Глава 3. ДвуАлександрие

Глава 3. ДвуАлександрие

(взлёт 1856–1894 гг. и сползание в Серебряный век)

Итак. Период заёмного могущества, поступления значительного ресурса в распоряжение Екатерины, Павла, Александра и Николая после решения (Екатериной) важнейших геополитических задач России завершился почти безумным, беспрецедентным в истории забвением национальных интересов, полувековым служением Священному союзу, прислуживанием Мальтийскому ордену, Пруссии, Англии, Австрии и в итоге катастрофой Крымской войны.

Но далее история России даёт пример Великого Преодоления. Два выдающихся царствования, Александров II и III, вернули стране справедливое, равновесное национальное устройство, вслед за чем закономерно вернулась и национальная внешняя политика. Это, ещё раз подчеркну, единое историческое усилие, мной уподобленное объезду глубокой ямы: руль влево (Александр II) – руль вправо (Александр III), со сложнейшей хирургической операцией: один разрезал, удалил, второй – зашил. Но, опять же: «пациент» должен был жить.

Историк Василий Ключевский писал об императоре Александре III:

«Наука отведёт Императору подобающее место… в истории России и всей Европы… скажет, что Он одержал победу в области, где всего труднее добиться победы, победил предрассудок народов и этим содействовал их сближению, покорил общественную совесть во имя мира и правды, увеличил количество добра в нравственном обороте человечества, обострил и приподнял русскую историческую мысль, русское национальное сознание и сделал всё это так тихо и молчаливо…»

Долгожданный рост материального могущества страны превзошёл самые оптимистические прогнозы. Великий русский учёный и администратор, глава созданной им метрологической службы Дмитрий Иванович Менделеев вместе с соратниками близким знакомым министром Сергеем Юльевичем Витте, адмиралом Чихачёвым вводили новый бездымный порох, новые типы кораблей, водку-«монопольку», сети казённых заводов. Дмитрий Иванович Менделеев ко всем заслугам ещё и крупнейший учёный-экономист определил царствование Александра III как лучший период в истории русской промышленности. С 1881 по 1896 год промышленное производство в России выросло в 6,5 раза. Выработка на одного рабочего – на 22 %. (Та самая «производительность труда», о необходимости роста которой всё время говорили большевики.) С 1890 по 1900 год мощность паровых двигателей в промышленности России увеличилась с 125 100 л. с. до 1 294 500 л. с. – рост 300 %.

«Российская империя буквально содрогалась от тяжкой поступи промышленного прогресса: сейсмическая станция в Риге фиксировала двухбалльное землетрясение, когда на Ижорском заводе в Петербурге второй в Европе по мощности после крупповского в Германии пресс усилием в 10 000 тонн гнул броневые листы» – сей выразительный штрих я нашёл в книге В. Лапина «Петербург. Запахи и звуки». И буквально в ту же строку, как автор книги о Голицыных, я добавил бы, что и сам сейсмограф, работающий поныне, был создан тогда же князем Борисом Борисовичем Голицыным, изобретение, признанное миром, по счастью, безоговорочно.

Менделеев из царей-современников более всего уважал Александра III:

«Миротворец Александр III предвидел суть русских и мировых судеб более и далее своих современников. (Это пишет человек, сам провидевший элементное строение вселенной. – И. Ш. ) Люди, прожившие его царствование, ясно сознавали, что тогда наступила известная степень сдержанной сосредоточенности и собирания сил, направленных от блестящих, даже ярких преобразований и новшеств предшествующего славного царствования – к простой обыденной внутренней деятельности. Мир во всём мире, созданный покойным императором, как высшее общее благо, и действительно укреплён его доброй волей в среде народов, участвующих в прогрессе. Всеобщее признание этого ляжет неувядаемым венком на его могилу и, смеем думать, даст благие плоды повсюду…»

Из «Заветных мыслей» Д. И. Менделеева: «Шуму и блеску не было, а совершались же дела важные и трудные».

Достойный венец эпохи «стальной России», всего «ДвуАлександрия» – крупнейшая в истории человечества железнодорожная магистраль – Транссиб.

Но именно в то время, пока Россия мощно обрастала стальной бронёй, по её «духовной броне» пробежали невидимые, но фатальные трещины. Процесс, закончившийся гибелью страны, выразительно показал связь и даже зависимость прочности «стальной брони» от «духовной» . Этот процесс и привёл, кроме многого прочего, ещё и к тому, что русский броне носец «Император Николай I» спустил флаг в Цусимском бою и дослуживал как японский учебный, закончив свой век как корабль-мишень…