походов  (1096 — 1291 гг.) значение братства госпиталя Святого Иоанна оказалось поистине трудно переоценить. Больные и раненые прибывали в огромных количествах, и все они требовали лечения,  ухода, а нередко и христианского погребения.

            По старинной легенде, в ходе I Крестового похода (1096-1099 гг.)  Герард де Дорн оказался в стане  сарацин,  в  осажденном  крестоносцами  Иерусалиме. Насильно призванный мусульманами вместе  с другими иерусалимскими христианами к обороне Святого Града от крестоносцев на крепостные стены,  Герард бросал на головы крестоносцам не  камни, как повелевали иноверцы, а свежевыпеченные хлебы, в которых очень нуждались осаждающие,  ибо после длительной осады города в рядах крестоносцев начались голод и болезни.  Узнав об этом, сарацины взяли Петра Герарда под стражу и привели к мусульманскому правителю  Иерусалима.  Герарда неминуемо ожидала жестокая казнь,  но    вдруг,  на глазах у правителя и  других  мусульманских  чиновников,  хлеб  в руках Герарда превратился в камень такой же величины.  Герард был помилован, а 15 июля 1099 г. осажденный Иерусалим пал,  и  войска  крестоносцев под предводительством Готфрида Бульонского  вступили в город.  Готфрид, известный своим христианским смирением (он даже отказался от предложенной ему крестоносцами короны короля Иерусалимского, ибо счел себя недостойным носить золотой венец там, где Сам Спаситель Иисус Христос был увенчан венцом терновым), благоволил к смиренному странноприимному братству. Приняв титул «охранителя Святого Гроба», он даровал  госпитальерам  полную автономию,  а "ректор" иоаннитов Герард, прозванный Блаженным, реорганизовал свое братство в  постоянно  действующий монашеский  Орден, члены которого стали, в память о своих основателях-бенедиктинцах, носить черные рясы и плащи, позднее украшенные белым крестом, который  с середины XVI в., когда иоанниты под натиском магометан перебрались на остров Мальту, (но не ранее того!) стали называть "мальтийским".

            Существует несколько гипотез о происхождении  мальтийского креста. По одной, уже упоминавшейся выше, такой крест чеканили на монетах, а во время паломничества носили на одежде граждане итальянского города Амальфи, откуда был родом Панталеон Мавр. Символически данная форма креста толкуется следующим образом: четыре конца креста символизируют четыре христианских добродетели, а восемь углов — восемь категорий «блаженных», перечисляемых в Нагорной проповеди Спасителя, или восемь христианских добродетелей. Белый крест на красном поле (после того, как иоанниты из чистых "госпитальеров", т.е. странноприимцев, превратились "по совместительству" и в военных, они в походах стали носить под черными плащами красные полукафтанья) символизирует чистоту помыслов христианина и безупречность рыцарской чести на кровавом поле войны.

            В 1104 г. король Иерусалимский Балдуин I,  наследовавший Готфриду Бульонскому,  еще раз признал и подтвердил привилегии "Братства странноприимцев", уже как военнодуховного Ордена. А в 1107 г. он выделил Ордену госпитальеров участок земли. С этого времени рыцари-иоанниты стали приобретать земли и в европейских странах. О самом блаженном Герарде рассказывали, что он, подобно юродивому, входил на четвереньках в зал королевского совета, приближался к трону и говорил нараспев: «Я – верблюд, пришел нести на себе грехи короля. Кладите на меня королевские грехи!». Обычно король, а вслед за  королем – члены его семьи и присутствовавшие на совете вельможи, вспомнив каждый о своих грехах, клали ему в таких случаях на спину перстень, золотую цепь или какую-либо иную драгоценность, памятуя, что «не оскудеет рука дающего».  В 1113 г.  римский папа  Пасхалий  II  утвердил братство Госпиталя Святого Иоанна специальной буллой, взял иоаннитов под свое покровительство и обеспечил им право свободно избирать своих предстоятелей, без вмешательства каких-либо светских или церковных властей.  Папа также дал госпитальерам право обращаться непосредственно к нему по всем вопросам, касающимся дел их Ордена. Таким образом, пышные празднества, устроенные современным католическим «Суверенным Орденом Святого Иоанна Иерусалимского» по всему в 1999 г. и посвященные якобы «900-летию Ордена Святого Иоанна», были приурочены к абсолютно «дутой» дате! Как мы видим, 1099 год, хотя и был годом взятия Иерусалима крестоносцами, не играл в истории Ордена как такового ровным счетом никакой роли. Единственный смысл проводившихся в 1999 г. «юбилейных» торжеств заключался в стремлении современного папского Мальтийского Ордена навязать мировой общественности совершенно ложную точку зрения, согласно которой история Ордена Святого Иоанна началась только со взятия Иерусалима «латинянами».

            После смерти Герарда в 1118 г. его преемником стал  французский  рыцарь  Раймонд  де Пюи. С сентября 1120 г. он первым из предстоятелей Ордена стал именоваться уже не «ректором», а Великим Магистром (Гроссмейстером), который с тех пор избирался (и избирается) пожизненно. Как настоятель Иерусалимского госпиталя, он именовался также и  приором.

            Сохранив в неприкосновенности первоначальный госпиталь, как основу странноприимного братства,  Раймонд де Пюи установил и первый Устав Ордена Святого Иоанна Иерусалимского, в основу которого лег Устав монашеского ордена августинцев.  Для обеспечения госпитальерам возможности военной защиты паломников на дорогах Святой Земли,  ведущих к  Иерусалиму, Орден был разделен на три класса: рыцарей, которые должны были иметь благородное происхождение и выполнять как воинские, так и  сидельческие обязанности;  священников-капелланов, духовно окормлявших членов ордена;  оруженосцев,  которые должны были обслуживать  представителей первого класса. В помощь им предусматривалась категория послушников (бельцов).  Поощрялось  также привлечение в Орден  сестер-монахинь и послушниц.  Все члены братства госпитальеров были обязаны верно служить своим религиозным  и  духовным  идеалам.

            В  первые десятилетия своего существования молодой Орден, подобно большинству религиозных Орденов Западной Церкви, являлся составной частью строгой церковной иерархии. Однако,  хотя Орден и оставался по своему юридическому статусу религиозной корпорацией, он, тем не менее, отличался по своему положению от других, «типичных» Орденов того времени, поскольку располагался  не  в христианской стране, а за ее пределами, на территории, над которой господствовали мусульманские правители. Благодаря этому обстоятельству Орден Святого Иоанна с момента своего зарождения оказался как бы в «зоне международной напряженности».

            Вскоре Иерусалимский Госпиталь перерос рамки чисто религиозного объединения. Необходимость вооруженной защиты Церкви от неверных ставила перед госпитальерским братством военные и политические задачи, что обусловило его превращение  в духовно-рыцарский Орден и было документально оформлено в Генеральном уставе Великого Магистра фра (брата) Гуго де Ревеля в 1272 г.

            Булла римского папы Пасхалия II и последующие акты папы Луция II, выведшего иоаннитов из-под юрисдикции местных епископов, превратили  Орден госпитальеров в  суверенную корпорацию, независимую от светских властей и  церковной иерархии на местах. Папы Адриан IV, Александр III и Иннокентий III также предоставили Ордену ряд привилегий,  а папа Климент IV даровал главе Ордена титул “Великого Магистра Святого Госпиталя Иерусалимского и Настоятеля Рати Христовой”.

            Постоянная необходимость самоотверженной и кровопролитной обороны Святой Земли от сарацин (мамелюков, арабов и турок-сельджуков, а затем и турок-османов),  которые на протяжении столетий упорно пытались расширить границы исламского мира и пробиться в европейское Средиземноморье,  как уже говорилось выше, поставила перед Орденом Святого Иоанна, наряду с его первоначальной, чисто благотворительной задачей, новую, военно-политическую, которая и предопределила дальнейшее развитие Ордена и его статус в рамках мирового содружества. Закрепленная в  папских установлениях и дарованных иерусалимскими королями и  неоднократно подтверждавшихся впоследствии венценосцами «Священной Римской Империи» привилегиях независимость Ордена иоаннитов от всех других государств и властей, как светских, так и духовных, а также общепризнанное за иоаннитами право иметь собственные вооруженные силы, флот и самостоятельно вести военные действия заложили основу его международного суверенитета. Главнейшими крепостями иоаннитов в Святой Земле были Аккон (Акка, Акра, Сен-Жан д’Акр или Птолемаида), Маргат и Крак-де-Шевалье. Последняя из вышеперечисленных госпитальерских твердынь обладала столь мощными укреплениями, что даже в период израильского вторжения в Ливан 1982 года все еще служила оплотом палестинским партизанам, выдерживая ракетно-артиллерийский обстрел израильтян.

         Превратившись со временем из скромного странноприимного монашеского братства в сильнейшую военно-политическую организацию, Орден сменил  свое официальное название на “Рыцари-Госпитальеры Ордена Святого Иоанна  Иерусалимского”. (Заметим в скобках, что принятое в русской исторической литературе словосочетание «Орден Святого Иоанна Иерусалимского» возникло в результате неточного перевода названия Ордена с латинского языка еще при Петре I. Никакого “Святого Иоанна Иерусалимского” церковная история, как известно, не знает. Первоначальный покровитель Ордена госпитальеров – Святой Иоанн Милостынедатель, как известно, жил не в Иерусалиме, а в Александрии. Сменивший его в качестве небесного покровителя Иоанн Креститель также жил не в Иерусалиме, а  в Галилее. Правильнее было бы называть госпитальерское братство “Орден рыцарей госпиталя Святого Иоанна, что в Иерусалиме”, что соответствовало бы его буквальному названию на латинском и на других языках, где слово “Иерусалимский” относится не к имения святого, а к городу. Однако неправильный перевод, в некотором роде “освященный” актами императоров Петра и Павла, похоже, раз и навсегда вошел в отечественную историографию.). По мере роста славы и заслуг Ордена Святого Иоанна в него вступало все больше аристократов и рыцарей со всей Европы. Великий Магистр Раймонд де Пюи правил Орденом 30 лет. За этот период братство, решавшее поначалу чисто местные задачи,  стало фактором большой политики. Орден одержал немало военных побед над мусульманами,  увеличил за счет военной добычи и доброхотных даяний свою казну и земельные владения, а также основал немало госпиталей по всей Европе. Все эти факторы обусловили постоянный рост военно-политического значения Ордена Святого Иоанна. По мере расширения  его владений в  христианских государствах, обеспечивавших Ордену возможность выполнять уставные задачи, он стал во все большей степени превращаться в наднациональную организацию, которой надлежало вести войны против мусульман и охранять паломников на Святой Земле вместе с двумя другими  военно-духовными Орденами -  «бедных рыцарей Христа и Храма Соломонова (тамплиеров)» и «Пресвятой Девы Марии (тевтонских рыцарей)».

            Эта  новая задача самым решительным образом повлияла как на внешнюю форму, так и на  внутреннее устройство ордена. Как для ведения боевых действий, так и для управления своими владениями, разбросанными всей Европе, Малой Азии и Ближнему Востоку Ордену иоаннитов было необходимо  придать четкую централизованную организационную структуру. Поэтому уже в 1187 г. в Антиохии (к тому времени султан Египта и Сирии Саладин уже отнял Святой Град Иерусалим у латинских христиан), была предпринята первая попытка преобразования рыцарского братства иоаннитов в своеобразное орденское государство.

            В течении всего ХII в. Орден Святого Иоанна играл главную роль в вооруженной  защите христианских государств в Палестине. Долгое время рыцари-госпитальеры обороняли Иерусалим от  мусульман, но  в  1187 г. Орден, как говорилось выше, был изгнан из этого города  Саладином.  Приорство Ордена перебралось в Аккон. В 1291 г., несмотря  на всю доблесть рыцарей Красного Креста (тамплиеров) и рыцарей Белого Креста  (госпитальеров),  сражавшихся  бок  о бок,  Аккон, а с ним —  и вся Святая Земля  были  потеряны под натиском мусульманских войск. Великий Магистр  иоаннитов Жан де Вилье и кучка уцелевших рыцарей едва успели проложить себе мечами дорогу на последнюю орденскую галеру.  Разбитые  и  израненные,  но не сломленные, крестоносные рыцари высадились на Кипре,  где их дружески принял титулярный король Иерусалима и Армении  Ги де Лузиньян. Орден Святого Иоанна стал вассалом короля Кипра  (как сохранившего титул короля Иерусалимского) и получил от него в лен владение Лимассол (Лимиссо) на правах феода. На Кипре Орден госпитальеров слился с изгнанным из Иерусалима военно-монашеским Орденом Святого Самсона,  и этот союз  стал  именоваться “рыцари Кипра”.

            В соответствии со средневековым ленным правом Орден, хотя и сохранял определенную свободу в решении своих собственных дел, но вынужден был находиться в определенной зависимости у своего сеньора, что выражалось, в частности,  в необходимости уплате дани и несении вассальной воинской повинности в течение определенного числа дней в году. Таким образом, уже в это время стала проявляться двойственность правового статуса Ордена, который с одной стороны, в качестве духовно-рыцарского братства, был подчинен папе Римскому, а с другой, в качестве светского вассала-ленника подчинялся своему сеньору.

            Благодаря притоку новых рыцарей из Европы,  Орден Святого Иоанна вскоре вновь обрел утраченное было могущество и был преобразован самым решающим образом,  что послужило предпосылкой дальнейшего развития его внутренней структуры и его положения в рамках сообщества народов Западной Европы.           

            На Кипр хлынули рыцари и деньги со всей Европы. Был построен большой госпиталь.  Но вскоре рыцарям-госпитальерам стало уже тесно в отведенных им на Кипре владениях. К тому же кипрские  короли из рода Лузиньянов стали пытаться подчинить Орден «рыцарей Кипра» себе.

            В то время как тамплиеры и тевтонские рыцари после утраты Святой Земли переместились на  родину своих рыцарей и, несмотря на свое богатство и могущество, в конце концов впали в зависимости от тамошних светских сеньоров, рыцари ордена Святого Иоанна и Госпиталя Иерусалимского решились на завоевание острова Родос в Эгейском море. Успех, сопутствовавший этому завоеванию, а также частые нападения «варварийских пиратов» (магометанских корсаров из Алжира, Марокко и Туниса) на христианских паломники, плывших в Святую Землю морским путем, предопределили превращение Ордена, располагавшего до этого, наряду с образцовым для своего времени сухопутным войском, лишь небольшим галерным флотом, в первоклассную военно-морскую державу, ставшую со временем одной из крупнейших в Средиземноморье.  Мусульмане смогли убедиться,  что  Орден Святого Иоанна  столь  же  грозен на море,  как и на суше. Так родилась морская держава и слава госпитальеров. И не случайно даже запорожские казаки, нападавшие на своих лодках-однодеревках (т.н. "чайках") на турецкие порты и корабли, с гордостью именовали себя "мальтийскими кавалерами" и носили на шее мальтийские крестики.

            В 1294 г. Генеральный капитул (правительство Ордена) пересмотрел конституцию Ордена Святого Иоанна, приведя ее в соответствие с его новым, наднациональному характером,   что проявилось в организации внутриорденского управления по принципу "наречий", или "языков" ("лангов"), впервые упомянутых в Маргатских Уставах уже в 1206 г. Но вместе с тем многонациональный Орден иоаннитов открыл для себя возможность, завладев островом Родос, основать независимое и самостоятельное княжество —  орденское государство, и тем самым обеспечить себе положение, которое позже будет названо суверенитетом.

            В 1309 г., в ходе кровопролитных боев, Орден госпитальеров изгнал с острова Родос  хозяйничавших там греческих и мусульманских  корсаров и обосновался на нем и на семи соседних островах. С этого времени рыцари—госпитальеры стали именоваться еще и “рыцарями Родоса”. 

            Иоанниты укрепили остров, увеличили свой флот, построили новые госпитали, склады, школы, замки и дворцы, заложив государственную основу достаточно крупной, по средневековым меркам,  военно-морской державы и, в то же время создав на Родосе центр образования,  гуманитарных наук и культуры. Однако правительству Ордена Святого Иоанна принадлежали не только Родос с островами, но и огромное количество имений и других земельных владений  по всей Европе, из которых Орден извлекал немалые средства, шедшие в первую очередь на содержании армии и флота.

            В 1311 г. папа Климент V распустил Орден тамплиеров, обвинив «бедных рыцарей Христа и Храма Соломонова»  в  сатанинской ереси и неповиновении Святому  Престолу.  Великий  Магистр тамплиеров  Жак  де  Молэ был сожжен в Париже на костре. Большая часть недвижимости тамплиеров, в том числе и их многочисленные европейские имения, была папским указом передана Ордену госпитальеров  (рыцарям Родоса). Именно с этого времени Орден Святого Иоанна приобрел полный  территориальный суверенитет.

            Орден иоаннитов со всех сторон осыпали привилегиями,  и его могущество крепло  год  от  года, поскольку  все  сменяющие друг друга римские папы продолжали  выступать покровителями  братства  госпитальеров.  Настало  время,  когда Орден,  благодаря денежным и земельным дарениям, как от вступавших в него рыцарей, так и покровителей—монархов, сделался столь сильным и богатым, а его владения – столь обширными, что для облегчения управления им было  решено  разделить его на восемь “языков” для выходцев из следующих стран и местностей феодальной Европы:

Прованса, 

Оверни,    

Франции,    

 Италии,    

 Арагона (с Каталонией и  Наваррой), 

 Кастилии  (с  Португалией), 

  Германии и

 Англии (с Шотландией и Ирландией). 

Последний,  восьмой «язык» в царствование Генриха VIII Тюдора, отрекшегося от католической веры и секуляризовавшего все владения католических Орденов в Англии, был упразднен и заменен  новым, Баварским «языком».

            Каждый “язык” подразделялся на Великие Приорства (Великие Приораты, Великие Приории), приорства (приораты, приории), баллеи (бальяжи) и комменды (командорства. комтурии). В члены Ордена принимались лишь  рыцари, принадлежавшие к одному из из вышеперечисленных восьми “языков”. Каждый кандидат на звание  “рыцаря (по) справедливости” (chevalier de justice)  а только «рыцари по справедливости» имели право на занятие в Ордене руководящих должностей  вплоть до Великого магистра - должен был предъявить документальные доказательства наличия в своем роду восьми поколений предков благородной крови.  Впрочем, от кандидатов-германцев требовалось 16 поколений, а от испанцев и итальянцев лишь четыре поколения.

            Те же, кто был принят в рыцари Ордена Святого Иоанна без необходимого предъявления доказательств своего дворянского происхождения  - в виде исключения, за свои  выдающиеся  заслуги,  или же кандидаты, происходившие  от отцов—дворян и матерей—горожанок,  получали звание —  “рыцаря (по) милости” (chevalier de grace).

            Черное, по бенедиктинскому образцу, госпитальерское облачение, как мы помним, было установлено еще первым главой Ордена - "ректором" Гераром де Дорном.  Но уже при Папе Александре IV были  введены  новые правила, регламентировавшие одеяние членов ордена Святого Иоанна.  Все братья-рыцари, в отличие от прочих членов Ордена, как уже упоминалось выше,  носили красное военное полукафтанье (cote d`armes) с прямым белым полотняным  крестом  и  черный орденский плащ, с белым крестом на левом плече.  Крест на плаще, как говорилось выше, первоначально также был прямым, и лишь со временем стал «лапчатым» (с расширяющимися к концам лучами) и, наконец, восьмиконечным. Услужающие братья носили в мирное время черную рясу, а  во время войны —  черный плащ.

            По мере развития Ордена,  рыцари-иоанниты,  кроме белого восьмиконечного креста на  плаще,  стали носить серебряный крест той же формы, сначала на четках, а  затем и на груди. Однако ношение серебряных восьмиконечных крестов было официально установлено орденским капитулом в качестве обязательного только в 1631 г.

            Позже серебряные кресты стали заменяться крестами, покрытыми белой эмалью.  С появлением звания «рыцаря чести» («почетного рыцаря») для мирян,  не приносивших монашеских обетов нестяжания, безбрачия и послушания, были введены кресты с украшениями по углам, представлявшими собой геральдические эмблемы государей, подданными которых эти «почетные рыцари» являлись (в отличие от «полноправных» рыцарей-монахов, чьим единственным сюзереном являлся Великий Магистр, подчиненный, в свою очередь, только римскому Папе) - преимущественно  золотыми лилиями (поскольку впервые это вошло в обычай во французском «языке»). Впрочем, кресты для подданных «Священной Римской Империи» украшались по углам золотыми двуглавыми орлами Габсбургов, а для членов перешедшего в лютеранство Бранденбургского бальяжа (а позднее – Прусского Королевского Ордена иоаннитов), как подданных прусского короля – одноглавыми прусскими орлами, золотыми или черными, в зависимости от степени. Кресты для членов Ордена, восстановленного со временем в Великобритании, под названием «Достопочтеннейшего Ордена Госпиталя  Святого Иоанна» (с британским монархом во главе), стали украшать изображениями фигур-щитодержателей британского герба – льва и единорога. 

Для высших  сановников  Ордена Святого Иоанна (каковыми могли стать только рыцари-монахи)  были  установлены  большие золотые восьмиконечные кресты, покрытые белой эмалью и не имевшие никаких украшений по углам, носившиеся на шее на черной  ленте (цвета орденского плаща)  или  на  золотой  цепи. Услужающие  братья, в знак своей принадлежности к Ордену, носили так называемый  “донатский знак” —  полукрест, у которого недоставало двух верхних углов.

            Глава Ордена — Великий Магистр (Гроссмейстер), был ограничен в своих действиях капитулом, который он был обязан созывать во всех важных случаях жизни братства. Ниже Великого Магистра на орденской иерархической лестнице стояли «конвентуальные бальи» (в древности «бальи» назывались еще «пилье» —  т.е. букв. « столпы»), возглавлявшие «ланги» (языки) Ордена. Еще ступенью ниже шли Великие Приоры (они же «капитулярные бальи»). Все они являлись рыцарями (кавалерами) Большого Креста. За ними следовали бальи, командоры и, наконец, простые рыцари. Орден  предоставлял свои земельные владения Великим Приорам, бальи и командорам во временное владение («кормление»), при условии уплаты в орденскую казну  определенной доли дохода с них, т.н. “респонсии”.

            Именно респонсии в течение многих веков служили главным источником дохода Ордена для финансирования его военной и госпитальерской деятельности. К концу Средневековья некогда жестко централизованный единый Орден госпитальеров, в силу постоянного усиления национально-государственного принципа и ослабления универсалистских тенденций папства и католической церкви в целом,,  превратился в своего  рода  федерацию  «национальных рыцарских ассоциаций» членов Ордена, большинство из которых проживало в своих странах, а не в резиденции Великого Магистра.

            Великий Магистр имел право каждые пять лет назначать одного из рыцарей Ордена командором. Кроме того, существовал ряд командорств, доходами от которых пользовались капелланы и оруженосцы.

            Наднациональный характер Ордена проявился и в разделении исполнительной власти в рамках правительстве Ордена, состоявшего из Великого Магистра и Малого Совета. Каждый из высокопоставленных членов Малого Совета избирался из числа «рыцарей (по) справедливости» одного из «языков» Ордена и становился одновременно главой соответствующего «языка» в конвенте и главой одного из орденских ведомств,  постоянное руководство которым постановлением Генерального  Капитула 1445 г. было закреплено за тем или иным «языком».

            Из вышеперечисленных восьми «языков» Ордена Святого Иоанна, «язык» Прованса был представлен Великим Командором, управлявшим финансами Ордена и являвшимся членом комиссии казначейства. «Язык» Оверни —  Маршалом, возглавлявшим сухопутные вооруженные силы и являвшимся председателем третейского суда, разрешавшим разногласия между рыцарями. «Язык» Франции — Госпитальером, отвечавшим за госпитали,  больницы, врачей,  младший медицинский персонал, аптеки и  медикаментов. «Язык» Италии —  Адмиралом, осуществлявшим командование орденским военным флотом, офицерами и рядовым составом экипажей, а также  наемниками, служащими на кораблях. Снабжение вооруженных сил находилось в совместной компетенции Адмирала и Великого Командора. «Язык» Арагона был представлен Великим Консерватором, контролировавшим правильность ежегодных выплат рыцарям на их личные потребности. «Язык» Англии — Туркопольером, возглавлявшим караульные войска и вспомогательные силы Ордена ("туркопулов" - так в эпоху Крестовых походов именовались наемники крестоносных монархов, происходившие от браков между греками и  турками). «Язык» Германии — Великим Бальи, ответственным за сохранность оборонительных сооружений, обеспечение боеприпасами и продовольствием. «Язык» Кастилии и Португалии — Великим Канцлером, который готовил все декреты и решения правительства Ордена и вместе с Великим Магистром подписывал их. Он также заведовал государственным архивом.

            Подобное конституционно закрепленное распределение высших орденских постов между различными «языками» позволяло достичь умелой и действенной концентрации сил при одновременном учете национальных особенностей членов Ордена, что не в последнюю очередь способствовало его усилению.

            Процветающее, независимое от светских князей, признанное уже в 1309 г. папой Климентом V, орденское государство подтвердило свои права в 1448 г., когда папа Николай V, оставаясь верховным  сюзереном Ордена Святого Иоанна, признал полную юрисдикцию Ордена над  подвластной ему территорией, независимость Ордена от папы в вопросах управления, финансовых вопросах, право Ордена на обмен посольствами с другими государствами, международно-правовую свободу Ордена в сфере договоров и действий, право чеканить собственную монету и собирать налоги.

            Папа также признал Великого Магистра  независимым суверенным князем с правом коронации. Эти права Ордена были еще раз подтверждены римскими папами Пием II (1458 — 1464 гг.) и Иннокентием  VIII (1484 — 1492 гг.).

            Владычество над Родосом вновь продемонстрировало двойственную природу Ордена: как религиозной организации и одновременно - как светского субъекта международного права, что и определило то особое положение, которое Орден сохранил до сегодняшнего дня. Подчиненный в духовных вопросах Святому Престолу, Орден был, тем не менее, совершенно независим в решении политических и светских вопросов как от Святого Престола, так и от западноевропейских христианских сеньоров.

            В 1386 г. рыцари Родоса приняли участие в неудачном крестовом походе венгерского короля Сигизмунда против турок-османов, завершившемся сокрушительным разгромом крестоносцев под Никополем. От гибели удалось спастись лишь Великому Магистру с горстью родосских рыцарей.

            Турки-османы не раз осаждали остров Родос,  но рыцари всегда выходили победителями из этих сражений.  В течение 213 лет рыцари  Родоса  были его  полновластными  хозяевами и суверенами.  В 1522 г. они были атакованы султаном Сулейманом II  “Великолепным”,  возглавлявшим  невероятно многочисленную (по тому времени) армию в  140 000 человек, и флот, насчитывавший более 400 боевых кораблей.  Под  предводительством Великого  Магистра  Филиппа Вилье де Лиль Адана  гарнизон из 5 100 иоаннитов в течение шести месяцев геройски сражался с полчищами мусульман,  «врачуя раны врагов, как свои собственные».  В конце концов,  султан разрешил госпитальерам с почетом покинуть Родос,    вместо  того, чтобы обратить их в рабство - настолько турецкий падишах был восхищен   доблестью рыцарей Святого Иоанна.  

            Даже оставшись без собственной территории, Орден не потерял вышеупомянутого правового статуса. Рыцари Святого Иоанна на некоторое,  но очень короткое время, оседали на острове Крит,  в Мессине (Сицилия),  в Чивита-Веккья,  в Ницце, а иногда по целым месяцам проводили на море, на борту своих кораблей, поскольку никак и нигде  не могли найти удобного пристанища и дружеского гостеприимства.

            В 1530 г. папа Климент VII, сам в прошлом рыцарь-иоаннит, обратился к владыке «Священной Римской Империи»  и королю Испанскому Карлу V Габсбургу с просьбой даровать изгнанному с Родоса  Ордену госпитальеров прибежище на острове Мальта.  Император благосклонно отнесся к этому ходатайству и своей хартией  передал Ордену Святого Иоанна в вечное владение острова Мальта,  Гоцо, Комино и Коминотто, а также город Триполи в Ливии. Император надеялся, что рыцари-иоанниты, искусные мореходы, будут защищать его  корабли  в  Средиземноморье от нападений турецких корсаров и не допустят создания турецких военно-морских баз в  Триполитании.  Осевшие на Мальте рыцари Святого Иоанна, в  качестве символической дани, обязались ежегодно преподносить Карлу V (через его вице-короля на Сицилии) белого охотничьего мальтийского сокола в знак вечной признательности госпитальеров за монаршую щедрость. Кроме этой символической дани, их суверенитет, по сравнению с «родосским периодом», был ограничен еще и запретом чеканить собственную монету (этот запрет был отменен лишь позднее, при Великом Магистре де Гомедесе).  

            Важные события в истории Ордена Святого Иоанна произошло во  время Реформации.  Бальи и рыцари Бранденбургского бальяжа Ордена   в Германии, как упоминалось выше,  приняли новую  лютеранскую  веру.  В  Англии  король  Генрих VIII,  яростно боровшийся с папским Римом,  упразднил католический Орден, конфисковал имущество английских рыцарей- госпитальеров и казнил многих из них.  Правда, Орден был снова учрежден в Англии  хартией  (Указом) королевы Виктории, но произошло это спустя 300 лет -  в 1888 году, и уже не с Папой, а с британским монархом во главе. Ниже мы несколько подробнее осветим эту тему.           

             В 1565  г. Орден иоаннитов, теперь уже называвшийся Мальтийским, под предводительством своего самого выдающегося Великого Магистра - Жака Паризо де ла Валетта - успешно отразил нападение турок на Мальту в ходе одной из наиболее знаменитых осадных кампаний в истории военного  искусства.  Город  Ла Валетта, воздвигнутый  внутри  мощных фортификационных сооружений, не раз отражавших нападения воинов ислама,  был назван в честь Магистра - главного героя этой Великой осады.  Флот Ордена немало способствовал знаменитой победе западных христиан в Кипрской войне 1570-73 гг. и, в особенности, в знаменитом морском сражении при Лепанто в 1571 г., отведшем турецкую угрозу от "мягкого подбрюшья Европы".

        К тому времени турки захватили большую часть Венгрии, и турецкий флот непосредственно угрожал Италии. В 1570 г. турецкий султан Селим I развязал войну с целью захвата острова Кипр, обеспечения полного господства османского Полумесяца в восточном Средиземноморье и исходного плацдарма для дальнейшей исламской экспансии против Италии и Испании. Выполнению этого замысла турецкого султана способствовало испано-венецианское соперничество. Папе Пию V удалось организовать антитурецкую испано-венецианскую коалицию, т.н. "Священную Лигу", в которую вошли Испания, Венеция, Генуя, папа, Мальтийский Орден и мелкие итальянские княжества. Командовал союзным флотом дон Хуан Австрийский, кавалер ордена Золотого Руна и побочный сын Карла V - владыки Священной Римской Империи.

        7 октября 1571 г. у мыса Скрофа при входе в Патрасский залив Ионического моря произошел морской бой, вошедший в историю под названием Лепантского сражения (Лепанто находится в 60 км от мыса Скрофа). Прибыв на остров Корфу, дон Хуан получил сведения о том, что турецкий флот ушел в Лепанто. Он принял решение блокировать магометан в Патрасском заливе, куда и повел свои силы. Турецким флотом командовал Муэдзин-Заде-Али-паша. Али получил от султана повеление атаковать флот христиан. Выполняя приказ султана, он двинул мусульманский флот из залива в открытое море. В его составе были эскадры султана Александрии Мехмета-Сирокко и алжирского бея Улуг-Али. Турецкий адмирал считал, что христиане стоят на якоре у острова Кефалония, а дон Хуан считал, что турки стоят в Лепанто. Поэтому встреча двух гигантских армад у мыса Скрофа произошла неожиданно для обоих противников.

        Берег между Петала и Калидоном низменный, а потому разведчики дона Хуана смогли увидеть парусный турецкий флот раньше, чем турки заметили христиан, шедших под веслами. Вообще же в бою при Лепанто паруса применялись лишь при подходе к району развертывания флотов. Затем они убирались, и дальнейшие действия происходили в соответствии с требованиями тактики гребного флота.

        На вооружении у кораблей находилась сильная артиллерия и большое количество стрелков из аркебуз (фитильных ружей). Для наиболее полного использования огнестрельного оружия дон Хуан внес поправки в конструкцию кораблей, приказав срезать на галерах носы. Однако артиллерия стала лишь средством завязки боя, а основным приемом борьбы являлся абордаж. Медленность заряжания орудий и небольшая точность артиллерийского огня исключали длительную артиллерийскую дуэль, зато позволяли сойтись на абордаж и таран, как в древние времена. Части боевого порядка турок не взаимодействовали или же опаздывали с осуществлением взаимодействия. Поэтому магометанский флот уничтожался по частям. Отдельные военачальники союзников по собственной инициативе и своевременно шли на выручку соседей и маневрировали лучше мусульман. Назревало окружение судов Улуг-Али, который плену предпочел бегство с 13 кораблями. Удалось вырваться из окружения и бежать еще 35 турецким судам. В ходе боя союзники потопили 20 мусульманских галер. Еще 200 кораблей противника оказались трофеями христиан. В результате поражения турок было освобождено 12 000 христианских  гребцов-невольников. Союзники потеряли убитыми свыше 7 000 человек, не считая убитых гребцов, которых только на мальтийских галерах насчитали около 2,5  тыс. человек.

            В 1607 г. Император Рудольф II Габсбург пожаловал Великому Магистру титул князя «Священной Римской Империи германской нации», который был подтвержден в 1620 г. Императором Фердинандом II. С этого времени звание Великого Магистра  Ордена Святого Иоанна было (как и у Верховного Магистра Тевтонского Ордена) неразрывно связано с титулом князя «Священной Римской Империи», а в 1630 г. —  со статусом, соответствующим рангу Кардинала Святой Римской Церкви с титулом “Eminenza” (“Высокопреосвященство”,  хотя некоторые историки переводят его и как “Преимущество”, или “Преимущественнейшая Светлость”).

            Орден Святого Иоанна превратился в независимую державу, располагавшую 10 000 рыцарей по всей Европе. Военно-морская академия на Мальте считалась лучшей в мире. Сыновья многих  правителей проходили там курс обучения.  Европейские  монархи получали оттуда своих капитанов и адмиралов. Так, по просьбе Императрицы Екатерины II  российский военный флот был реорганизован именно мальтийскими рыцарями.

         Орден учреждал  публичные  школы  и построил знаменитый Мальтийский коллегиум, который затем получил статус университета. Госпитальеры построили  также публичную библиотеку,  которая была одной  из крупнейших в Европе той поры.

         Рыцарский Орден поощрял занятия искусством,  музыкой, наукой.  Как и на Родосе,  Орден основал  на Мальте наиболее современные для  того времени госпитали,  выступив  первопроходцем в деле лечения душевнобольных, изучения анатомии и в изоляции инфекционных больных. По традиции  пациенты  госпитальеров получали намного лучшую пищу, чем обслуживающие их хозяева. Пища и питье им подавались в серебряной посуде. Только если член Ордена сам заболевал  или  ослабевал  телесно,  Магистр  разрешал ему получать ту же пищу, что и пациенты в госпиталях.

            Юридическое положение Ордена, как члена международно-правового сообщества,  было признано всеми без исключения государствами Западной Европы. Именно в этом качестве субъекта международного права Орден Святого Иоанна был представлен на Вестфальском мирном Конгрессе в 1643 — 1648 гг., завершившим Тридцатилетнюю войну,  на Нюрнбергских переговорах суверенов - участников мирного договора - об условиях его выполнения и на переговорах между сословиями «Священной Римской Империи». Орден Святого Иоанна принимал участие в заключении Ниймегенского (1678 г. г.) и Утрехтского (1713 г.) мирных договоров и в заключении международно-правовых соглашений  Речи Посполитой (Польско-Литовского феодального государства) с Российской Империей в  1774 — 1776 гг. и 1797 г.

            Мальтийский Орден был представлен  постоянными посольствами при крупнейших европейских дворах, например в 1747 г. в Риме, Париже, Мадриде и Вене, и поверенными в делах при дворах меньшей значимости.

            Многие французские армейские и морские  офицеры,  сражавшиеся  за независимость североамериканских колоний от британской короны,  были мальтийскими рыцарями, как например, бальи Пьер-Андре де Сюффрен де Сен-Тропес, рыцарь Большого Креста Ордена Святого Иоанна Иерусалимского,  командор флота Ордена,  вице-адмирал Франции, посол Мальтийского Ордена при  дворе французского короля и член наследственного Ордена рыцарей Цинцинната, основанного Джорджем Вашингтоном и его офицерами.