3. Возмездие и возмещение ущерба

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

3. Возмездие и возмещение ущерба

В первобытном обществе наказание есть синоним возмездия, а между гражданскими и уголовными правонарушениями различие установить невозможно. Потерпевшая сторона старается отомстить обидчику, как только может, а если пострадавший умер, месть становится обязанностью родственников, и это порождает кровную вражду. Дело, однако, может быть улажено выплатой денег, если стороны согласны на это; такая выплата называется «компромиссным соглашением».

Государство заинтересовано в первую очередь в сохранении законности и порядка и поэтому с самого начала старается наложить ограничение на личную месть и по возможности устранить ее совсем. Закон «возмездия», или «талиона» (око за око, зуб за зуб), вероятно, представляет собой первый этап такого процесса: пострадавшая сторона не должна причинять большего ущерба, чем тот, который она понесла. Более просвещенный законодатель поймет, что двойное зло не превращается в добро, и задумается о цели наказания; возмездие полезно лишь как акт устрашения, тогда как зло может быть исправлено лишь возмещением ущерба или компенсацией, полученной пострадавшей стороной. Наконец, может быть введен третий фактор — исправление.

В этом отношении хеттский закон сравнительно прогрессивен. Возмездие не играет значительной роли по-сравнению с возмещением ущерба. Тяжелейшими преступлениями считались лишь изнасилование, скотоложество и неподчинение государственной власти, а также, если преступником был раб, неподчинение хозяину и колдовство. Искалечение — обычное наказание в ассирийском законе — применялось в этих случаях только к рабам. За все остальные преступления, совершенные свободными людьми, включая нападение, черную магию и убийство, равно как кражу и все другие формы нанесения ущерба посягательством на собственность, полагалась лишь компенсация или возмещение ущерба; возмездие же фигурирует лишь в том смысле, что от обидчика можно потребовать возместить многократную стоимость ущерба, который он причинил. Пример репарации такого рода: выстроить заново дом, поврежденный огнем; заменить поврежденную вещь другой вещью в отличном состоянии. Обычно же требовалась денежная репарация (серебром).

Приведем некоторые примеры:

11. Если кто-нибудь сломает руку или ногу свободному человеку, то он уплачивает ему 20 сиклей серебра и тот (жалобщик) опускает его восвояси.

12. Если кто-нибудь сломает руку или ногу раба или рабыни, то он платит 10 сиклей серебра и тот (жалобщик) отпускает его восвояси.

63. Если кто-нибудь украдет пахотного вола, то раньше следовало отдать 15 быков, теперь же он должен отдать 10 быков; он отдает трех двухлетних быков, одного годовалого бычка и четырех сосунков (?), и тот (жалобщик) отпускает его восвояси.

170. Если свободный человек убьет змею и при этом произносит имя другого человека (род колдовства), он отдаст 1 мину серебра; если это сделает раб, то он должен умереть.

25. Если человек бросит грязь в горшок или чан, то раньше надо было заплатить 6 сиклей серебра; 3 сикля он должен был заплатить (владельцу?), и для дворца брали 3 сикля серебра. То теперь царь отменил долю, взимавшуюся дворцом; кто бросил грязь, платит только 3 сикля серебра, и он (жалобщик) отпускает его восвояси.

98. Если свободный человек подожжет дом, то он должен выстроить дом заново; но что бы ни погибло внутри дома, будь то человек, или бык, или овца, за это он не должен платить.

Интересно сравнить законы, касающиеся убийства, с законами в других древних кодексах. Во всех случаях предусматривается компенсация, при которой уплата за убийство раба составляет ровно половину того, что уплачивается за свободного человека. Законы для свободного человека таковы:

1. Если кто-нибудь в ссоре убьет мужчину или женщину, он загладит свою вину, отдав четырех человек, мужчин и женщин (соответственно), и он (наследник) отпустит его восвояси (перевод этой и последующих трудных фраз, содержащих замену субъекта (статьи 11, 12, 63, 25, 1 и 3), был предложен проф. Седатом Альпом и представляется вполне приемлемым).

3. Если кто-нибудь ударит свободного мужчину или женщину и он (или она) умрет и если это дело (только) его руки, то он загладит свою вину, отдав двух человек; и он (наследник) отпустит его восвояси.

5. Если кто-нибудь убьет хеттского купца, он уплатит 100 мин серебра и он (наследник) отпустит его восвояси; если (это случится) в стране Лувия или в стране Пала, он уплатит 100 мин серебра и возместит стоимость товаров; если это будет в стране Хатти, он (только) уплатит за купца.

6. Если мужчина или женщина убиты в чужом городе, то человек, на чьей земле они убиты, отрезает 100 гипессар (Хеттское гипессар, по-видимому локоть (50 см)) земли, и он (наследник) берет их себе.

Для двух последних статей параллельный текст дает другой вариант:

III. Если кто-нибудь убьет хеттского купца ради его товара, то дает… мин серебра и возмещает трехкратную стоимость товара. Но если у купца нет с собой товара и он убивает его в ссоре, то он дает 6 мин серебра. Но если это дело (только) его руки, он дает 2 мины серебра.

IV. Если кто-нибудь убит на чужой земле, буде это свободный человек, он (владелец земли) отдаст поле, дом и 1 мину 20 сиклей серебра; буде это женщина, он отдаст 3 мины серебра. Но если эта земля — невозделанная земля, собственность другого человека, (они должны отмерить) 3 данна (данна около 1500 м) в ту сторону и в другую, и, какая бы ни оказалась деревня (на этом месте), он (наследник) получит такую же (компенсацию там); если там нет деревни, он уйдет с пустыми руками.

В этих двух вариантах статей тщательно различаются убийство во гневе и случайное убийство; но любопытно, что единственный случай, который мы можем отнести к предумышленному убийству, упомянут в связи с купцом; купец, вероятнее всего, относится к особому классу и связывается с мотивом ограбления. Отсутствие специфической клаузулы, посвященной убийству, отмечалось также в кодексе Хаммурапи и в ассирийских законах. Это преступление рассматривалось очень подробно в еврейском кодексе, однако мы видим из Второзакония (XIX. 12), что еврейские судебные власти сами не занимались убийцей, а лишь передавали его для отмщения искупителю гоэлу, т. е. ближайшему родственнику убитого. Отсюда вытекает мнение, что молчание других восточных кодексов по этому поводу связано с тем, что убийство находилось вне закона, т. е. должно было улаживаться личной местью. То, что кровная месть еще существовала в древнехеттском царстве, явствует из следующего отрывка в «Указе Телепину»:

Закон крови таков. Если кто-нибудь совершит кровавое дело, то, что ни скажет «хозяин крови» (т. е. еврейский «гоэл»), то и будет; если он скажет «пусть умрет», то он должен умереть; но если он скажет «пусть дает возмещение», то он должен дать возмещение. Но к царю обращаться не должно.

Практика выдачи «людей» как часть компромиссного соглашения за убийство примечательна. Эта формула обычно применялась к рабам. Возможно, что эти рабы убивались на могиле умершего, подобно тому как это делалось в некоторых других древних обществах.

То, что ближайшая деревня ответственна за компенсацию семье жертвы, если убийца сбежал, было всегда широко распространенным обычаем в восточных странах. Существуют параллели в кодексе Хаммурапи и в средневековом исламе; сообщалось также, что один араб, работавший на раскопках в Мосуле, выражал намерение убить кого попало в соседней деревне за то, его его родственник был убит там. Во Второзаконии (ХХ 1—10) старейшинам ближайшей деревни предписывается очистить себя церемониальной клятвой от кровавой вины; подразумевается, что тем самым должна очиститься и деревня, которая иначе была бы ответственна за преступление. Уникальной чертой хеттского закона было установление предела в 3 данны, за которым ответственность прекращается.

Смысл 5–й статьи неясен. Можно было бы полагать, то смерть купца в далеких странах Луоии и Пале требовала бы более дешевого компромиссного соглашения, чем у себя на родине, в Хатти, ибо, путешествуя в такой дали, купец подвергает себя большему риску; но такой смысл с трудом вычитывается из текста, главным образом потому, что есть сомнения в правильности прочтения чисел.