Введение

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Введение

К осени 1917 г. Временное правительство полностью утратило возможность управления страной, фактически его положение стало безнадежным. Этому способствовало широкое недовольство масс, невиданный экономический кризис в стране, разложение армии и катастрофическое падение жизненного уровня населения. 24-25 октября (по старому стилю) отряды Красной Гвардии захватили стратегические центры столицы, а в ночь на 26 октября взяли Зимний дворец.

В декабре 1917 г. обстановка в Петрограде еще более накалилась. Свыше месяца продолжался саботаж чиновников. В целях противодействия этому было принято решение о создании особой комиссии. На пост председателя комиссии была предложена кандидатура Ф. Э. Дзержинского. 7 (20) декабря 1917 г. на заседании СНК, проводившемся под председательством В. И. Ленина, был заслушан доклад Ф. Э. Дзержинского об организации и составе комиссии. СНК постановил назвать ее Всероссийской чрезвычайной комиссией (ВЧК) при Совете Народных Комиссаров по борьбе с контрреволюцией, саботажем и утвердил ее состав.

Постановление СНК от 21 февраля 1918г. «Социалистическое отечество в опасности» впервые наделило ВЧК правом внесудебного решения дел с применением расстрела. 23 февраля 1918 г. ВЧК объявила, что не видит других мер борьбы с контрреволюционерами и прочими паразитами, кроме их беспощадного уничтожения на месте преступления.

Для большевиков ВЧК стала «щитом и мечом». Именно с помощью этого государственного органа им удалось не только удержать власть, но и реализовать свою идеологическую доктрину с установлением власти диктатуры пролетариата. Репрессивная деятельность органов ВЧК с момента их создания и на протяжении всей истории направлялась и вдохновлялась большевистским руководством. Необходимо особенно подчеркнуть, что органы ВЧК и их преемники неукоснительно проводили в жизнь волю пролетариата в лице его авангарда — коммунистической партии. Это не отрицали и лидеры коммунистической партии, которые напоминали коммунистам, что органы государственной безопасности созданы, существуют и работают как прямые органы партии по ее директивам и под ее контролем.

Следует отметить и то, что в это время политические репрессии осуществляли не только чрезвычайные комиссии, но и президиумы исполкомов, революционные трибуналы, военно-полевые трибуналы, следственные комиссии, военные комитеты и комиссары, воинские команды и др.

Смысл и содержание законности подменило известное Постановление Реввоенсовета Республики от 4 февраля 1919г., которое прямо предписывало революционным военным трибуналам в своих решениях и приговорах руководствоваться коммунистическим правосознанием и революционной совестью.

Гражданская война стала одной из величайших трагедий в истории России. В этот период происходят такие события, как мятеж белочехов, первые иностранные десанты в Мурманске и на Дальнем Востоке, поход армии Краснова на Царицын, мятежи эсеров, «красный» и «белый» террор, сражения Красной Армии с А. Колчаком, А. Деникиным, Н. Юденичем, борьба с польской интервенцией, борьба с П. Врангелем и др. Жестокость и жертвы этой войны оставили тяжелый след в истории.

После Октябрьской революции страна оказалась в международной изоляции. Международное и внутреннее положение Советской России несколько улучшилось только к концу 1921 г. В европейской части страны практически завершилась гражданская война. Отдельные очаги ее сохранялись только на Дальнем Востоке, в Закавказье и Средней Азии. У противников большевиков как внутри, так и за пределами страны не оставалось сомнений в том, что они потерпели поражение. Данное обстоятельство не могло не сказаться на действиях и позиции бывших союзников царской России по Антанте. Они стали менять методы борьбы против молодой Республики Советов. Исполнителями планов западных правительств по дестабилизации обстановки в Советской России и свержению правительства большевиков стали, прежде всего, многочисленные белоэмигрантские организации. Наибольшую активность в этом плане проявляли «Российский общевоинский союз», «Национально-трудовой союз нового поколения», «Российский фашистский союз», «Народный союз защиты родины и свободы», «Объединенный казачий совет» и некоторые другие.

К началу 20-х гг. белоэмигрантские организации антисоветской направленности образовали совместно со спецслужбами панской Польши, Франции, Англии, Румынии и некоторых других стран единый фронт против Советской России.

Деятельность иностранных спецслужб и антисоветски настроенной белой эмиграции в это время выражалась не только в засылке на территорию Советской России многочисленных агентов и эмиссаров, но и в предоставлении баз для формирования, вооружения и другого необходимого снаряжения бандитским группам, периодически нарушавшим российскую границу и совершавшим кровавые рейды по территории России, Украины, Белоруссии. Подобные услуги оказывали бандитам власти Польши, Румынии, Финляндии и некоторых других стран.

Органы ВЧК в этот период приступили к первой серьезной реформе. Основные причины, обусловившие принятие данного решения, были связаны с теми существенными изменениями, которые произошли в политической и оперативной обстановке. После окончания Гражданской войны страна постепенно начала переходить от экстремальных условий к обычной мирной жизни. Эти новые условия требовали новых подходов, новой организации системы государственной безопасности.

Не мог не сказаться и тот факт, что Всероссийская чрезвычайная комиссия создавалась в качестве временного чрезвычайного органа на особый период и была наделена очень широкими полномочиями, выполняя зачастую функции не только следствия, но и суда. С окончанием Гражданской войны надобность в таком чрезвычайном органе отпала.

6 февраля 1922 г. ВЦИК упразднил ВЧК и создал Государственное политическое управление (ГПУ) при НКВД РСФСР. Позже, 2 ноября 1923 г. Президиум ЦИК СССР принял Постановление об ОГПУ, а 15 ноября утвердил «Положение об ОГПУ и его органах». ОГПУ приобрело статус центрального государственного учреждения.

Реорганизация 1922 г. лишила ГПУ судебных функций, новые органы получили право лишь на розыск, дознание, предварительное следствие, ограниченное двумя месяцами. Задерживать арестованных свыше двух месяцев можно было только по разрешению Президиума ВЦИК. Однако 16 октября 1922 г. ГПУ вновь были предоставлены внесудебные полномочия. В последующие годы внесудебные полномочия ГПУ—ОГПУ неуклонно расширялись. Наряду с созданным при ОГПУ Особым совещанием репрессивную деятельность вела Коллегия ОГПУ и «тройки».

После неудачной попытки перенести мировую революцию в другие страны Европы в ходе советско- польской войны и подавления восстаний в Германии в 1921 и 1923 гг. большевики вместо стратегии революционной борьбы вырабатывают новую, более гибкую модель существования социалистического государства в капиталистическом окружении. Она основывалась на принципе пролетарского интернационализма, в соответствии с которым созданный в декабре 1922 г. СССР поддерживал коммунистическое и национально-освободительное движение в мире. Осуществлялась на практике установка на мирное сосуществование государств с различным общественным строем, подразумевавшая нормализацию межгосударственных отношений с различными странами.

В советской внешней политике начала 20-х гг. обозначились более прагматические тенденции, что привело к некоторым позитивным результатам в отношениях с Западом. В частности, весной 1921 г. были подписаны торговые соглашения с Англией, Германией и другими странами.

На XIV съезде ВКП(б) была принята линия на максимальное развертывание промышленности, особенно тяжелой индустрии, как основы будущей экономической самостоятельности государства. Но в связи с тем, что потенциал восстановительного процесса был исчерпан, в 1926 г. стали проявляться тенденции к замедлению темпов роста экономики.

Выбор стратегии промышленного развития СССР сопровождался жесткой борьбой И. В. Сталина за упрочение личной власти. Опираясь на свое ближайшее окружение, он резко сворачивает Новую экономическую политику (НЭП), делая ставку на директивные методы управления народным хозяйством.

Ставя задачу любой ценой ускорить рост промышленного потенциала, руководство страны основным источником средств для сверхиндустриализации избрало крестьянство. В процессе неэквивалентного обмена из крестьянских хозяйств выкачивались средства на развитие промышленности и модернизацию вооруженных сил. Это порождало недовольство и нежелание крестьян продавать хлеб государству по заниженным ценам.

Срыв хлебопоставок в 1927-1928 гг. поставил под угрозу планы экономического преобразования страны и снабжение крупных промышленных центров продовольствием, поэтому как вынужденная мера вступили в силу методы принудительного изъятия хлеба у крестьян. Высокая эффективность этих методов на первоначальном этапе порождала иллюзии преимущества административно-командных методов и служила оправданием репрессий как одного из средств решения экономических проблем.

С 1928 г. в качестве определяющей в карательной политике Советского государства была выдвинута идея И. В. Сталина дальнейшего обострения классовой борьбы в процессе социалистических преобразований, борьбы с так называемым «чуждым элементом». Основываясь на этой идеологической установке, органами ОГПУ—НКВД подавлялись малейшие ростки оппозиционности.

Кризис хлебозаготовок подталкивал власть к переустройству жизни деревни и всего крестьянства. На смену чрезвычайным мерам по хлебозаготовкам с осени 1929 г. пришла принудительная коллективизация. Это означало окончательный отход от НЭПа, хотя некоторые его элементы сохранялись до начала 30-х гг.

В эти годы был нарушен принцип добровольности вступления крестьян в колхозы. Кулаком или подкулачником мог объявляться тот, кто не хотел вступать в колхоз. За это были предусмотрены наказания: лишение избирательных прав и раскулачивание, т. е. конфискация имущества и лишение свободы. Это коснулось многих сотен тысяч людей. Меры принудительного характера вызвали недовольство крестьян. По стране прокатилась волна вооруженных выступлений.

В широких слоях населения с помощью идеологической работы формировалась психология «осажденного лагеря». И обосновывалась эта политика необходимостью укрепления обороноспособности страны.

К этому времени в общественном и профессиональном правосознании утверждалась концепция, согласно которой трудности, неудачи и провалы в экономике и особенно в промышленности, многочисленные аварии, пожары, взрывы и другие происшествия объяснялись результатом диверсий и вредительства со стороны внутренних контрреволюционных сил. Исходя из такой оценки, успех борьбы с вредительством и диверсиями рассматривался как залог успешного экономического развития Советского Союза.

Эта же концепция использовалась для эскалации репрессий против научно-технической интеллигенции, руководителей и специалистов производства, несогласных и сомневавшихся в целесообразности форсирования индустриализации, применения методов государственного принуждения и сверхвысоких темпов развития промышленности.

Вполне закономерным следствием такой политики стал первый громкий судебный процесс о вредительстве, так называемый Шахтинский процесс, который был первым в череде других процессов, направленных против научно-технической интеллигенции.

В ходе индустриализации, коллективизации, культурной революции, внутрипартийных чисток и других преобразовательных процессов конца 20-х — начала 30-х гг. уровень гражданских свобод и прав всех ранее относительно независимых в послеоктябрьское время общественных институтов был значительно снижен. Руководители государства активно использовали ОГПУ в качестве эффективного силового инструмента, обеспечивающего процесс социально-экономических изменений государственной и общественной жизни. Происходило ужесточение карательной политики и, как следствие, расширение внесудебных полномочий органов безопасности.

Деятельность органов ОГПУ была направлена на оказание помощи государственным, хозяйственным органам в их борьбе с частным капиталом за овладение производством и рынком сбыта, за господство на рынке с целью сохранения политической власти.

После победы над левой оппозицией к началу 1934 г. внутренняя обстановка в стране в определенной мере становится более стабильной. Успехи в экономическом строительстве, главным образом связанные с укреплением промышленного и оборонного потенциала, позволили сделать вывод о построении фундамента социализма. XVII съезд ВКП(б), проходивший в январе — феврале 1934 г., был назван съездом победителей. Между тем внешнеполитическая обстановка оставалась для СССР сложной и не сулила спокойствия. К началу 30-х гг. продолжала существовать угроза вооруженного конфликта с использованием возможностей военной эмиграции. Мировой экономический кризис, приход к власти фашистских партий в Италии и Германии, агрессивная политика Японии в Тихоокеанском регионе грозили сломать сложившееся в мире относительное равновесие сил.

После прихода в 1933 г. к власти в Германии фашистов сложился военно-политический блок, известный как «ось Берлин — Рим — Токио». Нависала угроза мировой войны. Подготовка Германии и Японии к войне с СССР стала реальностью.

В этих условиях надо было укреплять оборонный потенциал страны и его материальную основу — экономику.

Внешнее давление блокировало тенденцию к некоторому смягчению карательной политики Советского государства, наметившуюся в это время.

После убийства С. М. Кирова (1 декабря 1934 г.) появилось ставшее впоследствии широкоизвестным Постановление Президиума ЦИК и СНК СССР «О внесении изменений в действующие уголовно-процессуальные кодексы союзных республик», которое вводило «облегченный» порядок ведения следствия и судопроизводства по делам, связанным с терроризмом. Впоследствии Постановление ЦИК СССР от 14 сентября 1937 г. распространило сходный порядок ведения следствия и судопроизводства па дела «о контрреволюционном вредительстве и диверсиях». Эти нормативные акты практически исключали возможность нормального рассмотрения дел и полностью лишали обвиняемого возможности защищаться.

В 1934 г. Судебная коллегия ОГПУ, Особое совещание при ОГПУ и «тройки» были упразднены, а их функции переданы вновь созданному Особому совещанию при НКВД СССР, которому предоставлялось право внесудебного рассмотрения дел о государственных преступлениях.

1937-1938 годы вошли в историю нашей страны как время массовых необоснованных репрессий. В связи с проведением «массовых операций» Приказом НКВД СССР от 30 июля 1937 г. были созданы так называемые республиканские, краевые и областные «тройки» и утвержден их персональный состав. Списки лиц, подлежавших репрессиям, рассматривались также «двойками», т. е. наркомами внутренних дел республик или начальниками краевых и областных управлений НКВД совместно с республиканскими, краевыми и областными прокурорами. На общесоюзном уровне работала главная «двойка», официально именуемая Комиссией НКВД и Прокурора СССР. Создание этих внесудебных структур предусматривалось Приказом НКВД от 11 августа 1937 г. «Об операции по репрессированию членов польской военной организации в СССР».

Просуществовали «двойки» и «тройки» при НКВД до осени 1938 г., когда во исполнение Постановления СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 17 ноября 1938 г. они были упразднены.

Массовым репрессиям в этот период подвергались в первую очередь бывшие идейные противники И. В. Сталина, обладавшие большим политическим опытом и влиянием в партийной и государственной среде.

Под непосредственным руководством ЦК ВКП(б) и наркома Н. И. Ежова сотрудники НКВД вынуждены были «разоблачать» так называемые враждебные центры: ленинградский, московский, антисоветский объединенный троцкистско-зиновьевский и др.

При проведении процессов по делам этих центров основным считалось, чтобы все подсудимые признавались в своих «преступлениях», какими бы фантастическими и надуманными они ни были. Для достижения этой цели люди подвергались как психологической, так и физической обработке. Об объективных доказательствах вины речи не было.

Процессы 30-х гг. были направлены не только на усиление личной власти И. В. Сталина и укрепление административно-командной системы управления, эти процессы оказали огромное влияние и на изменение характеристики социальной среды общества, создание принципиально новой идеологической системы, обеспечивающей партийное полновластие. Любые проявления тревоги и недовольства обстановкой, складывавшейся в стране, пресекались репрессивными мерами.

Применительно к такой обстановке интересно мнение, выраженное Ф. Ф. Раскольниковым, который писал о И. В. Сталине, что он недоверчив и подозрителен. Несмотря на это или, вернее, именно благодаря этому он с безграничным доверием относится ко всему, что кого-либо компрометирует, и таким образом укрепляется его природная подозрительность. Этой чертой характера вождя с успехом пользовались окружающие его интриганы, когда им нужно было кого-либо дискредитировать в его глазах.

Основное психологическое свойство И. В. Сталина, которое выделил Ф. Ф. Раскольников, — это необычайная, сверхчеловеческая сила воли. И. В. Сталин всегда знал, чего хочет, и с неуклонной, неумолимой методичностью постоянно добивался своей цели.

«Поскольку власть в моих руках, я постепеновец», — сказал И. В. Сталин однажды Ф. Ф. Раскольникову.

Международное положение страны оставалось очень сложным. Война в Испании, «аншлюс» Австрии, оккупация немецко-фашистскими войсками Чехословакии.

Попытки советского правительства создать противовес агрессорам, нечто напоминающее прежнюю Антанту, наталкивались на неприятие этой идеи со стороны Англии и Франции, которые не прочь были посмотреть, как будут воевать между собой Германия и Советский Союз.

В этих условиях во многом вынужденно И. В. Сталин идет на сговор с Гитлером. Делит сферы влияния, а затем вводит советские войска в западные районы Белоруссии, Украины, Польши, Бессарабии, Прибалтику. То же самое, видимо, планировалось проделать и с Финляндией, но война с ней оказалась неожиданно тяжелой, что заставило ограничиться только некоторыми территориальными приобретениями.

Нападение фашистской Германии на Советский Союз 22 июня 1941 г. не явилось совершенно неожиданным для органов государственной безопасности СССР, особенно для их разведывательных подразделений.

Тем не менее такого трагического для советской стороны поворота событий никто не ожидал. Уже к августу 1941 г. немецко-фашистские войска заняли практически всю Белоруссию, Прибалтику, Западную Украину и находились на подступах к Киеву и Ленинграду.

Острота переживаемого страной момента обусловила тот факт, что помимо борьбы с разведывательноподрывной деятельностью спецслужб противника на органы госбезопасности было возложено решение ряда других не менее важных для того времени задач. Прежде всего, они касались участия в обеспечении перестройки экономики страны на военный лад, наведения соответствующего военному времени порядка и дисциплины в частях и соединениях действующей армии, на гражданских предприятиях и в организациях.

В условиях сложившейся чрезвычайно сложной военной и оперативной обстановки сотрудники органов государственной безопасности часто действовали более организованно и целеустремленно, чем представители других ведомств и организаций, несмотря на то что органы НКГБ и военной контрразведки понесли в период репрессий 1937-1938 гг. невосполнимые кадровые потери. В этот период органы государственной безопасности наделяются новыми внесудебными полномочиями.

После окончания Второй мировой войны советское руководство оказалось перед дилеммой: пойти на получение кредитов в США в рамках «плана Маршалла» и развивать свою экономику в интересах повышения материального уровня жизни своих граждан и в обмен на это сдать завоеванные в годы войны позиции на международной арене или, отстаивая приобретенный статус великой державы, втянуться в конфронтацию с сильнейшими государствами мира и задействовать большую часть экономического потенциала для укрепления своих вооруженных сил. Советское руководство пошло по второму пути в развитии своих отношений с Западом.

Кроме того, необходимо учитывать и то обстоятельство, что завоеванные Советским Союзом в результате Второй мировой войны позиции не были подкреплены достаточной экономической мощью. В силу объективных причин СССР и его союзники не могли долгое время состязаться одновременно в военной и экономической области с Соединенными Штатами Америки, Великобританией, Францией и другими высокоразвитыми в экономическом отношении странами. В таких сложных условиях наша страна вступила в навязанную ей эпоху холодной войны.

С началом холодной войны подрывная и разведывательная деятельность против СССР усиливается. Появляется угроза возникновения ядерной войны.

Развернувшееся противостояние СССР и Запада оказало огромное, если не решающее, воздействие на направленность, масштабы и содержание работы органов «Смерш» — НКГБ — МГБ — МВД СССР в период конца 1945 — начала 1953 гг. Место основного противника советских органов госбезопасности отныне и на долгое время заняли спецслужбы стран блока НАТО, которые развернули против СССР активную разведывательно-подрывную деятельность. Основную роль в ней играли специальные службы бывших союзников по антигитлеровской коалиции — Великобритании и Соединенных Штатов Америки.

В 1949 г. при военном штабе НАТО был создан специальный координационный комитет для обмена и анализа разведывательных данных, получаемых разведками стран — участников блока.

Серьезное влияние на деятельность советских органов госбезопасности в первое послевоенное десятилетие оказывали крайне обострившиеся отношения с Западом и сложная экономическая обстановка внутри страны. За годы Второй мировой войны Советский Союз понес огромные людские и материальные потери.

В этих условиях Советский Союз, еще не восстановив окончательно свою экономику, вынужден был тратить огромные средства на дальнейшее наращивание военной мощи.

Расходы на восстановление разрушенного народного хозяйства и интенсивное развитие вооруженных сил во многом покрывались за счет неоправданно низкой оплаты труда рабочих в промышленности и особенно сельском хозяйстве, что, в свою очередь, предопределяло низкий жизненный уровень всех слоев населения и вызывало их недовольство.

Развернувшаяся холодная война между СССР и Западом оказала свое влияние не только на сферу противоборства их спецслужб, но и стала одной из причин нового этапа ужесточения карательной политики внутри страны. В это время при МГБ СССР существовал один внесудебный орган — Особое совещание, которое было упразднено после смерти И. В. Сталина в 1953 г. В последующие годы внесудебные органы в СССР больше не создавались.

Создание внесудебных органов, их компетенция и формы деятельности определялись законами и правительственными постановлениями. Однако, чтобы критиковать эти законы, необходимо понять, в каких условиях жила страна, к каким идеалам она стремилась.

Можно говорить о нормах международного права, но, наверное, только с позиции настоящего.

До конца 80-х гг. из открытой печати мало что можно было узнать о внесудебных репрессиях. В конце 80-х – начале 90-х гг. был открыт доступ к ранее закрытым для общественности документам но истории нашей страны. На свет была извлечена масса материалов, и в результате появилось огромное количество публикаций па ранее «закрытые» темы, включая тему, связанную с репрессиями в СССР В это время была предпринята попытка осмысления причин начала репрессий. Активно начался поиск виновных за беззакония, творившиеся в нашем государстве.

Этому в первую очередь способствовал реабилитационный процесс, который начался 19 января 1989 г. в соответствии с Указом Президиума Верховного совета СССР «О дополнительных мерах по восстановлению справедливости в отношении жертв репрессий, имевших место в период 30-40-х и начале 50-х гг.».

Сущность юридического понятия «политические репрессии» впервые определил Закон Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий» от 18 октября 1991 г. Статья 1 Закона о реабилитации устанавливала: «Политическими репрессиями признаются различные меры принуждения, применяемые государством по политическим мотивам, в виде лишения жизни или свободы, помещения на принудительное лечение в психиатрические лечебные учреждения, выдворения из страны и лишения гражданства, выселения групп населения из мест проживания, направления в ссылку, высылку и на спецпоселение, привлечения к принудительному труду в условиях ограничения свободы, а также иное лишение или ограничение прав и свобод лиц, признававшихся социально опасными для государства или политического строя по классовым, социальным, национальным, религиозным или иным признакам, осуществлявшиеся по решениям судов и других органов, наделявшихся судебными функциями, либо в административном порядке органами исполнительной власти и должностными лицами».

Многие публицисты и историки в своих статьях и исследованиях всячески стремились, зачастую бездоказательно, очернить деятельность органов государственной безопасности советского периода. В основном они касались темы произвола и беззакония 30-х гг. Под лозунгом «Нам нужны правдивые оценки» очень часто в средствах массовой информации искажалась объективная информация, преобладали негативные оценки строя, деятельности органов государственной власти, исполнительных структур, людей.

Такие слова, как «тройки», «двойки», «Особое совещание», были на слуху в начале девяностых годов. Одно название «внесудебные полномочия» воспринималось как произвол и беззаконие.

Шквал «научных» открытий по данной теме захлестнул страну, все более и более запутывая читателей. Возникла необходимость остановиться для объективного осмысления процессов, происходивших у нас в стране, отделить ложь от истины.

Необходимо отметить, что, полномочия «троек» 20-х гг. резко отличаются от полномочий «троек» 30-х гг., а исследователи, не зная этого, часто проводят между ними знак равенства. Особое совещание также неоднократно претерпевало изменения в своем правовом положении.

Как раньше, так и в настоящее время читателей больше привлекают публикации на основе документальных материалов, так как их изучение — это прямой путь к истине.

Цель настоящего исследования — на основе документальных материалов Архива Президента РФ и Центрального архива ФСБ РФ показать участие органов государственной безопасности в репрессивной политике нашего государства, в реализации ими предоставленных высшими законодательными органами страны внесудебных полномочий.

Кроме истории внесудебных полномочий органов государственной безопасности в монографии приводятся статистические данные, которые взяты из отчетов органов государственной безопасности, хранящихся в Центральном архиве ФСБ РФ.

В статистических материалах сконцентрирована отчетность органов безопасности по всем линиям работы. Отобраны сведения о количестве лиц, привлеченных к уголовной ответственности за антисоветские преступления, количестве лиц, приговоренных к высшей мере наказания. Это именно те сведения, которые часто искажаются отдельными политиками в сторону непомерного увеличения.

Автор выражает благодарность за помощь при подготовке монографии директору Архива Президента Российской Федерации В. Н. Якушеву, профессору Академии ФСБ РФ А. М. Плеханову.