Глава 5 Наблюдения А.С. Хомякова

Глава 5

Наблюдения А.С. Хомякова

5.1. Об Алексее Степановиче Хомякове

Мы отдаем себе отчет в том, что восприятие настоящего параграфа может вызвать у читателя определенное психологическое неудобство. Поскольку все изложенное весьма противоречит привитой нам с детства картине взаимоотношений между Востоком и Западом. Упрощенно, но все-таки довольно точно, внушенную нам картину можно описать такими словами: «просвещенный СВОБОДНЫЙ Запад и отсталый РАБСКИЙ Восток». К «рабскому Востоку» обычно относят и Русь.

Но, как оказывается, эта привычная картина В КОРНЕ ОШИБОЧНА. Разбираясь в загадках древней и средневековой истории, мы с удивлением начинаем осознавать, что противоположный взгляд на Запад и Восток, взгляд, который преподносится обычно историками как якобы исполненный курьезов и парадоксов, на самом деле куда более верен, чем тот, к которому мы привыкли.

В частности, мы имеем в виду точку зрения русских славянофилов XIX века. По крайней мере, некоторых из них. В качестве яркого примера напомним читателю о работах известного славянофила А.С. Хомякова.

Вкратце расскажем о нем. «Алексей Степанович Хомяков родился в Москве, на Ордынке… 1 мая 1804 года. Он происходил из СТАРИННОЙ РУССКОЙ ДВОРЯНСКОЙ СЕМЬИ, в которой свято сохранялись и дедовские грамоты, и родовые рассказы „лет за двести в глубь старины“. О пращурах, которые… еще с XV века… СО ВРЕМЕН ВАСИЛИЯ III, ВЕРОЮ СЛУЖИЛИ ГОСУДАРЯМ МОСКОВСКИМ ЛОВЧИМИ И СТРЯПЧИМИ» [20], с. 5.

А.С Хомяков получил блестящее образование. Его учителями были известные профессора того времени [20], с. 6. «К 1819 году относится его первый собственный литературный труд: ПЕРЕВОД ТАЦИТОВСКОЙ „ГЕРМАНИИ“ (позже опубликованный в „Трудах Общества любителей российской словесности при Московском университете“)» [20], с. 6.

Хомяков был разносторонним ученым и исследователем. «Он… увлекался техникой, изобрел паровую машину „с сугубым давлением“ (и даже получил за нее патент в Англии), а во время Крымской войны — особое дальнобойное ружье и хитроумные артиллерийские снаряды. Он занимался медициной и много сделал в области практической гомеопатии… Он открывал новые рецепты винокурения и сахароварения, отыскивал в Тульской губернии полезные ископаемые» [20], с. 4.

«До революции трижды издавались СОБРАНИЯ СОЧИНЕНИЙ Хомякова (последнее — в восьми увесистых томах — вышло в 1900–1910 гг. и НЕОДНОКРАТНО ПЕРЕИЗДАВАЛОСЬ и дополнялось), выходили монографические исследования о нем… После революции появился лишь сборник поэтического наследия Хомякова (1969) и его избранные литературно-критические статьи (1988).

На Западе за последние сорок лет, — отмечает В.А. Кошелев в предисловии к изданию [20], — вышло не менее двух десятков книг, Хомякову посвященных» [20], с. 5.

«И восторженные почитатели, и МНОГОЧИСЛЕННЫЕ НЕДРУГИ его, безусловно, сходились в одном: Хомяков был „тип энциклопедиста“ (А.Н. Плещеев), наделенный „удивительным даром ЛОГИЧЕСКОЙ фасцинации“ (А.И. Герцен). „Какой ум необыкновенный, какая живость, обилие в мыслях… сколько сведений, самых разнообразных… Чего он не знал?“ (М.П. Погодин). Иным недоброжелателям эта БЛЕСТЯЩАЯ ЭРУДИЦИЯ казалась поверхностною и неглубокою» [20], с. 3.

И как бы вы думали — кто был этим недоброжелателем Хомякова? ГЛАВНЫЙ ИСТОРИК ТОГО ВРЕМЕНИ — С.М. Соловьев. Мы уже говорили о С.М. Соловьеве в нашей книге «Новая хронология Руси». По нашему мнению, известный труд Соловьева по русской истории — это один из САМЫХ ТОЛСТЫХ слоев штукатурки, скорее даже бетона, покрывающих истинную картину истории Руси.

Любопытно — что же С.М. Соловьев смог возразить А.С. Хомякову? Как и следовало ожидать, «ученые доводы» маститого историка сводились к простому навешиванию ярлыков. «Историк С.М. Соловьев… считал Хомякова „самоучкой“ и „дилетантом“» [20], с. 3. Что ж, когда аргументов нет, то переводят разговор в плоскость оскорблений.

Как мы понимаем, недовольство С.М. Соловьева было вызвано тем, что А.С. Хомяков осмелился писать о русской истории нечто такое, что шло совершенно вразрез с мнением официальных романовских историков. К которым принадлежал и С.М. Соловьев.

Оказывается, интерес А.С. Хомякова к истории был вызван «известной полемикой 1820-х годов об „Истории государства Российского“ Карамзина. Полемика эта охватила ЧУТЬ ЛИ НЕ ВСЕ КРУГИ ТВОРЧЕСКОЙ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ РОССИИ, и одним из ГЛАВНЫХ вопросов, который она поставила, был вопрос… о допустимости „ХУДОЖНИЧЕСКОГО“… подхода к истории» [20], с. 8.

Но как мы теперь понимаем, дело было вовсе не в «художничестве». Выход в свет книг Н.М. Карамзина сделал общеизвестной ту фальшивую версию русской истории, которую совсем незадолго до этого создали Шлецер, Байер, Миллер и еще несколько человек.

Для многих русских людей эта версия стала полной неожиданностью. Причем, неожиданностью НЕПРИЕМЛЕМОЙ. В среде русской знати еще сохранялись отдельные воспоминания о своей старой подлинной РОДОВОЙ истории. К числу людей, имевших подобные воспоминания, принадлежал и Хомяков. Его семейные предания никак не согласовывались с версией Шлецера-Миллера-Карамзина.

Возникло противоречие. И не только у Хомякова. Отсюда, вероятно, и произошел известный в русской истории спор между ЗАПАДНИКАМИ, — то есть, по сути дела, последователями Шлецера-Миллера, — и СЛАВЯНОФИЛАМИ.

Конечно, на стороне ЗАПАДНИКОВ была мощная поддержка правящей династии РОМАНОВЫХ. Которые были откровенными западниками. Славянофилов, по сути дела, так и не пустили в официальную академическую историческую науку. Которая существовала на казенные деньги и была под полным контролем властей. А потому была несвободна. Славянофилы же, не занимая академических должностей и не получая за них жалования, были свободнее в своих мыслях. Но при этом подпадали под уничтожающие обвинения в дилетантстве. Кроме того, им был затруднен доступ к академическим и государственным архивам.

Слабость позиции славянофилов была еще и в том, что она была, в основном, чисто отрицательной. Отрицая версию Миллера-Шлецера-Карамзина, они не могли предложить взамен СВОЮ СОБСТВЕННУЮ ЗАКОНЧЕННУЮ КАРТИНУ ПРАВИЛЬНОЙ РУССКОЙ ИСТОРИИ. Они лишь отмечали многочисленные противоречия во взглядах своих противников.

В числе славянофилов был и А.С. Хомяков. «Материалом для поисков стала у него всемирная история. Хомяков понимал сложность задачи… Хомяков держал в памяти сотни исторических, философских и богословских сочинений… Хомяков заявляет: господствующая историческая наука не в состоянии определить… действительные причины истории» [20], с. 8–9.