«Окутанные мглою и тучами»

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

«Окутанные мглою и тучами»

Речь пойдет о киммерийцах. У Гомера в «Одиссее» есть такие строки: «Закатилось солнце, и покрылись тьмою все пути, а судно наше достигло пределов глубокого океана. Там народ и город людей киммерийских, окутанные мглою и тучами; и никогда сияющее солнце не заглядывает к ним своими лучами...»[39]. Гомер говорил о климате страны, в которой жили киммерийцы, но строчка, вынесенная в заглавие, очень хорошо отражает состояние киммерийского вопроса в современной науке.

И кстати, о погоде. Киммерийцы занимали степи Причерноморья до прихода скифов (помните третью легенду?). Не слишком ли Гомер сгущает краски при описании природных условий солнечной Украины? Конечно, то, что жителю средней полосы России представляется жарким югом, для жителя Греции — север, и довольно прохладный. Многие и более поздние греческие писатели не жалели красок на описание морозов Крыма и Приазовья, но все же характеристика Гомера более подходила бы к Заполярью, ведь именно там долгое время не показывается солнце. Можно, конечно, допустить поэтическую вольность — ведь Гомер поэт. Но возможно и совсем иное толкование. Некоторые ученые считают, что киммерийцы у Гомера не имеют отношения к настоящим киммерийцам, что речь идет о загробном мире[40]. Что ж, туда тоже, по-видимому, никогда не заглядывало солнце. Однако скорее следует согласиться с теми, кто, основываясь на достоверных исторических и географических сведениях в гомеровских поэмах, склонен и в приведенных строках видеть реальный народ киммерийцев[41].

Спорное сообщение Гомера не единственное, которым мы располагаем о киммерийцах. Но в целом источников не так много. Это сообщения греческих авторов, которые писали тогда, когда киммерийцы уже сошли со страниц истории. Они же сохранили нам и некоторые данные топонимики, то есть географические названия, связанные с киммерийцами. Кроме того, имеется ряд документов об участии этого народа в политической жизни Переднего Востока. Вот, собственно, и все. Что можно узнать из этих сообщений?

Греческие авторы Геродот и Страбон, описывая Причерноморье, сохранили нам многие названия: киммерийские переправы, киммерийские стены, область Киммерия, Киммерийский Боспор, города Киммерик и Киммерий[42]. Киммерийский Боспор теперь называется Керченским проливом, Киммерик находился на Керченском полуострове, а Киммерий — на Таманском. Страбон прямо сообщает, что «киммерийцы некогда имели большую силу на Боспоре, вследствие чего Боспор был назван киммерийским». Вероятно, где-то здесь помещались и киммерийские переправы. Таким образом, вся группа приведенных названий оказывается связанной с районом Керченского пролива.

Вторая область, связываемая с киммерийцами, — это река Днестр, носившая в древности название Тирас. Именно здесь, по сообщению Геродота, были похоронены киммерийские цари, которые, не желая покидать страну под натиском скифов, перебили друг друга. Дионисий (источник конца I — начала II века н. э.) помещает киммерийцев на Западном Кавказе[43]. Однако территория киммерийцев не ограничивалась указанными районами. У Геродота читаем: «...страна, занимаемая теперь скифами, первоначально принадлежала, говорят, киммерийцам»[44], а нам известно, что скифы широко расселились в степях Причерноморья, в частности, основной их территорией были степи между Доном и Днепром. В науке была предпринята попытка подтвердить широкое расселение киммерийцев данными топонимики. Было высказано предположение, что киммерийскими являются названия с суффиксами «сос», «тосс» и «уса»[45], однако доказать это не удалось.

Следует сделать небольшую оговорку по поводу пребывания киммерийцев в районе Днестра. Возможно, что упоминание Геродота о разыгравшейся здесь трагедии — междоусобном сражении киммерийцев — касается не основной территории обитания киммерийцев, а мест, куда они отступили под натиском скифов.

Наконец, много географических названий, связанных с киммерийцами, сохранило нам и Закавказье, но эти данные, скорее всего, отражают уже более поздний этап истории — походы киммерийцев на Урарту и Ассирию.

Труднее определить хронологические рамки обитания киммерийцев в Причерноморье. Дата их появления нам не известна. Предполагается, что они обитали здесь длительное время[46]. Относительно их ухода имеются данные в письменных источниках: киммерийцы вытеснены скифами и, следовательно, ушли из Причерноморья примерно в VIII веке до н. э.

Об их общественном строе также известно немного. Несомненно, они находились на стадии военной демократии. Известно, что у них были вожди, которых Геродот называет царями[47]. Не один вождь, а много. Это либо совет старейшин, либо совет племенных вождей. Известно, что у них было народное собрание. Именно в народном собрании обсуждался вопрос о мерах, которые следует принять в связи с вторжением скифов. Геродот сообщает, что на этом «заседании» мнение народа не совпало с предложением вождей. Интересна одна деталь: если целиком верить рассказу, то получается, что мнение народа, то есть решение большинства народного собрания, было не обязательно для вождей[48], а это можно рассматривать как свидетельство довольно далеко зашедшего обособления «царей» (племенной знати) от основной массы населения. Последующее вторжение киммерийцев в Закавказье и нанесение сокрушительных ударов армиям государств Переднего Востока являются косвенным свидетельством хорошей военной организации. Несомненно, что такие отряды не могло создавать отдельное племя, а только союз племен.

В Библии есть место, которое называют «Таблицей народов»[49]. Составлена эта таблица в VIII веке до н. э. Читатель, несомненно, слышал о Всемирном потопе и о том, что после него из всех людей уцелел только один Ной, спасшийся в ковчеге. Вот о потомках Ноя и повествует «Таблица народов». У Ноя, учит Библия, было три сына — Сим, Хам и Иафет. Последний, Иафет, имел довольно многочисленное потомство — семь сыновей. Звали их Гомер, Магог, Мадай, Иаван, Тубал, Мешех и Тирас. У Гомера, в свою очередь, было три сына: Ашкеназ, Рифат и Тогарма. Почему этот перечень называется «Таблицей народов» и зачем мы привели здесь родословное древо потомков Ноя? По представлению творцов Библии все эти многочисленные сыновья, внуки и правнуки были не обычными людьми, а родоначальниками народов и по их-то именам народы и были названы. В действительности «Таблица народов» — это попытка систематизации народов, известных во время создания Библии. В приведенных именах скрыты и интересующие нас племена. Так, имя Ноева правнука Ашкеназа соответствует названию племени ашкуза, известного по ассирийским источникам, и скифам греческих источников. А имя «отца» Ашкеназа Гомера соответствует клинописному «Гимирраи» и киммерийцам классических авторов. Это упоминание скифов и киммерийцев считается одним из древнейших. И обратите внимание: киммерийцы являются «отцами» скифов. По-видимому, именно в такой форме отразился более ранний приход киммерийцев в Переднюю Азию. Это свидетельство уже перекликается с Геродотом, у которого скифы вторгаются в Азию, преследуя киммерийцев. Что в «Таблице народов» фигурируют киммерийцы, уже находящиеся в Закавказье, подтверждается анализом географических познаний авторов Библии. Им не было известно Черное море и тем более ничего не было известно о населении за этим морем. Киммерийцы, следовательно, могли попасть в «Таблицу народов», только очутившись уже в Передней Азии.

Мы уже говорили, что Библия, вернее, «Таблица народов» датируется VIII веком до н. э.[50] Значит, в VIII веке до н. э. киммерийцы находились южнее Кавказа; но означает ли это, что они и пришли туда в VIII веке? Очевидно, они могли прийти туда и раньше. В нашем распоряжении имеется два хорошо датированных документа: это два письма, содержащих доклады ассирийских агентов и адресованных ассирийскому царю Саргону II, который правил в 722—705 годах до н. э. В одном из них некий Ашшуррисуа сообщает: «Страна Гуриания и страна Нагиу находятся между страной Урарту и страной Гамирра. Последняя платит дань народу Урарту. Когда народ Урарту двинулся против страны Гамирра и когда было нанесено поражение народу Урарту...» Далее текст сильно испорчен, но ясно, что следует описание войны Гамирра с Урарту. Второе письмо, составленное сыном Сар-гона II Синахерибом, сообщает о тех же событиях и представляет собой сводку донесений различных агентов, в том числе и уже знакомого нам Ашшуррисуа[51].

Что интересно в этих письмах? Читатель, очевидно, уже понял, что страна Гамирра — это страна киммерийцев. Трудно сказать, почему Ашшуррисуа начинает свое сообщение с уточнения географического положения двух стран. Вероятно, в Ассирии существовали какие-то сомнения на этот счет. А вот то, что в качестве ориентира приведены киммерийцы, уже любопытно. Вероятно, ассирийцам эта страна была хорошо известна и местоположение ее не вызывало никаких сомнений. Чтобы создалось такое положение, киммерийцы должны были жить здесь некоторое время. И в дальнейшем тексте письма киммерийцы выступают не как вновь пришедший народ, а как государство, находящееся в определенных и, по-видимому, длительных отношениях с соседями, в данном случае с Урарту.

В науке существует точка зрения, которую мы разделяем и согласно которой первое появление киммерийцев в Передней Азии относится к довольно раннему времени. Речь в данном случае идет не о переселении всех киммерийцев, а о походах отдельной группы, осевшей в Закавказье и Малой Азии. Эти переселенцы не потеряли связи с соплеменниками, оставшимися в Северном Причерноморье, чем и объясняются культурные связи, установившиеся с этого времени между Северным Причерноморьем и государствами Малой Азии. Такие связи прослеживаются уже по археологическим материалам. Так, на Украине найдено значительное число вещей «микенского» типа из районов Эгейского моря. С конца II тысячелетия до н. э. сохранился кинжал «переднеазиатского» типа[52]. К этому же кругу вещей относятся бронзовые статуэтки, мечи, печати из полудрагоценных камней малоазиатского происхождения[53]. На основании их изучения и определяется время первого переселения киммерийцев — конец II тысячелетия до н. э.[54] Предполагается также, что эта группа киммерийцев не обладала настолько крупным военным потенциалом, чтобы вступить в борьбу с мощными государствами Передней Азии.

Второй этап — переселение большей части киммерийцев — начинается с события, уже неоднократно упоминавшегося, вторжения скифов в Северное Причерноморье. Скифы потеснили киммерийцев, и тогда они собрали то народное собрание, о котором мы уже писали. Здесь имеет смысл привести сообщение Геродота полностью (напомним, это описание входит в третью легенду).

«При наступлении скифов, киммерийцы, имея в виду многочисленность приближавшегося войска, стали совещаться между собою, и мнения их, высказанные с одинаковою настойчивостью, разделились, но предложение царей было благоразумнее: именно, по мнению народа, следовало удалиться и не подвергать себя опасности в борьбе с многочисленными войсками, а цари предлагали бороться за родину с наступающими. Однако ни народ не захотел послушаться царей, ни цари — народа; первый задумал удалиться без боя, предоставив родную землю врагам, а цари предпочли лечь мертвыми в родной земле и не бежать вместе с народом, представив себе те блага, которыми они пользовались, и те бедствия, которых следовало ожидать при бегстве из отечества. Решив таким образом, цари разделились на две части, равные по численности, и стали драться между собою. Всех царей, перебитых друг другом, киммерийский народ похоронил у реки Тираса (Днестра. — А. С.) — могила их до сих пор еще видна, — а после погребения удалился из страны, так что вторгнувшиеся скифы заняли страну, уже лишенную населения»[55].

Несомненно, изложение событий в данном отрывке носит несколько легендарный характер. Удивляться тут нечего — напомним, что Геродот записал это предание не меньше чем через двести лет после происшедшего. Хотелось бы обратить внимание на другое — явную попытку Геродота примирить одно из противоречий трех легенд. Значит, он понимал разницу между «автохтонизмом» первых двух легенд и «миграционизмом» третьей, если нашел необходимым объяснить, почему скифы считали, что до них на этой земле никто не жил. Ведь третья-то легенда этому явно противоречила! Отсюда и несколько искусственное объяснение: киммерийцы ушли сами, а скифы могли и не знать, что они здесь жили.

Читатель, вероятно, уже успел привыкнуть к тому, что почти ни одно сообщение источников не обходится без разногласий среди ученых. Имеются, конечно, разногласия и в данном случае. И поводов для сомнений хватает. Действительно, рассмотрим решение, которое предлагает «народ». Не желая вступать в борьбу со скифами, киммерийцы уходят. Было бы понятно, если бы они ушли в безлюдные районы или попытались отнять территории у более слабых соседей. Не очень похвально, с нашей точки зрения, но вполне логично. Нет, они направляются в Переднюю Азию и вступают в борьбу с наиболее передовыми и могучими в то время государствами. Не правда ли, немного странно? Поэтому правильнее думать, что основной причиной «бегства» киммерийцев явилось не вторжение скифов, а внутренние процессы общественного развития, которые и раньше, как нам уже известно, толкали их к походам на юг. С другой стороны, и скифов нельзя снять со счетов. Если допустить, что киммерийцы потерпели поражение, то легко понять их бегство именно на юг, ведь там они могли объединиться со своими сородичами, обосновавшимися в Закавказье.

Все это объясняет противоречие, существующее в науке. Часть ученых обратила внимание на последнюю фразу приведенного выше текста Геродота. Ведь из нее вытекает, что киммерийцы и скифы не вступали в соприкосновение, хотя приход скифов и уход киммерийцев по времени совпадают. Сомнению был подвергнут последний пункт. Может быть, истина просто в том, что скифы пришли на действительно незанятую территорию, может, киммерийцы-то покинули ее задолго до прихода скифов и совсем не из-за их прихода, а увлеченные перспективами обогащения путем военного грабежа крупнейших государств Востока. Решить, кто прав, трудно. Не вдаваясь в дальнейшее обсуждение этого вопроса, будем считать, что вторжение скифов — одна из возможных причин походов («бегства») киммерийцев на юг.

Споры вызывает и вопрос о путях движения киммерийцев. Одни исследователи говорят о движении через Кавказ, основываясь на сообщении Геродота: «Киммерийцы постоянно бежали вдоль моря, а скифы гнались за ними, имея Кавказ по правую руку»[56]. Иными словами, скифы двигались по берегу Каспийского моря, а киммерийцы по черноморскому побережью Кавказа[57]. Другие полагают, что киммерийцы двигались через Балканский полуостров, а затем, переправляясь через Босфор, попадали в Малую Азию. При этом можно сослаться на упоминание о трерах совместно с киммерийцами, при описании взятия последними Сард — столицы Лидийского царства. Так как треры — племя фракийцев и жили они на Балканах, то и путь этот в данном случае весьма вероятен. Но можно допустить, что киммерийцы пользовались и тем и другим путем. Можно предположить, что после столкновения со скифами (если таковое было) они использовали обе дороги.

На пребывании киммерийцев в Передней Азии мы подробно останавливаться не будем, да и нет возможности по имеющимся источникам подробно и последовательно изложить эту историю. Уже упоминалось об отношениях киммерийцев с государством Урарту, об интересе Ассирии к этим отношениям. Нам известно о столкновении киммерийцев непосредственно с Ассирией при Асархаддоне, правившем в Ассирии с 681 по 688 год до н. э. Некоторые исследователи считают, что под народом, пришедшим «от края земли»[58], библейские авторы также подразумевали киммерийцев, то есть что последние доходили и до Палестины. Особенно активно они действовали, по-видимому, в Малой Азии, на территории современной Турции. Геродот сообщает, что после «бегства» из Северного Причерноморья киммерийцы поселились на полуострове, где находится теперь город Синоп[59]. О взятии ими Сард уже говорилось. Другой греческий автор, географ Страбон (I в. н. э.), сообщает, что они «в гомеровские времена или немного раньше опустошили набегами целую область от Боспора вплоть до Ионии»[60] (Иония — это западная часть современной Турции). У Страбона же находим сведения о походах киммерийцев в Пафлагонию и Фригию[61]. Походы эти начались на рубеже VIII—VII веков до н. э. или несколько раньше[62] и особенного размаха достигли в VII веке. Позднее киммерийцы не упоминаются среди существующих народов. Во время своего пребывания в Передней Азии киммерийцы столкнулись с пришедшими туда же скифами. Это подтверждено ассирийскими документами и сомнений не вызывает. Известно, что киммерийцы иногда выступали в союзе со скифами, а иногда против них, но подробности истории их взаимоотношений остаются для нас тайной.

Таковы сведения о киммерийцах (не очень надежные, как мы видим), которые можно извлечь из письменных источников. Историк, собственно, мог бы этим ограничиться, но археолог, несомненно, поставит вопрос — какая археологическая культура соответствует киммерийцам, какие памятники они оставили? Но этот, казалось бы, безобидный вопрос и является самым трудным. Если опираться на письменные сообщения, то киммерийцев никак не назовешь «окутанными мглою». Мы даже располагаем изображением воинов этого народа.

Есть и более таинственные народы. Письменные источники называют на нашей территории десятки племен, сведения о которых гораздо более скудны, чем изложенные в данной главе. Такой характеристикой киммерийцы обязаны прежде всего трудности ответа на тот «простой» вопрос, который только что был задан.