Глава VII

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава VII

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ОКРУЖЕНИЯ В РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНЫХ ЦЕЛЯХ

Поставленные перед нами общие задачи по организации связи наложили отпечаток на весь ритм нашей жизни, в том числе и на характер прикрытия и круг знакомых. Мы серьезно подходили к созданию прикрытия, не гнались за крупными компаниями с известными именами, а подыскивали действительно «крышу» для работы. Тем не менее, я не просто числился в фирме, как это иногда бывает, а систематически повышал свою деловую квалификацию, укреплял и расширял свое положение в обществе, стремился завоевать репутацию честного коммерсанта, аккуратно уплачивавшего налоги. Разведчику нельзя работать в «вакууме». Замкнутость, нежелание общаться с окружением может вызвать подозрение, дать повод криминальной полиции или контрразведке начать разработку. Знакомых можно приобретать по линии своей профессии, а также в клубах, спортивных или зрелищных заведениях. Обстановка на стадионе, ипподроме, в клубе сближает людей разного возраста и профессии, располагает к дружеской беседе, а главное, позволяет регулярно и, в то же время, ненавязчиво встречаться. Необходимо только обращать внимание на характер знакомства. С нашей точки зрения, есть знаком-ства полезные, пустые и вредные. Нелегалам необходимы такие знакомства, которые при случае могли бы их положительно характеризовать перед властями, полицией, страховой компанией, банком. Нужно уметь правильно строить свои взаимоотношения с людьми, чтобы у них не возникло подозрения, что знакомство поддерживается ради корыстных целей. Но если знакомство развивается медленно, то иногда полезно использовать слабости интересующего нас лица: попросить у него совета, сделать ему комплимент. Тюльпан был очень тщеславен, он всю жизнь мечтал, что ему присвоят титул коммерческого советника. Мы знали эту слабость, при встречах величали его «господином коммерческим советником», что подкупало его. Вспоминается еще одно знакомство с интересным человеком, владельцем паршивой собачонки, которую он любил больше всего на свете. Встречи с этим человеком проходили в присутствии грязного, вонючего пса Молли. Хозяин всюду таскал его за собой, а за столом заботился о нем больше, чем о себе. Зная привязанность хозяина, мы, несмотря на отвращение, всегда восхищались псом, вместе с хозяином посещали ветеринарную клинику во время болезни Молли. Пришлось даже присутствовать на похоронах собаки. Однако наши старания не пропали даром, хозяин собаки был к нам исключительно хорошо расположен и не раз оказывал услуги. С самого начала знакомства важно установить определенные рамки, границы дружбы без панибратства, фамильярностей, чтобы «друзья» без спроса и приглашения не приходили в дом в удобное только для них время. Мы всегда ставили себя в кругу соседей и знакомых таким образом, что им было известно, что Лиза любит принимать гостей только тогда, когда дом убран и в порядке ее туалет. За все время нашей работы за кордоном было только два случая, когда знакомые пришли без предупреждения. В первый раз дело было в воскресенье. Мы только что встали, были еще в халатах и всем своим видом дали понять гостям, что мы не рады их видеть. Знакомые много раз извинялись за неожиданное вторжение и в дальнейшем так не поступали. Второй случай был за океаном, когда одна пара, к тому же малознакомая, решила посмотреть, как мы устроились на новом месте. Гостей провели по дому, показали все комнаты, но одновременно дали почувствовать, что здесь не любят визиты без предварительного телефонного звонка. О грубом «вторжении» мы рассказали своим зна-комым, зная, что это станет известно непрошеным гостям. После этого неожиданных «налетов» уже не было. Чтобы заводить полезные знакомства, надо самому быть интересным человеком, уметь поддержать беседу, рассказать анекдот, затронуть вопрос, волнующий всю компанию. К таким встречам необходимо готовиться заранее, подбирать шутки, продуманные экспромты, остроты, чтобы сделать беседу увлекательной, непринужденной и незаметно перевести разговор на нужную тему. Нам нередко приходилось подолгу «охотиться» за интересовавшими нас людьми, придумывать всевозможные предлоги, чтобы вступить в контакт, завязать знакомство и использовать его в работе. Однако были и такие знакомые, которые знали нас еще до того, как мы перешли на нелегальное положение. Такие люди всегда представляют большую опасность. Увы, слишком много в жизни подтверждений тому, что мир тесен. Нелегалу надо быть всегда готовым к этому. Много времени спустя после встречи с Мишей (о чем упоминалось вначале) в одном из городов Европы я зашел в парикмахерскую. Лицо человека, сидевшего в кресле, показалось мне знакомым. Ну, конечно же, это был Бим. Я даже бывал у него дома, работая за океаном. В то время Бим неоднократно посещал советское посольство. С тех пор прошло двадцать с лишним лет. Бим не обратил на меня внимания, очевидно, просто не узнал. После ухода Бима мастер спросил у меня: – Знаете, кто этот толстяк? Я ответил: – Нет. – Это же один из заокеанских дельцов кино. Приехал к нам делать золото! Это у нас-то! Ха-ха-ха… Однажды, когда мы ехали в машине по центральной улице одной европейской столицы, подвезя Лизу к сберегательной кассе, я остался в магазине. Неожиданно мое внимание привлекли две женщины, которые неторопливо разглядывали витрины магазина. И, к моему удивлению, одна из них оказалась родной сестрой Лизы. К счастью, Лиза вернулась к машине, когда женщины прошли. Как только Лиза села в машину, я сказал: – Немедленно ложись на сиденье, чтобы тебя не было видно. – Что случилось? – Если ты не спрячешься, тебя может увидеть твоя сестра. Когда машина отъехала подальше, Лиза оглянулась и долго смотрела на уходившую сестру Шуру, которая работала в торгпредстве СССР. Что ответила бы Лиза своей сестре, если бы случайно ее встретила? Несомненно, одно: – Вы ошиблись.

А смешного в жизни, пожалуй, не меньше, чем печального

Между мужем и женой, когда они работают в особых условиях, взаимоотношения должны быть такими, чтобы в работе не чувствовалось ни малейшего намека на неслаженность того единого целого, что они представляют собой. Жизнь в особых условиях требует, чтобы супруги советовались друг с другом не только в работе, но и по всем мелочам жизни, ибо одни «мелочи» способствуют работе и успеху, а другие могут привести к провалу. Иногда такой слаженности не получается – у семейной жизни начинается разлад, и дрязги заслоняют главное – работу. Получается, как в пословице: «Хата горит, а хозяин блох ловит». Мы встречались с супружеской парой нелегалов, у которых сложились такие отношения, что муж рассматривал свою жену только как радистку, в задачу которой входил лишь прием радиограмм Центра. Даже общими средствами на жизнь он не разрешал жене распоряжаться и все предпочитал делать один. Все это приводило к тому, что страдали оба, особенно жена, которая была не лишена рассудительности и могла бы порой помочь советом. Душевного контакта у супругов не было, о чем они порознь говорили со мной. Я неоднократно беседовал с ними на данную тему, и это помогло: они стали по-иному относиться друг к другу. Начала налаживаться их семейная жизнь, что, в свою очередь, сказалось на результатах работы. Одним из важных качеств разведчика-нелегала, наряду с постоянством чувств, привязанностью к семье, преданностью Родине, является его моральная чистоплотность. Увлечение алкоголем и женщинами легкого поведения – сигнал о непригодности данного человека для работы в особых условиях. Быть оптимистом, способным вызвать безобидной шуткой улыбку даже у самых мрачно настроенных людей, – также важное качество разведчика. Шутка помогает обезоружить врага и приобрести друга. Шутка не раз помогала, когда нам хотелось избавиться от докучливых собеседников, от их подчас неприятных вопросов. Однажды в Италии, в ресторане, мы беседовали о делах с двумя представителями фирмы-поставщика. Разговор шел на немецком языке, хотя один из собеседников был англичанин, а другой – француз. Официант, обслуживающий столик, оказался немцем и все время прислушивался к разговору. Когда я стал расплачиваться, официант обратился ко мне с вопросом: – Откуда вы? Говорите по-немецки, но не немцы! Из какой вы страны? Я, как обычно, отшутился: – Мы из Китая. Вместе со всеми официант добродушно рассмеялся, и все в хорошем настроении распрощались. Если у него и была задача выяснить что-либо о посетителях, то шутка его обезоружила. Как-то мы ехали поездом из Гавра в Париж. Вместе с нами в купе находился француз-художник, который с увлечением говорил о творчестве Пикассо, о выставках его картин. Разговор шел на немецком языке, который художник знал от матери-немки. Когда поезд подходил к Парижу, художник поинтересовался нашим происхождением. Я на это ответил: – Господин художник, Вам дается задача угадать место нашего происхождения. Если Вам удастся это одолеть до прибытия в Париж, то в награду Вы получите от нас картину Пикассо, которую мы имеем с давних пор. Художник был озадачен, стал перечислять города Европы, но ни разу не назвал Советский Союз или другую социалистическую страну. Так мы и прибыли в Париж, где с улыбкой расстались с художником, который весело нам прокричал: – Верю, что судьба сведет нас еще раз, возможно, даже на выставке картин Пикассо в Италии. Вы ведь так похожи на итальянцев! В одном из крупных европейских городов мы купили серый итальянский «Фиат». Нам выдали номерной знак, который позволял нам разъезжать на новой машине. Однажды я заметил, что полицейские при нашем приближении вытягиваются «под козырек». Сначала мы пытались объяснить это явление тем, что ездили на новой машине, хотя в этом не было ничего необычного. Однако это повторялось даже и тогда, когда машина была в грязи. Чтобы убедиться, что полицейские приветствовали именно машину, а не пассажиров, мы пересели в машину друзей. Теперь полицейские не обращали на нас внимания. Однажды мы везли по городу своих знакомых, которых позабавила эта картина. Они спросили: «Чем вы заслужили такое почтительное отношение полиции?» В ответ мы загадочно улыбнулись и пожали плечами, не раскрывая своего секрета, хотя причину уже знали. Серый «Фиат», той же модели, с номерным знаком, отличающимся всего на одну цифру, принадлежал начальнику управления полиции этого города. Вероятно, разница ускользала от внимания полицейских. Выяснив причину особого внимания полицейских к машине, мы не пожелали расстаться с преимуществами такого положения и не стали ходатайствовать перед полицией о выдаче нам другого номерного знака. Никогда нельзя полагаться, что окружающие вас не видят, не слышат и не понимают. Как-то мы ехали поездом из Бельгии в Германию. Когда поезд остановился на пограничной станции в Германии, в купе вошли двое, поздоровались по-французски. Лиза листала немецкий иллюстрированный журнал, на столике лежали немецкие газеты, и вновь пришедшие сделали вывод, что попутчики – немцы. – Они нас не поймут, давай говорить на своем языке… Завязалась беседа о мошеннических торговых сделках, время от времени они пересыпали свою речь грубой площадной бранью по-русски, и хотя разговор нас не интересовал, мы призадумались, что часто люди не учитывают присутствие окружающих. На мгновение один из них спохватился: – Ты, тише! Зачем такая брань? Другой отмахнулся. – Ведь это свиньи-немцы! Они ничего не понимают! Да плевал я на них!.. Однажды, будучи в Париже, мы решили посмотреть этот город ночью – есть такой в Париже туристический ночной маршрут. Нам показали достопримечательности ночного Парижа, куда входила знаменитая Эйфелева башня, на которую нас провели посмотреть на ночной Париж с высоты птичьего полета. Париж действительно красив своими разноцветными иллюминациями, ужин там был прекрасный, угощали необыкновенной французской кухней. Нам запомнилось французское блюдо под названием «эскарго»- это свежие моллюски в особо приготовленных маленьких морских раковинах. После этого мы поехали в аргентинский район, где проводили время люди с малым достатком. Это кафе-бары легкого пошиба с танцами матросов и девушками, которые позволяли некоторые вольности поведения. Нас повезли в известный ресторан-кабаре «Максим», где угощали шампанским. Уже было за полночь, и гид развозил туристов по гостиницам. Остались мы одни, и вдруг услышали русскую речь: «Черт возьми, еще этих немцев надо отвозить!» – и говорящий по-русски выругался…

Слежка

При организации нелегальной деятельности следует предполагать, что контрразведке противника формы, методы и средства работы нашей разведки известны, поэтому наш разведчик, находящийся на особом положении, обязан дома и в общественных местах во время личных и безличных встреч вести себя, как если бы за ним было установлено наружное наблюдение противника. Опыт работы в особых условиях показывает, что некоторые провалы были следствием нарушения дисциплины, неправильного поведения, небрежного отношения к требованиям конспирации и недооценки наших возможностей.

____________________

Слежка – конспиративное наблюдение в течение установленного времени за разрабатываемым объектом, с использованием агентуры и технических средств.

____________________

Однажды после работы я вышел из консульства, создавая видимость, что направляюсь в магазин. В руках у меня была хозяйственная сумка, которая одновременно являлась опознавательным признаком для Л. Двигаясь по маршруту проверки, я убедился, что слежки за мной нет, и направился в район явки. Когда до места встречи осталось метров четыреста, я внезапно, вероятно, ввиду интуиции, обернулся и заметил человека, который мгновенно повернулся к стене дома, пытаясь спрятать лицо. Я замедлил шаги, давая этому человеку обогнать меня, но тот тоже замедлил шаги. «Явная слежка», – решил я. Проводить встречу нельзя, Вдали стоял Сэм… Я узнал его по опознавательным признакам. Сэм посматривал на часы. Я прошел мимо него, не подавая вида, зашел в магазин, купил продукты и вернулся на службу. Контакт был установлен по запасному варианту. Второй раз я зафиксировал слежку во время работы в особых условиях. Это было в Швейцарии в период получения работы и новых паспортов. Шел процесс оформления на работу в фирму Куницы. Дело было в кафе. Неожиданно мою фамилию назвали по внутреннему радио и попросили подойти к телефону. Я не обратил внимания на вызов, полагая, что к телефону вызывают моего однофамильца. Знакомых, кроме Куницы и Соболя, у меня еще не было, а они сидели вместе со мной. Последовал вторичный вызов, и тогда мне пришлось подойти к телефону. Голос в трубке спросил: – Это Вы, господин М.? – Да, а что Вам угодно? Кто со мной говорит? Из телефонной трубки послышалось: – Простите, я ошибся. Я так бы и терялся в догадках, кто бы мог меня вызвать, если бы в конце переговоров не нужно было внести небольшую сумму денег для оформления вступления компаньоном в фирму. Мелких денег у меня не оказалось, и мне пришлось пойти в соседний банк разменять крупную купюру. За мной последовал незнакомый человек, который и не думал маскироваться. В банке этот человек стоял рядом со мной, наблюдал за разменом. Затем мы вместе с ним вернулись в кафе. Несколько дней спустя консьержка сообщила мне по секрету, что к ней приходил мужчина, который расспрашивал обо мне. Вероятно, нас проверяла контрразведка, и, убедившись в том, что мы ведем себя естественно, слежку за нами прекратили. В дальнейшем мы не замечали за собой наружного наблюдения противника. Приехав за океан, еще до того, как перебраться туда на постоянное место жительства, мы сняли небольшую квартиру на втором этаже двухэтажного дома, и подписали с хозяйкой договор, один из пунктов которого предусматривал, что хозяйка не имеет права входить в квартиру и показывать ее посторонним лицам раньше, чем за месяц до выезда жильцов из квартиры. Однажды мы со знакомыми зашли в ресторан клуба спортивного общества водников. В зале наше внимание привлекли двое молодых мужчин, которые старались держаться поблизости и наблюдали за нами при расчете у кассы. Спустя несколько дней, когда до срока окончания договора о найме квартиры оставалось больше двух месяцев, мы случайно через окно увидели, как к дому подъехали машины, из которых вышли хозяйка и двое мужчин, – именно их мы и видели в ресторане. Нам все же удалось успеть спрятать радиоприемник и приготовиться к встрече. Хозяйка стала извиняться, что явилась без предупреждения, объясняя это тем, что молодые люди хотели бы снять квартиру. Пришлось радушно встретить «гостей» и уверить их, что они могут прийти в любое время без предупреждения и с согласия хозяйки осмотреть квартиру. Поведение этих контрразведчиков было исключительно бесцеремонным и наглым. Не стесняясь, они осмотрели квартиру, заглядывали в каждый шкаф, перерыли одежду, белье, осмотрели буфет, кухню, полочки в ванной, то есть произвели самый настоящий обыск и, конечно, ничего не обнаружили, так как все секретные материалы, заделанные в контейнеры, хранились в тайниках. В заокеанских газетах и журналах все чаще и чаще помещались заметки об успехах местной контрразведки, о ее слежке за официальными советскими работниками. Вероятно, контрразведка хотела убедить общественное мнение, что деньги на нее тратят не зря, что она активно работает. Кроме того, контрразведка старалась психологически «запугать» советских официальных представителей. «Мы не такие дураки, чтобы позволять русским ездить по нашей стране без ограничения!» – кричали газетные полосы. Однажды был напечатан репортаж о работе местной службы наружного наблюдения за работниками советского посольства под заголовком «По следам советских шпионов». И, несмотря на то, что в печати выступил один из руководителей контрразведки и пытался сгладить ажиотаж, обстановка была напряженной. В этот период Центр вызвал нас на встречу для передачи рации. Место находилось в двухстах пятидесяти километрах от города. Получив указание от Центра, мы приступили к подготовке: разработали маршрут следования, изучили подъезды, засекли время. Прилегающий район допускал появление в этом месте работников легальной резидентуры и нелегалов, не вызывая подозрения. Это был большой придорожный парк, в котором часто отдыхали автомобилисты. Днем в парке всегда стояло много автомашин, ночью же изредка останавливалась машина с влюбленной парочкой. Закончив подготовительную работу, мы сообщили о согласии на встречу в условленном месте и маршрут нашего движения. Центр санкционировал операцию. Как всегда, мы выехали заблаговременно. Вначале направились в противоположную сторону, посещали магазины, предлагали образцы товаров своей фирмы, кое-что покупали. Почти три часа мы потратили на проверку. Убедившись, что слежки за нами нет, свернули на шоссе, ведущее к месту встречи. Наступили сумерки, затихла жизнь на дороге, все меньше попадались встречные машины… Когда подъехали к заданному району, была глубокая ночь, оставалось десять минут до встречи. Вот аллея, где должна состояться встреча, а там – ни души. Часы показывают, что мы прибыли к месту встречи вовремя, но никого нет. Мы ждем десять минут, пятнадцать… Стало ясно: «соседи» не приедут. Им что-то помешало. Мы повернули домой. Через неделю на том же месте была обусловлена запасная встреча. Проехав парк, мы неожиданно увидели, как на другом берегу вспыхнули автомобильные фары… Я притормозил машину, но тот автомобиль повернул в другую сторону. Обидно, когда срывается встреча! Может, свет фар был сигналом: «Мы здесь, но в контакт вступить не можем, за нами следят». И снова выезд, снова проверка и опять напрасно. Даже огонек не мелькнул на другом берегу… Снова ожидание, терпение и сильный шум в сердце. По условиям связи мы несколько раз выходили на встречу, пока не получили телеграмму из Центра: «Соседи» выйти на встречу не могут. О следующей встрече сообщим».

Поездки в Израиль

Год 1967-й. В пустыне Негев шла война между Израилем и Египтом. Израильтяне, благодаря своему упорству и современной технике, дошли до самого Суэцкого канала с одной стороны, а с северо-восточной стороны захватили Голанские высоты, которые и по сей день оккупированы израильскими войсками. Против натиска израильтян, хорошо вооруженных и подготовленных для войны в пустынных условиях, египетская армия, хотя и была вооружена самой современной техникой советского производства, – не смогла устоять. Египтяне, не выдержав натиска израильских войск, отступили в глубь своей территории. Если бы не вмешались иностранные государства в лице министров иностранных дел Англии, Франции, США и СССР, израильтяне могли бы проникнуть в глубь территории Египта, что являлось нежелательным не только для упомянутых государств, но и для лагеря социалистических стран. Благодаря предпринятым мерам, израильтяне прекратили дальнейшее продвижение и откатились на довольно большое расстояние, хотя оккупировали значительную часть египетских земель и закрепились на Голанских высотах, с которых противник, по мнению израильтян, мог угрожать Израилю.

Из открытой печати 17.02.1967 г. – Указ Президиума Верховного Совета СССР «О выходе из гражданства СССР лиц, переселяющихся в Израиль». 7.04.1967 г. – израильская армия нанесла массированный удар по позициям сирийских войск в районе Тивериадского озера. 15.05.1967 г. – в Иерусалиме в честь 20-й годовщины существования государства Израиль состоялся военный парад израильской армии. 23.05.1967 г. – в США принято решение о выделении Израилю 5 миллионов долларов для финансирования тайных операций в Африке. 5.06.1967 г. – Израиль, армия которого насчитывала 275 тысяч человек, в момент отбоя утренней тревоги в египетских ВВС, предпринял налет на 25 египетских аэродромов, уничтожив свыше 300 самолетов и практически все огневые точки противника (операция «Удар Сиона»), после чего на Ближнем Востоке началась Шестидневная война (основные разведывательные данные об объектах нанесения главного удара, которые позволили в течение трех часов полностью уничтожить ВВС Египта, Израиль получил от своего разведчика-нелегала Эли Коэна, казненного в Дамаске в 1965 году). 6.06.1967 г. – приграничная египетская система египтян обороны Синая была уничтожена, израильские танки вышли на оперативный простор и полностью оккупировали Синайский полуостров. 6.06.1967 г. – подразделения израильских парашютных войск под командованием полковника Мордехая Гура ворвались в Иерусалим через ворота Святого Стефана, ведущие на Храмовую гору, и пошли на штурм позиций иорданской армии в северо-западной части Иерусалима (через несколько часов у Стены Плача арабы капитулировали). 7.06.1967 г. – советская ракетная подводная лодка К-172 (бортовой номер 310, по классификации НАТО – «Эхо-2») получила от Главнокомандующего ВМФ СССР адмирала Флота Советского Союза С.Г. Горшкова распоряжение: «Быть готовым к нанесению ракетного удара по побережью Израиля в случае высадки в Сирии американцев и израильтян» (ПЛ К-172 находилась в непосредственной близости от ударной группировки США, состоящей из трех атомных авианосцев – «Америка», «Форрестол» и «Энтерпрайз», и для получения конкретного приказа из Москвы должна была каждые два часа в условиях весенних штормов всплывать на сеансы связи в районе, который постоянно контролировали самолеты противолодочной защиты). 8.06.1967 г. – израильские самолеты и торпедные катера вблизи побережья Синайского полуострова в Средиземном море (в 70 милях к западу от Газы) во время Шестидневной войны атаковали принятый за египетское судно корабль ВМС США «Либерти», оснащенный аппаратурой радиоперехвата, который вел электронную разведку, собирая данные о конфликтующих сторонах (34 члена команды погибли, 170 ранено). Корабль, получивший серьезные повреждения, самостоятельно дошел до базы на Мальте. 9.06.1967 г. – после того как Израиль захватил Голанские высоты, Синай, Газу, Западный берег и Восточный Иерусалим, министр обороны Даян отдал своим войскам приказ напасть на Сирию (в тот же день СССР разорвал дипломатические отношения с Тель-Авивом). 10.06.1967 г. – по требованию Совета Безопасности ООН закончена Шестидневная война, в ходе которой израильская армия захватила Синайский полуостров, сектор Газа, западные провинции Иордании и Голанские высоты. При этом потери арабов составили свыше 40 тысяч человек, 900 танков и 300 само-летов, Израиль потерял убитыми 3000 человек, 200 танков, 100 самолетов, (СССР после разрыва дипломатических отношений с Израилем увеличивает объем военной помощи Египту и Сирии, заявив, что бесплатно возместит Насеру все, что он потерял в боях на Синайском полуострове). 11.06.1967 г. – израильская армия выиграла Шестидневную войну и «поставила Израиль на карту мира». 14.08.1967 г. – сионистские организации США, занимающиеся сбором средств в помощь Израилю, собрали в виде пожертвований 500 млн. долларов. 20.10.1967 г. – на Ближнем Востоке, после раскола Движения арабских националистов, образован «Народный фронт освобождения Палестины», лидером которого стал Жорж Хабаш, а его оперативным помощником Вадди Хадад (движение сделало ставку на похищение самолетов и акции «коммандос» за пределами ближневосточного региона). 21.10.1967 г. – в 15 милях от Порт-Саида египетский ракетный катер всадил три советских противокорабельных крылатых ракеты (ПКР П-15) в израильский эскадренный миноносец «Эйлат» (корабль пошел на дно, а 47 членов экипажа погибли). 25.10.1967 г. – израильская артиллерия уничтожила несколько нефтеочистительных заводов Египта. 31.10.1967 г. – с израильских вертолетов с авиабазы на Синае ночью в долине Нила высажен десант «коммандос», который, взорвав несколько мостов и трансформаторную станцию, вернулся на базу без потерь. 10.11.1967 г. – построенная на британских королевских верфях подводная лодка «Дакар» вошла в боевой состав флота ВМС Израиля под командованием капитан-лейтенанта Якова Ранана. 11.11,1967 г. – из кабинета командующего египетской авиацией вице-президента ОАР Амера похищен второй и третий экземпляры планов объединенного арабского командования.

Из архивов КГБ 13 ноября 1967 года нелегалы советской резидентуры связи в Западной Европе М.И. Мукасей и Е.И. Мукасей получили задание выехать в Израиль для сбора экономической, военной и политической информации, а также для выяснения вопросов о намерениях Израиля к судьбе захваченных им территорий. Из открытой печати 22.11.1967г. – Совет Безопасности ООН принял резолюцию 242 с требованием вывода израильских войск с оккупированных арабских территорий. 26.01.1967г. – подводная лодка ВМС Израиля «Дакар» (экипаж – 65 человек), которой командовал 37-летний капитан 3 ранга Якоб Ранан, затонула в восточной части Средиземного моря, в 2000 милях юго-западнее Кипра. 20.03.1968 г. – в Израиле внешнюю разведку Моссад возглавил Цви Замир. 21.03.1968 г. – израильская армия провела операцию «Караме», ворвавшись на восточный берег реки Иордан и уничтожив несколько крупных баз войск ООП в Иордании (после этого король Хусейн изгнал палестинцев из своей страны). 25.12.1968 г. – израильская авиация совершила налет на аэропорт в Бейруте, уничтожив находившиеся там гражданские самолеты, после чего де Голль наложил эмбарго на поставки Израилю французских самолетов «Мираж» по уже оплаченному контракту. 26.12.1968 г. – в Афинском аэропорту два боевика Национального Фронта Освобождения Палестины открыли огонь в самолете израильской компании «Эль-Аль» и убили авиамеханика.

…В то время взаимоотношения между социалистическими странами, в том числе Советским Союзом и арабским миром были очень хорошими, и в знак солидарности из-за нападения израильтян на Египет упомянутые государства порвали дипломатические отношения с Израилем. За исключением Румынии, которая поддерживала торгово-промышленные связи с Израилем в течение длительного времени. Советский Союз отозвал всех своих представителей из Израиля и этим самым потерял способность получать действительную информацию о жизни и деятельности этого государства. В 1967-1968 годах мы по указанию Центра трижды посетили израильское государство для получения информации об их намерениях и дальнейших планах существования и действия. Во второй половине 1950 года мы познакомились с человеком, который в течение ряда лет работал в правительстве Израиля, но позже, по настоянию отца, выехал в Европу вместе с семьей. Однако жить в Европе не смог: патриотизм к Израилю тянул его обратно. Вернувшись в Израиль, он, «из-за измены», правительственного поста не получил, но поддерживал знакомство и даже дружбу с правительственными чиновниками. В то время многие богатые предприниматели Америки и Европы выезжали в Израиль, покупали там участки земли, строили на них дома, сдавали их в аренду, а сами уезжали. Немало европейцев стремились поехать в страну обетованную, поближе узнать о происхождении трех религий – христианской, мусульманской и иудейской. Очень важно было для верующего человека посмотреть страну, где родился Христос. Таким образом, получив задание Центра, в эту волну включились и мы для того, чтобы получить важную информацию для нашего государства. Наше окружение и даже власти Израиля считали нас богатыми людьми, так как характер прикрытия говорил о том, что мы миллионеры… На самом деле, богатство составляло небольшую сумму, наше прикрытие создавало фикцию… Учитывая тягу богачей в Израиль и наше богатое состояние, выраженное в миллионах, Тюльпан и другие предполагали, что мы в Израиле тоже займемся приобретением недвижимого имущества. Под этим предлогом мы и прибыли в Израиль, где действительно для вида объехали многие строительные компании, которые предлагали нам участки земли с постройкой дома любого образца. С О. мы были знакомы еще со времени его приезда в Европу, он часто навещал отца Тюльпана, который нас всегда приглашал к себе на чай-кофе, обед или ужин. О. расположился к нам, относился доверчиво и с большой симпатией, часто приглашал нас в Израиль. Получив задание от Центра проникнуть в Израиль, мы постарались в беседах с Тюльпаном показать свой интерес к этой обетованной земле. Тюльпан сам предложил попросить сына О., чтобы он позаботился о нашем приезде в Израиль. Мы согласились, вскоре приобрели билеты на самолет и вылетели в Тель-Авив. В аэропорту столицы Израиля нас встретил сам О., радушно и приветливо сказав, что мы не будем проходить таможенный контроль. Он сам пошел за тележкой, уложил наши вещи (в одном из чемоданов находилась радиоаппаратура, с помощью которой мы принимали указания из Центра), взял в руки наши паспорта и, пропуская нас вперед, сказал, что «эти люди со мной». Так, мы без всякого контроля прошли к автомобилю О., на котором он отвез нас к себе домой, оказав теплый прием. О. хотел устроить нас жить у своих друзей неподалеку от него, но мы, чтобы не стеснять его близких, сняли отдельную небольшую, но удобную квартирку у старых жителей Израиля, выходцев из Турции. Они получили от нас квартплату за месяц вперед и ни разу не были у нас в квартире. Таким образом, мы были обеспечены спокойными условиями и работали, принимая радиограммы из Центра и посылая туда информацию. В Израиле у нас не было агентуры, от которой можно было бы получать информацию. Кроме О., в Израиле проживал еще один наш знакомый, по легенде которого была построена моя легенда на период работы в особых условиях. Однако с ним нельзя было встречаться, так как во время разработки моей легенды я находился в Чехословакии под другой фамилией, которую он знал. Оставался только О. и, возможно, новые знакомые. Поскольку 0. имел обширные связи в верхах правительства, мы решили с ним вести беседы в завуалированной форме на разные темы, с тем, чтобы можно было ответить на вопросы, поставленные Центром. С его семьей мы посетили многие населенные пункты Израиля, города, кибуцы, культурные и научные центры, а также были в гостях у высокопоставленных представителей израильского государства. Сорок лет тому назад мы подробно описали наше пребывание в Израиле, и с тех пор там произошли небольшие изменения: Палестина получила ограниченную автономию в западной части, расположенной ближе к Иордании; Голанские высоты по-прежнему оккупированы израильскими войсками; Иерусалим остался в прежнем состоянии.

Из открытой печати 25.05.1967 г. – в Эль-Фаттах вступил Али Хасан Саламех, сын убитого в 1947 г. палестинского военного руководителя Хасана Саламеха (Али Хасан вскоре занял пост руководителя Службы контрразведки Эль-Фаттах (Джи-хаз-эр-Расд). 3.02.1969 г. – Ясир Арафат избран председателем Организации освобождения Палестины. Вопросы, которые нам необходимо было выяснить, благодаря осведомленности О. и большого круга его знакомых в высших сферах правительства, были решены. Задание Центра было с честью выполнено.

Незабываемый руководитель – незаурядная личность

В издательстве «Молодая гвардия» выпускается популярная серия книг «Жизнь замечательных людей». В изданиях этой серии ярко описан Человек-Личность в разных сферах деятельности: науке, технике, искусстве, литературе. Прочитав любую из этих книг, можно искренне позавидовать той творческой целеустремленности, трудолюбию, таланту, которыми обладали люди нашей страны, ставшие примером и идеалом для многих поколений. К сожалению, в нашей сфере деятельности по особым причинам таких изданий не существует, а очень жаль!.. У нас имеется мемуарная литература, но она полностью не отражает Человека-Личность в жизни разведки, за исключением, может быть, Николая Кузнецова и Рихарда Зорге. А ведь на опыте других могли бы учиться и воспитываться следующие поколения разведчиков. В наших кругах имеется такая категория работников, которая не только своим существованием, но и всей своей творческой деятельностью, осознанной и оправданной смелостью, риском, своими знаниями, талантом оставляют заметный след в памяти человека до конца жизни. Вот к таким замечательным людям можно отнести незаурядного разведчика, бывшего начальника управления Александра Михайловича Короткова. A.M. Коротков оставил в памяти нелегалов неизгладимый след… Мы вспоминаем о нем, как о прекрасном руководителе, обладавшем не только организационными способностями, но и качествами прекрасного психолога. Он хорошо разбирался в людях, особенно умел ценить разведчиков-нелегалов, глубоко понимал их положение, душевное состояние, учитывал сложности работы вдалеке от Родины. Я несколько лет работал в советском представительстве в США, будучи на службе в ГРУ, и там по роду деятельности встречался и помогал нашему резиденту госбезопасности товарищу Зарубину. В 1947 году A.M. Коротков пригласил меня к себе на Лубянку на предмет разговора-предложения работать в особых условиях. Товарищ Зарубин при этом присутствовал и уверенно рекомендовал меня на нелегальную работу. Александр Михайлович с теплотой и доверием предлагал мне работать в особых условиях, рассказывая горячо и с любовью о разведчиках-нелегалах, и с какой-то пла-менной преданностью выражал особое чувство к этой категории скрытых скромных героев. Уже на первой встрече с A.M. Коротковым я почувствовал к нему большую симпатию и веру в этого человека, его доверие и смелость в том, что он поручает нам такую важную государственную ответственную работу. Он не «нажимал» на меня, а дал время обдумать, посоветоваться с семьей… И с его легкой руки мы с Лизой проработали в особых условиях долгие годы – более 20 лет… Будучи за рубежом, когда мы стояли перед решением какой-либо проблемы или операции, то мысленно обращались к совету и опыту Александра Михайловича. Можно сказать, мы жили в работе его советами, как бы читая мысли. Однажды, в начале нашей работы в особых условиях, A.M. Коротков поставил перед нами перспективную задачу-проблему, не ограничивая в сроке. А оказалось так, что мы вскоре очутились в такой ситуации, что вынуждены были пойти на собственный риск при выполнении задуманной операции, учитывая при этом обстановку, время и свои возможности. За эту смелость мы получили «взбучку» от оперативного работника, но вскоре были вызваны в Центр, где Александр Михайлович оценил наши действия, поблагодарил и представил к награде. Общаясь с A.M. Коротковым, мы получали большой заряд и воодушевление. Нельзя не сказать, что A.M. Коротков скрупулезно вникал в содержание легенды нелегала, лично вносил определенные изменения или дополнения, стараясь облегчить положение разведчика. Так было с Лизой: при встрече с ней Александр Михайлович заинтересовался ее легендой, спросив, не боится ли она своего акцента в разговоре с окружением, и заметил одно упущение в легенде, где не было указано, в каких условиях в детстве выросла Лиза… Некоторые товарищи, работавшие с Александром Михайловичем, считали его резким и грубым. Но мы эту резкость с подчиненными считали оправданной – он был строг и непримирим к бюрократам и к безответственным в работе. В общении с A.M. Коротковым мы всегда получали обоснованные указания, он считался с нашим мнением, корректно спрашивал, что мы думаем по тому или другому вопросу, часто помогал советами и решением многих задач. A.M. Коротков был дальновидным, смелым, строгим и благоразумным руководителем, часто предлагал рискованные, но оправданные операции с трезвой озабоченностью о безопасности разведчика-нелегала. A.M. Коротков всем сердцем любил нелегалов, с любовью их встречал, радушно беседовал и делился своими переживаниями. Для нас Александр Михайлович был образцом руководителя, авторитетом, человеком с ярким мышлением и логикой. Будучи за рубежом, мы всегда мысленно чувствовали его присутствие. A.M. Коротков был гармоничным, ярким человеком. В нем сочетались ум, ясновидение, талант руководителя и знание разведывательной работы, не говоря уже о том, что он внешне был представительным, мужественным, красивым мужчиной и Человеком-Личностью с большой буквы. Работал с упоением. Как никто понимал нелегала и учил нас умению ориентироваться в сложной обстановке, быть бдительными, соблюдать правила конспирации и, в то же время, не отнимал инициативу и свободу действий. Мы всегда чувствовали доверие к нам. Для человека, находящегося на работе в особых условиях, это имеет большое значение. Преждевременный уход из жизни Александра Михайловича был для нас большим ударом и значительной потерей для Службы внешней разведки. Мы, разведчики-нелегалы, считаем его «крестным отцом» и ощущаем себя счастливыми в том, что мы работали под его руководством, и до сих пор в нас таится незабываемая и преданная любовь к дорогому Александру Михайловичу. Мы выражаем свою гордость за страну, в которой A.M. Коротков родился, жил и во благо которой самоотверженно работал. Имя A.M. Короткова можно смело внести в список замечательных людей нашего времени.

Память о товарище

Трудно писать о человеке, с которым ты много лет работал в особых условиях, и еще труднее говорить, когда его уже нет среди нас. Ашот Акопян волею судеб был связан с нами узами сложной нелегальной работы за рубежом. Нам вместе приходилось ходить по тонкому льду, выполняя определенные задания по указанию Центра. Мы вместе огорчались, радовались, делились успехами и неудачами, учитывали свои ошибки и ошибки товарищей, осуждали предателей, ра-довались тем, кто укреплял своей самоотверженной работой наше общее дело. Во всех делах при встречах с ним мы чувствовали себя уверенно, понимая всю серьезность и ответственность, которую несем перед нашим государством, перед Родиной. Ашот был до последних дней жизни патриотом своей страны, отдавал горячее сердце и темперамент любимому делу разведки, где с холодным сердцем работать нельзя! За время работы он имел несколько псевдонимов, одним из них был 3., которому Ашот придавал особое значение. Ведь 3., по греческой мифологии, – властитель неба, грома, молнии, дождя, можно сказать, что это «громовержец и тучегонитель». Да, в Ашоте сочетались сила и постоянное стремление действовать, невзирая на тучи и гром. Мы были с ним связаны по работе, находясь в соседних капиталистических странах на протяжении многих лет. По мере надобности и по условиям связи мы встречались то в его стране работы, то в нашей, а также в третьих странах, в далеких городах. И при каждой встрече 3., с трепетом и горячими, свойственными ему эмоциями, искренними слезами говорил о желании увидеть свою родину, побыть в родном доме, пообщаться с семьей. Однажды, в непогоду, нам пришлось устроить свидание в автомашине за городом. Ашот расслабился, сказав, что он почувствовал себя, как дома, и горько заплакал, как ребенок. Он рыдал так громко, что его было трудно успокоить! Мы поняли, что это был очередной взрыв ностальгии. Думая об Ашоте, вспоминается такой случай. Как-то, в один из дней в стране нашего пребывания, я в обеденное время в центре города по необходимости зашел в мужской туалет, расположенный в подвале ресторана. Не веря своим глазам, встретил там 3., с которым пришлось лишь обменяться удивленными взглядами. Поговорить, конечно, не удалось, так как Ашот не знал ни английского, ни немецкого языков. Такая встреча не планировалась, Ашот был в этом городе проездом. По возвращении домой, в Советский Союз, мы с Ашотом вспоминали этот случай, смеялись, назвав ту встречу «туалетом по маленькой необходимости». Это было не только курьезно, но и приятно… Повышенная эмоциональность 3. мешала ему жить. Сердечные инфаркты погубили его. Ашот рано сгорел. Мы, верные друзья и товарищи по общей работе, по зову сердца посещаем его могилу и благодарим его семью, которая с пониманием и любовью поставила на могильном памятнике крупным планом почетный чекистский знак «Щит и Меч». Вечная память нашему «тучегонителю» навсегда останется в сердцах разведчиков-нелегалов! Все его добрые и пламенные начинания были и будут примером для других, особенно для молодых чекистов!